Каждое сказанное Шэнь Цзэ слово заставляло тело Линь Цзяци дрожать так сильно, что на неё было больно смотреть, а в голове непрерывной чередой проносились те самые картины.
— Цзяци-цзе, умоляю, пощади меня, я правда больше не буду… Я больше никогда не стану жаловаться учителям, только пощади.
Худенькую девочку загнали в туалетный угол, её лицо было сплошь покрыто бесчисленными синяками. По её щекам текли слёзы, голос непрерывно дрожал, пока она умоляла о пощаде.
Но как поступили они? Во главе с Линь Цзяци они подошли ближе, и одна из них пинком столкнула девочку прямо в выгребную яму. Затем Линь Цзяци вцепилась в волосы несчастной и злобно бросила:
— Ты же у нас так любила ябедничать? Так любила притворяться? А ну-ка притворись ещё раз для твоего папаши!
Одна, две, три… Бесчисленное множество пощёчин обрушилось на лицо девочки. Оно мгновенно налилось кровью и опухло.
Эти жестокие сцены снова и снова вспыхивали в её голове, словно кадры кинохроники. Шэнь Цзэ был прав: тогда она не пощадила никого и лишь изощрённее измывалась над жертвами.
Вся дрожа, Линь Цзяци опустилась на землю и сдавленным голосом попыталась оправдаться:
— Я не хотела… Я правда не хотела… Я просто… Я просто…
Шэнь Цзэ вовсе не собирался давать ей шанс. Подхватив её слова, он холодно произнёс:
— Значит, ты не хотела? Тогда пули в пистолете тоже не по своей воле пробили твою голову.
Шэнь Цзэ снова наставил пистолет на её голову, и его палец лёг на спусковой крючок, готовый в любой момент нажать.
Все, кто наблюдал за происходящим со стороны, затаили дыхание и боялись шевельнуться.
Линь Цзяци в ужасе зажмурила глаза и, всё ещё не желая сдаваться, пробормотала:
— Пусть даже я издевалась над ними, пусть даже я действительно причинила им реальный вред — я всё равно не заслуживаю смерти… Почему вы обязательно должны меня убивать?
Шэнь Цзэ ответил ей:
— Потому что злодеи должны заплатить страшную цену — только тогда они осознают свои ошибки, задумаются о содеянном и раскаются. Вы понимаете, что были неправы, лишь когда к вашим горлам подступает смерть. Впрочем, тебе кажется, что ты вовсе не совершила ничего дурного? До сих пор не считаешь себя виноватой?
Линь Цзяци крепко стиснула зубы. Раз уж ей всё равно конец, с какой стати ей признавать вину? Ни за что! Ни за что в жизни!
— Да, я не виновата! Единственное их упущение — что они не были смелыми, были слишком слабыми! А виноваты они в том, что посмели вызвать у меня раздражение! Они просто были мне неприятны, и я законченная злодейка!
Шэнь Цзэ тяжело вздохнул. Видите? Злодей — он и есть чистокровный злодей, и отмывать их добела нет никакого смысла.
— Что ж, тогда могу лишь сказать: исполнитель Суда по делам злодеев Шэнь Цзэ отправляет тебя в последний путь!
Едва Шэнь Цзэ договорил, как нажал на спусковой крючок, и выстрел расколол тишину ночи.
Линь Цзяци рухнула на землю, унеся с собой в тлен разлагающейся земли свою нераскаянность и чистое, первородное зло.
Наблюдавшие за этим люди в шоке зажали рты, широко выкатив глаза. Они не могли поверить, что в эту мирную эпоху, при господстве закона кто-то может средь бела дня убивать людей из огнестрельного оружия.
Притом так открыто, так нагло.
Расправившись с одной, Шэнь Цзэ поднял пистолет, сдул дымок с дульного среза, а затем обернулся к остальным.
— С ней покончено, теперь ваша очередь.
В этот момент Шэнь Цзэ казался явившимся из ниоткуда ангелом смерти, который приходит взыскать долги за совершённые ошибки. Он не слушал никаких объяснений, не внимал оправданиям, не рассматривал доказательства, а просто и легко отнимал у них жизни.
Увидев гибель Линь Цзяци своими глазами, женщина-учитель утратила всю свою прежнюю спесь. Она тоже опустилась на колени и принялась молить о пощаде, колотя лбом о землю ещё быстрее, чем только что Линь Цзяци.
— Будьте милосердны! Я могу положить руку на сердце: как учительница, я никогда не обижала учеников и не притесняла ни единого ребёнка на уроках, ко всем относилась одинаково, по-честному… Я даже любила жизнь, защищала окружающую среду и не совершила ничего дурного перед небесами и людьми… Сама не знаю, почему, не знаю, за что это обрушилось на меня…
Женщина-учитель непрерывно кланялась в землю и выпаливала целые тирады. В её голосе звучали паника, страх перед смертью и отчаянная жажда жить.
Заметив это, остальные тоже повалились на колени, моля Шэнь Цзэ о пощаде.
Глядя на них, Шэнь Цзэ чувствовал себя так, будто смотрит комичную пьесу. Поистине, лишь перед лицом смерти люди изредка оглядываются назад на прожитые десятилетия, чтобы разглядеть совершённые ими преступления.
Шэнь Цзэ усмехнулся: он решил, что этот фарс пора заканчивать. Первым делом он подошёл к женщине-учительнице и вновь поднял своё оружие.
Наведя ствол ей на голову, Шэнь Цзэ перечислил её грехи:
— Цзян Пинпин, я уже давно видел всё то, как ты измывалась над Фан Ся на уроках. К тому же ты изводила себя болезненной конкуренцией с ученицами собственного класса, превратив каждую из них в мнимого врага. Все твои злодеяния аккуратно зафиксированы в архивах нашего Суда по делам злодеев.
И хотя эти поступки не тянут у нас на смертную казнь, ты изменяла мужу, разрушая чужую семью, а затем вместе со своим супругом погубила ребёнка его бывшей жены. За это ты абсолютно непростительна.
Цзян Пинпин безумно затрясла головой, яростно отпираясь:
— Нет, это неправда! Ничего из этого я не делала! Вы наверняка ошиблись с приговором, вы точно ошиблись!
Шэнь Цзэ снова вздохнул и, не давая ей больше произнести ни единого оправдания, прямо нажал на курок, покончив ещё с одной.
— Вы ведь знаете: расследуя ваши дела и приводя в исполнение приговоры, Суд по делам злодеев владеет кристально чистой картиной. Суд никогда не тратит на вас лишнее время.
Произнося это, Шэнь Цзэ скользил взглядом по остальным стоявщим людям.
— Теперь-то вы знаете, что такое раскаяние? А когда совершали эти преступления, думали ли о последствиях?
Одна из прихвостниц, помогавших Линь Цзяци травить Фан Ся, залилась слезами и прокричала:
— Мы правда поняли, что были неправы! Почему вы не можете дать нам шанс искупить вину? Почему?!
Шэнь Цзэ перевёл дуло пистолета прямо на лоб этой девчонки и с ухмылкой произнёс:
— Каждый злодей искренне верит, что содеянное им не тянет на смертную казнь — подумаешь, мол, придавил муравья.
Девушка в ужасе подняла взгляд на Шэнь Цзэ, её всю трясло:
— Но… даже по нынешним законам преступления бывают разными по тяжести, как вы можете всех под одну гребёнку…
И правда: у злодеев всегда должен быть шанс на исправление — так гласит извечное правило. Увы, это правило истории, правило долгой реки времени, но никак не правило самого Шэнь Цзэ.
— Ты думаешь, этот выстрел несёт с собой лишь смерть? — играя с пистолетом в руке, Шэнь Цзэ ленивым тоном произносил самые жуткие вещи. — Специальное оружие нашего Суда по делам злодеев совсем не похоже на табельные пистолеты тюремных надзирателей. Оно не лишает вас жизни напрямую — оно лишь забирает ваши души, оставляя лишь пустые оболочки.
Говоря это, Шэнь Цзэ прервал своё движение, вновь вскинул пистолет и нацелил его на свою добычу, свирепым взглядом уставившись на дрожащую, перепуганную девчонку.
Каждая пуля в пистолете Суда обладает разной мощью, которая определяется в зависимости от тяжести преступлений злодея. Вам тоже пора сполна прочувствовать каково это — когда над тобой издеваются.
— Нет… Умоляю, дайте мне шанс исправиться! Я не хочу становиться пустой оболочкой, я не хочу, чтобы у меня забирали душу… Умоляю, умоляю вас!
Столкнувшись с мольбами девушки, Шэнь Цзэ почувствовал, что до смерти устал это слушать. Раз уж всё равно пришлось пожалеть о содеянном, зачем было творить подобное с самого начала? Эти люди вечно начинают просить прощения у жертв лишь после того, как совершат грех.
С раздражением поковырявшись в ухе, Шэнь Цзэ вновь нажал на спусковой крючок:
— Оставьте это на следующую жизнь.
Грянул выстрел, и ещё один человек рухнул на землю. Теперь на спортивной площадке осталось всего трое: Дун Хаоцзе, сидевший позади Фан Ся; последняя девчонка из шайки Линь Цзяци; и заплывший жиром школьный завуч с маслянистым пузом.
Наконец Шэнь Цзэ подошёл вплотную к Дун Хаоцзе. Глядя на это омерзительное лицо, он тут же вспомнил всё, что произошло в созданном Се Ханем зеркальном доме.
Шэнь Цзэ скрипел зубами так яростно, что, казалось, сотрёт их в порошок. Этот главный виновник, искра, что разожгла весь пожар, заслуживал смерти тысячу раз.
Одним ударом ноги Шэнь Цзэ опрокинул Дун Хаоцзе на землю, поставил ногу ему на грудь, лишая возможности шевельнуться, а затем наклонился и приставил дуло пистолета прямо к его груди:
— Ну что, Дун Хаоцзе, ты же у нас такой красноречивый? Разве не ты мастерски распускал слухи, сеял сплетни, стравливал людей и плел интриги?
Поджатый чужой ногой, Дун Хаоцзе с трудом ловил воздух. В этот момент он в полной мере прочувствовал тот страх, что испытывала Линь Цзяци.
Но откуда-то в нём взялись силы и дерзость: он не стал умолять о пощаде, а вместо этого выдал ещё более безумные речи:
— Я… то, что я говорил, вовсе не слухи и не сплетни! Я говорил чистую правду! Она и впрямь была нечиста на руку — в тот день я собственными глазами видел, как она выходила из кабинета завуча вся в растрёпанных чувствах! Так что я не лгал!
Шэнь Цзэ едва не рассвирепел от злости. Он свернул себе шею, сбросил с лица улыбку и, не в силах больше сдерживать ярость, сорвался на этого нераскаянного злодея:
— Говорил правду, говоришь? Давай-ка я проверю, насколько крепок твой язык! А ну!
Удары кулаком один за другим обрушивались на Дун Хаоцзе, Шэнь Цзэ был буквально вне себя от бешенства.
Этот мерзавец даже перед лицом смерти упорно отказывался признать вину, упрямился до последнего и даже уходя в могилу норовил оклеветать человека. До чего же омерзительные существа!
Уголок рта Дун Хаоцзе окровавился, но, возможно, осознавая неизбежность своего конца, он и не думал каяться.
Даже дойдя до такой черты, он не выказал и тени раскаяния. Напротив, он вскинул голову и посмотрел на Шэнь Цзэ с торжествующей улыбкой победителя.
Изогнув брови, он бросил с издевательской ноткой в голосе:
— Мне плевать, откуда ты взялся! Раз уж мне всё равно конец, я просто не признаю вину — и что ты мне сделаешь? Ха-ха-ха-ха! Суд по делам злодеев, звучит-то как пафосно! Но неужели ты сможешь вырезать до единого всех злодеев в этом мире?
http://bllate.org/book/25752/3079306
Готово:
