Готовый переклад Nine Deaths to Immortality [Rebirth] / Девять жизней до бессмертия: Порочный круг любви: Розділ 22

(Ctrl + влево) Попередня глава   |    Оглавление    |   Следующая глава (Ctrl + вправо)

Глава 21. Условие

Когда Бай Цзэ и Цуй Цянь выходили из веселого дома, в голове у обоих слегка шумело — судя по всему, они выпили слишком много вина.

Цуй Цянь поддержал захмелевшего Бай Цзэ, довел его до дома, бережно уложил на кровать и уже собирался уходить, как вдруг Бай Цзэ обхватил его за шею и резко потянул вниз, едва не завалив всего на себя.

Взгляд его был туманным, а на губах играла робкая улыбка.

— Не уходи, побудь со мной еще немного.

Цуй Цянь уперся руками по обе стороны от Бай Цзэ, никак не ожидая, что тот при всей своей пьяной сути сохранит такую силу. Естественная улыбка на лице Бай Цзэ, в которой не чувствовалось ни капли настороженности... Цуй Цянь на мгновение замер.

— Что, уже не хочешь меня отпускать? — с двусмысленной интонацией произнес Цуй Цянь.

Бай Цзэ кивнул.

— Мы... так долго не пили вместе. Так долго...

— Посиди со мной еще чуть-чуть, умоляю. Не ненавидь меня, не сомневайся во мне.

— Я ведь правда... очень сильно тебя люблю.

Бай Цзэ похлопал ресницами.

— Я никогда тебя не предавал. Почему ты мне не веришь...

Взгляд Цуй Цяня постепенно холодел.

Бай Цзэ протянул руку, желая коснуться лица человека перед ним... но внезапно почувствовал резкую боль в запястье, и его руки с силой прижали к постели.

— Какая жалость, — Цуй Цянь приподнял подбородок Бай Цзэ, всматриваясь в его затуманенные, растерянные глаза. — Пусть всё идет своим чередом...

— Пусть всё постепенно дойдет до нужной кондиции...

Цуй Цянь опустил голову и глубоко вдохнул воздух у самой шеи Бай Цзэ, блаженно прикрыв глаза.

***

Проснувшись утром, Бай Цзэ почувствовал тупую боль в голове.

Он всегда отличался умеренностью и никогда в жизни не напивался до такого состояния. И как назло, хоть убей, не мог вспомнить, с чего вдруг вчера так набрался — в памяти запечатлелось лишь то, как они с Цуй Цянем отправились в бордель, а после он напрочь потерял сознание.

Выйдя из спальни, он тут же столкнулся с дежурившим у дверей слугой:

— Молодой господин, вы проснулись? Барин ждет вас в столовой, хочет позавтракать вместе.

— Вот как, — Бай Цзэ потер виски.

Цуй Цянь сегодня, казалось, выдался на редкость праздным.

— Отоспался? — распоряжаясь насчет подачи блюд, мягко обратился к нему Цуй Цянь. — Вчера ты хватил лишнего, так что сегодня лучше поесть что-нибудь легкое.

В глазах Бай Цзэ мелькнуло удивление. Ему безумно хотелось спросить, с какой стати он вчера так упился, но, подумав, он решил промолчать.

Завтрак и впрямь состоял из легких блюд, и что еще удивительнее — пришелся Бай Цзэ по вкусу.

Приходилось признать, что Цуй Цянь был человеком на редкость внимательным и заботливым.

— Сегодня праздник фонарей, во дворце будет вечерний пир, я тоже должен там присутствовать, — обронил Цуй Цянь, когда они закончили трапезу.

— Понятно. — Бай Цзэ сделал глоток чая и ответил с самым невозмутимым видом.

— Ты идешь со мной. — Цуй Цянь бросил взгляд на не принявшего его слова всерьез Бай Цзэ и добавил еще одну фразу.

Бай Цзэ опешил и глухим голосом произнес:

— Я никуда не пойду.

— С чего бы это? Боишься, что тебя узнают? — Цуй Цянь насмешливо приподнял бровь. — До чего же ты его боишься...

— Да, — усмехнулся Бай Цзэ. — Боюсь до смерти. Я с таким трудом оттуда сбежал, возвращаться туда и лезть прямо в пасть тигру было бы полным безумием.

Цуй Цянь принял крайне оскорбленный вид.

— Ты что же, совсем не веришь, что я смогу тебя защитить?

— Ты? — голос Бай Цзэ чуть повысился. Хотя он не договорил до конца, его взгляд не оставлял сомнений в полном отсутствии доверия.

— Ладно, похоже, так тебя не переубедить. — Цуй Цянь развел руками, глядя на Бай Цзэ. — Если сегодня ты составишь мне компанию на пиру, я отвечу на один твой вопрос. Что скажешь?

Во взгляде Бай Цзэ мелькнуло смятение, и готовые сорваться с языка возражения застряли в горле. За последнее время он уже успел заметить: Цуй Цянь лишь с виду кажется простодушным, а на деле — непроницаем, как монолит. Если он сам того не захочет, вытянуть из него хоть что-то практически нереально.

Но... возвращаться в то проклятое место Бай Цзэ действительно страшно не хотелось.

— Тебе нужно лишь притвориться моим слугой и войти со мной во дворец, делать ничего не придется. Возможно, ты даже не встретишь того, кого так боишься... — соблазнял его Цуй Цянь.

В глазах Бай Цзэ зашевелилисьтки сомнений.

— Зачем тебе непременно брать меня с собой? — спросил он, ведь ему было совершенно непонятны истинные мотивы Цуй Цяня.

Цуй Цянь покрутил перед носом одним пальцем и ухмыльнулся:

— Это тоже считается за вопрос. Если ты настаиваешь, можешь задать его, но ответ я дам только после нашего возвращения.

— Ты! — Бай Цзэ злобно сверкнул глазами. Настоящий негодяй!

Цуй Цянь чуть приподнял веки и спокойно посмотрел на него:

— Раз уж отвечать буду я, то и форму ответа определяю я. Не забывай, помощь нужна тебе, а не мне.

Бай Цзэ замолчал, его лицо постепенно разгладилось. Цуй Цянь был прав: у него не было никаких козырей для торга. И все же он попытался выторговать лучшие условия:

— Всего один вопрос?

— Да. — Цуй Цянь легко улыбнулся. — Абсолютно любой вопрос.

— Хорошо, — сдался Бай Цзэ.

***

По идее, чиновникам, не занимающим высоких постов при дворе, не полагалось приводить с собой свиту на дворцовые пиры. Но Цуй Цянь, будучи родственником императорской семьи, явно обладал особым статусом, так что никто не стал чинить препятствий проходу его личного слуги — его лишь тщательно досмотрели.

— Ну как, придумал вопрос? — шагая рядом, тихонько спросил Цуй Цянь.

Бай Цзэ предпочел промолчать, глядя прямо перед собой.

Цуй Цянь не унимался, дернув его за рукав:

— Разве гостю подобает стоять с таким кислым лицом перед хозяином? А вдруг окружающие заподозрят неладное?

На лбу Бай Цзэ отчетливо запульсировала жилка.

— Ничего, можешь не спешить, времени на раздумья вагон, — лукаво улыбнулся Цуй Цянь.

Да вовсе не это его тревожило! Бай Цзэ молча отступил на полшага назад, держась чуть позади Цуй Цяня.

Цуй Цянь лишь весело рассмеялся, ничуть не обидевшись.

Вскоре они добрались до покоев императрицы.

Судя по всему, отношения между Императрицей Цуй и Цуй Цянем были самыми теплыми. Увидев брата, она искренне обрадовалась и шутливо укорила его:

— Братец, столько времени прошло, а заглянуть к сестре тебе недосуг.

— Разве я не здесь? И к тому же принес твои любимые пирожные с лотосом, которые мама сама испекла. — Цуй Цянь велел Бай Цзэ передать коробку дворцовой служанке, прислуживавшей императрице.

— Спасибо. — Императрица Цуй радостно улыбнулась.

В этот момент как раз подоспел Цзи Сюань. Легко постучав в дверь, он с улыбкой произнес:

— Надеюсь, я не прерываю семейную беседу?

— Что вы, Ваше Величество, я как раз жду вас, — кокетливо протянула Императрица Цуй.

Цзи Сюань улыбнулся, кивнул Цуй Цяню, а когда его взгляд скользнул по стоявшему за спиной последнего Бай Цзэ, он на секунду замер, но тут же беззаботно отвел глаза.

Бай Цзэ торопливо опустил голову. Память Цзи Сюаня всегда была безупречной — он сразу понял, что император его узнал. Вспомнив их случайную встречу в сливовой роще, он почувствовал, что оставаться здесь — настоящее изощренное мучение.

Ему не хотелось, чтобы Цзи Сюань принимал его за какого-нибудь смазливого фаворита Цуй Цяня, пусть даже сам Цзи Сюань понятия не имел, кто скрывается под личиной слуги.

Цуй Цянь последовал за Цзи Сюанем и Императрицей Цуй в императорский сад с самым отрешенным видом.

Не имея никаких реальных государственных должностей, он попадал во дворец исключительно благодаря родственным связям с императорским домом, а потому к кругу высших сановников не принадлежал.

Бай Цзэ же и вовсе старался держаться как можно дальше от Цзи Сюаня. Он пришел сюда исключительно по принуждению Цуй Цяня, и сейчас от него за версту разило откровенным пренебрежением к происходящему — он лишь мечтал о том, чтобы этот вечер поскорее закончился и можно было вернуться домой.

Окинув взглядом окрестности и заметив притихшего Бай Цзэ, Цуй Цянь с лукавым блеском в глазах направился к нему с бокалом вина в руке.

— Скучно? — омерив Бай Цзэ насмешливым взглядом, протянул Цуй Цянь. — Когда ты был рядом с Цзи Сюанем, неужели тоже вот так избегал подобных мероприятий?

Бай Цзэ, уже привыкший к подобным вылазкам под дых со стороны Цуй Цяня, лишь холодно полоснул по нему взглядом:

— Я всегда такой.

— Поганенький из тебя вышел подчиненный, — отпив глоток вина и косясь в сторону Цзи Сюаня, заметил Цуй Цянь. — Какая идиллия меж венценосных супругов... Видя, как счастлива моя сестрица, я могу наконец успокоиться за нее.

Бай Цзэ хранил молчание.

Цуй Цянь легонько толкнул его локтем в бок, не собираясь позволять ему отсидеться в тишине — его глаза ярко сияли в ночной темноте:

— Ну а ты что думаешь?

— Прекрасно, — помолчав, с едва заметной улыбкой выговорил Бай Цзэ. — Сердца императора и императрицы бьются в унисон, в стране царит мир и покой. Это прекрасно.

Цуй Цянь удивился:

— Не ожидал от тебя такой широты взглядов. Я-то думал, тебе больно смотреть на его семейное счастье.

— Это ты судишь о благородных людях по меркам собственного ничтожества, — уголки губ Бай Цзэ изогнулись в саркастической ухмылке. — По сравнению с государственными делами наши с ним личные счеты — сущая пыль. К тому же, прикажет монарх подданному умереть, и тот не смеет ослушаться... Это ведь не кровная месть в мире цзянху, чтобы бесконечно гоняться друг за другом по кругу?

— До чего же высокие слова, цыц-цыц... Если бы я собственными глазами не видел, как ты бежал, подобно брошенной дворняжке, я бы почти поверил, — приподнял бровь Цуй Цянь.

— Тебе стоило бы поверить, — холодно усмехнулся Бай Цзэ. — Я уже трижды умирал за него — сполна отдал долг преданности государю и подданному. Сразу предупреждаю: если ты вздумаешь использовать меня в каких-то коварных планах против него, твоему триумфу не суждено сбыться.

— Почему? — испытующе глядя на него, спросил Цуй Цянь. — Из-за вашего долга государя и подданного?

Бай Цзэ ненадолго умолк, а затем произнес:

— Нет. У нас больше нет этого долга.

— Тогда в чем же дело? — сгораючи от любопытства, допытывался Цуй Цянь.

— Потому что он мне не верит, — улыбнулся Бай Цзэ.

Пытаться играть на каком-то несуществующем долге перед человеком, который тебе ни капли не верит — чистой воды безумие. К тому же... он и сам не опустился бы до подобного.

Когда он бежал отсюда, в его сердце действительно бушевала лютая ненависть к Цзи Сюаню.

Для него Цзи Сюань был подобен въевшемуся в самую кость, неизлечимому яду. Этот яд отравлял его медленно, ослепляя и погружая в дурманящий омут; зная, что это гибель, он всё равно добровольно шел на нее... пока отрава не проникла в костный мозг. И лишь когда в один прекрасный день яд дал о себе знать страшной болью, он осознал, что такое разбивающее сердце отчаяние и каково это — утолять жажду отравленным вином.

Но ведь он сам сделал этот выбор, и его ненависть к Цзи Сюаню была не чем иным, как ненавистью к самому себе.

Ненавистью за собственное ослепление.

Именно его собственная распущенность позволила ему закрыть глаза на правду и толкнула в бездонную пропасть.

— Эй, кажется, Цзи Сюань идет сюда, — Цуй Цянь помахал рукой перед глазами Бай Цзэ.

Увлекшись мыслями, Бай Цзэ моргнул, а в уголках его глаз промелькнула легкая тень беспомощной улыбки. Он сбежал не только из нежелания и дальше тешить себя иллюзиями, но и потому, что оказался безжалостно отброшен за ненадобностью, разве нет?

— Должно быть, направляется к тебе. Я не стану мешать, — проговорил Бай Цзэ, собираясь ретироваться.

Но Цуй Цянь крепко схватил его за руку, не давая сдвинуться с места:

— Не беги. Побежишь — выдашь себя с головой.

Черт бы побрал это «выдашь себя с головой»! Если Бай Цзэ и сдерживался от того, чтобы не проклясть всех предков Цуй Цяня до седьмого колена, то исключительно потому, что Цзи Сюань уже подошел вплотную.

Бросив взгляд на руку Цуй Цяня, в которой тот сжимал запястье Бай Цзэ, Цзи Сюань едва заметно улыбнулся:

— А ты, смотрю, совершенно не умеешь соблюдать приличия.

— У меня нет великих амбиций, планирую просто проживать день за днем, к чему мне эти условности? — беспечно рассмеялся Цуй Цянь. — Если бы я жил в таком же постоянном напряжении, как Ваше Величество, то лучше бы вы меня прикончили.

Бай Цзэ покрылся испариной, в душе мысленно вытирая пот за безумца.

— Считай, что я ничего не слышал, — выражение лица Цзи Сюаня слегка помрачнело.

— Полноте, Ваше Величество, у меня душонка крошечная, так и испугаться недолго, — с преувеличенным страхом в голосе выдал Цуй Цянь.

Цзи Сюань не выдержал и бросил на него сердитый взгляд:

— Хватит.

— Ладно-ладно, — Цуй Цянь легко пожал плечами.

— Я вовсе не намерен воспитывать тебя вместо твоего отца. Баловаться можешь, но знай меру, усек? — Цзи Сюань бросил холодный взгляд на Бай Цзэ.

Смысл этих слов был предельно ясен: не стоит выводить в свет всякий непотребный сброд.

Лицо Бай Цзэ окаменело. Неужели толстокожесть — это заразная болезнь?

Цуй Цяню бы просто отшутиться и замять тему, но он вместо этого напустил на себя убийственно серьезный вид:

— Кто вам сказал, что я просто балуюсь?

Он посмотрел на Бай Цзэ таким полным страсти взглядом, что у того по коже побежали мурашки. Предчувствуя неладное, Бай Цзэ мысленно взвыл, а Цуй Цянь тем временем продолжил:

— Мои чувства к нему искренни.

Лицо Бай Цзэ наконец дрогнуло. Он уже начал верить, что Цуй Цянь притащил его сюда исключительно ради роли безучастной декорации, и это определенно было величайшей ошибкой в его жизни.

Цзи Сюань перевел на Бай Цзэ самый пристальный взгляд:

— Он говорит правду?

Ложь... Бай Цзэ уже собирался это опровергнуть, как вдруг почувствовал, что его ладонь до боли сжали. Скрепя сердце он кивнул, а его лицо помрачнело настолько, что с него, казалось, вот-вот закапает вода.

Цуй Цянь тут же выступил вперед, заслоняя его собой в лучших традициях защитника:

— Кожа у него куда тоньше моей, Ваше Величество, не пугайте его. Все вопросы можете задавать мне напрямую.

— Вы сошлись... когда? — тихо усмехнувшись, спросил Цзи Сюань, не сводя темных глаз с Бай Цзэ.

— Давно уже, — Цуй Цянь сделал вид, будто погрузился в воспоминания, и вздохнул: — Поначалу меня тоже страшил груз реальности и пересуды за спиной, я колебался. Но теперь наконец понял: за некоторые вещи нужно цепляться изо всех сил, иначе потом горько пожалеешь. Разве не так, Ваше Величество?

Слушая этот поток бреда, Бай Цзэ не удержался и бросил взгляд на Цзи Сюаня.

Цзи Сюань сжал губы и холодно произнес:

— В моей жизни нет вещей, которые я не смог бы удержать.

— Серьезно? — Цуй Цянь изобразил крайнее недоверие.

Цзи Сюань окинул его бесстрастным взглядом и чеканно повторил:

— Нет ничего, что было бы не под силу удержать мне.

На мгновение в воздухе повисла тяжелая тишина.

— Ваше Величество, к вам идут, — неожиданно произнес Цуй Цянь.

Издалека к ним направлялись несколько сановников.

Цзи Сюань обернулся, а Цуй Цянь, ухватив Бай Цзэ за руку, тут же дал дёру.

Лишь когда они оказались в тихом и уединенном месте, Бай Цзэ в ярости набросился на Цуй Цяня:

— Что ты сейчас устроил?! Тебе доставляет удовольствие плести такую чушь?

Цуй Цянь развел руками:

— Я пытался помочь тебе выпустить пар, а ты вместо благодарности еще и упрекаешь меня?

Бай Цзэ едва не задохнулся от подобной «железной» логики:

— И это по-твоему называется «помочь выпустить пар»?!

— Именно. Пусть он от тебя отказался, но неужели тот факт, что такой статный и прекрасный молодой господин, как я, без ума от тебя, не приносит тебе облегчения? — с абсолютно серьезным видом изрек Цуй Цянь.

Сердце Бай Цзэ пропустило удар, и он холодно бросил:

— Какой еще отказ? Я его вообще не люблю, я тебе не женщина, чтобы страдать от ревности и соперничать за чье-то внимание! Мне не нужно такое «облечение», тем более... он ведь даже не знает, кто я! Какая чушь собачья!

— А я и не говорил, что ты его любишь, — приподняв брови, усмехнулся Цуй Цянь. — Я просто сожалею о вашем былом «долге государя и подданного»...

Бай Цзэ заглянул в глаза Цуй Цяня — в их глубине отражался весь окружающий мир, — и внезапно отвел взгляд.

Во взгляде Цуй Цяня читалось нечто такое, от чего у него возникало жуткое ощущение, будто его насквозь видят насквозь.

http://bllate.org/book/25659/3061221

(Ctrl + влево) Предыдущая глава   |    Оглавление    |   Следующая глава (Ctrl + вправо)

Обсуждение главы:

Еще никто не написал комментариев...
Чтобы оставлять комментарии Войдите или Зарегистрируйтесь

Вы не можете прочитать
«Глава 23»

Приобретите главу за 5 RC

Вы не можете прочитать Nine Deaths to Immortality [Rebirth] / Девять жизней до бессмертия: Порочный круг любви / Глава 23

Для покупки авторизуйтесь или зарегистрируйтесь

100 гл. на все книги · 350 RC Главы открывают любые книги этого автора. Не сгорают. Новая покупка прибавляет главы.
Инструменты
Налаштування

Готово:

100.00% КП = 1.0

Завантажити як .txt
Завантажити як .fb2
Завантажити як .docx
Завантажити як .pdf
Посилання на эту страницу
Зміст перекладу
Интерфейс перекладу