Нина, чья работа горела, совершенно не успевала дождаться ответа Чжу Цин, поэтому, едва договорив, крутанулась на месте и бросилась к лифту — было заметно, что она действительно сильно спешит.
Чжу Цин опустил взгляд на синюю папку в руках.
Он всё ещё живо помнил то, что произошло вчера. Желая избежать повторения подобной трагедии и хорошенько всё обдумав, он решил сделать так, чтобы кофе и папка никогда не оказывались на одной плоскости. В итоге папка была уложена под поднос, а сам поднос он крепко зажал обеими руками.
Подойдя к двери кабинета, Чжу Цин постучал, и изнутри тут же раздался низкий голос Хэ Яня: — Войдите.
Сделав глубокий вдох, он толкнул дверь и непринуждённо вошёл внутрь, держа перед собой поднос.
Чжу Цин аккуратно опустил поднос на краешек письменного стола, поставил чашку кофе на таком расстоянии от руки Хэ Яня, чтобы та была ни слишком близко, ни слишком далеко, после чего извлёк из-под подноса в целости и сохранности дошедшую папку и почтительно протянул её Хэ Яню: — Генеральный директор Хэ, это документы, которые попросила передать вам старшая Нина.
Хэ Янь поднял голову, протянул руку, взял бумаги, бросил взгляд на стоящий под рукой айс-американо, и его выражение лица слегка замерло: — Разве сегодня без латте-арта?
М? Какой еще латте-арт у айс-американо?
Словно разрешая философский вопрос о том, что появилось раньше — курица или яйцо, Чжу Цин невозмутимо пояснил: — Поскольку это айс-американо, латте-арта на нем нет.
Неожиданно Хэ Янь выразил сомнение: — Разве американо тоже нельзя украсить рисунком из пенки?
Вообще-то можно.
Но так делают крайне редко, потому что это отнимает слишком много времени, да и Чжу Цин попросту не умел.
Чжу Цин взял поднос со стола и прижал к груди, приняв слегка оборонительную позу, после чего с полным на то правом ответил: — Генеральный директор Хэ, я не умею делать рисунки на американо.
С какой стати он вообще должен был уметь?
В Технологиях Вейр даже в правилах не было прописано, что ассистент обязан уметь варить кофе, не так ли?
С такими нелепыми требованиями Хэ Янь, пожалуй, даже в кофейне вылетел бы за дверь от любого бариста.
Впрочем, вопреки ожиданиям, Хэ Янь не стал продолжать цепляться к теме рисунков и легкомысленно отмахнулся: — Я не имел в виду, что вы непременно обязаны это уметь.
Чжу Цин слегка закусил губу, невольно задумываясь, не слишком ли бурной была его собственная реакция.
А Хэ Янь тем временем поднял чашку с айс-американо и сделал глоток. Судя по всему, он поставил её обратно, даже толком не распробовав — хотя, возможно, в самом айс-американо было трудно распробовать хоть какие-то нюансы.
Подняв глаза на Чжу Цин, он добавил с пояснением: — Просто я вспомнил, что вчерашний кофе был с рисунком, но его так некстати пролили, было немного жаль.
В его тоне сквозило неподдельное сожаление.
Лучше бы он об этом не заикался. Стоило только вспомнить вчерашнее происшествие, как Чжу Цин машинально глянул на тыльную сторону ладони Хэ Яня.
К счастью, за ночь ожог уже не выглядел столь жутко, и следы заметно посветлели.
В груди вновь шевельнулось лёгкое чувство вины, и Чжу Цин, чувствуя себя неуверенно и не имея за душой железных аргументов, сдал назад: — Так мне, может быть, сварить еще чашку?
Уголки губ Хэ Яня едва заметно дрогнули в улыбке. Он махнул рукой, мол, не нужно, и выглядело так, будто его утренние претензии по поводу отсутствия узора на кофе были действительно брошены невзначай.
В дверь кабинета постучали, и следом за этим быстрым шагом вошел секретарь Ду с суровым выражением лица.
Благоразумно решив не задерживаться дольше положенного, Чжу Цин прижал к груди поднос и собрался на выход.
Однако в самый момент, когда Чжу Цин уже собирался перешагнуть порог кабинета, Хэ Янь неожиданно его окликнул.
Хэ Янь перевел взгляд на секретаря Ду: — Обед заказан?
Секретарь Ду покачал головой: — Еще нет.
— Тогда закажи на двоих. — Хэ Янь посмотрел на Чжу Цин и тоном, не терпящим возражений, уведомил его: — Чжу Цин, в обед зайди сюда, поешь вместе со мной.
Эта внезапная договоренность совершенно ошарашила Чжу Цин. Внутри него поднялась волна недоумения, но, глядя на секретаря Ду, у которого явно были срочные дела к Хэ Яню, он не стал лишний раз задавать вопросы, кивнул и молча вышел.
Наступил час обеда, но Чжу Цин вовсе не испытывал того трепетного предвкушения, что вчера.
Сначала он тщательно прибрался на своем рабочем месте — довел дело до такого состояния, когда убирать было уже абсолютно нечего, и только после этого медленно поднялся на ноги, тяжело шагая в сторону кабинета Хэ Яня.
Войдя, он увидел, что Хэ Янь всё еще сидит за работой, склонившись над документами. Чжу Цин тут же ощутил непреодолимое желание сбежать, чувствуя, что пришел рановато, но разворачиваться и уходить обратно было уже неудобно.
Посчитав, что стоять слишком утомительно, он без лишних церемоний направился к небольшому дивану в углу кабинета, тихонько устроился на нем и принялся нервно и беспомощно листать ленту в телефоне.
Спустя некоторое время секретарь Ду доставил их обед.
Увидев на пакете бросающуюся в глаза надпись Личный заказ, Чжу Цин в глубине души наивно решил, что его ждет какое-то изысканное пиршество, мысленно перебрав французскую, испанскую и турецкую кухни, но, открыв контейнер, потерпел жестокое разочарование.
Широко распахнув глаза, Чжу Цин недоверчиво всматривался в аккуратно разложенную, скудную по порции и доминирующе зеленую еду внутри коробки, после чего безвольно откинулся на спинку дивана, в один миг растеряв всякий аппетит.
В голове крутились лишь три бессмертных вопроса Сократа:
Кто я? Откуда я пришел? Куда я иду?
Да вы издеваетесь, неужели богачи в обед питаются именно этим?
Разве желудки богатых людей не протестуют?
Чжу Цин чувствовал, что ему не по силам вынести такое благословение — ему хотелось лишь обычной, любимой простыми смертными углеводной бомбы, и он с немалой долей обиды исподлобья покосился в сторону Хэ Яня.
И всё-таки, с какой вообще стати он должен составлять компанию Хэ Яню за обедом?
Неужели Хэ Янь считает, что в одиночку давиться диетической едой слишком мучительно, поэтому ему непременно понадобился кто-то, с кем можно разделить эти страдания?
Иначе просто невозможно объяснить, почему кто-то требует от постороннего человека разделять с ним трапезу, да еще и состоящую из зелени, которая по цвету может соперничать с газоном под окнами офиса.
Пока Чжу Цин безуспешно пытался заставить себя поднять палочки, Хэ Янь наконец закончил с делами, с легким видом поднялся и большими шагами направился в его сторону.
Заметив, что Чжу Цин до сих пор не притронулся к еде, Хэ Янь слегка замер: — Можете не ждать меня.
А что, если он вообще не хочет это есть?
Чжу Цин покривил душой: — Всё в порядке, генеральный директор Хэ, я хотел поесть вместе с вами.
Хэ Янь, похоже, остался весьма доволен этими словами: когда он садился, его плечи чуть расслабились, а вид был весьма благодушным.
Какой бы отвратительной ни была диетическая еда, есть её всё равно пришлось бы, иначе недолго и с голоду умереть.
Чжу Цин подцепил палочками креветку и отправил в рот: вкус оказался на удивление неплохим — мясистая, плотная и сладковатая мякоть сразу выдавала высочайшее качество продукта. Вот только всё было вареным, без единой капли соуса, из-за чего казалось чересчур пресным.
Первую креветку съесть еще куда ни шло, но от последующих во рту возникало какое-то неизъяснимо тоскливое ощущение.
С абсолютно бесстрастным лицом пережёвывая креветочное мясо, Чжу Цин чувствовал, что прямо сейчас чистейшим образом усваивает химическую общую формулу белка.
Питательные вещества проникали в его организм самым простым и первобытным путем.
К счастью, десерт после обеда оказался неплох: там были виноград, зерна граната, черника, инжир и даже нарезанная кусочками гуава.
Зажав в пальцах маленькую пластиковую вилочку, Чжу Цин накалол кусочек гуавы и отправил в рот. Лицо его наконец немного посветлело, и он даже смог выдавить из себя пару полуправдивых комплиментов в адрес своего эксцентричного начальника: — Генеральный директор Хэ, спасибо, что пригласили меня пообедать сегодня вместе, еда и фрукты очень вкусные.
Он никак не ожидал, что в ответ его начальник Хэ Янь кивнет и тут же выдаст: — Тогда давай и впредь обедать вместе.
Чжу Цин: ?
В глазах у него буквально потемнело.
Чжу Цин отчаянно хотел отказаться, но слова эти слетели с его собственных губ, и теперь он совершенно не представлял, как можно дать задний ход.
Зачем, ну зачем ему понадобилось языком трепать!
Чжу Цин, ты что, решил себя в могилу свести?!
Сжав зубы и переступив через себя, Чжу Цин обречённо согласился: — Хорошо, генеральный директор Хэ.
Покончив с этим поистине мучительным обедом, Чжу Цин с мертвенно-бледным лицом вернулся на рабочее место и погрузился в долгие раздумья.
Он ломал голову над тем, как вывалить Лян Чжилань всё, что произошло вчера и сегодня — в двух словах тут явно было не обойтись.
В конце концов, сильно сократив и обобщив все события, он просто отправил другу короткое сообщение:
Мой начальник — псих!!!
В то же самое время Хэ Янь с чувством глубокого удовлетворения вернулся за свой стол, открыл на компьютере новый документ и озаглавил его Рабочий журнал.
Уставившись на чистый лист, Хэ Янь застучал по клавишам, выводя первую запись:
Среда
Жена сегодня обедала со мной, счастлив ^^
Глава 9. Белый лебедь
— Диетическая еда — это, конечно, гадость редкостная, но, Сяо Цинчик, подумай о хорошем: по крайней мере, твой начальник не заставляет тебя оставаться на сверхурочные. — Лян Чжилань, сидевший за сверхурочной работой в беспроводных наушниках, уставшим голосом болтал по телефону со своим другом Чжу Цин.
Чжу Цин слегка удивился: — Разве ты не вчера засиживался допоздна? Сколько раз за этот месяц тебя уже заставляли перерабатывать?
От этих слов у Лян Чжиланя в глазах от усталости начали расплываться цифры в отчете. Он зажмурился и простонал: — Чжу Цин, ты можешь не говорить вещей, от которых хочется удавиться?
Чжу Цин тут же захлопнул рот.
— Свобода. — Закончив с последней задачкой, Лян Чжилань захлопнул ноутбук, единым движением сгреб всё со стола в сумку и бросил взгляд на часы: метро еще ходит, отлично.
Телефонный звонок с Чжу Цин всё еще продолжался.
Прикупив у выхода из метро хрустящую жареную сосиску из крахмала, Лян Чжилань принялся утешать Чжу Цин тоном бывалого человека, призывая того не смотреть на жизнь так мрачно: — Твой начальник, может, просто сегодня захотел диетического? Не будет же он триста шестьдесят пять дней в году питаться одной травой? Смотришь, завтра переключится на что-нибудь другое, потерпи пока.
Судя по его собственному многолетнему опыту работы и встреченным на пути чудикам, новый начальник Чжу Цин был просто со странностями, не более того.
Услышав в трубке завывания холодного ветра, Чжу Цин участливо произнес: — Чжилань, ты так вымотался на сверхурочной, поезжай скорее домой, на выходных я угощу тебя ужином.
Лян Чжилань охотно согласился: — Ловлю на слове, вот получишь свою первую зарплату — тогда и поговорим.
Чжу Цин кивнул с готовностью: — Без проблем, выбирай сам — хоть Мишлен, хоть шведский стол с морепродуктами.
Лян Чжилань не выбрал ни то, ни другое. Уставившись на толпившихся неподалеку продавцов уличной еды, он вдруг философски вздохнул: — Эй, Чжу Цин, как думаешь, если бы мы во время учебы в институте торговали у ворот сосисками, сейчас бы уже купили себе по квартире?
— М? Пожалуй, это звучит чересчур оптимистично. — Чжу Цин, казалось, даже прикинул в уме: — На квартиру целиком, наверное, не хватило бы, но на первый взнос точно.
Лян Чжилань тяжело вздохнул и пробормотал: — Скажи на милость, какого чёрта мы вообще пошли учиться на философию?
Если бы он знал заранее, что в конце концов станет продакт-менеджером, зачем бы стал тратить столько сил на поступление? В их сфере дипломы вообще особо не спрашивают.
http://bllate.org/book/25542/3047260
Готово:
