Молодой человек внимательно посмотрел на табличку у входа: нет, всё та же компания "Циньфэн", филиал. Но почему сотрудницы внутри выглядели настолько ненормально?
– Сяо Янь, – увидев Янь Цзы Яня, сестрица Сюй, которой уже перевалило за тридцать, протянула ему бумаги. – Сходи и размножь все эти материалы. Управляющему они скоро понадобятся.
Янь Цзы Янь обвёл взглядом разодетых, как цветы, сотрудниц:
– Сестра Сюй, что с ними сегодня?
Сестра Сюй, убирая вещи на рабочем столе, сказала:
– Ты, парень, всё ещё не знаешь? – в её тоне звучало явное презрение к оторванности Янь Цзы Яня от мира. – Разве вчера управляющий не говорил? Президент головной компании сегодня приедет с инспекцией в наш филиал; все должны работать осторожно, не дай бог президент останется недоволен.
Янь Цзы Янь потёр нос и, обняв материалы, отправился копировать. Где уж тут серьёзная работа – эти женщины внесли выдающийся вклад в рост валового внутреннего продукта страны; неизвестно, сколько магазинов одежды и косметики они вчера опустошили.
В комнате для печати никого не было. Янь Цзы Янь только выложил материалы на принтер, как рядом раздался мягкий женский голос:
– Ты тоже пришёл печатать материалы?
Янь Цзы Янь опустил взгляд к ногам женщины, затем посмотрел на белые сверкающие лампы над головой и промолчал.
– Эй, я с тобой говорю! – гостья, похоже, немного рассердилась и заметно повысила голос.
Янь Цзы Янь по-прежнему не обращал внимания и продолжал шурша печатать материалы.
Материалов было немного, они были скопированы в несколько мгновений. Янь Цзы Янь взял бумаги, вышел из комнаты для печати и попутно закрыл за собой дверь.
Нынешние приёмы этих чертей, прикидывающихся нормальными людьми, становились всё менее профессиональными: стоять в таком ярко освещённом месте и не отбрасывать тени! За дурака его держат, что ли? Ха! Захотела подойти поболтать с этим господином, а потом высосать его мужскую энергию ян (1)? Как бы не так!
"Не стану с тобой разговаривать, посмотрим, что ты сможешь сделать!"
– Сестра Сюй, материалы готовы, – с улыбкой на лице протянул он бумаги сестре Сюй, сел за свой рабочий стол, включил компьютер и принялся за кое-какие счета и отчёты. Как новичок в деловом мире, он вполне закономерно удостоился той "чести", которую получают многие новички, – стал "мастером на все руки по любым делам". Янь Цзы Янь с миловидным лицом и мягкой улыбкой уже находился в довольно неплохом положении: по крайней мере, он ещё не сталкивался с травлей и давлением, в худшем случае красивые девушки в офисе немного помыкали им. Мужчина – что ж, нужно быть к себе построже; такие мелкие потери – всё равно что капля воды.
Долговременный дух А-Кью (2) позволил Янь Цзы Яню в считанные месяцы снискать любовь женской половины коллектива; даже тётушка, мывшая туалеты, при встрече с ним улыбалась, заговаривала с ним и попутно рассказывала о своей племяннице, которая тоже окончила университет.
* * *
– Господин президент, все и так работают очень старательно; услышав, что Вы приедете с инспекцией, все чрезвычайно обрадовались, – управляющий, кланяясь и угодливо кивая, провожал бесстрастного мужчину к главному входу компании и украдкой вытирал пот со лба. Неизвестно, чудилось ли ему, но этот молодой президент, которому на вид не было и тридцати, почему-то давил на него ощущением силы. Неужели это мощь паралича лица?!
Скользнув взглядом по кому-то, чьё лицо с самой встречи не изменилось ни на йоту, Ван Цзин Нянь отвёл глаза: поистине любимец финансовых репортажей, с головы до ног собрал достоинства, которым завидуют все мужчины. Как же прикажете жить мужчинам всей страны? Что до него самого, едва перевалившего за тридцать и уже обзавёдшегося брюшком, то он чувствовал, как на него давит огромная "утка-груша" (3).
Цинь Сюй Цзинь, прищурившись, оглядел мужчин и женщин, делавших вид, что усердно работают, вошёл в главный вход компании, вытянул указательный палец, провёл им по стеклу окна, затем посмотрел на свой указательный палец и обронил два кратких, исполненных силы слова:
– Есть пыль.
Ван Цзин Нянь дёрнул уголком рта, снова взглянул на стёкла, в которых можно было отражаться, и подумал: разве он мог сказать, что у их президента, оказывается, есть такая напасть, как брезгливость к грязи?
Помощник Цинь Сюй Цзиня Хань Ян с сочувствием взглянул на Ван Цзин Няня, затем принял позу "глаза созерцают нос, нос созерцает сердце" (4) и стал изображать стенное украшение. Что до недостатков их бесстрастного начальника, то о них можно было бы исписать весь бамбук (5), и того бы не хватило; сегодня бедняге придётся несладко.
Ван Цзин Нянь собирался было велеть всем аплодировать в знак приветствия президента, прибывшего с проверкой, но, увидев эту картину, решил, что лучше держаться потише: чего доброго, президент ткнёт пальцем в лицо какой-нибудь сотруднице и тоже бросит два слова: "есть пыль", – и тогда...
Сотрудницы, с одной стороны, делали вид, что усердно работают, а с другой – с воодушевлением разглядывали молодого президента.
Всего лишь двадцать пять-двадцать шесть – какой прекрасный возраст! Можно не бояться, что у него есть жена и дети, а значит, нет и душевного груза от роли третьей стороны; взгляните на этот облегающий костюм Армани! Сколько в нём породы, сколько благородства!! А это красивое лицо, эти глаза, сияющие, как звёзды, эти чувственные уголки губ – как в мире может быть такой красивый и богатый мужчина? Назвать его "алмазным холостяком" (6) – значит оскорбить его.
Сестра Сюй с беспомощным видом оглядела мечтательных сотрудниц и мужчин-сотрудников, которые, казалось, все прокисли от зависти: эти люди ещё слишком молоды, слишком мало видели. Она перевела взгляд и увидела человека, который был невозмутимее её самой. Тот, не поднимая головы, смотрел в экран компьютера и, казалось, ничуть не подвергся влиянию вошедших. Сестра Сюй невольно кивнула: поистине студент, вышедший из университета Си, – рабочее отношение у него и вправду отличное.
Не только сестра Сюй заметила необычность Янь Цзы Яня: бесстрастный президент Цинь тоже заметил в углу какого-то незаметного мелкого служащего. И тогда президент Цинь, шагая своими длинными стройными ногами, с изящной осанкой направился к некоей чашке-трагедии, которая как раз глупо радовалась успешному воровству овощей (7).
И потому, где бы ни оказалась чашка-трагедия, она остаётся чашкой-трагедией – по той же причине, по какой золото засияет, где бы оно ни оказалось (8).
_______
1. 阳 (yáng) – ян – в китайской философии светлое, мужское, активное начало; в народных представлениях – жизненная энергия, которую могут отнимать злые духи.
2. 阿Q精神 (Ā Q jīngshén) – дух А-Кью – тип самоутешения и "духовной победы", названный по герою повести Лу Синя "Подлинная история А-Кью"; способ оправдывать поражения мнимым моральным превосходством.
3. 鸭梨很大 (yālí hěn dà) – литературный перевод – утка-груша очень велика – интернет-каламбур, омофоничный фразе 压力很大 (yālì hěn dà) "давление очень велико"; 鸭梨 "груша" звучит как 压力 "давление".
4. 眼观鼻，鼻观心 (yǎn guān bí, bí guān xīn) – литературный перевод – глаза созерцают нос, нос созерцает сердце – выражение, описывающее самоуглубление, собранность или показное безучастие, когда человек словно не замечает окружающего.
5. 罄竹难书 (qìng zhú nán shū) – литературный перевод – истратить весь бамбук, но не описать – идиома, означающая, что преступления, недостатки или события столь многочисленны, что не хватит бамбуковых дощечек для их записи.
6. 钻石王老五 (zuànshí wánglǎowǔ) – алмазный холостяк – ироническое обозначение завидного богатого холостяка, не обременённого семьёй.
7. 偷菜 (tōu cài) – воровать овощи – популярная в китайских социальных сетях игра-ферма, где пользователи "крадут" урожай с чужих виртуальных огородов.
8. 金子到哪里都会发光 (jīnzi dào nǎlǐ dōu huì fāguāng) – литературный перевод – золото засияет, где бы оно ни оказалось – поговорка о том, что истинная ценность человека или таланта непременно проявится в любых обстоятельствах.
http://bllate.org/book/25678/3097338
Готово:
