Тихая и мягкая старинная музыка тихо плыла над ушами, а оранжево-желтый свет ламп, отражаясь от похожих на гладкую глазурь полов и стен, наполнял помещение теплом. На длинных столах башни из бокалов ломились от хмельного прозрачного вина, а вокруг пестрело изобилие изысканных пирожных и десертов.
Пышные длинные платья женщин и строгие, ладно скроенные мундиры мужчин перемещались среди этого великолепия, и сами их голоса звучали не громче звуков музыкальной партии.
Не случись той сценки пару минут назад, Жун Хуэй, пожалуй, осталась бы довольна здешней обстановкой.
Здесь было слишком людно, и повсюду сновали зеваки, поэтому Жун Хуэй тихонько отошла подальше от Жун Мо, который, впрочем, не обратил на нее ни малейшего внимания.
Она выбрала незаметный уголок, взяла с подноса кусочек пирожного и в два укуса проглотила его — раз уж все равно притащилась сюда, нужно было хоть перекусить.
Сладкий и мягкий бисквит упал в желудок, и Жун Хуэй почувствовала, что наконец-то вернулась к жизни.
Не будь банкетный зал закрыт для посторонних, она бы непременно заставила Вэнь Ляна завернуть ей что-нибудь с собой. До чего же тяжело добывать себе пропитание — с таким темпом жизни долго не протянуть.
Думала она об этом с совершенно бесстрастным выражением лица, продолжая жевать.
Яркая и непривычная для здешних мест внешность всегда привлекает к себе внимание: высокая, с длинными ногами, смоляно-черными глазами и печатью глубокого пресыщения жизнью на лице, Жун Хуэй стояла в стороне, застыв с равнодушным видом, но даже в темном углу оставалась невероятно притягательной.
— Четыре главных легиона — это главная военная сила империи, и каждым командует свой генерал, — вещал До Линь. — Если не считать генерала Лу, все остальные трое — альфы.
Жун Хуэй воспользовалась моментом, чтобы утащить пирожное в виде авокадо, откусила сразу половину и заодно бросила взгляд на вход.
И стоило ей взглянуть туда, как она замерла на месте.
Без сомнения, это был самый красивый мужчина из всех, кого ей доводилось встречать. Казалось, он сошел со старинного свитка и существовал в каком-то совсем ином измерении, нежели остальные присутствующие.
Назвав свое происхождение, До Линь невольно вскинул подбородок: он был уверен, что эта женщина-альфа непременно поражена благородством его рода и теперь едва ли не побежит заискивать перед ним.
Сразу несколько взглядов не сговариваясь устремились в ту же сторону.
Жун Хуэй подняла голову и увидела, как к ней приближается миловидный юноша с бокалом вина в руке: золотистые волосы, бирюзовые глаза, а в левом ухе покачивается серьга в виде четырехконечной звезды.
— Вы ведь впервые на подобном приеме? — юноша чуть склонил голову набок. — Лучше не носить черно-золотую одежду.
Возможно, из-за бледности кожи его губы казались неестественно алыми и мягкими.
До Линь покачал головой, и в его взгляде промелькнуло благоговение:
— Генерал Лу совершил бесчисленные подвиги на поле боя, к тому же его уровень духовной силы — класс S. Большинству альф до него далеко.
Кожа юноши отличалась безупречной снежной белизной, а пронзительные сапфирово-синие глаза сияли холодной чистотой — словно вековые ледники, которые сковало морозом и которые никогда не растают.
Его серебристые волосы выглядели потрясающе, причем это были не скучные прямые пряди: концы волос вились легкими волнами, собранные у самого затылка низкой лентой.
— Вы даже этого не знаете? — Взгляд До Линя мгновенно стал странным, он смотрел на нее с чистейшим неверием.
— Перестань мечтать, тебе он все равно не светит ни при каких раскладах.
До Линь впервые столкнулся с тем, чтобы альфа так откровенно игнорировала его. Проследив за ее взглядом и увидев новоприбывшего, он слегка смягчился в лице:
— Он — единственный омега-генерал за последние сто лет нашей империи. Желающих стать его парой альф видимо-невидимо, тебе ничего не светит.
Жун Хуэй оказалась в полном тупике:
— Духовная сила? Класс S?
Банкет продолжался, но всеобщее внимание уже полностью переключилось на Лу Цзэси — едва ли не каждый в зале мечтал завести с ним разговор.
В этот самый момент в передней части зала поднялась легкая суматоха, гармоничный ритм музыки сбился, и со всех сторон послышались сдавленные вздохи.
Этот парень выглядел в точности так, как ей нравилось; ради такого она могла бы потратить целую неделю на ухаживания.
Стоило зайти речь о знатной семье, как недовольство на лице юноши мгновенно испарилось:
— Я из главного дома семьи Альберт, можешь звать меня До Линь.
— Почему ты стоишь здесь одна? — стройный юноша подошел к ней первым, в то время как на лицах остальных при виде него мелькнуло разочарование.
Длинные серебристые волосы слишком сильно притягивали к себе взгляды, и внимание Жун Хуэй оказалось приковано к ним почти целиком.
— Спасибо за предупреждение, но мне нужно ненадолго отлучиться, прошу прощения.
Жун Хуэй не собиралась ничего объяснять, она лишь сдержанно и вежливо наслаждалась красотой юноши пару секунд.
— Генерал просто невероятно красив! Жаль, что я омега... интересно, согласился бы генерал на однополые отношения между омегами?
У входа в банкетный зал Жун Фань следовал по пятам за Лу Цзэси, неотступно шагая в нескольких шагах позади и о чем-то усердно нашептывая. Он совершенно не обращал внимания на холодность собеседника, являя собой полную противоположность тому напыщенному павлину, который только что задирал нос перед Жун Хуэй.
— Он омега... генерал? — Жун Хуэй перевела взгляд на До Линя. Она легко догадалась, что этот юноша — омега, но никак не ожидала, что этот генерал Лу тоже принадлежит к данному полу. Да и вообще, с таким полом вряд ли получится занимать важные посты в армии.
— Этот Жун Фань, прикрываясь своим происхождением, только и делает, что увивается за генералом Лу, — До Линь презрительно скривил губы. — В следующем году он выпускается из военной академии и наверняка попытается протиснуться в Третья армия.
До Линь слегка нахмурился:
— Ты что, совсем не знаешь его?
Жун Хуэй почувствовала, что калории от съеденного пирожного уже испарились, и снова захотела есть. Ее черные глаза на секунду скользнули по тарелке с мини-пирожными:
— А ты кто такой?
Жун Хуэй торопливо дожевала остатки булочки, не отводя взгляда.
В прежние времена она бы непременно придумала способ затащить его в какую-нибудь ролевую мини-игру.
— Кхм-кхм... — Прошло немало времени, прежде чем Жун Хуэй отвела глаза и сделала небольшой глоток из бокала с вином.
— Разве никто не возражает против этого?
— Погоди! — Юноша преградил ей путь, судя по всему, сочтя ее совершенно неспособной понимать намеки. Его тонкие золотистые брови сошлись на переносице. — Как тебя зовут? Ты вообще знаешь, кто я такой?
Фаната серебряных волос переполняло абсолютное счастье.
— Генерал Лу! Генерал Лу идет!
На сей раз Жун Хуэй ничего не ответила, лишь молча зафиксировала в памяти ключевую информацию.
Жун Хуэй честно покачала головой:
— Я не особо интересуюсь тем, что происходит во внешнем мире.
Как бы ни был высок статус Жун Фань, он все равно не мог вечно узурпировать место рядом с Лу Цзэси.
Ей катастрофически не хватало знаний об этом мире, поэтому требовалось как можно скорее отыскать способ стать сильнее.
Стрелки часов приблизились к половине девятого, музыка смолкла, и толпа сама собой расступилась, образуя проход.
— Приветствуем Ваше Величество, приветствуем Императрицу.
Стараясь не привлекать лишнего внимания, Жун Хуэй в точности скопировала чужие движения, прижав одну руку к груди.
В поле зрения появились две фигуры. Роскошные золотые наряды ясно давали понять, что перед ними самые высокопоставленные особы империи.
Лу Цзэси склонился в поклоне, и золотистые кисти на его бело-синем мундире качнулись под углом.
Император шагнул вперед и лично помог Лу Цзэси выпрямиться, обращаясь ко всем присутствующим:
— Поднимайтесь.
Все встали. Жун Хуэй подняла голову и издалека посмотрела на тех, кто приходился ей номинальными родителями в этом мире, чувствуя, как в груди поднимается странный коктейль из эмоций.
С самого детства у нее не было родных, так что теперь, за счет чужого тела, она разом восполнила эту потерю.
— Вы отлично потрудились в этом дальнем походе, отдохните пока в Столичном секторе, — мягко произнес император.
— Слушаюсь, благодарю Ваше Величество за заботу. — Лу Цзэси скосил взгляд на императрицу в золотой короне. — С днем рождения, Ваше Величество.
— Ты вечно избегаешь подобных мероприятий, я уж думала, что ты вовсе не явишься, — императрица улыбнулась, позволив себе легкую нотку насмешки в голосе. — Если память мне не изменяет, в твоем возрасте А-Се был женат уже два года.
Лу Цзэси опустил длинные ресницы, в его голосе не слышалось ни единой эмоции:
— Его Высочество старший принц полон сил и молодости, а их союз с профессором Су — поистине небеса создали друг друга.
Императрица парировала:
— Вот именно. Так что, как бы силен ты ни был на поле боя, омеге всегда требуется защита альфы.
Услышав это, Жун Фань тут же расплылся в самодовольной улыбке, в то время как Жун Мо бросил на него мимолетный, ничего не выражающий взгляд.
— Матушка, если вы продолжите в том же духе, генерал Лу в следующий раз вообще перестанет появляться во дворце, — раздался чуть хрипловатый женский голос. Обладательница голоса была одета в такой же черно-золотой мундир, ее роскошные темно-красные локоны переливались шелковым блеском, а уголки алых губ слегка изогнулись в улыбке.
Кто-то в толпе негромко произнес:
— Старший принц.
Из-за спины Жун Се выпорхнула девушка в розовом пышном платьице. Сделав пару легких прыжков прямо к Лу Цзэси, она схватила его за руку и принялась раскачивать:
— Ни за что! Си-Си должен приходить к нам почаще!
Лу Цзэси слегка опешил. Его тонкие белые пальцы, оказавшиеся в чужой руке, мгновенно одревенели; попытка высвободить ладонь успехом не увенчалась, и ему пришлось смириться:
— Ваше Высочество шестая принцесса.
Следом за этим раздался еще один изумленный возглас:
— Третий принц!
— Третий принц тоже такой красавчик!
— Этот выход в свет стоил того, мало того, что все принцы в сборе, так еще и генерала Лу удалось увидеть.
— Отец, матушка, — Жун Се обвел взглядом присутствующих и, слегка поправив золотую оправу очков, продолжил: — Задержался из-за дел государственной важности, надеюсь, я не опоздал?
Императрица улыбнулась:
— Ни капли, вовсе не опоздал.
Музыка заиграла вновь, и атмосфера стала еще более оживленной. Все пятеро августейших особ обступили императора с императрицей, и теперь уже никого не волновало ни отсутствие Жун Хуэй, ни ее появление.
Впрочем, Жун Хуэй было совершенно на это наплевать — разве что капельку жаль первоначальную хозяйку тела.
До Линь, стоявший рядом, продолжал трещать без умолку:
— Запомнил мое имя? Можешь в любой момент заглянуть ко мне в поместье семьи Альберт или прямо в Имперскую военную академию — в этом году я буду сдавать отбор на мечах.
Жун Хуэй это заинтересовало:
— Отбор в военную академию? Туда может попасть любой желающий?
— Достаточно достичь совершеннолетия или пройти вторичное разделение. Ты проверяла уровень своей духовной силы? Обычно требуют класс C, но для альф достаточно и класса D, проблем возникнуть не должно.
Жун Хуэй кивнула — об этом стоило разузнать поподробнее при возвращении. Она все еще отчетливо помнила то бессилие перед Жун Фанем, порожденное абсолютным неравенством в силе.
Глаза До Линя засияли:
— Тогда я буду ждать тебя.
Серьги-звездочки на мочках ушей юноши качнулись, отразив точку оранжевого света, и он прикусил губу с улыбкой:
— Мне пора идти, домашние не разрешают мне засиживаться на таких приемах слишком долго. Увидимся в Имперской военной академии!
— Эй... — Жун Хуэй успела вытолкнуть лишь половину звука, а край светло-зеленого платья юноши уже скрылся в толпе.
Да и ладно, еще неизвестно, встретятся ли они.
Жун Хуэй прислонилась спиной к столу, продолжая неторопливо поглощать пирожные и запивать их вином, но взгляд ее сам собой скользнул к самому заметному человеку в центре зала — серебристоволосому юноше.
Лу Цзэси держал в руке бокал, а людей вокруг него крутилось даже больше, чем возле императорской семьи.
Его прекрасное лицо под светом ламп казалось фарфорово-белым и хрупким, вино в бокале оставалось нетронутым, словно между ним и остальным миром пролегла невидимая стена.
— Генерал Лу, как долго вы пробудете в Столичном секторе в этом году?
— Пока не решил.
— Генерал Лу, будет ли Третья армия расширять набор в этом году?
— Объявят позже.
— Генерал Лу, а какие альфы вам нравятся?
— ...
Красив-то красив, но уж больно ледяной. Подумала Жун Хуэй с равнодушным видом.
Через половину огромного зала взгляд серебристоволосого юноши прорезал толпу и безошибочно опустился на фигурку в самом углу.
— Но лишь на долю секунды, тут же отведя глаза.
Жун Хуэй словно что-то почувствовала, подняла голову, но успела заметить лишь совершенный профиль отвернувшегося Лу Цзэси.
Странно, неужели показалось?
— Выпьем за Ваше Величество! Трудясь на благо страны и народа без отдыха и сна, Ваше Величество — поистине великое счастье для всей империи! — очередной министр выступил вперед с кубком.
Император выглядел довольным. Опрокинув бокал, он позволил легкой тени опьянения тронуть покрытое морщинами лицо, хотя глаза оставались абсолютно ясными.
Он бросил взгляд на Лу Цзэси, вокруг которого вилось еще больше народу, и внезапно поднял собственный опустевший бокал:
— Генерал Лу столько лет отдал служению родине и до сих пор не женат. Доверять кому попало из других альф я просто не решусь. Раз уж все мои сыновья и дочери здесь, позвольте мне сегодня взять это на себя — пусть генерал сам выберет себе в супруги любого альфу.
Пальцы Лу Цзэси, сжимавшие ножку высокого бокала, чуть побелели:
— Благодарю за благосклонность, Ваше Величество, но раса жуков еще не истреблена до конца, и пока я не планирую заводить семью.
— Брак не помешает твоим походам на войну, к тому же альфы созданы лишь для того, чтобы защищать и дарить безопасность омегам. Раз ты так упорно упираешься, неужели ты считаешь, что мои венценосные дети недостойны тебя?
Стоило этим словам прозвучать, как в зале воцарилась абсолютная тишина. Если пару мгновений назад еще оставалось пространство для маневра, то теперь Его Величество явно не собирался отступать.
Не успел Лу Цзэси открыть рот, как остальные уже поспешили выразить протест.
— Ваше Величество, личные дела генерала Лу лучше оставить на его собственное усмотрение.
— С возможностями генерала Лу никакая защита альф ему вовсе не нужна, Ваше Величество может не беспокоиться.
Брови императора медленно сошлись на переносице, напускное веселье окончательно испарилось с его лица.
— ... — Лу Цзэси легко выдохнул и наконец произнес: — Благодарю Вас, Ваше Величество.
Никто из присутствующих не поверил собственным ушам.
— Что?
— Мне послышалось? Генерал согласился!
Жун Фань едва сдерживал переполнявшие его эмоции, а жажда в его глазах почти обрела физическую плотность, впившись в фигуру Лу Цзэси. Лицо Жун Хуэя оставалось непроницаемым, но пальцы рук, сжатые в кулаки по бокам, тихонько задрожали.
— Кого из моих детей ты хочешь выбрать? — спросил император.
Какая потрясающая драма. Подобные сцены принудительного брака она видела разве что в сценариях мыльных опер.
Жаль только такого красивого человека — если ему уготовано связать судьбу с этим психопатом Жун Фанем, его останется только пожалеть.
Жун Хуэй с увлечением наблюдала за разворачивающимся зрелищем, ни на секунду не допуская мысль, что всё это может касаться ее самой. Она лениво потянулась за пирожным с шелковицей, намереваясь в один присест отправить его в рот...
Как вдруг этот холодный и красивый генерал неожиданно посмотрел прямо на нее в угол. В его сапфировых глазах мерцали крошечные осколки света, а голос прозвучал ровно и негромко:
— Я выбираю Пятого принца.
Жун Хуэй замерла, пирожное в ее руке дрогнуло и камнем полетело на пол.
http://bllate.org/book/25523/3045020
Готово:
