— А-а-а! Призрак! — Мужчина перепугался до полусмерти и, развернувшись, пустился наутёк.
Юэ Иньшэн подумал про себя: До чего же эти люди хрупкие! Я ведь, по сути, ничего особенного и не сказал, просто каждый раз произношу «как же ужасно я погиб», и они сразу падают замертво от страха. Вот странно: я ведь говорю только о том, как жутко умер сам, и вовсе не утверждаю, будто им тоже предстоит ужасная смерть. Чего бояться?
Глядя на то, как этот мужчина улепетывает в два счета, неуклюже перебирая ногами, Юэ Иньшэн с самодовольной усмешкой искривил губы: Похоже, в ближайшее время эта заноза в заднице ходить по ночам уже не решится. Надеюсь, мне удалось оставить у него психологическую травму на всю жизнь, посмотрим, посмеет ли он еще хоть раз приставать к другим!
— Призрак! Призрак! — в ужасе вопил мужчина.
— Где тут призрак? — раздался мужской голос, полный праведного гнева.
Услышав это, Юэ Иньшэн мгновенно замер.
Из темноты появились двое — ими оказались Фан Янь и Бай Най. Оба были в форме и позванивали медью медных колокольчиков, судя по всему, они патрулировали улицы.
Заметив обоих, Юэ Иньшэн торопливо свернул свои чары. Его белая рубашка вновь стала безупречно чистой, словно её отстирали в десяти тоннах отбеливателя.
Увидев эту парочку и узнав эмблему на форме, мужчина уцепился за них, как за спасительный круг:
— Небесные Мастерá, спасите! Тут призрак хочет человека сжить со свету!
— Я призрак, но вреда никому не причинял, — поспешно оправдался Юэ Иньшэн. — Я просто сказал, что погиб страшной смертью, и что? Разве правду говорить нельзя?
Фан Янь и Бай Най узнали Юэ Иньшэна и на мгновение опешили:
— Опять ты?!
— Опять? — Мужчина уловил подтекст. — Так этот призрак, выходит, рецидивист? Вы, Небесные Мастерá, должны вершить правосудие во имя Небес, не позволяйте ему творить бесчинства в мире людей!
— Никаких бесчинств я не творю, — развел руками Юэ Иньшэн. — Уж если не верите моим призрачным принципам, так хоть в человеческую порядочность Юн Сюя поверьте.
Фан Янь произнес:
— Честно говоря, в порядочность Юн Сюя я тоже не особо верю.
Юэ Иньшэн заскрипел зубами: …Да я тебя, черт побери, прекрасно понимаю!
Бай Най же возразил:
— А по мне, Брат Суй отличный парень. Капитан, не стоит предвзято относиться к красавчикам.
Фан Янь сдержался и не ответил ему подзатыльником, лишь подавил вспышку гнева, повернулся к мужчине и спролсил:
— Как тебя зовут? Что здесь вообще произошло?
— Меня зовут Кэвин, — замявшись на секунду, ответил тот. — Я… я просто шел по ночной улице, а этот призрачный тип взял и заморочил мне голову, заманил в переулок…
— Это я тебя заманил?! — рассвирепел Юэ Иньшэн. — Не перекладывай с больной головы на здоровую, ты ведь первый ко мне приставал!
Бай Найслушал это с величайшим изумлением:
— Призраков тоже домогаются?!
Юэ Иньшэн обратился к Бай Найю:
— Сам не верю своему счастью, вернее, несчастью, но факт остается фактом.
— Ничего подобного! — замахал руками Кэвин. — Я человек приличный, с чего бы мне приставать к кому-то? Тем более к какому-то призраку! Я что, больной?
Фан Янь и Бай Най переглянулись.
Кэвин продолжил:
— Вы же Небесные Мастерá! Неужели вы и вправду готовы верить бредовым россказням какого-то духа, а не словам живого человека?
От этих слов Юэ Иньшэн разъярился еще сильнее:
— В какую эпоху живем, а всё туда же — дискриминация по признаку призрачности!
Только что трясшийся от страха Кэвин, почувствов за спиной надежную опору из двух Небесных Мастеров, вмиг осмелел и принялся презрительно ухмыляться Юэ Иньшэну:
— Брось заливать! На такого урода, как ты, я бы и голого не взглянул, а еще заявляет, будто я к нему приставал! Небось сам проголодался и решил поискать мужика для Техники Собирания и Восполнения.
От злости призрачный огонь яростно взметнулся над головой Юэ Иньшэна, он засучил рукава, намереваясь отвесить этому наглецу пару смачных пощёчин.
Но Фан Янь предостерегающе поднял руку:
— Что удумал? Надумал распускать руки прямо на глазах у Небесных Мастеров? Жизнь надоела — тьфу, смерть надоела? Считаешь, что недостаточно натот свет угодил?
Юэ Иньшэну пришлось опустить руки и свирепо уставиться на Кэвина.
Кэвин под этим взглядом покрылся мурашками и поспешно затараторил Фан Яню:
— Уважаемый Небесный Мастер, вы обязаны изловить этого призрака! Посмотрите только на его лютый вид, он же сожрать меня готов…
— Хватит! — Фан Янь взмахом руки прервал обвинения Кэвина. — Господин Кэвин, будьте спокойны: по регламенту все бродячие призраки подлежат поимке.
Услышав это, Кэвин успокоился, на его лице расцвела радость, смешанная с торжеством, и он бросил косой взгляд на Юэ Иньшэна.
Юэ Иньшэн хоть и сгорал от бешенства, сейчас больше беспокоился за собственную загробную жизнь, поэтому сверлил глазами исключительно Фан Яня.
Кэвин поторопил:
— Медлить нельзя, ловите этого злого духа немедленно!
— Его уже поймали, — ответил Фан Янь. — Другой Небесный Мастер из нашей ассоциации.
Кэвин опешил:
— Уже поймали? Тогда почему он всё еще бесчинствует в мире людей?
— Ну… — Фан Янь замялся. — В общем-то, этот призрак не по моей части. Давайте так: я отведу вас к тому Небесному Мастеру. Расскажете ему всё как было, и он во всем разберется.
Услышав, что дело все равно сведет его с Небесным Мастером, Кэвин окончательно успокоился: раз уж это Небесный Мастер, он всяко на стороне живых! А у призрака кроме пустых слов ничего нет, кто ж ему поверит?
— Хорошо! — кивнул Кэвин. — Тогда пойдемте искать этого Небесного Мастера, пусть рассудит нас!
Дверь отворилась, и на пороге показался Юн Сюй.
Он был одет в непринужденную домашнюю одежду, лицо его оставалось бесстрастным. Скользнув взглядом по лицу Фан Яня, он на секунду задержался на Юэ Иньшэне, затем перевел глаза дальше и наконец посмотрел на Кэвина.
— Брат Фан? — спросил он. — Это кто?
— По дороге встретили, — лаконично пояснил Фан Янь. — Этот господин утверждает, что твой домашний маленький дух вредит людям.
Юн Сюй приподнял бровь и перевел взгляд на Кэвина:
— Вот как?
Под этим взглядом Кэвин почему-то почувствовал себя неуверенно. Но, подумав секунду, решил, что правда на его чего бояться-то? Он выпятил грудь колесом и заново изложил всю историю — разумеется, скромно умолчав о собственных попытках подкатить, прижать к стене и загнать в угол, а выставив дело так, будто он просто шел ночной порою, как вдруг его заморочил злой дух и чуть не сгубил.
Закончив рассказ, он добавил:
— Уважаемый Небесный Мастер, вы должны восстановить справедливость! С такими злобными духами нужно расправляться по всей строгости!
Юн Сюй выслушал его молча, а затем повернулся к Юэ Иньшэну.
Юэ Иньшэн кипел от негодования, а заметив направленный на него взгляд, тут же возмутился:
— Да он врет! Это он ко мне приставал! Придумал какую-то чушь про прикурить, я ноль внимания, а он все равно увязался следом, пристал как банный лист…
Кэвин тут же вскинулся:
— Не болтай ерунды, это ты…
— Господин Кэвин, — мягко прервал его Юн Сюй. — Не переживайте, со своим маленьким духом я разберусь сам.
Тон Юн Сюя был совершенно спокойным, но Кэвина отчего-то прошибла легкая дрожь в коленках.
К счастью, рядом стояли Фан Янь и Бай Най, и Кэвин, набравшись храбрости, уточнил:
— Разберешься сам? Это что еще значит? Ты что, собираешься покрывать своего призрака?
При этом он затрованьски посмотрел на Фан Яня и Бай Ная в поисках поддержки.
Бай Най тут же поспешил заверить:
— Не бойтесь, Брат Суй — человек крайне здравомыслящий.
Кэвин с подозрением глянул на Юн Сюя.
Юн Сюй пожал плечами:
— Разумеется, я человек здравомыслящий. У Ассоциации тоже есть свои регламенты, господин Кэвин, вам не о чем беспокоиться.
Услышав это, Кэвин слегка расслабился.
Юн Сюй озарил его дежурной улыбкой:
— В течение семи рабочих дней я предоставлю вам удовлетворительный ответ.
Заметив такую вежливость со стороны Юн Сюя, Кэвин снова воспрянул духом:
— Только попробуй отделаться отговорками! Если ответ меня не устроит, я пойду жаловаться!
— Без проблем, — с улыбкой отозвался Юн Сюй.
Кэвин переводил взгляд то на Юн Сюя, то на Фан Яня с Бай Наем, чувствуя, что здесь что-то не так, но никак не мог сообразить, в чем подвох.
— Ну… тогда я жду, — упрямо задрав подбородок, бросил он. — Семь рабочих дней, я запомнил.
— Разумеется, — кивнул Юн Сюй.
Кэвин еще раз глянул на Юэ Иньшэна, намереваясь бросить напоследок какую-нибудь шпильку, чтобы вернуть себе лицо, но, столкнувшись взглядом с мертвенно-бледной физиономией духа, снова сник. Он фыркнул и решительно зашагал прочь.
Пройдя несколько шагов, обернулся:
— Я запомнил! Семь дней!
После чего ускорил шаг и скрылся за поворотом лестницы.
Бай Най почесал в затылке:
— Брат Суй, ты и вправду собираешься с ним разбираться?
Юн Сюй улыбнулся, но оставил вопрос без ответа.
Фан Янь бросил на него короткий взгляд, ничего не сказал, лишь похлопал Бай Ная по плечу:
— Пошли, продолжим обход.
— А? Уже уходим? — Бай Най все еще пребывал в растерянности. — Разве не посмотрим на представление?
Фан Яню было лень с ним возиться, и он направился прямо вниз. Бай Найю ничего не оставалось, как последовать за ним, напоследок не забыв помахать рукой Юэ Иньшэну:
— Пока-пока! Давай в следующий раз без пугалок!
Юэ Иньшэн скривил губы и бросил вслед:
— Пока! Желаю поскорее встретить призрака и освободиться пораньше!
Шаги Бай Ная споткнулись, он обернулся и показал ему большой палец:
— Твоими бы устами!
Это было сказано от чистого сердца: патрулируя улицы столько времени, он не встретил даже намека на Свирепого Духа, и ему давно уже не терпелось столкнуться с настоящей нечистью.
Убедившись, что оба ушли, Юэ Иньшэн вернулся в дом вслед за Юн Сюем.
Юн Сюй опустился на диван, взял чашку с водой и поднял на него глаза.
Его взгляд был необычайно мягким, ничем не отличающимся от обычного. Но Юэ Иньшэн отчего-то чувствовал себя не в своей тарелке — словно кролик, за которым наблюдает змея, по телу бежали мурашки.
Пробормотал он:
— И как же ты собираешься со мной разбираться?
— Я? С тобой? — Юн Сюй выглядел слегка озадаченным.
Юэ Иньшэн не вынес этого притворного незнания:
— Ты же сам сказал, что разберешься во всем в течение семи рабочих дней?
— Разобраться-то разберемся, но с чего ты решил, что разбираться я буду именно с тобой? — парировал вопросом Юн Сюй.
Юэ Иньшэн замер:
— Не с Кэвином же, в самом деле? — Помедлив, он добавил. — Небесная Ассоциация всегда на стороне живых.
Юн Сюй заметил:
— Даже такой глупый парень, как Бай Най, знает, что я человек самый здравомыслящий.
— Здравомыслие — это когда ничто на свете не сравнится по важности с живым человеком, — у Юэ Иньшэна на каждый случай находился готовый аргумент. — Жизнь ведь бесценна!
— Здравомыслие — это когда во главе угла стоит почтение к умершим, — с улыбкой возразил Юн Сюй. — В конце концов, это правило передали нам предки.
— Сказано красиво, только я в эту сказку не верю, — не сдавался Юэ Иньшэн. — Если и вправду мертвые важнее, с какой стати Небесные Мастерá нападают на призраков при первой встрече?
— Кто на тебя нападал? — приподнял бровь Юн Сюй.
Юэ Иньшэн замялся:
— Пока еще не доводилось встречать таких.
— А этот тип, Кэвин, тебя вообще хоть пальцем тронул? — снова поинтересовался Юн Сюй.
— Да как он посмел бы меня тронуть? — при этих словах Юэ Иньшэн даже приосанился. — Стоило ему коснуться моего плеча, как из груди хлынула кровь потоком, и он перепугался до мокрых штанов! Если бы не твои сующие нос куда не надо коллеги, я бы его уже проучил как следует. Глядишь, впредь бы неповадно было шастать по ночам и приставать к прохожим. Чем не добрая карма на мою душу?
http://bllate.org/book/25649/3060248
Готово:
