— М? А? — Чжао Юй опешил от его слов и поднял голову. — Я не злюсь.
— Ты только что швырнул ручку, — прикусил губу Гу И. — Разве не злюсь?
— …Ох, я… — Чжао Юй внезапно замолк, в голове не осталось ни единой мысли о том, что сказать.
— Если не злишься, не забудь купить мне новый карандаш, — произнес Гу И. — Пять мао за штуку.
— Я переведу тебе десять юаней, купи целую коробку, — бесстрастно глядя на него, ответил Чжао Юй.
Гу И тут же вытащил телефон и продемонстрировал QR-код для получения средств.
Чжао Юй невольно усмехнулся от его выходки. Переведя деньги, он вдруг что-то вспомнил и неуверенно спросил:
— Ты сказал мне всё это только потому, что решил, будто я разозлился?
— Нет, — покачал головой Гу И. — Я обычно на улице рассказываю о своих эмоциональных проблемах и любовной истории, зарабатывая этим на жизнь.
— Может, в следующий раз, когда я соберусь прыгать с крыши, я прихвачу тебя с собой? — потыкал в него пальцем Чжао Юй. — Мне кажется, ты тоже не в себе.
Гу И рассмеялся. Раньше он тоже был младше, но редко чувствовал себя настолько расслабленным, как сейчас, — его глаза даже сузились. Чжао Юй уставился на его лицо, и к нему снова вернулось то знакомое ощущение пропускающего удары сердца.
— О делах сердечных нужно говорить прямо. Я действительно не хочу, чтобы ты злился, к тому же, кроме тебя, мне некому больше об этом рассказать, — улыбаясь, пояснил Гу И. — Ты ведь пережил со мной временную петлю, только ты в это и поверишь.
— Нога твоего отца тоже тогда пострадала? — спросил Чжао Юй.
— Мм, можно и так сказать.
Гу И не стал вдаваться в подробности. Возможно, сегодняшний запас слов подошел у него к концу, и если бы он продолжил говорить, то просто выбился бы из сил и упал замертво.
— Неудивительно, что ты был так спокоен, столкнувшись с петлей, — пробормотал Чжао Юй.
Выходит, в этом мире существует далеко не один попаданц и не один главный герой.
Система лгала всё это время или действительно ничего не знала обо всем этом?
— Спокоен? — Гу И задумался. — На самом деле это жутко надоедает.
— Почему? — спросил Чжао Юй.
— А что, если кто-то действительно решит повысить мой Уровень благосклонности? — отозвался Гу И. — При моей-то внешности…
Чжао Юй цыкнул.
— Чего цыкаешь? — Гу И посмотрел на него. — Разве ты сам не говорил, что я красивый?
— Говорить это самому или слушать от других — совсем разные вещи, понимаешь? — Чжао Юй тоже пристально глянул на него.
— Какой же ты самовлюбленный, — вздохнул Гу И.
— И то верно, — кивнул Чжао Юй.
Они переглянулись и непонятно почему вдруг рассмеялись, да так долго не могли остановиться.
— Эй, если честно, — улыбаясь, спросил Чжао Юй, — что, если кто-то действительно явился ради тебя? Чтобы заставить тебя полюбить его всем сердцем и поднять Уровень благосклонности, как ты поступишь?
— Я об этом всерьез не думал, — Гу И склонил голову набок и всё еще улыбался. — Наверное, мне было бы противно.
Улыбка застыла на лице Чжао Юя.
Его взгляд мгновенно — почти молниеносно — скользнул под подушку, а губы слегка приоткрылись, словно он не знал, что ответить.
— Я не считаю свою маму отвратительной, мне просто было непонятно — счастлива она была или несчастлива, когда мы жили вместе. Но если бы на ее месте оказался кто-то другой, мне стало бы противно, — подумав, очень серьезно произнес Гу И. — Чистой воды лжец. Приблизился с самого начала исключительно ради какой-то цели, и никогда не угадаешь, где его слова правдивые, а где ложные — это же отвратительно.
Гу И снова задумался — пожалуй, он впервые в жизни размышлял над этим вопросом так серьезно, совершенно не замечая, как лицо Чжао Юя каменеет всё сильнее: — Так что я всё же считаю: лучше быть честным и прямым. А все эти витиеватые фальшивые чувства — в них черт ногу сломит, разобраться невозможно…
Сказать ему прямо сейчас.
Чжао Юй резко поднялся на ноги — так же внезапно, как и в прошлый раз, до смерти испугав Гу И, который рефлекторно вытянул руки, защищая стоящие на столе чашки с водой.
Если не признаться сейчас, то в будущем, когда они станут еще ближе, заговорить об этом будет еще труднее. И когда Гу И обо всем узнает, он разозлится еще сильнее.
Выложить всё прямо сейчас, добиться прощения, попытаться заставить Гу И понять… А поймет ли Гу И?
Мыслительные процессы Гу И работали точно так же, как и его речь — прямо и недвусмысленно. Секунду назад он заявил, что Прогонист вызывает у него отвращение, а в следующую секунду сам Чжао Юй признается, что он и есть этот Прогонист. Сможет ли Гу И его понять?
— …Гу И, — Чжао Юй впервые в жизни почувствовал, как тяжело даются слова, выдавливая их из горла по одному, — я хочу сказать тебе кое-что…
Гу И всё так же сидел на месте, подняв на него взгляд. В глубине его глаз не было никаких лишних эмоций — он очень серьезно ждал продолжения.
Чжао Юй приоткрыл рот: — Я… на самом деле я…
В этот момент снова раздался стук в дверь.
Три четких удара резко оборвали ход мыслей Чжао Юя, загнав все оставшиеся слова обратно в горло. В голове промелькнула страшная мысль: а что, если он всё выложит, и его задание провалится?
Если Уровень благосклонности Гу И к нему рухнет прямо до нуля, неужели ему придется всю жизнь провести под угрозой Системы, крутясь вокруг Гу И преданным псом?
Разве изначально его план не заключался в том, чтобы использовать Гу И как инструмент, а как только шкала Уровня благосклонности заполнится до отказа, просто уйти? Зачем ему понадобилось выкладывать Гу И всю эту правду?
— Что такое? — Гу И всё еще ждал его слов.Стук в дверь повторился. Гу И повернул голову к выходу, а затем перевёл взгляд на Чжао Юя:
— Не пустишь?
— …Входи. — Чжао Юй посмотрел на дверь спальни.
Пришедшей снова оказалась домработница, но на этот раз она была не одна: позади неё семенила девочка примерно одного возраста с Чжао Юем. С улыбкой она произнесла:
— Маленький учитель, давай сегодня закончим дополнительные занятия пораньше, пришел Цзю.
Чжао Юй ничего не ответил, лишь уставился на девочку в дверях.
Он был уверен, что раньше никогда её не видел, но в тот самый миг, когда его взгляд упал на неё, в груди шевельнулось странное, жутковатое чувство узнавания.
— Это ребенок твоего второго дяди, твоя двоюродная сестра, — пояснила женщина. — Чжао Цзю.
— Твоя двоюродная сестренка, а фамилия у вас одинаковая? — с любопытством спросил Гу И.
— Молодой мастер носит фамилию госпожи, — улыбнулась домработница, — так что оба они Чжао.
— А, — кивнул Гу И. — Молодой мастер.
— Братец, ты что, и вправду потерял память? — Чжао Цзю просунула в комнату половину туловища и с любопытством разглядывала Чжао Юя. — Даже меня не помнишь?
Стоило ей заговорить, как у Чжао Юя широко раскрылись глаза.
Система.
Этот голос был точь-в-точь как голос Системы.
Гу И едва она заговорила, поднял руку и легко коснулся своего уха. Непонятно почему, но в этот момент в ушах словно пронеслась электрическая искра, однако, когда Гу И пришел в себя и попытался вникнуть в ощущения, от этого звука и след простыл.
— Ну, вы болтайте, — Гу И стал собирать вещи и поднялся. — Я тогда пойду.
— Госпожа уже предупреждала, оплату за урок вам засчитают как за полноценное занятие. Не останетесь поужинать вместе? — спросила домработница.
— Нет, — ответил Гу И. — Я пошёл.
— …До понедельника, — растерянно бросил Чжао Юй.
— До понедельника, — Гу И помахал рукой. — До свидания, тетенька, до свидания, сестренка.
— Пока-пока, — тоже помахала рукой Чжао Цзю.
— Мне нужно спуститься вниз, проверить, как там барашек жарится, — домработница похлопала Чжао Цзю по спине. — Поговорите пока?
— Угу, — с улыбкой отозвалась Чжао Цзю. — Ничего страшного, тетя, мы просто поболтаем о старом.
— Он же ничегошеньки не помнит, — вздохнула домработница. — Но…
Что именно «но», она договаривать не стала. Понятно было и так — мол, раньше этот Чжао Юй был таким бунтарем, а теперь потерял память и стал тихим, может, оно и к лучшему.
Чжао Юй уставился на Чжао Цзю и лишь спустя долгое время выдавил из себя:
— Ноль девяносто четвёртый?
— Это я, — Чжао Цзю посмотрела на него. — Хозяин.
Чжао Юй уставился на Чжао Цзю и лишь спустя долгое время выдавил из себя:
— Ноль девяносто четвёртый?
— Это я, — Чжао Цзю посмотрела на него. — Хозяин.
— И правда… ты? — Чжао Юй опустился обратно на стул и ошеломленно глядел на неё. — Разве ты не Система? Разве ты не робот? Зачем ты явилась сюда?
— Ой, какой я тебе робот, я живой человек, — Чжао Цзю вошла в комнату и уселась на место, которое только что занимал Гу И. — Ты слишком долго не надевал передатчик, и я не могла связаться с тобой через Систему, пришлось самой являться в этот мир, чтобы разыскать тебя.
— Искать меня? Зачем? Что-то случилось? — Чжао Юй всё ещё считал происходящее невероятным и пялился на неё так, будто увидел оживший смартфон.
— У главного управляющего Системы есть правила: системный помощник не может надолго терять связь с подопечным. К тому же в этом мире возникли аномалии, и главная Система прислала меня присматривать за тобой, — Чжао Цзю тихонько фыркнула. — Думаешь, мне самой хотелось сюда тащиться? Да я сколько времени уже на внешние задания не выбиралась…
Чжао Юй вернулся на своё кресло и уставился на Систему точно так же, как во время своего самого первого перерождения:
— Если я сейчас надену ожерелье, ты сможешь вернуться?
— Нет, — ответила Чжао Цзю. — С сегодняшнего дня каждую неделю я буду наведываться в этот дом.
— Следить за мной? — нахмурившись, спросил он.
— Можешь понимать это и так, — Чжао Цзю спокойно выдержала его явно раздраженный взгляд. — Функция мониторинга через ожерелье отменена, и впредь можешь его не носить. Но во время каждой нашей встречи я буду напрямую оценивать прогресс твоего Уровня благосклонности по отношению к Прогонисту.
— Какого чёрта, блин?! — Чжао Юй вперил в неё взгляд. Работал кондиционер, но он не мог остудить закипавшую ярость, и парень практически сорвался на крик: — Я и так пошел вам навстречу! Мало вам этого?! Обязательно надо за мной следить?!
Чжао Цзю сидела ровно, колени вместе, руки аккуратно сложены на коленях, и смотрела на Чжао Юя с абсолютно невозмутимым выражением лица:
— Поскольку в этом мире зафиксированы аномалии, это считается особым случаем. Обычно мы не отправляемся в концептуальные миры, но главная цель моей работы — ни в коем случае не допустить крушения концептуальной реальности. Без ожерелья мы не сможем контролировать твои действия и не узнаем, не отмочишь ли ты какую-нибудь глупость. Так что, пока Уровень благосклонности не заполнится до конца, я отсюда не уйду.
Чжао Юй буравил её взглядом, то сжимая, то разжимая кулаки. Его грудь тяжело вздымалась, и ему приходилось делать глубокие вдохи, чтобы подавить дикое желание что-нибудь разнести.
Что за бред вообще происходит?
Его невесть зачем забросили в этот мир, он прошёл через бесчисленные циклы смертей, а теперь за ним ещё и установят слежку? Каждый его шаг теперь будет у всех на виду?!
http://bllate.org/book/25459/3035401
Готово: