Они сидели за столиком у окна. За стеклом сгущались сумерки, чернильная тьма смешивалась на горизонте с оранжевыми отсвалами уличных фонарей, прохожие шли редкими парами и поодиночке.
Живот Ань Чжи издал отчётливое урчание, и она, покраснев, прикрыла его руками:
— Это лягушка в моём животе подала голос.
Лягушка в животе?
Поймав взгляд Янь Си, девочка, похоже, немного смутилась и показала маленькой ручкой на свой животик:
— Внутри меня живёт лягушка, и когда я голодна, она начинает... урчать...
Заметив, что улыбка Янь Си становится всё шире, Ань Чжи заговорила совсем тихо:
— ...Дедушка так сказал.
Янь Си спрятала улыбку и с видом человека, которого внезапно осенило, кивнула:
— Вот оно как.
Ань Чжи тем временем взяла маленькую ложечку и принялась с аппетитом уплетать картофельное пюре.
Дети так мило уплетают за обе щеки, когда им всё нравится... — подумала Янь Си. Ее глаза наполнились нескрываемой нежностью. Договорив с гамбургером, она больше ничего не трогала и просто тихо наблюдала, как ест девочка.
Кажется, она немного подросла.
Янь Си спросила:
— Ань Чжи, ты знаешь, где ты живёшь?
Девочка сделала глоток сока:
— Угу, я знаю автобусную остановку.
Янь Си опешила, и её брови слегка нахмурились:
— Ты ездишь на автобусе?
Ань Чжи прикусила соломинку, на щеке от усилия прорезалась глубокая ямочка, и она невнятно произнесла:
— Иногда... за мной никто не приезжает...
В тот день тот мужчина, которого называют папой, забрал её в большой дом, где были водители и служаки. Потом её отдали в детский сад, а после она его больше не видела.
Поначалу её кто-то привозил и забирал. Но прошло несколько дней, и домашние слуги, видя, что хозяину на неё наплевать, начали за спиной судачить: Всё равно она не носит фамилию Чэнь... к чему столько хлопот, лишь бы не потерялась...
Детский сад закрывался в половине пятого, и многие родители заранее ждали у ворот, стараясь забрать ребёнка первыми. Ань Чжи же всегда выходила последней. Сначала воспитательница сидела с ней, но со временем ожидание затягивалось, и в её словах всё отчетливее звучало недовольство тем, что приходится задерживаться после смены.
Ань Чжи всё понимала, поэтому вскоре стала сама выходить за ворота школы. Она знала, что за ней никто не приедет, да и возвращаться слишком рано ей не хотелось — дома её ждал лишь чужой, пустой особняк.Пожилой швейцар у входа иногда разговаривал с ней, это он научил её садиться на автобус и узнавать автобусные остановки. Когда она садилась в автобус в первый раз, водитель подумал, что обознался, и уставился на её спину, ожидая, что следом поднимется взрослый. Взрослые в салоне тоже во все глаза смотрели на неё, и на их лицах читалась жалость. К счастью, дорогу было несложно запомнить: она садилась на автобус номер 218, доезжала до конечной остановки, делала три тысячи шагов, поворачивалась назад, потом проходила еще тысячу шагов и, отсчитав пятый дом, оказывалась на месте.
Ань Чжи вспомнила те взгляды, и от воспоминаний у неё тут же защипало в глазах. Она слегка опустила голову и пробормотала про себя: Нельзя плакать... Люди из доброты угощают тебя едой, тебе нельзя плакать...
Она уткнулась носом еще ниже, нащупала руками яичный тарт и, поднеся ко рту, принялась жадно откусывать большие куски.
Янь Си перевела дыхание, но всё же не удержалась и поднялась из-за стола, слегка качнув стул резким движением.
Услышав звук, Ань Чжи подняла голову, её губёнки задрожали, а на ресницах повисли готовые сорваться слёзы. Она быстро смахнула их маленькой ручкой и тут же испуганно потупилась.
Янь Си замерла на месте: она совершенно не умела обращаться с детьми и знала лишь одно — протянуть руку и погладить её по голове.
— Подожди меня здесь, я позвоню.
Не желая, чтобы ребёнок видел, как она злится, Янь Си отошла на несколько шагов и набрала номер Чэнь Муци. Когда вызов прошёл, она глубоко вздохнула и вкратце обрисовала ему ситуацию. Даже при её великолепном воспитании в этот момент ей безумно хотелось кому-нибудь врезать.
Чэнь Муци долго молчал на том конце провода, после чего глухо произвел:
— Ну... я даже не знаю, что тут поделать...
Янь Си выдохнула. Подняв голову, она заметила, что маленькая девочка пристально смотрит на неё, а в её взгляде читалась робкая, затаённая надежда.
Встретившись с ней взглядом, девочка опустила глаза и принялась за картофель фри.
Эта малышка была похожа на крошечное семечко, тихонько пустившее корни и проросшее у неё в душе, а теперь превратившееся в крепкое деревце, которое уже невозможно было не замечать. Она стала для неё источником постоянной тревоги.
— Может, отвезти её к кому-нибудь из моих родственников? У них дома есть ребёнок... Наверное, они умеют обращаться с детьми...
Янь Си даже не задумываясь бросила:
— Не нужно...
Повесив трубку, она вернулась за столик: детский набор был уже почти полностью съеден.
— Наелась?
Ань Чжи зажала пальцами последнюю соломинку картофеля фри.
— Наелась. — Она облизала мизинчик. — Лягушки уже не квакают.
Янь Си тронула губы улыбкой:
— Я еще как-нибудь приведу тебя сюда поесть.
Яркий свет в KFC заливал всё вокруг. Ань Чжи запрокинула голову, глядя на неё, её ямочки на щеках чуть углубились, и она произнесла:
— Мне пора возвращаться.
Она поправила лямки рюкзака.
Янь Си опустила на неё взгляд:
— Тебе и правда нужно возвращаться?
У неё был поистине прекрасный голос. На этот раз на ней была серая рубашка с закатанными рукавами, обнажающими тонкие, белые запястья, на одном из которых красовались белые часы. Она была очень высокой, и чтобы поговорить с ней, ей пришлось наклониться. У неё были длинные ресницы, а в мягком сиянии ламп её лицо казалось нежным и сияющим.Янь Си была самой нежной и доброй из всех взрослых, кого ей доводилось встречать.
Она теребила лямку рюкзака и прошептала: Мне больше некуда идти…
В сердце Янь Си словно проклюнулся маленький росток, который в одно мгновение выпустил ветви и сплелся в густые заросли. Лианы плотно оплели её душу, отозвавшись в груди тянущей болью.
Помолчав несколько секунд, она протянула руку: Пойдем.
Янь Си сделала приглашающий жест, и Ань Чжи, словно в забытьи, взялась за её ладонь. Стоило их пальцам соприкоснуться, как её окутало нежное тепло, и она послушно сделала несколько шагов вслед за женщиной.
Ань Чжи подняла на неё недоуменный взгляд. Пряди волос у висков Янь Си слегка развевались при ходьбе. Они вышли из дверей закусочной: холодный ночной ветер, первые огни большого города, шум машин, оживленные голоса прохожих — всё это навалилось разом.
Ань Чжи вздрогнула, но Янь Си лишь крепче сжала её ладонь. Встретившись с мягким и чистым взглядом женщины, Ань Чжи услышала: Ань Чжи, раз тебе некуда идти, поехали ко мне.
Окружающий мир словно погрузился в тишину, превратившись в сказочный сон.
Ань Чжи села в машину Янь Си. В салоне было просторно, а кресло пассажира казалось таким большим, что её ноги даже не доставали до пола. Пристегнутая ремнем безопасности, она напоминала испуганного зверька, которого надежно зафиксировали.
Янь Си слегка улыбнулась, погладила её по голове и немного сбавила скорость. Заметив напряжение девочки, она указала на окно.
Ань Чжи повернула голову. За стеклом сияли разноцветные огни — с высоты эстакады казалось, будто город парит в пустоте.
Она восторженно выдохнула: Ух ты! — и прижалась лицом к стеклу, широко распахнув глаза.
Янь Си улыбнулась уголками губ. Она заметила: когда этот ребенок удивляется, её глаза становятся огромными, а сама она, не в силах подобрать слова, успевает лишь восхищенно воскликнуть.
Очень мило.
Дом Янь Си находился в пригороде. Из-за небольших пробок они добрались до жилого комплекса только после восьми вечера. Ночь была глубокой, ветер усилился. Когда машина въехала в сад, длинные густые ветви деревьев быстро замелькали за окнами. К тому моменту, как они припарковались в гараже, Ань Чжи уже дремала, склонившись набок.
Янь Си отстегнула ремень, вышла из машины и открыла дверь с другой стороны. Она бережно подняла девочку на руки — та сразу прильнула головой к её плечу. Маленький рюкзак в форме кролика Янь Си повесила себе на локоть.
Ань Чжи была такой легкой и мягкой.
Гораздо приятнее, чем её племянники-близнецы, напоминавшие двух маленьких поросят.
Они прошли по безмолвному открытому коридору, мимо вьющихся растений и клумб, от которых исходил едва уловимый аромат хризантем.
В доме их встретила женщина лет пятидесяти с мягкими чертами лица и доброй улыбкой.
— Сяо У, вернулась? — Она увидела Ань Чжи на руках у Янь Си и удивленно вскинула брови. — Это чей же ребенок?
— Тетя Синь, — ответила Янь Си, — это дочка моих знакомых, она поживет у нас некоторое время. Поищите, пожалуйста, что-нибудь из одежды, во что её можно переодеть…
Тетя Синь призадумалась: — Боюсь, это будет непросто… Девочек в доме мало, — она с легким сожалением развела руками. — Твои детские вещи еще сохранились, я поищу…
— Тетя Синь, а где невестка, Толстяк Янь и Младший толстяк Янь?
Тетя Синь улыбнулась: — Невестка увезла их на несколько дней к своим родителям, те очень скучают по внукам.
— И то верно… Пусть лучше там попроказничают…
Ань Чжи проснулась, пока они разговаривали. В теплых объятиях было очень уютно, и хотя отсутствие опоры под ногами обычно вызывало у неё тревогу, сейчас она снова почувствовала этот необъяснимый аромат. Ей не хотелось шевелиться — хотелось подольше побыть на руках у этой женщины.
Прислушиваясь к разговору взрослых, она ощутила любопытство и невольно потерлась щекой о плечо Янь Си.
Та почувствовала движение и тихо спросила:
— Проснулась?
Ань Чжи смущенно замерла и открыла глаза. Прямо перед ней стояла тетя Синь и смотрела на неё с ласковой улыбкой.
— Тетя Синь, это Ань Чжи.
Почувствовав, как рука Янь Си слегка подтолкнула её в спину, Ань Чжи тут же поняла, что нужно сделать, и послушно произнесла:
— Здравствуйте, тетя Синь…
Тетя Синь на мгновение замерла, а затем снова расплылась в улыбке:
— Хорошая девочка, вообще-то, пора бы уже называть меня бабушкой… Какая милая малышка!
Она протянула руку и погладила Ань Чжи по голове. Девочке она сразу пришлась по душе.
— Сяо У, ты тоже устала за день, а завтра на работу. Отдай мне Ань Чжи.
Тетя Синь потянулась к ней, намереваясь взять на руки, но Ань Чжи по привычке вздрогнула и крепче обняла Янь Си за шею.
Янь Си засмеялась:
— Ничего, я сама отнесу её к дедушке и бабушке. Они дома?
— Ох… — На лице тети Синь промелькнуло удивление. — Да, смотрят телевизор на втором этаже.
Тетя Синь попыталась забрать у Янь Си детский рюкзачок, но та ловко увернулась, не отпуская Ань Чжи:
— Тогда мы пойдем наверх.
Янь Си продолжала нести девочку в сторону лестницы. Тетя Синь смотрела им вслед с задумчивой улыбкой:
— Похоже, Сяо У и впрямь очень привязалась к этой девочке…
http://bllate.org/book/25515/3043625
Готово:
