Среди летевших по всей комнате клочьев ваты и перьев Каспер сидел в куче обломков дерева с испачканным сажей лицом, всё еще сжимая в руке половину сломанной ножки кровати.
— Ты… — Лайхарт нахмурился.
— О боги, что вы тут творили?! Вы даже кровать умудрились сломать! Немедленно платите компенсацию, а не то я позову стражу! — рассвирепевший хозяин с порога принялся шуметь и возмущаться.
Каспер отбросил деревяшку, вскочил на ноги и уже собирался вцепиться в хозяина зубами:
— Ты посмел использовать столь убогую ловушку против благородного господина Каспера, да еще и смеешь требовать с нас компенсацию?! Господин Каспер превратит тебя в ледяную статую!
Лайхарт ухватил рванувшегося вперед Дракона за пояс:
— Потише, Каспер.
Он небрежно выудил из кармана две золотые монеты и швырнул их хозяину:
— Прошу прощения, у моего младшего брата весьма беспокойный сон. Полагаю, этих денег должно хватить за сломанную кровать?
Хозяин посмотрел на Каспера, который с яростным видом рвался вперед, намереваясь задать ему трепку, а затем перевел взгляд на монеты в руке:
— Да, господин, желаю вам приятных снов этой ночью.
Докончив говорить, он мгновенно испарился.
Каспер свирепо уставился на Лайхарта:
— С какой стати ты отдал ему золото? Это же золото!
— Это мое золото, — поправил Лайхарт.
— Потому что ты разломал кровать хозяина.
— Это кровать была непрочной, — Каспер возмущенно повысил голос. — Я ведь подпрыгнул всего-то восемьдесят два раза!
Лайхарт указал на обломки на полу:
— И где же ты собираешься спать этой ночью?
— … — Каспер посмотрел на то, что окончательно превратилось в руины, а затем перевел взгляд на Лайхарта.
Хозяин забился в спальню на первом этаже и со страхом в сердце прислушивался к доносившемуся сверху грохоту.
Поздняя ночь.
Каспер раскинулся во всю ширину, захватив большую часть кровати Лайхарта. Он завалил себя всеми одеялами и намертво прижал к груди другую подушку.
Лайхарт сидел на деревянном стуле у изголовья и смотрел на уже уснувшего серебряного дракона.
Серебристые ресницы спокойно покоились на его белых веках, длинные серебряные волосы раскинулись и были частично придавлены телом, а пару непослушных прядей забавно торчало макушки — этот вид совершенно не вязался с образом злобного дракона, творившего бесчинства среди бела дня.
Лунный свет пролился в комнату, покрывая его серебряные волосы мягким сиянием. Посмотрев на него какое-то время, Лайхарт наконец поднялся, бесшумно обошел кровать с другой стороны, приподнял край одеяла и лег на оставшемся узком кусочке постели.
На следующий день, когда Лайхарт вывел Каспера из таверны, с угла улицы донесся сладкий аромат свежей выпечки.
Каспер принюхался.
Лайхарт спросил:
— Хочешь хлеба?
Каспер отвернулся и крайне бесцеремонно чихнул.
Лайхарт пожал плечами, свернул к пекарне и бросил на прилавок серебряную монету:
— Дайте мне десять самых больших батонов.
Лайхарт выбрал самый длинный и сунул его в рот Касперу:
— Попробуй.
Каспер вытащил из его рук другой батон, откусив с одного конца, а затем с другого:
— На вкус как кости быка, но помягче, и не такое вкусное, как мясо.
Лайхарт усмехнулся:
— Батоны вкусны только тогда, когда их только что испекли. Сейчас они остыли, затвердели, и во вкусе многое потерялось. Если бы мы смогли прийти пораньше и поспеть к самому выходу свежих батонов из печи — вот это было бы прекрасно. Разрезать горячий батон пополам, щедро намазать густым чесночным маслом с соусом, положить несколько ломтиков фирменного копченого мяса из таверны да запить всё это бутылочкой ледяного сладкого сидра — вот это вкус, м-м-м…
Лайхарт покачал головой с некоторым сожалением:
— Какая жалость, вчера ты подчистую сожрал все запасы хозяина таверны, теперь нам не найти ни мяса, ни соуса, да и сидра у меня под рукой нет.
Он уже во второй раз завел речь о сидре, и у Каспера неожиданно проснулся слабый интерес:
— Что еще за сидр? Такой же кислый и терпкий, как вчерашний пшеничный сок?
— Нет, сидр — густой и насыщенный. Сперва он слегка терпкий на вкус, в горле немного обжигает, а когда проглотишь — разливается яблочной сладостью.
— Неинтересно, — Каспер запихнул в рот последний кусочек последней булки.
Он не оставил Лайхарту ни единого батона.
Лайхарт ничуть не расстроился. Он привел Каспера на опушку безлюдного леса, остановился и с безмятежным видом уставился на него.
Каспер посмотрел вверх, опустил голову вниз и даже с любопытством принялся разглядывать копошившуюся рядом гусеницу.
— Полагаю, ты не заставишь нас тащиться в лес пешком? — поинтересовался Лайхарт.
Каспер отпихнул ногой попавшийся под ноги камешек:
— У моих ног полно сил.
— А у моих нет, — Лайхарт похлопал себя по коленям. — К тому же я не собираюсь идти до следующей весны.
Каспер гордо задрал подбородок:
— Разве в таком случае тебе не следовало бы усерднее тренироваться?
Лайхарт подошел ближе и накрутил на палец прядь его серебряных волос:
— Я изо всех сил поймал себе серебряного дракона в качестве ездового животного, но сейчас он ведет себя непослушно. Как ты считаешь, должен ли я в качестве хозяина как-нибудь наказать его?
— Хм… дай-ка подумать. Например, выщипать клочок шерсти у него на хвосте?
Каспер свирепо зыркнул на него.
Лайхарт улыбнулся:
— Или у тебя есть идея получше?
Каспер скрипнул зубами и громко фыркнул Лайхарту прямо в лицо. После чего с крайне неохотным видом повернулся и обратился в дракона.
— Живей забирайся, не трать время.
Лайхарт привычно взобрался на драконью спину, и не успел он занять устойчивое положение, как оказавшийся под ним Дракон резким рылком взмыл в небеса.
Серебряный дракон взметнулся вверх подобно вертикально пущенной стреле, в мгновение ока преодолев несколько десятков метров до самых облаков.
— Эй, послушай… — Лайхарт придвинулся к самому его уху.
Дракон внезапно сделал мертвую петлю в воздухе, заставив Лайхарта умолкнуть.
Серебряный дракон словно ничего не слышал — сломя голову он нелся вперед.
Лайхарт похлопал его по шее:
— Смотри под ноги, так и в гору врезаться можно.
Дракон не слушал, и лишь когда его морда почти вплотную приблизилась к скале, он резко вильнул в сторону, совершив крутой маневр с креном…
— … — Лайхарт молча выпрямился.
Похоже, эта крылатая тварь под ним не успокоится, пока не сбросит его вниз.
Каспер долго куролесил в небесах, но всадник на его спине по-прежнему стоял как влитой, не потеряв равновесия ни разу.
Зато сам он из-за всевозможных акробатических фокусов растратил слишком много сил и в конце концов был вынужден перейти на спокойный, ровный полет. Теперь он выглядел скорее как клоун, который развлекает заскучавшего Лайхарта трюками.
Серебряный дракон гневно фыркнул.
Лайхарт с улыбкой потрепал серебряную шею:
— Ну всё, Каспер, нарезвился? Раз наигрался, давай уже лететь как положено.
— … —
Наигравшийся серебряный дракон выпустил струю драконьего дыхания и, не оглядываясь, помчался на восток.
Они летели весь день и половину ночи, пока луна на небе почти не склонилась за горный хребет, и лишь тогда наконец увидели густые заросли деревьев.
Не дожидаясь команды Лайхарта, Каспер отвесно рухнул вниз, к самой земле.
Разумеется, Лайхарт по-прежнему удержался на ногах.
Каспер пинком снес несколько преграждавших путь деревьев:
— Эй!
Лайхарт успел расслышать лишь это слово, после чего полетел вниз.
Широкая драконья спина мгновенно сузилась и деформировалась, превращаясь в теплую и гибкую талию. Лайхарт инстинктивно раскинул руки и намертво вцепился в тело оказавшегося внизу человека.
— Ты собираешься придавливать меня до самого рассвета?
Он приподнялся на локтях и встретился взглядом с полыхающими яростью янтарными глазами.
Только теперь он заметил, что их тела снизу прижаты друг к другу практически вплотную.
Немного смутившись, он потер нос:
— В следующий раз мог бы предупредить перед превращением.
— Я же предупредил! — голос Каспера звучал невероятно самоуверенно.
— Разве Эй — это предупреждение?
— Разумеется. А ну вставай, ты тяжелый! — Каспер нетерпеливо заерзал.
Движения в человеческом обличье разительно отличались от драконьих, особенно когда они всё еще прижимались друг к другу.
Лайхарт тут же соскользнул с Каспера и отступил на несколько шагов назад:
— Ты поистине самый вредный дракон из всех, что я встречал.
Каспер живо поднялся с земли, растирая поясницу и свирепо глядя на него:
— Потому что мне пришлось целый день тащить на себе назойливого смертного!
Лайхарт поднял руки в знак капитуляции.
Они шли еще очень долго: луна успела полностью исчезнуть, взошло солнце, затем оно закатилось, и на краю облаков вновь показалась бледная тень месяца.
Каспер наконец остановился и отвесил Лайхарту пинок пониже спины:
— Эй!
У Лайхарта в груди шевельнулось недоброе предчувствие.
И точно: стоило ему повернуться, как он увидел, что Каспер яростно тычет пальцем в раскинувшееся рядом с ними дуплистое дерево.
На стволе был выцарапан треугольник со скошенным краем — ту самую метку они оставили здесь, когда проходили мимо во второй раз.
О жажде золота, заставившей хозяина побороть страх перед двумя монстрами, что были перед ним.
—
Что вы в конце концов делали на моей кровати?! Да так яростно, что кровать даже развалилась! (Гневно тычет пальцем.)
Глава 4. Поймали дракона!
Лайхарт: — …Клянусь, я не со зла. Местные дороги явно кто-то перекроил, должно быть, здесь замешана пространственная магия древесного духа.
— Древесный дух? — усмехнулся Каспер.
Он грубо отпихнул Лайхарта в сторону и с размаху переломил несчастный дуб ударом руки.
— Всего лишь кучка трусливых мелких духов, что прячутся в лесу и носа не кажут, а ты умудрился угодить в их ловушку — какой позор!
Но разве сейчас здесь застрял он один? Разве та самая самоуверенная серебряная драконица не попалась точно так же?
Лайхарт моргнул и крайне благоразумно проглотил эти слова.
Вот только стоило его взгляду опуститься на расколотый ствол, как улыбка на его лице слегка потускнела.
Древесные духи были вовсе не безобидными феями, что любят танцевать среди цветов — они обожали чинить разрушения в лесах.
http://bllate.org/book/25446/3034016
Готово:
