Младший брат — так Мэй Е звался в детстве. Не зная тогда этого иероглифа и ведая лишь то, что произносится он как «мэй», он так и звал его — младший брат, и звал до самого взросления.
Услышав, что Ци Хэюнь снова величает его именно так, тот лишь с лёгким вздохом бросил на него беспомощный взгляд и, подтянув лежавший рядом шарф, накинул ему на плечи.
— Ладно тебе, он и так на нервах, не цепляйся к нему. Вино-то всё твоё любимое, хватит капризничать, раз уж тебе и так перепало.
— Он на нервах? Из-за чего это? Неужто его белая луна за рубежом шашни крутит? — Ци Хэюнь сорвал шарф и на сей раз решил обойтись без обычных подначек, с любопытством воззрившись на него.
Мэй Е зажал ему рот рукой:
— Поменьше болтай.
Ци Хэюнь перевёл взгляд с Мэй Е на Гу Линьчуаня, прищурился, исполненный подозрений, и вдруг шлепнул себя по лбу, словно его озарило.
Эти двое явно что-то от него скрывают!
Он посмотрел на Мэй Е, но тот отвёл глаза.
Ци Хэюнь поджал губы:
— Скучно с вами.
Облачённый во всё чёрное Гу Линьчуань казался воплощением суровой холодности; видно было, что он немного устал, и он устало пот переносицу.
Услышав это, он бросил на него мрачный взгляд:
— Вот погоди, скоро станет весело.
Глава 5
Улыбка режет глаза
Сон сморил его мёртвым забытьем. Приоткрыв глаза в полудрёме, Пэй Жань увидел у изголовья кровати чью-то фигуру.
Тот сидел прямой и неподвижный, небрежно листая попавшийся под руку модный журнал, лежавший в номере. Бросив взгляд на циферблат наручных часов, он отложил журнал, подался вперёд и тихо позвал:
— Рань-гэ? Пора вставать, а то проспишь весь день и снова ночью мучиться будешь.
После долгого и глубокого дневного сна его внезапно разбудили, и в Пэй Жане проснулось редкое для него утреннее раздражение. Он молча, с хмурым лицом сел на постели, а несколько непослушных прядей забавно торчали во все стороны.Заметив это, Гу Чэнь лишь приоткрыл шторы на самую малость, боясь, что яркий свет ослепит его.
— Который час? — Пэй Жань всё ещё сонно моргал, следя за ним взглядом. Наконец придя в себя, он заговорил хриплым, пересохшим голосом: — Ты как сюда вошёл?
— Уже почти семь. Я стучал снаружи — никто не открывал, на звонки тоже не отвечал. Я так испереживался, что попросил у администратора запасной ключ от твоего номера. — Гу Чэнь протянул ему стакан тёплой воды. — Видя, как крепко ты спишь, я не стал будить тебя сразу.
Пэй Жань маленькими глотками выпил воду, горлу сразу стало легче, да и сам он окончательно протрезвел. На ходу пригладив волосы и взяв телефон, он обнаружил с десяток пропущенных вызовов и непрочитанных сообщений.
— Прости, вырубился так крепко, что ничего не слышал. — Пэй Жань поспешно ответил на несколько рабочих сообщений, отложил телефон, взял одежду и скрылся в ванной.
Шум воды за дверью постепенно стих. Приведя себя в порядок, Пэй Жань вместе с Гу Чэнем направился в ресторан.
Едва они дошли до входа, швейцар преградил им путь:
— Простите, уважаемые господа, сегодня ресторан полностью арендован и временно закрыт для посетителей.
Гу Чэнь немного расстроился. В этом ресторане подавали любимые макароны Пэй Жаня, и он планировал после ужина захватить коробочку с собой, но никак не ожидал, что зал окажется выкуплен.
— Рань-гэ... — виновато протянул Гу Чэнь. — Это я во всём не разобрался, хочешь чего-нибудь другого?
Пэй Жань похлопал его по тыльной стороне ладони:
— Ничего страшного, пойдём в другое место.
Настроение Гу Чэня тут же улучшилось. Снова улыбнувшись, он собирался уже увести Пэй Жаня, как вдруг из ресторана выбежал один из официантов, слегка улыбнулся и остановил их:
— Хозяин велел передать: прошу вас присоединиться к трапезе.
Пэй Жань и Гу Чэнь растерянно переглянулись. Оглядевшись по сторонам, они убедились, что кроме них двоих никого нет, и на всякий случай уточнили:
— Мы?
Официант с улыбкой кивнул:
— Да, именно вы.
Пэй Жань уже собирался вежливо отказаться, когда знакомый голос прозвучал быстрее, чем появился его обладатель.
— Пэй-Пэй! — Ци Хэюнь шагнул к ним навстречу. При виде Пэй Жаня его глаза засияли, но стоило ему заметить за его спиной Гу Чэня, как взгляд тут же потускнел. Бросив равнодушное приветствие, он произнёс: — И ты здесь.
Увидев его столь неожиданно, Пэй Жань искренне обрадовался:
— Сяо Хэ, какими судьбами? Это ты арендовал ресторан?
— Ну да. — Ци Хэюнь по-свойски приобнял его за плечи и широким шагом повёл вглубь зала, совершенно игнорируя плетущегося позади Гу Чэня. — Во всём виноваты младший брат и Гу-Гу, заладили, мол, слишком шумно, а ведь веселье — это когда людей много...
Панорамные окна от пола до потолка открывали вид на ночной пейзаж. Хрустальные люстры, свисающие с потолка, отражались в полированном мраморе пола россыпью мерцающих бликов, а тёплый золотистый свет придавал обстановке уютную домашнюю атмосферу.
Гу Линьчуань и Мэй Е сидели друг напротив друга за столом, ломившимся от изысканных блюд.
Однако было очевидно, что оба они не испытывают особого аппетита — еды почти не касались.
Гу Линьчуань откинулся на спинку стула, уткнувшись взглядом в телефон, и рассеянно выстукивал пальцами по столу какой-то ритм.
Мэй Е отправил в рот кусочек гусиной печени, которую перед этим швырнул ему Ци Хэюнь, неторопливо вытер губы салфеткой и усмехнулся:
— Ну как впечатления от первого дня в роли водителя?
— Неплохо, только человек больно бестолковый. — Гу Линьчуань оторвался от экрана телефона, чуть приподнял бровь и тронул губы усмешкой, в которой, впрочем, не было и следа веселья. — Столько времени прошло, а ума ни капли не прибавилось.
Мэй Е пожал плечами, чокнулся с ним бокалом и, предоставив тому самому разбираться с выпивкой, с улыбкой заметил:
— Разве ты не всегда считал всех вокруг глупцами?
— Так оно и есть, — отозвался Гу Линьчуань.
Мэй Е тихо засмеялся:
— Сегодня Ци Хэюнь сболтнул лишнего, ты уж не держи на него зла. Те годы, что вы не виделись, он провёл за границей и ничего не знал.
Гу Линьчуань слегка нахмурился, но ответил вполне миролюбиво, констатируя факт:
— Если бы я держал на него зла, меня бы давно хватил удар.
Мэй Е не стал спорить, но всё же попытался оправдать приятеля:
— С ребёнка что взять — у него на уме одни глупости.
Гу Линьчуань снова уткнулся в телефон и бросил сквозь зубы, даже не поднимая головы:
— Ребёнок двадцати пяти лет от роду.
Сзади донеслись звонкие трели голоса Ци Хэюня. Рядом с ним шёл Пэй Жань, с улыбкой слушая его и время от времени вставляя реплики.
— Смотрите, кого я привёл! — Ци Хэюнь шагал за спиной Пэй Жаня, положив руки ему на плечи, и, выглянув из-за него, весело провозгласил.
В глазах Мэй Е мелькнуло изуродованное испугом замешательство; он машинально взглянул на Гу Линьчуаня. Тот сидел совершенно невозмутимо, продолжая уткнувшись в экран телефона, и даже не удостоил вошедших взглядом.
Мэй Е поднялся на ноги и первым поприветствовал Пэй Жаня:
— Давно не виделись.
Пэй Жань едва заметно улыбнулся:
— Да, давно.
Видя, что на него никто не обращает внимания, Гу Чэнь переборол робость и нерешительно подал голос:
— Брат, Е-гэ.
Только тогда Гу Линьчуань поднял голову. Скользнув взглядом мимо Пэй Жаня, он уставился прямо на Гу Чэня и чуть кивнул, показывая, что услышал.
Ци Хэюнь шёпотом зашептал Пэй Жаню на ухо:
— Он вечно такой, невоспитанный. Можешь не обращать на него внимания.
С этими словами он подвёл его к столу и отодвинул для него стул — прямо напротив себя, рядом с Гу Линьчуанем.
Гу Линьчуань смотрел прямо перед собой, когда вдруг ни с того ни с сего спросил:
— А где марони, которые я просил тебя принести?
— Ой, точно, я же забыл! — Ци Хэюнь только сейчас вспомнил, что шёл через весь зал в винный погреб именно по поручению Гу Линьчуаня, из-за чего они и столкнулись в холле.
Гу Линьчуань, казалось, ничуть не расстроился и не стал требовать, чтобы кто-то шёл за ними снова, снова уткнувшись в телефон.
Зато Ци Хэюнь тут же подзвал официанта и велел принести бутылку, а после обнял Гу Линьчуаня за шею и принялся сладко извиняться:
— Ну не сердись ты, Гу-Гу.
Гу Линьчуань привычным движением отстранился, но Ци Хэюнь нисколько не смутился.
— Все свои, к чему эти церемонии, давайте уже наедаться! — Ци Хэюнь воинственно взмахнул столовым ножом и воодушевленно провозгласил.
— Это ещё кто? Я таких не знаю, — неожиданно произнёс Гу Линьчуань.
Ци Хэюнь: «?»
Мэй Е: «...»
— Ты чего шутишь, это же Пэй-Пэй!
Лицо Ци Хэюня выражало крайнее недоумение: мол, хорош дурака валять.
Гу Линьчуань ответил совершенно беспечным тоном:
— Потерял память, не помню.
Ци Хэюнь: «?»
Мэй Е: «...»
Гу Линьчуань в упор смотрел на Пэй Жаня. Его тёмные глаза казались бездонными, словно глубокое озерцо, по чёрной глади которого побежали круги, грозя затянуть в пучину всякого, кто осмелится заглянуть в них.
Между присутствующими повисло тяжёлое молчание. Наконец даже до тугодумного Ци Хэюня дошло, в чём дело, и он испуганно захлопал глазами, переводя взгляд с одного на другого.
Затем он украдкой мольбой посмотрел на Мэй Е. Тот с обречённым вздохом дёрнул его за воротник, утягивая назад, и знаком велел сидеть тихо.
Пэй Жань едва заметно, почти неразличимо вздохнул, шагнул вперёд и представился сам:
— Здравствуйте, господин Гу. Я Пэй Жань, близкий друг Сяо Хэ. Прошу прощения, что мы помешали вашей трапезе, извините, мы уже уходим.
С этими словами он собрался увести Гу Чэня за собой.
— Остановитесь, — Гу Линьчуань наконец отложил телефон, поднялся из-за стола и замер прямо перед Пэй Жанем. — Раз вы друзья, то никакого беспокойства нет.
Гу Линьчуань был высок, и отбрасываемая им тень почти полностью накрыла Пэй Жаня. Налетевший вечерний ветерок принёс с собой слабый, утончённый шлейф цитрусового аромата, исходившего от Гу Линьчуаня, и окутал Пэй Жаня с головы до ног.
Сердце Пэй Жаня болезненно сжалось, брови едва уловимо дрогнули в гримасе боли, но он через силу улыбнулся, качнув головой, всё ещё намереваясь отказаться.
Тогда Гу Линьчуань перевёл взгляд на младшего брата:
— Останься. Садись есть.
Гу Чэня словно иголками кололо, он чувствовал себя крайне неуютно и поднял глаза на Пэй Жаня, безмолвно спрашивая, как ему поступить.
Не желая ставить Гу Чэня в неловкое положение, Пэй Жань был вынужден остаться. Перехватив несчастный, почти умоляющий взгляд Гу Чэня, он ободряюще улыбнулся ему.
С безупречным дворянским изяществом Гу Линьчуань лично отодвинул стул для Пэй Жаня и велел подать меню:
— Господин Пэй, заказывайте всё, что пожелаете, не стесняйтесь.
— Благодарю. — Сделав заказ, Пэй Жань вернул меню официанту и вежливо улыбнулся сидевшему рядом Гу Линьчуаню: — Тогда я не буду церемониться.
Основные блюда подавали неспешно, поэтому официант сначала принёс запечённых улиток и густой крем-суп в горшочке под крышечкой из слоёного теста. Аромат грибов и сливок мгновенно заполнил пространство, и от первого же глотка в горле стало тепло.
Пока ждали заказ, Ци Хэюнь без умолку трещал обо всём на свете, Пэй Жань исправно отвечал на каждую его реплику, а Мэй Е, лишенный возможности молчать, молча принялся разделывать для него краба.
— Из-за чего господин Гу потерял память? Это была травма? — как бы между прочим справился Пэй Жань.
— А? — Ци Хэюнь не сразу сообразил, о чём речь, но, заметив, как Пэй Жань машинально косится на сидящего рядом мужчину, тут же всё понял. — Ах, да! В начале июня он гонял на спорткарах в Малайзии и влетел прямо в дерево, сильно стукнулся головой.
Гу Линьчуань бросил на него тяжёлый взгляд, но промолчал.
Рука Пэй Жаня, державшая столовые приборы, на мгновение замерла. С трудом поборов искушение повернуться и лично осмотреть голову сидевшего рядом человека, он тихо произнёс:
— Хорошо ещё, что господин Гу так молоден, раны заживают быстро.
Помолчав секунду, он добавил, всё ещё не в силах скрыть тревогу:
— Жажда острых ощущений — это, конечно, понятно, но всё же стоит беречь себя, особенно пока травмы полностью не зажили.
http://bllate.org/book/25750/3079157
Готово:
