— Цзянь Янь, где это мы?
— В резиденции городского лорда. Е Цзин уже разобрался с делами в Городе Черного Облака, они собираются отправиться в город Бодхи.
Цзянь Янь помог Дуань Си подняться и добавил:
— Хотя Цветок Беспокойства у нас в руках, ты опрометчиво задействовал энергию демона, боюсь, подавить её пока не удастся... На этот раз давай...
— Нет, давай отправимся с ними. Если они попытаются противостоять двоим из сферы Разделения Духа, им придется несладко.
Нянь Цзи еще не до конца очистил реликвию, и как только очищение завершится, он, вероятно, сможет снова вернуться на стадию Разделения Духа.
Дуань Си с трудом верил, что реликвия настоятеля Секты Тысячи Будд, переданная через невесть сколько поколений, могла позволить практику такого уровня попасться на удочку собственного ученика, но как обстояли дела на самом деле — нужно было сперва прийти туда и посмотреть своими глазами.
— Ю Цин этот точно увяжется за ними, а если мы не пойдем, он, пожалуй, попадет в беду.
Такой нетерпящий зла человек, как Чэнь Юцинь, тоже очень любил совать нос в чужие дела. К тому же они были обязаны Ван Гану за помощь с Цветком Беспокойства, а еще имелись четки Вэнь Сю и кровная вражда с Королем Призраков — всё это делало невозможным допустить, чтобы у Секты Тысячи Будд возникли проблемы.
— Ладно.
Цзянь Янь на самом деле не верил, что Дуань Си руководствовался именно этим, но какое бы решение ни принял Дуань Си, Цзянь Янь всегда готов был следовать за ним.
— Вот тут ты ошибаешься, по-моему, твои дела куда важнее дел этого лысого осла.
Чэнь Юцинь вихрем ворвался внутрь, неизвестно, сколько именно он успел услышать.
— Ты... скажи-ка, это действительно та самая техника подавления зла того самого человека? — с сомнением спросил он.
— Да, Зеркало Закона Хуэньюань у меня, но я помню, что вырезал его копию для тебя, просто никак не ожидал, что ты столько времени этого не замечал.
Дуань Си лишь тяжело вздохнул с видом человека, чей глупый приятель безнадежен и скоро пропадет ни за хрен собачий.
Чэнь Юцинь резко замер от удивления. Сто лет назад они шестеро заняли первое место на Собрании Восхождения Дракона в Мире Цин, и в то время все скрывали свои лица под масками — никто не знал, кем именно были те шестеро новичков, что растоптали молодое поколение практиков.
Благодаря этому они получили право исследовать секретное наследие Ордена Закона Линтянь, предназначавшееся в качестве награды победителям того Собрания Восхождения Дракона.
Чэнь Юцинь оправдал ожидания и заполучил наследие Зеркала Закона Хуэньюань самого Патриарха-Основателя. Дуань Си тогда тоже вошел внутрь, сказав, что составит ему компанию и поможет получить наследие. Позже он действительно добыл его и заявил, что практикует путь меча, а от избытка наследий толка мало, после чего вручил ему нефритовую пластинку.
Поскольку у Чэнь Юциня уже было наследие Патриарха-Основателя, он даже не взглянул на эту паршивую железяку. Руки у него дрожали, когда он извлек из кармана белую нефритовую пластинку и приложил её к межбровью.
Вскоре он погрузился в состояние полного разочарования в жизни:
— Ты... какого хрена ты раньше не сказал?! Ты просто швырнул её мне как какой-то мусор, откуда мне было знать, что это...
Император Юань был гением, причем универсальным. После его вознесения Мир Цин словно запечатали: ни один практик стадии Преодоления Скорбей не мог прорваться скромную границу сферы, всех ждала лишь гибель. И хотя они могли жить невероятно долго, вознестись у них не было ни единого шанса.
Каким бы великим ни был Патриарх-Основатель, ему было не превзойти Зеркало Закона Хуэньюань.
А Дуань Си вот так запросто швырнул ему эту против-небес идущую технику, словно копеечный кочан капусты. Чэнь Юцинь сейчас даже не понимал, что чувствует: стыд до глубины души? Как бы то ни было, показываться на глаза ему было совестно.
Проводив взглядом его удаляющуюся спину, Дуань Си покачал головой, а затем перевел взгляд на Цзянь Яня:
— Цзянь Янь, наследие техник меча Императора Юаня я пока не отыскал, но остальные, кажется, поддаются обнаружению. Как всё уладится, я отведу тебя на поиски его меча.
Аура вокруг Цзянь Яня мгновенно переменилась: еще мгновение назад мрачный и угрюмый, теперь он стал мягким и теплым, словно весенний ветер.
Он отвернулся, пряча улыбку в уголках губ:
— Всё в порядке, мне оно особо и не нужно.
Дуань Си улыбнулся:
— Ты же мой братуха, всё, что есть у других, должно быть и у тебя.
Цзянь Янь одновременно радовался и немного огорчался: Дуань Си не понимал его чувств, но в сердце Дуань Си Чэнь Юцинь был всего лишь посторонним.
Указ о преследовании и уничтожении от Ордена Закона Линтянь был отозван после того, как Чэнь Юцинь стал молодым главой секты, так что теперь ему было нечего сказать по этому поводу. В конце концов, он разыскал Дуань Си именно из-за этой истории.
Но теперь Дуань Си вот так запросто отдал Зеркало Закона Хуэньюань, стоило тому лишь попросить. Какая у него теперь оставалась причина убивать Учителя, Вэй Юаня и остальных двоих? Учитывая их отношения, Дуань Си, пожалуй, и им бы отдал эту технику.
Неужели преследования со стороны Ордена Закона Линтянь начались лишь из-за гибели тех троих? Но ведь все они были чужаками, прибывшими извне. Пожалуй, одной из истинных причин было то, что верхушка Ордена Закона Линтянь каким-то образом пронюхала, что у Дуань Си находится Зеркало Закона Хуэньюань.
Только так можно было объяснить попытку мобилизовать всю мощь целой секты ради охоты на Дуань Си — даже несмотря на то, что тот в ответ перебил немало их адептов, они не отступали.
Чэнь Юцинь не мог в это поверить и бормотал про себя:
— Учитель, братец Вэй, неужели вы действительно... пытались отобрать вещь Дуань Си?
Когда он сам, Вэй Юань, Цзян Сюэ и Учитель только прибыли сюда, они сразу же угодили на территорию Ордена Закона Линтянь, а потому всегда поддерживали друг друга и действовали сообща. И так продолжалось вплоть до секретного царства наследия Линтянь на Собрании Восхождения Дракона, где Дуань Си убил тогдашнего молодого главу Ордена Закона Линтянь, а затем расправился с Учителем и еще двумя старейшинами, отправленными погоняться за ним.
Хотя это были слова лишь одной стороны, в глубине души он все же склонялся на сторону Дуань Си. Кроме того, в этой истории имелась еще одна странность, которую он считал второй возможной причиной преследования Дуань Си со стороны ордена.
В тот период погибли не только Учитель и те двое — от рук Семени Демона пал и предыдущий молодой глава секты, причем от его тела не осталось даже целых кусков.
У Дуань Си не было причин убивать прежнего молодого главу, поскольку у них вообще не было точек соприкосновения и времени на контакт.
По правде говоря, Орден Закона Линтянь сходила с ума вовсе не из-за Учителя и остальных — их вес был слишком мал. Настоящей искрой послужила смерть молодого главы.
Прошлый молодой глава Ордена Закона Линтянь был сыном главы ордена и его единственным прямым потомком.
Пылкий юноша с несравненным талантом, способный творить Технику Пустотного Неба без единого клочка бумаги или материалов для формаций, он, как говорили, превосходил по одаренности самого прародителя секты. Он занимал четвертую строчку в списке гордости сект пяти великих бессмертных земель Центрального Континента той эпохи.
Его реальную боевую мощь без преувеличения можно было назвать входящей в тройку сильнейших среди нынешнего молодого поколения. До сих пор среди мастеров пути заклинаний не нашлось никого, кто смог бы применить Технику Пустотного Неба.
Мало того, что талант молодого главы бросал вызов небесам, у него был безупречный характер. В те годы, когда Чэнь Юцинь еще числился во внутренних учениках и не возвысился до истинного наследника, ему довелось поработать с ним несколько раз.
Это был поистине чистый душой человек, идеальный старший соученик — вечно мягкий, всепрощающий, свободный. И вот такой обладатель выдающейся боевой мощи погиб в возрасте двадцати четырех лет, будучи на Пике Золотого Ядра, причем от его тела не осталось и следа.
Если Учитель и остальные знали о Зеркале Закона Хуэньюань, то знал ли он?
Чэнь Юцинь чувствовал: даже если тот и знал, он бы не опустился до подобных методов. Скорее всего, он погиб вовсе не из-за этого, да и поля сражений, где пали эти две стороны, находились в разных местах.
Дуань Си тоже не должен был иметь к тому никакого отношения — между ними не было никакой вражды.
Как всё обстояло на самом деле, судя по всему, можно было узнать только от самого Дуань Си.
Выбравшись из секретного царства, Нянь Цзи, похоже, сразу ушел. Он вернулся в город Бодхи, а поскольку в Городе Черного Облака не было истинного тела Короля Призраков, учитывая союзнические отношения между Нянь Цзи и Королем Призраков, вероятность обнаружить Короля Призраков в городе Бодхи была крайне высока.
— Даже если его нет в городе Бодхи, у святого сына могут быть зацепки, ведущие к укрытию истинного тела Короля Призраков.
На этот раз Е Цзин тоже собирался отправиться с ними: он хотел своими глазами увидеть смерть Мохе. Гибель единственного близкого человека, разрушенный океан ци, растерзанные ноги и годы обмана — до сих пор, вспоминая об этом, он испытывал тошноту и отвращение, это превратилось в его кошмар наяву.
Вэнь Сю поблагодарил Дуань Си и остальных за готовность помочь, и, больше не теряя времени, отряд немедленно двинулся в сторону города Бодхи.
Там всё обстояло иначе, чем в Городе Черного Облака: город Бодхи контролировался Сектой Тысячи Будд, и в данный момент ни Ван Ган, ни Вэнь Сю не пользовались расположением буддийской системы.
Нянь Цзи действительно обладал огромной властью в буддийской обители.
Это заставило Дуань Си, до того имевшего весьма неплохое мнение о буддистах, задуматься. С каких пор за сто лет буддисты так скатились, или они тоже затевали какую-то игру?
На самом деле ему было безумно любопытно, почему Вэнь Сю при первой же встрече преподнес ему сокровище в виде четок, способных слиться с Цветком Беспокойства.
Изначально он собирался использовать эти четки для подавления собственных негативных эмоций и даже самостоятельно выучил успокаивающее заклинание Бодхисаттвы.
Он помнил, что у практиков буддийского пути отроду не было традиций заниматься фэн-шуй или гаданиями.
Вэнь Сю легко кашлянул:
— На тебе лежит заслуга спасения мира, я просто сделал инвестицию.
Дуань Си: «...»
Вот оно что! Неудивительно, что у буддистов всегда была неплохая дипломатия — оказывается, они умели разглядывать заслуги.
Чего Вэнь Сю не озвучил вслух, так это то, что с первого же взгляда на Дуань Си и Цзянь Яня он распознал личность Дуань Си.
Более того, он разглядел на нем ауру заслуг по спасению мира, что привело его в крайнее изумление.
Это невольно заставило его вспомнить случившееся сто лет назад помешательство Семени Демона, когда тот устроил резню, а весь Мир Цин ополчился против него. И даже после того, как Дуань Си убил столько людей, на нем все равно оставались заслуги спасителя.
Если только Небесный Путь не ослеп, он не мог совершить ошибку, а значит, за всей этой историей скрывались тайные обстоятельства.
Что именно там произошло, он толком не знал, но завязать добрые отношения было вполне разумно.
И вот теперь, стоило Дуань Си согласиться помочь ему, как Цзянь Янь, Чэнь Юцинь и этот вечно пропадающий праведник по имени Цин тоже могли оказаться втянуты в дело.
Быть добрым к людям и заводить больше благих связей — вот лучший способ призывать союзников.
Город Бодхи пестрил золотом и переливался яркими красками, большинство зданий имели купола, характерные исключительно для этого региона.
Восемьдесят процентов жителей города исповедовали буддизм, а оставшиеся в основном были практикующими буддистами. Контроль Секты Тысячи Будд над этим городом был практически абсолютным.
Судя по собранным ими сведениям, никаких серьезных аномалий внутри секты не наблюдалось.
Хотя Ван Ган и Вэнь Сю были изгнаны из буддийской системы, в конце концов они оставались адептами Секты Тысячи Будд. Стоило им вернуться, как никто не стал чинить препятствий, однако не прошло и много времени после их прибытия в город, как они столкнулись не менее чем с пятью покушениями.
Дуань Си был готов рассмеяться от злости. Никто из них изначально не собирался скрываться — они направились прямиком к главному входу Секты Тысячи Будд, чтобы предать огласке дела Нянь Цзи.
Однако никто не ожидал, что Нянь Цзи опередит их и первым оповестит всю секту: дескать, Дуань Си — это воплощение Семени Демона, а они, связавшись с ним, поддались злым чарам и сошли с ума. Это был чистой воды наговор преступника, опережающего жертву с обвинениями.
— Намо Амитабха, старшие братья, устав нашей Секты Тысячи Будд гласит: искоренять демонов и защищать Путь. Ныне сеющий беды демон возродился вновь, совратил младшего брата Ван Гана и старшего брата Вэнь Сю, заставив их оклеветать меня.
В секретном царстве Цзяньму он похитил наше сокровище и попытался сжить меня со свету. Я больше не могу этого терпеть, прошу старших братьев помочь мне.
Маскировка Нянь Цзи была безупречна, и его призыв нашел немедленный отклик у толпы.
http://bllate.org/book/25585/3051604
Готово:
