Ли Сяоюнь прикусила губу:
— Позавчера я ходила в гости к семье Чжао, и Бай Хуэй сказала, что в последнее время совсем тебя не видит.
Лян Бэйму откинулся на спинку дивана и спустя мгновение произнес:
— Чжао Шии меня не любит, думаю, с браком по расчету можно покончить.
Ли Сяоюнь тут же замерла:
— Что ты сказал?
Лян Бэйму:
— Я хочу расторгнуть помолвку, к тому же официально мы еще не обручены.
— Исключено, об этом даже не думай! — Ли Сяоюнь тут же перебила его, во взгляде промелькнула тревога. — Ты с самого детства бегал за ним по пятам и говорил, что он — твой единственный выбор, как ты можешь так легко всё менять?
Лян Бэйму поднял на нее глаза, его тон был совершенно равнодушным:
— Если бы не договоренность между дядей Чжао и папой, семья Чжао никогда бы не признала эту помолвку. Сейчас пропасть между нашими семьями слишком велика.
Услышав это, Ли Сяоюнь слегка покраснела вокруг глаз. После смерти мужа вся семья Лян держалась исключительно на Лян Бэйму.
Когда-то в Юньцзине семья Лян тоже входила в число первоклассных кланов, но со временем их дела шли всё хуже, и их вытеснили из высшего круга.
Семья же Чжао была самым могущественным кланом в Юньцзине, а Чжао Шии к тому же являлся альфой класса А. Если бы семьи Лян и Чжао заключили брак, это позволило бы им подняться на совершенно новый уровень.
— Мама, конечно, знает, что они смотрят на семью Лян свысока, но разве ты не сильно любишь его? Чувства всегда можно взрастить, после вашей свадьбы он, возможно, и проникнется к тебе симпатией.
Ли Сяоюнь продолжила уговаривать:
— Мой сын так хорош, он любому понравится.
Лян Бэйму подумал про себя, что дело вовсе не в том, нравится кто-то или нет — он в принципе не мог принять мужчину.
Эту помолвку рано или поздно придется расторгнуть.
— Я сам разберусь с этим, — ответил Лян Бэйму.
Ли Сяоюнь продолжала уговоры:
— Даже если ты разлюбил его, подумай о стоящей за его спиной семье Чжао. Ты можешь жениться не ради любви, а ради выгоды.
— Когда ты после окончания учебы перенял компанию, я полностью отошла от дел. Но в последнее время я слышала, что у компании огромные проблемы с оборотным капиталом. Если заключить брак с семьей Чжао, все трудности решатся сами собой.
В ведении бизнеса прежний владелец тела не был ни выдающимся, ни безнадежным.
В корпорации Лян накопилось множество проблем: раздутый управленческий аппарат, путаница в проектных направлениях, хромающий низовой менеджмент...
Лян Бэйму уже приложил немало усилий, чтобы изменить эту ситуацию, но толку от этого было мало.
Желая поскорее спровадить Ли Сяоюнь, он произнес:
— Мама, я хочу отдохнуть.
Посмотрев на него пару секунд, Ли Сяоюнь поднялась на ноги:
— Хорошо, отдыхай пораньше. Я пойду домой, на следующей неделе день рождения Шии, не забудь подготовить подарок.
Если на праздничном банкете представится подходящий момент, она поднимет вопрос об их свадьбе с семьей Чжао.
Отступление Лян Бэйму она расценивала лишь как проявление неуверенности в себе. Она хорошо знала своего сына и была уверена, что он по-прежнему любит Чжао Шии.
-
В восемь часов вечера у входа в поместье семьи Чжао толпились роскошные автомобили.
Выйдя из машины, Лян Бэйму вошел в банкетный зал.
Теплые желтые хрустальные люстры, красный бархатный ковер — банкетный зал семьи Чжао поражал воображение своей роскошью и выглядел намного изысканнее выставочных залов отеля Юньцзин.
Он припозднился, и в зале уже собралось немало людей.
Чжао Шии в черном костюме стоял в самом центре, окруженный всеобщим вниманием, причем большинство вокруг него составляли омеги.
Все вокруг знали, что у него есть жених, но также знали, что этот жених ему не по душе.
Лян Бэйму уже собирался подойти и отдать подарок, как вдруг кто-то толкнул его в плечо. Опустив взгляд, он увидел альфу.
— Прошу прощения, вы в порядке?
Голос альфы был нарочито низким, с хрипотцой, и он демонстративно подмигнул Лян Бэйму, изображая из себя сердцееда.
— Ничего страшного, — Лян Бэйму не придал значения этому эпизоду.
Альфа легко усмехнулся:
— Не подскажешь свое имя?
Лян Бэйму только собирался ответить, как его плечо внезапно ощутило сильную хватку.
Неизвестно когда подошедший Чжао Шии приобнял его за плечи и одарил улыбкой:
— Бэйму, ты наконец пришел.
Внимательно оглядев Лян Бэйму, он поймал себя на том, что в его глазах мелькнуло искреннее восхищение.
Стоявший перед ним мужчина имел суровые черты лица и уникальный темперамент; если не знать, что он бета, его скорее можно было принять за альфу.
Его темно-серые глаза выгляли потрясающе, словно обладая притягательной магией — стоило взглянуть в них, как на душе воцарялось умиротворение.
Неужели это тот самый забитый Лян Бэйму из его воспоминаний?
Успокоив мысли, он перевел взгляд и с оценивающим видом посмотрел на стоявшего рядом альфу.
— Если не умеешь держаться на ногах, иди отдохни в гостевой комнате, чтобы посторонние не говорили, будто семья Чжао пренебрегает гостями.
Лицо альфы мгновенно побледнело, и он с неловким видом ретировался.
Лян Бэйму без лишних слов убрал чужую руку со своего плеча и протянул коробочку с подарком:
— С днем рождения.
Чжао Шии поначалу был немного недоволен тем, что тот от него уклоняется, но при виде подарка все же улыбнулся и протянул руку.
— Что ты купил? Только не говори, что опять спорткар или недвижимость?
Прежний хозяин тела никогда не жалел денег на Чжао Шии и покупал лишь самое дорогое.
У Лян Бэйму не было желания угождать ему, поэтому он выбрал вполне заурядный подарок — наручные часы.
Чжао Шии в пару движений сорвал упаковку и замер, увидев часы.
— Новая модель наручных часов от HL, ты откуда знаешь, чего я хотел?
Будучи единственным сыном в семье Чжао, Чжао Шии с самого детства ни в чем не нуждался, и на подаренные Лян Бэйму прежде машины и квартиры он даже смотреть не хотел.
Однако эти часы пришлись ему по вкусу.
Он невольно улыбнулся: это значило, что Лян Бэйму подошел к выбору подарка с душой и наконец-то догадался подарить то, что ему действительно нравится.
— Помоги надеть.
Чжао Шии снял со своего запястья серые часы, освобождая место для новых.
Окружающие уже обратили на них свое внимание.
Лян Бэйму был крайне удивлен — он никак не ожидал, что случайно купленные часы вызовут такой восторг.
Взяв часы, он быстро застегнул их у него на запястье.
Неподалеку Ли Сяоюнь наблюдала за этой сценой с улыбкой:
— Дети так хорошо ладят.
Бай Хуэй тоже улыбнулась:
— И правда. В последнее время Шии почему-то был не в духе, судя по всему, из-за того, что Бэйму к нему не заходил.
Ли Сяоюнь мягким тоном предложила:
— Сегодня у Шии день рождения, ему исполняется двадцать, а Бэйму уже двадцать пять, может, воспользуемся случаем и официально назначим дату свадьбы?
Бай Хуэй опустила глаза, на ее изнеженном, красивом лице не отразилось никаких эмоций.
Дело было вовсе не в презрении к происхождению семьи Лян — с положением семьи Чжао любой брак стал бы лишь приятным дополнением, а не необходимостью.
К сожалению, Лян Бэйму был бетой.
И к тому же... она видела, что Чжао Шии вовсе не любит Лян Бэйму.
Бай Хуэй произнесла:
— Бэйму — хороший парень, но со свадьбой спешить не стоит, в конце концов, Шии еще мал.
Услышав это, Ли Сяоюнь помрачнела. Чжао Шии, конечно, молод, но Лян Бэйму уже исполнилось двадцать пять.
Она невольно подумала: если семья Чжао действительно не заинтересована, семье Лян не стоит унижаться и навязываться.
Даже после упадка клан Лян все еще имел весомый вес в городе А, и не было никаких причин вечно нарываться на холодный прием.
Раньше она так отчаянно добивалась этой свадьбы по двум причинам: во-первых, из-за влияния семьи Чжао, а во-вторых, потому что Лян Бэйму искренне любил Чжао Шии.
Если же Лян Бэйму больше не испытывал прежних чувств, то, пожалуй, стоило и вправду расторгнуть помолвку, как он сам и предлагал.
С данными ее сына найти кого-то другого не составит труда.
-
Цзян Юньлань стоял в углу банкетного зала, одетый в белую рубашку и черный жилет, с подносом в руках.
Его холодный, отрешенный взгляд был прикован к Лян Бэйму, который склонил голову, надевая часы на запястье Чжао Шии.
Он никак не ожидал встретить его на этом банкете.
Однако на этот раз он мог поручиться, что это случайность.
Потому что подработку официантом в семье Чжао он получил только сегодня утром.
Прежний официант заболел, и агентство позвонило ему, попросив выйти на замену.
Красивый альфа и суровый, равнодушный бета смотрелись на удивление гармонично.
Когда Лян Бэйму сосредотачивался, его взгляд становился глубоким и устойчивым, поразительно сосредоточенным.
Это невольно заставляло думать о том, как было бы здорово, если бы эти прекрасные глаза смотрели только на него.
Чем сильнее была эта показная холодность, тем больше она разжигала желание покорить человека.
Цзян Юньлань ка языком задел щеку, как вдруг услышал вопрос стоявшего рядом официанта:
— Ты чего на них уставился? Знаешь их?
Цзян Юньлань отвел взгляд:
— Нет.
Оцифициант понизил голос:
— Тот альфа — молодой господин семьи Чжао. Ох, у него и характер, хуже некуда, любому, кто его разозлит, придется несладко.
Цзян Юньлань опустил глаза и как бы между прочим поинтересовался:
— А тот, что рядом с ним?
Официант усмехнулся:
— Тоже личность известная, жених молодого господина Чжао. Только вот незадача — он бета, семья Чжао на него и смотреть не хочет, да и сам молодой господин Чжао видит в нем лишь преданную шавку.
Брови Цзян Юньланя слегка нахмурились. Разве станет Лян Бэйму бегать за кем-то собачкой?
Хотя они виделись всего дважды, он вовсе не считал его мужчиной, способным тащиться следом за альфой.
К тому же, судя по тому, как сейчас Чжао Шии смотрел на Лян Бэйму, в этом взгляде читалось куда больше собственничества и агрессии...
-
Дзынь! Очки искупления —1, текущие очки искупления: 4.
Услышав системное оповещение, Лян Бэйму на мгновение замер.
С чего вдруг такая активность со стороны Цзян Юньланя?
Он быстро окинул взглядом зал, но фигуры Цзян Юньланя нигде не было видно.
Неужели он здесь?
В этот момент стоявший в центре банкетного зала Чжао Фэнчэн громко произнес:
— Шии, Бэйму, идите сюда, разрежьте торт.
Чжао Шии повернулся к Лян Бэйму:
— Папа нас зовет, пошли.
Лян Бэйму пришлось прервать поиски и последовать за ним к Чжао Фэнчэну.
Чжао Фэнчэн был главой семьи Чжао, мужчиной чуть за сорок, обладавшим весьма примечательной внешностью.
Обычно он держался интеллигентно и непринужденно, но никому и в голову бы не пришло вести себя с ним дерзко.
Всякий знал, что мягкость членов семьи Чжао — лишь внешняя оболочка.
Официант протянул Чжао Шии позолоченный нож, инкрустированный драгоценными камнями.
http://bllate.org/book/25464/3035851
Готово:
