Свободная лодка заметила этого одинокого пассажира, подплыла поближе к Шэнь Сюаню, и седовласый старик на носу повысил голос:
— Куда путь держишь, гость?
Эти маленькие судёнышки свободных практикующих, что целыми днями болтались у переправы на Реке Ланьцзян, в основном приводились в движение духовной силой. Они перевозили лишь пассажиров на короткие расстояния и не имели фиксированных маршрутов — направление выбиралось исключительно по первому клиенту.
Шэнь Сюань в два-три шага запрыгнул на борт и произнес:
— В Пинцзян.
Он внезапно на мгновение замер, задумался и исправил ответ:
— Нет, в Наньцин.
И Пинцзян, и Наньцин находились всего лишь по разные стороны реки от Цинси, но лежали в совершенно противоположных направлениях, так что о попутном пути не могло быть и речи. Старик немного растерялся, однако расспрашивать о намерениях гостя не стал и с радушием пригласил Шэнь Сюаня пройти вглубь судна.
Определившись с пунктом назначения, старик подождал еще немного, подобрал еще парочку попутчиков и активировал узор заклинания на борту.
Духовная сила расколола еще не до конца растаявший на реке тонкий лед, и лодка устремилась вниз по течению.
Спустя два часа пути попутчики один за другим сошли на берег.
Лодка постепенно опустела.
Старик нес вахту на носу, и в долгом путешествии ему неминуемо стало скучно.
Будучи человеком разговорчивым, он решил поболтать с оставшимся пассажиром.
Окинув всё вокруг взглядом, он счел, что сидящий неподалеку юноша с изогнутыми бровями выглядит наиболее доброжелательно, и завел разговор первым:
— Братец, а что ты забыл в Наньцине?
Шэнь Сюань повернул лицо и улыбнулся:
— Меня спрашиваешь? Ищу кое-кого.
Старик продолжил:
— Судя по тому, как ты рад, братец, с тем человеком у тебя должны быть прекрасные отношения, верно?
— Нет. Он мой заклятый враг, — Шэнь Сюань покачал головой и серьезно пояснил: — Кровная месть. Чудом уцелев, я наконец-то получил возможность отомстить, так что вполне естественно, что я немного рад. Прошу прощения, если это выглядит забавно.
Старик:…
Он незаметно отодвинулся от Шэнь Сюаня чуть подальше.
Шэнь Сюань рассмеялся:
— Шучу, иду искать своих спутников на пути Дао.
Старик только было облегченно выдохнул, как Шэнь Сюань мягким и ностальгирующим тоном продолжил:
— Мы много лет не разговаривали по душам, интересно, как этот ублюдок выглядит сейчас… А вдруг его уже прикончили за то, что нажил слишком много врагов? Конечно, внезапная смерть от какого-нибудь нерукотворного несчастного случая тоже вполне приемлема.
У старика дрогнула рука, и он задел заклинательный узор на лодке — судно с глухим стуком врезалось в берег, взметнув брызги.
Прибыли.
Шэнь Сюань снова нахлобучил бамбуковую шляпу и попрощался со стариком:
— Я приехал, счастливого пути.
Глядя на удаляющуюся со спины фигуру спрыгнувшего на берег юноши, старик не удержался и покачал головой.
Ему едва перевалило за десяток лет, какие у него могли быть спутники на пути Дао, с которыми они много лет не беседовали нормально.
Нынешняя молодежь просто… издевается над стариками.
Мир Бессмертных действительно катится по наклонной, каждое поколение хуже предыдущего.
Глава 2
Шэнь Сюань добрался до городских кварталов Наньцина уже во второй половине дня.
По сравнению с Биси, где у подножия Академии Тай-И толпился народ, этот небольшой городок под юрисдикцией Второго Храма явно не пользовался особой популярностью. К тому же погода стояла скверная, и у городских ворот околачивались лишь редкие прохожие.
Шэнь Сюань неторопливо шагал к воротам, держа в руке наконец-то настигший его Талисман Передачи Голоса, и объяснял собеседнику свой выдуманный предлог:
— Да, отец. Я оставил записку в изоляторе, у меня есть личные дела, которые нужно уладить, и я пока не могу составить вам компанию и тратить время на пребывание в заточении.
Из талисмана раздался властный голос мужчины средних лет, в котором звучало нескрываемое недовольство:
— Это твой тон общения с отцом? Поступая подобным образом, во что ты ставишь правила Академии? Куда делись все наставления, что я давал тебе изо дня в день?
— С какими это негодяями ты вечно водишься на стороне, раз они довели тебя до такого состояния?
— Ты всегда был ребенком, на которого я мог положиться, но на этот раз ты меня глубоко разочаровал.
…
Каждая фраза собеседника звучала всё суровее и тяжелее. Если бы речь не шла о нем самом, Шэнь Сюань, пожалуй, и впрямь решил бы, что эти слова описывают какого-то безнадежного негодяя.
Блуждающим взглядом Шэнь Сюань скользнул по оказавшимся совсем близко обветшалым городским воротам и свинцово-серому небу. Слова, доносившиеся из Талисмана Передачи Голоса, он пропускал мимо ушей, но отвечал все тем же привычным, почтительным и смиренным тоном:
— Отец, я понимаю твои намерения. Когда вернусь, я понесу наказание. У меня еще есть дела, я не могу больше с тобой разговаривать.
Наскоро отделавшись от собственного родителя, не дожидаясь, пока тот продолжит нравоучения, он решительным движением скомкал Талисман Передачи Голоса и бросил его в угол Пространственного мешочка.
Заниматься самоанализом — это удел истинно шестнадцатилетнего Шэнь Сюаня, но сам он этот возраст давно перерос.
*
Подойдя к городским воротам и уже собираясь войти внутрь, Шэнь Сюань неожиданно наткнулся на легкую преграду из потока духовной силы.
Внутри города установили барьер.
Ныне в Мире Бессмертных царило мирное время, и за исключением нескольких стратегически важных крепостей, большинство городов позволяли свободный вход и выход. Защитные барьеры возводили крайне редко, не говоря уже о таком заштатном городке, как Наньцин.
Шэнь Сюань на мгновение замер перед барьером, обдумывая различные варианты развития событий, как вдруг сбоку раздался ленивый голос:
— Заезжий Культиватор? Пожалуйста, предъявите удостоверение личности. В последнее время в Наньцине неспокойно, и прибывающим из других мест Культиваторам необходимо регистрироваться при входе и выходе из города, прошу прощения за неудобства.
Повернув голову, он увидел в незаметном углу у городских ворот стол под импровизированным навесом от дождя, за которым сидел юноша его же лет.
Лицо юноши было самым заурядным, веки по привычке слегка опущены, а сам он выглядел расслабленным и каким-то уставшим.
Шэнь Сюань бросил взгляд на небрежно наброшенное на плечи юноши бледно-зеленое халатец.
Единая форменная одежда Храма со вышитым по краю манжет — венчиком из ивовых листьев выдавала в нем стража Второго Храма, расквартированного здесь.
…Нашел.
Шэнь Сюань шагнул вперед и протянул свое удостоверение личности:
— Неспокойно?
Словно проделывая это со всеми проходящими мимо чужаками, юноша взял кисть, записал имя Шэнь Сюаня и монотонным голосом заучил стандартную формулу Храма:
— В последнее время в этих краях орудует преступник, разыскиваемый Вторым Храмом. Если заметите его следы, можете доложить в гарнизон Храма, за предоставление информации полагается награда… Разумеется, по моему личному мнению, ради собственной безопасности я бы не советовал сотоварищу ради наград ввязываться в дела беглых преступников. Пожалуй… что бы ни привело сотоварища сюда, остановиться на этом и повернуть назад — будет лучшим решением.
Шэнь Сюань выглядел так, будто совсем не уловил намека, и вздохнул:
— Судя по всему, этот преступник свиреп и жесток.
Юноша заступился за честь разыскиваемого лица:
— Свиреп и жесток… пожалуй, не скажете. Ему тоже приходится несладко, скрываясь от преследования. Впрочем, таким благопристойным и законопослушным гражданам, как мы, все же лучше иметь мужество держаться подальше от неприятностей.
Шэнь Сюань протянул правую руку.
Юноша опустил кисть и уставился взглядом на протянутую ему ладонь со следами тонких мозолей от меча. Его глаза неуловимо дрогнули.
С привычной непринужденностью справившись с этим минутным замешательством, он лениво приподнял веки:
— Чего тебе?
— Ориентировка на розыск.
Шэнь Сюань встретился взглядом с глазами собеседника и с улыбкой произнес:
— В Храме ведь должны выдавать такие? А вдруг мне улыбнется удача и я получу награду.
Разумеется, это была вполне нормальная и разумная просьба.
Юноша выдвинул ящик стола, достал лист розыска и вложил его в руку Шэнь Сюаню.
Приняв листовку, Шэнь Сюань скользнул взглядом по имени Лу Цзюньхэн сбоку и перевел его на портрет в центре, слегка изогнув уголки губ.
Лицо на розыскном листе выглядело необычайно юным и красивым, даже несмотря на грубоватую манеру рисунка.
Глядя на его неуместную улыбку, юноша из чувства долга поинтересовался:
— Сотоварищ знаком с этим человеком?
— Ничуть.
Шэнь Сюань покачал головой, еще раз внимательно разглядывая портрет преступника, и искренне похвалил:
— Впрочем… это поистине приятное глазу лицо. Если бы я искал себе спутника на пути Дао, то непременно выбрал бы похожего. А вздумай он сделать что-то против моей воли, я бы запросто снес ему голову и оставил себе на память.
Юноша чуть приподнял веки и решил высказать критическое замечание, соответствующее его служебному положению:
— Уважаемый сотоварищ, после таких слов у меня появляются веские основания подозревать тебя в связи с этим преступником. Я ведь могу напрямую пригласить тебя в гости в гарнизон Храма.
Шэнь Сюань оставил это без отметки:
— Вот как? Только ты совсем не похож на человека, настолько преданного своей работе.
— Как знаешь.
Юноша опустил веки, возвращая Шэнь Сюаню удостоверение личности, и с полным отсутствием интереса сделал жест рукой:
— Пусть ты и изъясняешься не хуже какого-нибудь злого культиватора, но по крайней мере к твоей официальной личности претензий нет, и пока у меня нет причин тебя задерживать — добро пожаловать в город. Раз уж сотоварищ преодолел такой путь, вряд ли его целью было болтать о пустяках с ничем не примечательным регистратором у городских ворот.
Шэнь Сюань не сдвинулся с места.
Оставив пока вход в город и беглого преступника на потом, он резко свернул тему:
— Когда у тебя смена заканчивается?
Юноша поднял голову и нахмурил брови:
— М?
Шэнь Сюань заговорил так непринужденно, будто обсуждал погоду:
— Говорят, что роса бессмертных в Пинцзяне — непревзойденное угощение, а я там еще не бывал. Как насчет того, чтобы после смены вместе пропустить по чашечке?
Немного растерявшись, юноша мягко отказался:
— Во-первых, хотя я родом из Пинцзяна, мы сейчас в Наньцине, а не в Пинцзяне. Во-вторых, сотоварищ, судя по всему, еще не дорос до возраста, когда можно приглашать незнакомцев выпивать?
— Вот как.
Шэнь Сюань кивнул, словно совершенно не заметив отказа в его словах:
— Тогда как насчет Ресторана Тяньсян? Угощу тебя рыбой.
Юноша повысил голос, выражая протест:
— Эй, эй, ты вообще меня слушаешь? Я порядочный человек на честной службе, таким не занимаюсь.
Шэнь Сюань слегка огорчился:
— Похоже, я требую невозможного. Ну тогда…
Он говорил очень мягко, но взгляд юноши внезапно похолодел, и он инстинктивно отпрянул в сторону, пытаясь увернуться.
В следующее мгновение Шэнь Сюань резко рванулся вперед, одной рукой перехватил его за запястье и вжарил в темный угол, а другой выхватил духовный меч, приставив лезвие прямо к его горлу.
Клинок оставил тонкую красную полоску крови на белой коже.
Бамбуковая шляпа соскользнула во время резкого движения, и чересчур смазливое лицо Шэнь Сюаня во всей красе предстало перед ним.
Дождевая капля скатилась по волосам обоих.
Слегка проведя лезвием духовного меча, Шэнь Сюань заглянул в красную родинку на шее собеседника и с подлинным беспокойством вздохнул:
— Что-то реакция у тебя замедлилась. Чем ты занят последнее время, превратился в никчемную рухлядь?
http://bllate.org/book/25670/3062317
Готово:
