Когда Тан Уин спускался по лестнице, он не издал ни звука. Если бы не следовавший за ним Чу Жань, Шэнь Янь вообще бы не заметил его появления. Вся аура была скрыта, что наглядно доказывало, до какой же степени этот человек владеет самоконтролем. Всё время, пока Тан Уин шёл от лестницы к гостиной и усаживался на диван, взгляд Шэнь Яня не отрывался от него. В глазах читалась одержимость — словно учёный обнаружил новый биологический вид или археолог вскрыл тысячелетнюю гробницу.
Тан Уин лениво откинулся на спинку дивана. Поскольку он был очень высоким, его фигура даже в таком положении сохраняла стройность и стать. Он раскинул длинные руки, положив одну на спинку дивана позади Чу Жаня, так что со стороны казалось, будто он заключает Чу Жаня в объятия. Нельзя было не признать, что его способность к адаптации достигла невероятных высот: в доме Чу Жаня он вёл себя совершенно непринужденно, и если бы не слова самого Чу Жаня, пожалуй, никто и не подумал бы связывать его с человеком из древности.
Шэнь Янь поправил очки на переносице и протянул Тан Уину визиттку:
— Здравствуйте, я агент Чу Жаня. У вас потрясающие внешние данные, не хотите ли попробовать себя в шоу-бизнесе?
Тан Уин даже не подумал взять карточку — её с улыбкой перехватил Чу Жань:
— Брат Шэнь, А-Инь пока не рассматривает подобные предложения. Пусть он сначала нормально отдохнет. Я сохраню эту визитку, и если он вдруг надумает податься в шоу-бизнес, мы обязательно сообщим вам первыми.
Чу Жань не стал сразу отказывать Шэнь Яню, решив позволить Тан Уину принять решение самостоятельно, когда тот во всём разберётся.
— Что ж, пусть будет так.
Шэнь Янь с сожалением взглянул на Тан Уина, а затем перевёл взгляд на сидевшую рядом Ци Лань:
— Ци Лань, выйди пока на улицу и подожди там, скоро мы выдвигаемся на съёмочную площадку.
Ци Лань кивнула и молча вышла, не задавая лишних вопросов. Она прекрасно понимала, что сострить или попытаться узнать то, что ей знать не положено, в её нынешнем положении нельзя. Шэнь Янь извлёк стопку документов и положил её на журнальный столик перед собой:
— Когда я встретился с агентом Цинь Вэня, мне вдруг вспомнилось: разве он не тот самый новичок, который недавно хвастался перед всеми своими двусмысленными отношениями с кинозвездой Ли Чэнем? Позже за это его вместе с агентом вызывали «на ковёр» к генеральному директору, и я тогда как раз присутствовал при этом.Чу Жань перелистнул стопку материалов. Сведения о Цинь Вэне не представляли особой ценности — это был всего лишь захудалый новичок, который никак не мог трезво оценить своё положение и стремительно скатывался вниз. Но… почему, черт возьми, все эти люди так или иначе были связаны с Ли Чэнем? Мысленно усмехнувшись, Чу Жань почувствовал к Ли Чэню ещё большую брезгливость. Продолжая листать документы, Чу Жань задержал взгляд на одной из случайно сделанных фотографий. Изображённый на ней юноша выглядел лет на шестнадцать-семьдесят. Изящное лицо, кожа цвета белого фарфора и большие влажные глаза делали его настолько красивым, что трудно было понять, какого он пола, а когда он улыбался, это выглядело невероятно чисто и прекрасно.
Но именно эта фотография заставила Чу Жаня внезапно с такой силой сжать пальцы, что бумага смялась. Не было никаких сомнений: этот парень с абсолютно безобидной улыбкой в прошлой жизни запятнал его репутацию и в конце концов стал причиной его смерти — это был Бай Жун.
— Короче говоря, Цинь Вэнь не блещет умом, за этим делом наверняка кто-то стоит. Сегодня он явился на пробы вроде как ради роли какого-то статиста, но на самом деле намеренно хотел спровоцировать конфликт с тобой, раздуть скандал и провалить твоё прослушивание. И разве ты не говорил утром, что с фургоном для артистов что-то не так? Я закинул ему удочку на этот счёт и уже выяснил: он действительно копался в машине. К счастью, утром ты был настороже. Обе эти вещи ему поручил один и тот же человек. Да, с огромной вероятностью это тот самый Бай Жун, чью страницу ты сейчас смотришь.
— … — Чу Жань закрыл глаза, массируя пальцами переносицу и постепенно раскладывая происходящее по полочкам в голове. Вскоре он начал понимать: если сделать Бай Жуна ключевой нитью, то вся череда событий словно связывается тугим узлом.
Судя по всему, в самом начале Бай Жун дошёл до слухов о давней связи Цинь Вэня и Ли Чэня и разыскал Цинь Вэня. Однако сейчас Бай Жун не стал расправляться с Цинь Вэнем так же, как в прошлой жизни расправлялся с самим Чу Жанем, — по всей видимости, потому что угрозы от Цинь Вэня не исходило. Вместо этого Бай Жун предпочёл предложить достаточно соблазнительные условия, чтобы использовать Цинь Вэня против Чу Жаня. Сначала тот устроил пакости с фургоном, а когда увидел, что Чу Жань на нём не поехал, заставил Цинь Вэня отправиться на съёмочную площадку и устроить там дебош, надеясь запятнать Чу Жаня заодно с собой. Вот только Бай Жун не ожидал, что Чу Жань даже не взглянет на Цинь Вэня, а Шэнь Янь, задействовав собственные связи, решительно приказал съёмочной группе ограничить действия Цинь Вэня.
Потерпев неудачу несколько раз подряд и видя, что Чу Жань не только получил роль в Небесная Кара, но и метит на место главного героя, Бай Жун в невероятно короткие сроки умудрился подкупить водителя Чу Жаня. Именно так разыгралась та самая дневная авария. По правде говоря, если бы не Тан Уин, даже Чу Жань, уже переживший перерождение, скорее всего, погиб бы в этом происшествии. Бай Жун действительно принадлежал к числу тех людей, которые не успокоятся, пока не добьются своего. Это было прекрасно видно по тому, как он раз за разом, снова и снова пытался помешать Чу Жаню сняться в Небесная Кара.Бай Жун питал к нему лютую ненависть, и Чу Жань прекрасно это понимал. Но одного он никак не мог взять в толк: откуда у Бай Жуня такая мощь? Цинь Вэнь был человеком с немалыми аппетитами, и какие же условия должен был предложить ему Бай Жун, чтобы Цинь Вэнь решился на дело, которое при разоблачении гарантированно привело бы его за решетку? Деньги на покрытие всех медицинских расходов дочери водителя, Дяди Вана, — сумма немалая, и откуда они взялись? А та череда козней, что погубила его в прошлых жизнях, — кто мог провернуть подобное без мощной опоры за спиной?
Строго говоря, в прошлой жизни Чу Жань не был особо близок с Бай Жуном. Он лишь знал, что тот дебютировал на полгода позже него и что компания продвигала новичка изо всех сил. Однако о его происхождении ничего не было слышно. Теперь же стало очевидно: у Бай Жуня наверняка имелся надежный покровитель. При такой мысли внезапное решение компании отказаться от него и отправить в глухой игнор в прошлой жизни, похоже, обретало ответ. Наверняка Ли Чэнь изначально знал о влиятельных связях Бай Жуня, раз так решительно променял его?
Досье на Бай Жуня, лежавшее в его руке, было не слишком подробным. В нем лишь вкратце упоминалось, что тот вырос в неполной семье. Кто был его отцом, оставалось загадкой, поэтому он носил фамилию матери — Бай. Мать в прошлом была певицей, которая какое-то время гремела на всю страну, но по неизвестным причинам ушла со сцены на пике молодости и славы. Все предыдущие десяток с лишним лет жизнь Бай Жуня казалась серенькой донельзя, пожалуй, даже стесненной. Мог ли такой Бай Жун обладать столь огромным влиянием?
Чу Жань швырнул досье на журнальный столик: — Эта информация явно неполная. Я хочу нанять других людей, чтобы они перекопали всё о Бай Жуне. Цинь Вэнь — всего лишь мелкая пешка, а вот Бай Жун — моя главная угроза. Пока он на свободе, мне не будет покоя.
— Я знаю лишь то, что Бай Жун входит в число стажеров, которых компания сейчас натаскивает к официальному дебюту через три месяца. Остальное покрыто туманом. Думаю, у него какие-то необычные отношения с верхушкой компании, — Шэнь Янь слегка задумался и нахмурился. — Нам будет непросто его ковырять... Впрочем, если твой брат согласится помочь, через другие каналы наверняка удастся раздобыть подробное досье на Бай Жуня.
Стоило Шэнь Яню упомянуть его старшего брата Чу Сюэня, как Чу Жань тут же повесил нос: — Шэнь-гэ, я еще не успел тебе сказать. Я съехал наотмашь, потому что поругался с семьей. Что до моего брата, он теперь со мной наотрез не разговаривает. И дело не в том, что просить его о помощи бесполезно — он даже мои звонки не принимает...
Шэнь Янь шумно втянул воздух. Он уже довольно давно не видел Чу Сюэня, а потому ничего не знал. Такая влиятельная семья, как семья Чу, несомненно, стала бы колоссальным подспорьем для будущего пути Чу Жаня. Сперва Чу Жань не хотел раскрывать свое происхождение, и Шэнь Янь рассудил, что для паренька неплохо бы пробиваться самостоятельно, пока он молод. К тому же на первых порах он вполне мог подстраховать подопечного, а потому не стал идти против воли Чу Жаня. Но сейчас ситуация изменилась: кто-то открыто вел охоту на Чу Жаня, да и его карьера в шоу-бизнесе шагнула на новый этап. Без поддержки семьи Чу за спиной в такой момент обойтись было категорически нельзя.
— Не переживай. Твой брат всегда так яростно защищал своих, вряд ли он действительно порвет с тобой навсегда. Наверное, он еще пару дней погорячится, а ты погоди немного, пока он остынет, приди и искренне извинись, сбавь тон — и он точно не станет тебя ущемлять. — Шэнь Янь понимал, что сейчас ему нельзя терять самообладание. Чу Жаню еще не исполнилось и двадцати, раньше он жил как избалованный юный господин, и его жизненного опыта в такой сфере, как шоу-бизнес, было еще далеко недостаточно, а потому сам он обязан сохранять хладнокровие. — С расследованием по поводу Бай Жуня спешить не стоит. Я придумаю, как копать потихоньку, а для начала разберемся с Цинь Вэнем и автокатастрофой.
— Цинь Вэнь — всего лишь пешка, которую использовали втемную, на него не нужно тратить много сил. Выпусти наружу то грязное белье, которым он сам везде хвастался, да сделай намек прессе. Если добавить к этому сегодняшний инцидент на съемочной площадке и его прежнюю манеру вести себя без всяких тормозов, журналисты сами нафантазируют с три короба. К тому же Цинь Вэнь так или иначе завязан на Ли Чэня, репортеры не упустят столь лакомый кусок.
Выслушав его, Шэнь Янь рассмеялся, и его глаза за тонкими стеклами очков изогнулись дугой, став похожими на лисьи: — Наконец-то я воочию убедился, как сильно ты ненавидишь Ли Чэня. Ты же хочешь утопить великого киноактера руками Цинь Вэня. Если приплюсовать сюда внезапную замену главного актера в Небесной Кара и тему вроде того, что киноимператор Ли Чэнь спасовал перед новичком, в околокиношных кругах на какое-то время станет шумно.
— Тогда придется побеспокоить Шэнь-гэ насчет работы с прессой, — Чу Жань тоже улыбнулся, уголки его губ взлетели вверх с невероятно живым задором. — Кроме того, давай замнем дело с Дядей Ваном, оформив всё как несчастный случай. Я слышал, его дочь тяжело больна? Расходы на ее дальнейшее лечение я беру на себя. Да, кстати, у тебя будет время после съемок? Я бы навестил девчонку.
— Да, верно... Это отличная возможность поднять общественный имидж, я распланирую весь график, и завтра эта история появится в газетах вместе со скандалом вокруг Цинь Вэня. — Шэнь Янь одобрительно кивнул, смутно чувствуя, что за одну ночь Чу Жань стал куда продуманнее подходить к делам.
http://bllate.org/book/25533/3046025
Готово:
