На форуме воцарилась тишина на три секунды, а затем хлынул поток язвительных насмешек, заполнив и без того тесную площадку до отказа.
Ха-ха, автор поста выше — идиот, тут и обсуждать нечего.
Седьмой комментатор, ты что, клоун, присланный с того света? Ты совсем больной или как?
Я просто в шоке. Как это мою красавицу Госпожу Чжуан назвали любовницей? Вы хоть посмотрите на её стать! На лицо! Разве может такая женщина быть любовницей? Вы что, не допускаете существования настоящей любви? Это та самая так называемая жена Господина Шэнь, должно быть, положила глаз на имущество Клана Шэнь и не дает развода! Шлюха!
+1 к предыдущему комментатору.
Обсуждение мгновенно скатилось к теме: любовница она или настоящая любовь. Однако молодая медсестра, пробежав глазами по ветке, заметила: большинство пользователей твердо уверены, что Госпожа Чжуан ни в чем не виновата, а это мать Шэнь Цзыцина вцепилась в брак и не дает развода.
Медсестра нахмурилась. Раньше она и сама так думала, но сегодня, глядя на то, как люди поливают грязью Шэнь Цзыцина и его мать, она почувствовала неприятный осадок.
Разве можно творить что хочешь, если это настоящая любовь? Не это ли называется: быть подлой и при этом строить из себя святошу?
Медсестра снова взглянула в палату. Главный герой их горячих споров сидел на кровати, склонив голову и глядя в окно. Лицо мужчины было бледным — болезненной, хрупкой бледностью, и от этого вида веяло таким одиночеством и тоской, что сердце сжималось.
Медсестра внезапно вспомнила: прошел почти месяц с тех пор, как Шэнь Цзыцин попал в больницу, но та самая Госпожа Чжуан, которая по слухам так балует пасынка, и Господин Шэнь, всегда демонстрирующий, что относится к обоим детям одинаково, ни разу не навестили его.
Разве это нормально?
Раньше, когда младший господин Шэнь заболевал — даже если это была самая обычная простуда или жар, — Госпожа Чжуан проводила с ним весь день, а Господин Шэнь пораньше уходил с работы, чтобы составить компанию своему младшему сыну, который, несмотря на недомогание, так рассудительно просил отца вернуться к делам, чем вызывал у того бурю умиления и жалости.
Вспомнив, как тесно было в палате, как уютно и счастливо выглядела семья, и сравнив это с нынешней ледяной пустотой вокруг Шэнь Цзыцина, медсестра невольно почувствовала укол сострадания.
Может, принести ему побольше еды на ужин? Он так долго был без сознания, наверняка ужасно проголодался.
***
Тем временем несчастный Старший молодой господин Шэнь, вызвавший у медсестры тайную жалость, сидел на кровати и вел жаркий спор со 125-м в своей голове.
Увидев, что медсестра наконец ушла, Шэнь Цзыцин, до этого смотревший в окно, повернул голову. Он не просто бездумно глядел на улицу — он общался со 125-м в пространстве своего сознания.
125-й был его программой-спутником, которая сопровождала его более четырехсот лет, находясь в его исходном оптомозге. Хотя сейчас, из-за смены тела, у Шэнь Цзыцина больше не было того самого оптомозга, сила его души оставалась достаточно высокой, чтобы 125-й мог спокойно существовать в пространстве его разума. Конечно, общение проходило с небольшими помехами.
— 125-й, как ты себя чувствуешь? — спросил Шэнь Цзыцин.
— Ззз-з... терпимо... ззз... только здесь темновато... ззз... кажется, меня заперли в чулане, — голос 125-го прерывался, что делало его тон еще более жалким.
— Не волнуйся, все наладится, — с легким вздохом ответил Шэнь Цзыцин. — Просканируй мое тело, хочу узнать уровень физической мощи.
Он примерно чувствовал, что состояние этого тела оставляет желать лучшего — по крайней мере, со старым не сравнить, — но насколько именно оно плохо, пока не понимал.
— Ззз... без проблем, — отозвался 125-й.
125-й был программой по уходу за хозяином. В прошлой жизни Шэнь Цзыцин постоянно воевал с Расой жуков, и даже с его колоссальной мощью он не мог избежать ранений. Подобные сканирования 125-й проводил тысячи раз. Даже без помощи данных из его прежнего оптомозга, просто просканировать тело и измерить показатели для него было несложно.
— Дзынь. Сканирование начато. Маршал, подождите немного... ззз... в этот раз может потребоваться чуть больше времени.
— Хорошо, — терпеливо ответил Шэнь Цзыцин.
Обещанное время оказалось не таким уж долгим: вместо нескольких секунд сканирование заняло почти минуту. Когда мать Шэнь Цзыцина проектировала 125-го, она сделала упор на функцию проверки здоровья, ведь тогда Шэнь Цзыцин был еще совсем маленьким, а она, будучи матерью, которая часто отсутствовала дома, не могла не волноваться.
Спустя минуту сканирование завершилось:
— Дзынь. Сканирование окончено. Докладываю результаты: ззз... предварительно, физическая мощь тела ниже уровня E. Организм истощен, дефицит жизненной энергии, недоедание, плохое развитие... ззз... также присутствуют скрытые заболевания: гипогликемия, дефицит ян, анемия. Рекомендую...
Не дожидаясь окончания, Шэнь Цзыцин нахмурился и прервал его:
— Короче говоря, состояние тела крайне, просто катастрофически плохое, даже хуже, чем у обычного человека, так?
— Ззз... не совсем так... — 125-й замялся. — На самом деле не всё так плохо... ззз... возможно, предыдущий владелец просто не умел заботиться о себе. Если вы, Маршал, будете упорно тренироваться и обеспечите правильное питание, со временем... ззз...
Хотя 125-й мог проводить диагностику, он не мог рассчитать точные данные физической мощи. Для этого требовался особый камень, добываемый на одной из планет звездной системы, чтобы с точностью измерить физическую и духовную мощь человека.
Но даже этих данных — ниже уровня E — хватило, чтобы у Шэнь Цзыцина разболелась голова. Он-то думал, что даже при плохой подготовке показатели будут хотя бы B или C, а тут даже до E не дотягивает! Реальность оказалась куда суровее, чем он ожидал.
В прошлой жизни Великий маршал Шэнь обладал двойным уровнем 3S! Вот это была мощь! Тело — сталь, дух — скала! Даже при рождении он вряд ли был таким слабым, как сейчас. Великий маршал погрузился в глубокую печаль.
— Ззз... Маршал, не расстраивайтесь, генетика у этого тела неплохая... если приложить усилия... ззз... оно восстановится. К тому же, по результатам сканирования, в генах этого тела, кажется, содержится некая удивительная последовательность... ззз... так что всё не так уж плохо, — 125-й запинался, стараясь подобрать слова, чтобы убедить Шэнь Цзыцина.
Но когда всё очевидно, разве мог такой мудрый человек, как Шэнь Цзыцин, чего-то не понять? Гены? Может, они и правда хорошие, но какой в них прок сейчас? Генетика — это лишь врожденный фактор, а это тело явно было разрушено неправильным образом жизни. Какой смысл в хороших задатках, если они уже погублены?
Шэнь Цзыцин вздохнул и прервал попытки 125-го утешить его:
— Ладно, 125-й, не надо, я все понял.
— Маршал... — голос 125-го звучал неуверенно и грустно.
Его печаль была понятна. Любой, кто знал имя Великого маршала Шэня в прошлой жизни, опечалился бы. Каким был прежний Маршал? Какой силой и харизмой обладал? Он один, управляя самой заурядной мехой, мог прорубить себе путь сквозь тысячи врагов! Его яростные атаки и виртуозные маневры восхищали не только поклонников в Альянсе, но даже самого 125-го. Осознать, что Маршал обрел такое слабое тело, было невыносимо.
Однако больше всего 125-й боялся не того, что никогда больше не увидит прежнего величия Шэнь Цзыцина, а...
Программа имитировала сглатывание слюны и неуверенно произнесла:
— Маршал, теперь...
Тон был напряженным, словно он ждал ответа, который изменит всю его жизнь. Шэнь Цзыцин понял, о чем тот беспокоится, и лишь тяжело вздохнул:
— 125-й, ты ведь не хочешь, чтобы я просил тебя помочь мне с Генетическим слиянием, верно?
— Конечно, не хочу! — 125-й, чьи опасения были озвучены так прямо, внезапно пришел в возбуждение. — Маршал, вы не можете снова пойти на это! Вы ведь знаете! В прошлый раз вы пошли на генетическую модификацию только ради защиты государства Хуа, но сейчас вам не нужно взваливать на себя такой груз! Цена слишком высока! Маршал, я серьезно! Давайте не будем делать Генетическое слияние, ладно?
125-й говорил быстро, словно боясь, что Шэнь Цзыцин ответит категоричным отказом:
— Мы не будем этого делать! Не будем! Маршал, я готов хоть всю жизнь просидеть в темном чулане, лишь бы вы не стали делать то, что раньше! Пусть тело слабое, и что с того? Я буду вас защищать!
Шэнь Цзыцин почувствовал беспомощность. Никто не знал лучше 125-го, через какой ад прошел Шэнь Цзыцин после генетической модификации. Не говоря уже о дискриминации со стороны обычных людей, которые считали его «монстром», другие государства жаждали его смерти именно потому, что боялись: как модифицированный человек, он был непредсказуем.
Никто не считал его нормальным человеком. Даже если Шэнь Цзыцин сражался без перерыва полгода или даже год, никто не думал, что он устал. Все лишь говорили: «О, Маршал Шэнь — модифицированный человек, неудивительно, что он не устает». А сколько было тех, кто за спиной шептался, что все его достижения и таланты — результат модификации, что ему просто повезло?
125-й всегда приходил в ярость от таких разговоров. Таланты Шэнь Цзыцина были врожденными! Его модификация вообще не касалась физической или духовной мощи. У него и так был двойной уровень 3S, зачем ему что-то менять? И знали ли они вообще, через что пришлось пройти? Знали ли они, насколько болезненны побочные эффекты? Знали ли они, что бессмертие — это своего рода наказание?
Они ничего не знали. Они не видели, как Маршал бился головой о стену от боли, не видели его скорби, когда он хоронил всех своих близких и друзей, оставаясь в одиночестве. Они не видели, как он часами сидел на космической станции, не едя и не двигаясь, когда не было заданий.
125-й всё это знал. Он знал, что модификация — это не дар. Но другие не понимали. Поэтому они могли распускать сплюну, поэтому они могли спокойно принимать защиту Шэнь Цзыцина, не собираясь платить добром, и поэтому они, не колеблясь, убили его.
В душе 125-го кипели гнев и скорбь. Он хотел заставить Шэнь Цзыцина отказаться от идеи слияния. Если бы это было раньше, Шэнь Цзыцин обязательно подшутил бы над ним, но сейчас он лишь сказал:
— 125-й, есть вещи, от которых нельзя просто так отказаться, даже если ты этого хочешь. Сила — это очень важно. Ты должен понять: никто, кроме тебя самого, не сможет защитить тебя вечно.
Голос Шэнь Цзыцина был серьезным и низким, в нем даже почудилась легкая усмешка.
— М? — 125-й опешил. Он еще не успел осознать смысл слов, как услышал, что Шэнь Цзыцин внезапно рассмеялся.
— Скоро поймешь, — сказал тот.
Закончив, он снова повернулся к окну и произнес:
— Те двое снаружи, если есть дело, заходите.
125-й замер, не понимая, к кому обращается Маршал. Здесь же никого нет! Да и зачем говорить вслух? Пока программа пребывала в недоумении, она внезапно увидела, как в окно палаты впрыгнули две фигуры! Это пятнадцатый этаж! Как?! Кто это? Что им нужно?! 125-й в ужасе покрылся холодным потом. Нынешний Шэнь Цзыцин — не тот всемогущий Маршал, он слаб, любой обычный человек может причинить ему вред!
— Ззззззззззззз! — взвыл 125-й.
***
125-й продолжал паниковать в сознании Шэнь Цзыцина, доводя того до исступления.
— 125-й, успокойся, не суетись, это всего лишь люди, — спокойно ответил Шэнь Цзыцин.
— Это люди! Боже, это люди! Зззззззз!
Шэнь Цзыцин, уставший от шума, мысленно похлопал 125-го по голове и, сдерживая желание полностью отключить его, повернулся к двоим, которые предпочитали «нетрадиционные» способы входа.
Пока Шэнь Цзыцин изучал незваных гостей, те, в свою очередь, безмолвно разглядывали его. Их было двое: мужчина и женщина, высокий и низкая.
Высокий был одет в пестрые одежды, золотистые волосы уложены с помощью геля, от него исходила «энергичная» аура. Красивое лицо, пронзительные голубые глаза — весь его вид буквально кричал: «Привет, детка, не хочешь провести со мной ночь?».
Девушка выглядела гораздо «скромнее». Мрачноватая, с хвостом, черты лица немного напоминали мужчину, но взгляд был таким, словно она мысленно говорила: «Глупые людишки, не смейте ко мне обращаться».
Вполне интересная парочка.
Заметив их изучающие взгляды, Шэнь Цзыцин не обиделся, а лишь улыбнулся. После долгого лежания в кровати он чувствовал слабость, поэтому лениво прислонился к спинке кровати. На нем была старая сине-белая полосатая больничная пижама, но даже в ней он выглядел притягательно.
Шэнь Цзыцин около полуминуты смотрел прямо в глаза девушке с черным хвостом, затем отвел взгляд и неторопливо произнес:
— И что же привело вас двоих сюда...?
В прошлой жизни Маршал привык к одиночеству, его манера говорить и действовать всегда была спокойной и элегантной. Сейчас он не изменил себе. К тому же, его голос — низкий, бархатный, от которого у аудиофилов могли «забеременеть уши» — придавал его словам особый вес и властность. Это невольно заставляло собеседников почувствовать, что перед ними человек, с которым не стоит шутить.
Так оно и было. Эти двое, влезшие через окно, были теми самыми людьми, которые обнаружили Шэнь Цзыцина при анализе данных. Они работали в Научно-исследовательском институте при Министерстве обороны государства Хуа и были выдающимися военными с непростой биографией.
Девушку звали У Линь. Она была родом из Клана У — одного из четырех высших военных родов — и была гением в области технологий с духовной силой уровня S. Несмотря на то, что ей было всего тридцать, благодаря своим талантам она уже возглавила группу анализа данных при Министерстве обороны. Ее будущее было блестящим.
http://bllate.org/book/25685/3067534
Готово:
