Хотя он был соткан из обиды и злобы душ, в нем не было ни капли жестокости — все его помыслы сводились лишь к культивации. Однако Небесный Путь, не разбирая правых и виноватых, не пожелал оставить его в покое. Едва обретя человеческий облик, он был отправлен в Сансару и по воле Небесного Пути прошел через тысячу жизней, каждая из которых завершалась мучительной смертью.
1. Пролог
На вершине заснеженной горы юноша в белых одеждах молча смотрел на мужчину перед ним. Его прекрасное лицо было лишено всякихски красок, чуть приподнятые уголки губ кривились в насмешливой улыбке, а в прищуренных глазах читалось бесконечное издевательство, в то время как грудь заливала кровь, пропитавшая одежду.
— Мы были знакомы больше десяти лет, вместе проходили через огонь и воду, а теперь ты хочешь лишить меня жизни ради человека, которого знаешь всего пару месяцев? — Он до последнего не мог поверить, что тот, кого он считал закадычным другом, поднимет на него меч.
Стоявший напротив мужчина замер под взглядом полных ненависти черных глаз, заготовленные упреки застряли в горле, и он лишь сбивчиво пробормотал: — Ты уничтожил всю семью Ваньэр, я пообещал отомстить за нее. — Верно, за убийство нужно платить жизнью, он не совершал ошибки.
Прекрасный юноша громко рассмеялся. Этот человек прекрасно знал, что клан той стервы в свое время прибегнул к подлым методам, чтобы уничтожить его собственную семью, и убить их было его естественным правом.
— Как же я сожалею, что встретил тебя. — Сгорая от жгучего чувства несправедливости и раскаяния, юноша бросился с вершины снежной горы, обрывая эту жизнь.
— Дзынь! Энергия собрана. Добро пожаловать обратно, хозяин, вы вырвались из Сансары~ — Из мрачного и безмолвного пространства выпрыгнул зверек, внешне похожий на черного кота. Он почтительно глядел на юношу, который по всем законам должен был умереть. Лицо юноши стало в сотню раз прекраснее прежнего, и от одного его пристального взгляда сердце невольно сжималось от тревоги. Когда он не улыбался, от него веяло сущим злом, а стоило уголкам губ слегка приподняться, как в нем проступало отъявленное коварство.
— Цзинтянь, ты уже завершил слияние с Системой?
— Да, хозяин, степень слияния сто процентов. Теперь я полностью заменил ее, и мы наконец избавились от Небесного Пути, мы можем отомстить. — Черный кот прыгнул юноше на грудь, прижался всем телом и блаженно замурчал под его ласками.
— Да, мы наконец-то можем отомстить. — Небесный Путь, а готов ли ты встретить мое возмездие?
Изначально он был Цветком Преисподней, росшим на берегу Реки Забвения.Он сформировался из сгустков злых духов — обид, боли и невыносимого отчаяния бесчисленных душ, так и не дождавшихся освобождения. И хотя он не питал злобы к миру и в мыслях не держал никому вредить, с самого момента обретения божественного сознания он целиком посвятил себя культивации. Но Небесный Путь не стерпел его существования и, воспользовавшись тем, что юноша лишь недавно принял человеческий облик и был крайне слаб, отправился в Сансару.
В круговороте Сансары Небесный Путь управлял каждой его жизнью. Не совершив ни единого дурного поступка, он все равно неизменно умирал ужасной смертью. То его предавали близкие, и он скитался в нищете, пока не находил кончину, то его оклеветали и позорили до тех пор, пока он не погибал… Как бы он ни сопротивлялся, вырваться из этой воронки было невозможно. Полагая, что во всем виновата присущая ему темная энергия, он изо всех сил старался творить добро, но это приводило лишь к еще более сокрушительным результатам: его благие плоды присваивал Небесный Путь и перенаправлял их Любимцу Небесного Пути, обрекая его самого из жизни в жизнь влачить существование хуже собачьего и принимать мучительную смерть.
Тысяча жизней в Сансаре, тысяча трагических финала. От его прежней наивности и доброты не осталось и следа, его сердце пропиталось тьмой. Ныне он искусно притворялся, отличался коварным нравом, а душу его переполняли самые мрачные замыслы и дикая ярость, причем Любимца Небесного Пути он ненавидел лютой ненавистью, как кость в горле.
У него не было имени, поэтому он взял имя из первой жизни — Гу Юньси, а черный кот, его верный духовный питомец, получил имя Цзинтянь.
Чтобы держать его под контролем, первая жизнь Гу Юньси прошла в высокотехнологичном мире будущего — так Небесному Пути было проще после его смерти снабдить его Системой и управлять его бесконечными перерождениями. Именно эта Система в последующие сотни и тысячи жизней одновременно шпионила за ним и откачивала энергию, добытую им в Сансаре.
В первой жизни он был наивен и почтителен к родителям, но те сами сдали его в лабораторию, где он и испустил дух на операционном столе.
Жизнь за жизнью, и Гу Юньси наконец понял замысел Небесного Пути. Тот надеялся через Сансару истощить его душу, стерев его из этого мира навсегда. Поскольку он родился из обиды стихий и зародился в небытии, даже Небесный Путь не мог уничтожить его напрямую.
Чем больше миров сменялось в круговороте Сансары, тем яснее становился разум Гу Юньси, и тем сильнее разгоралась его ненависть к Небесному Пути. Он жадно, ухватившись за любую возможность, учился всему подряд. Обладая от природы недоступными для обычных людей богоравными талантами и помножив их на упорный труд, он, несмотря на постоянную слежку Системы, сумел овладеть самыми разными знаниями. Однако Гу Юньси прекрасно понимал: чтобы сбросить оковы Небесного Пути, одних этих знаний было мало — ему требовалось полностью подчинить Систему себе. И тогда, когда его отправили на перерождение в мир культивации, Гу Юньси пришел в дикий восторг: он пожертвовал половиной накопленной за полжизни силы, чтобы заключить контракт с Цзинтянем, а оставшуюся часть культивации потратил на то, чтобы незаметно внедрить душу Цзинтяня внутрь Системы. Цзинтянь пробудился, будучи призванным на капле его сердечной крови, они были связаны узами общей судьбы — их жгло одно пламя и губила одна беда, — кот остался единственным существом в бескрайней вселенной, которому он мог доверять.
Впоследствии, проспав сотню жизней, Цзинтянь пробудился и исподволь, незаметно для всех, начал пожирать Систему. Когда Гу Юньси в тысячный раз пережил мучительную смерть в круговороте, Цзинтянь наконец окончательно поглотил Систему. Теперь их больше никто не мог удерживать.
Юноша с Цзинтянем на руках вернулся к берегам Реки Забвения. Здесь царил вечный мрак, повсюду витали давящие, пронзительные вопли боли, отчаяния и негодования — это было место изгнания, отвергнутое Тременем Миров. Берега Реки Забвения не подвластны Небесному Пути, здесь он мог беспрепятственно творить всё, что пожелает, однако на всякий случай Гу Юньси все же потратил десятую часть своей культивации на создание барьера, укрывающего его от чужих глаз.
Он жаждал отомстить Небесному Пути, но возвращаться в Сансару в истинном облике означало неминуемо привлечь внимание Небес. Духи, томящиеся у Реки Забвения, подходили для этой цели идеально. Все эти души некогда обладали великим потенциалом удачи, но были подавлены Небесным Путем, прожили несчастные жизни и пылали лютой ненавистью к Небесам, будучи при этом слишком слабы, чтобы что-либо изменить, а потому Небесный Путь обращал на них меньше всего внимания. Стоило лишь использовать эти души для нового погружения в Сансару, чтобы изменить их судьбы — и пусть каждая из них нанесет хотя бы по одному уколу, в конце концов им удастся пробить в Небесах брешь.
Теперь его не волновало, сможет ли он и дальше культивировать: ради мести Небесному Пути стоило даже умереть.
Гу Юньси прижал к груди Цзинтяня, рассеянно поглаживая его, мрачным взглядом окинул бесчисленные алчущие освобождения призраки, выхватил одного из них и с легкой усмешкой растворился в темноте.
2.1.1 Унижение молодого господина из знатного рода
— Дзынь! Перенос души завершен, хозяин, приступайте к слиянию душ.
Гу Юньси снова пришел в себя на простой деревянной кровати. Убогая обстановка комнаты красноречиво говорила о нищете ее обитателя, но прежде чем он успел осмотреться внимательнее, по всему телу от головы до кончиков пальцев разлилась разрывающая боль. Гу Юньси глухо застонал, свернувшись калачиком в углу кровати, и стал молча ждать, пока утихнет этот приступ. Такова была цена слияния душ, которую приходилось платить в каждом новом перерождении.
Спустя десять минут Гу Юньси справился с терзающей болью, приподнялся на локте и принялся внимательно изучать обстановку. Комнатка оказалась крошечной, площадью едва ли в десяток квадратных метров. Кроме кровати здесь нашелся лишь ветхий шкаф, даже нормального стола не было, а весь нехитрый скарб сбился в кучу в углу. К счастью, в жилище поддерживался относительный порядок.
— Цзинтянь, передай мне память прежнего хозяина этого тела и выгрузи информацию о мире.
— Слушаюсь, хозяин. Дзынь, перенос памяти завершен, идет сбор информации о мире. Информация о мире собрана, хозяин, ознакомьтесь с материалами.
Потратив несколько секунд на усвоение памяти прежнего владельца тела, Гу Юньси принялся читать досье мира.
События этого мира вращались вокруг клана Су из столицы. Главная сюжетная линия рассказывала о том, как старший сын семьи Су, Су Чжань, проявлял жесткость и решительность в бизнесе, прорубая себе путь сквозь тернии и превращая клан Су из семьи второго эшелона в первоклассную корпорацию. Любимцем Небесного Пути как раз и являлся этот Су Чжань.
Хозяина этого тела звали Ду Си, и его можно было смело назвать главным пушечным мясом всего мира. Ду Си исполнилось двадцать лет, у него были родители-подонков и младший брат. Обладая острым умом, он всегда учился лучше всех, однако родители-негодяи заставили его бросить школу сразу после окончания обязательных девяти классов, чтобы он устроился на работу и оплачивал капризы их никчемного младшего братца. Будучи послушным сыном, Ду Си подчинился их требованиям и отправился на стройку, где целыми днями занимался тяжелым физическим трудом. Но из-за его несовершеннолетия с ним отказывались заключать официальный трудовой договор, оформляя лишь как временного работника, что означало грошовую зарплату и полное отсутствие социальных гарантий. Каждый месяц Ду Си отдавал семье львиную долю заработка, оставляя себе лишь крохи на еду. Несмотря на это, родители оставались недовольны и при малейшем повод осыпали его побоями и бранились.
Хотя Ду Си бросил учебу, он упорно продолжал заниматься самообразованием и к двадцати годам самостоятельно поступил в университет Б., совмещая учебу с работой. Если бы всё шло своим чередом, его ждало блестящее будущее, однако вскоре после поступления в университет разразился скандал: всплыло, будто он крутит головы девушкам, является скрытым гомосексуалистом и к тому же состоит на содержании у богатого покровителя.
У Ду Си действительно была девушка, у них были хорошие отношения, и они сошлись потому, что оба происходили из бедных семей и жалели друг друга. Кто же мог подумать, что эта девица прибежит в учебную часть вся в слезах и с распухшими глазами станет жаловаться, будто Ду Си обманул ее чувства, а на самом деле он закоренелый гомосексуалист.
Ду Си отличался смазливой внешностью, но из-за пережитых в юности лишений развивался плохо: хрупкого телосложения, невысокого роста — он действительно походил на тех юнцов, что живут за чужой счет. На фоне ее слезливых жалоб и всхлипываний общественное сочувствие к слабому заставило большинство людей поверить ее словам, и толпа ринулась на моральный пьедестал, чтобы обвинять и проклинать Ду Си. Кто-то слил эту историю в интернет, где одна волна травли следовала за другой. Сотни тысяч пользователей сети штурмовали официальный сайт университета Б., ставя под сомнение критерии приема учащихся, а еще больше людей требовали выгнать из учебного заведения этого социального паразита.С развитием общества терпимость к гомосексуальности стала значительно выше, чем прежде, но это вовсе не значит, что люди готовы мириться с притворяющимися гетеросексуалами отбросами, которые обманывают чувства девушек, особенно если учесть, что Ду Си еще и состоял на содержании у богатого покровителя — от этого просто выворачивало наизнанку. Развитие событий полностью вышло из-под контроля: всего за несколько дней различные СМИ наперебой принялись освещать скандал, выставив Университет Б. на передний край общественного мнения. Официальный сайт учебного заведения едва не рухнул от наплыва посетителей. Чтобы успокоить общественное возмущение, руководство университета объявило о временном отстранении Ду Си от любых занятий и велело ожидать официального расследования.
Узнав об этом, Ду Си остолбенел. С самого поступления в университет его дни состояли лишь из учебы и подработок, можно сказать, он ничего не замечал вокруг себя и понятия не имел, когда успел вляпаться в подобный кошмар, да еще и с подачи любимой девушки, которая якобы все и разоблачила. Поскольку Ду Си не выступил с опровержением в первые же минуты, все решили, что он молчаливо признает свою вину. Оскорбления, сыпавшиеся от пользователей сети, не поддавались никакой цензуре: шлюха, мразь, мерзкий педераст... Самые грязные ругательства нескончаемым потоком засоряли университетский форум, а некоторые радикально настроенные активисты и вовсе открыто грозились сжечь Ду Си заживо.
Ради подработки Ду Си снимал убогую комнатку за пределами кампуса. Разъяренные интернет-пользователи вычислили его адрес и исписали всю наружную стену призывами к расправе, а багровые следы фальшивой крови покрыли весь лестничный пролет.
Еще более страшным ударом для Ду Си стало то, что его родители заявились прямиком в университет и прилюдно клеймили сына бесстыдником и мразью, то и дело бросая фразы вроде вот откуда на самом деле брались деньги или как он посмел предать девочку, тем самым окончательно утвердив в глазах толпы образ Ду Си как мерзкого гея-альфонса, обманывающего девушек.
Учитывая, насколько чудовищный резонанс вызвал этот инцидент, Университет Б. проигнорировал попытки Ду Си оправдаться и исключил его. Однако на этом беды не закончились. Презрительные взгляды толпы, внезапные потоки ругани и побои от незнакомцев превратили даже выход из дома в несбыточную мечту. Оставалось лишь запереться в убогой съемной квартире и вести полуживотное существование, боясь показаться на свету. И стоило ему только взять себя в руки и собраться с силами, чтобы отыскать доказательства собственной невиновности, как его нашли мертвым в съемной квартире от передозировки наркотиков.
После его смерти бессовестные родители заливались слезами, называя его глупцом, уверяя, будто давно простили сына, и утверждая, что им было совершенно неважно, был ли он геем, вел ли распутную жизнь или принимал наркотики — они все равно любили бы его и были готовы содержать. Они устроили перед публикой настоящее представление родительской любви, гарантируя, что даже после смерти на нем останется клеймо всеобщего презрения. Итогом его гибели стали всего два слова от пользователей сети — поделом!
Исключение из университета и крушение многолетних трудов причинили Ду Си невыносимую боль, но еще труднее было примириться с клеветой со стороны любимой девушки и родителей.
Ду Си был слаб духом: из-за страха перед правдой он до самой смерти так и не осмелился выяснить, почему его близкие поступили с ним столь жестоко. В то же время он обладал острым умом и понимал: за всей этой историей незримо стоял невероятно влиятельный кукловод, вот только мотивы этого человека оставались тайной.
У него было два желания: первое — разоблачить того, кто сломал его жизнь, и заставить его испить чашу публичного позора до дна; второе — узнать подлинную причину столь жестокого предательства со стороны родителей и девушки.
Ознакомившись с досье мира и воспоминаниями прежнего владельца тела, Гу Юньси с ироничной усмешкой тронул уголки губ: разве Ду Си не растрачивал впустую заветное желание? Имея на руках всю информацию, не составляло труда догадаться, что родители были фальшивыми, а девушка преследовала исключительно финансовую или карьерную выгоду.
Раз уж Гу Юньси вселился в эти души ради противостояния Небесному Пути, ему неизбежно приходилось исполнять их желания и закрывать эту причинно-следственную связь.
— Хозяин, Ду Си ведь смутно догадывался обо всем еще перед смертью, просто боялся поверить и хотел получить окончательное подтверждение.
— Трус, — презрительно фыркнул Гу Юньси. Ду Си явно все еще питажал какие-то чувства к приемным родителям и бывшей пассии — даже дойдя до такого отчаяния, он не пожелал как следует проучить этих мерзавцев. Гу Юньси смотрел на это с полным пренебрежением. Ему не было дела до сведения с ними счетов, но если бы эти ничтожества встали у него на пути, он бы не дрогнул.
Смерть Ду Си была нужна лишь для того, чтобы расчистить дорогу Любимцу Небесного Пути. На самом деле парень являлся старшим сыном столичного Клана Су, однако всего через месяц после рождения его подменили. И подменой занималась именно та парочка моральных уродов, что выдавала себя за его родителей.
Госпожа Су была знаменитостью. Родив Ду Си, она не захотела портить фигуру и отказалась кормить ребенка грудью, поэтому в кормилицы наняла госпожу Ду — выглядевшую предельно просто и бесхитростно женщину, которая тоже недавно разрешилась от бремени. Проявив преступную безответственность, госпожа Су наведывалась к младенцу едва ли раз в полмесяца.
Госпожа Ду происходила из деревенской глуши. Поначалу она искренне благодарила Клан Су за столь щедрую возможность, но со временем, глядя на баснословное богатство семьи и сравнивая условия — госпожа Су нежилась в палате высшего класса, пока ей самой приходилось день за днем пахать и нянькой, и кормилицей, — а также видя, что маленького Ду Си одевают и балуют лишь по высшему разряду, в то время как ее собственный сын не мог позволить себе даже нормальных пеленок, она втайне затаила злую зависть.Мать Су совершенно не уделяла внимания детям, а отец Су был вечно занят на работе и почти не видел Ду Си. Глядя на детей, которые с каждым днем менялись всё сильнее, она вынашивала в голове один злодейский план. Она взяла на руки родного сына и маленького Ду Си, переодела их, а когда мать Су пришла навестить ребенка, отдала ей своего собственного мальчика, с замиранием сердца ожидая её реакции. Мать Су не заметила подвоха, прижала малыша к груди и принялась нахваливать женщину за то, как хорошо та за ним ухаживает. Убедившись, что та действительно не узнала родного сына, мать Ду вздохнула с облегчением. В тот же день она забрала Ду Си домой, оставив своего ребенка в больнице, а спустя несколько дней уволилась из Клапана Су, заявив, что хочет вернуться в родные края. Клан Су не стал её удерживать: ей выплатили причитающуюся сумму, после чего отпустили.
Приемные родители в спешке увезли Ду Си в провинцию и с тех пор затворниками жили в деревне. Первые несколько лет они жили в постоянном страхе, опасаясь, что в один прекрасный день Клан Су раскусит их план и явится за Ду Си, а потому не смели слишком сильно притеснять мальчика. Однако шли годы, а со стороны Клана Су не было ни слуху ни духу, и они постепенно успокоились. С этого момента отношение к Ду Си покатилось по наклонной. Особенно после рождения младшего сына: все лучшие вещи они оставляли исключительно для этого кровного ребенка, а к Ду Си относились с полным равнодушием, забросив его раз и навсегда. Маленькому Ду Си приходилось совмещать учебу с тяжелой физической работой, чтобы прокормить себя. И всё же приемные родители не чувствовали себя в безопасности. Ду Си с детства рос одаренным и явно подавал большие надежды, поэтому они опасались, что в будущем, отправившись делать карьеру в Город Б, он столкнется с кем-нибудь из Клана Су. Из страха они придумывали всевозможные способы сломать ему жизнь: заставили бросить школу и привязали к себе, заставляя пахать как рабочего вола.
Сыновняя преданность Ду Си была классическим примером слепого подчинения. Он покорно следовал всем указаниям родителей и начал свою трудовую жизнь на строительных площадках. Что ж, верно говорят: в каждом несчастном человеке есть нечто заслуживающее порицания. И всё же в вопросах продолжения учебы Ду Си пошел против воли родителей: несмотря на вынужденный уход из школы, он не сдался и благодаря собственным усилиям поступил в Университет Б. Чтобы оплачивать учебу, он устроился подрабатывать в бар с неплохой зарплатой. Благодаря привлекательной внешности и кроткому нраву его вскоре перевели в другое заведение — с более высоким статусом и солидным заработком. Именно там он и встретил своего ангела смерти — Су Чжаня.
Су Чжань, будучи Любимцем Небесного Пути, разумеется, обладал огромной удачей. С малых лет он отличался выдающимися успехами в учебе и неизменно показывал себя с лучшей стороны, по праву считаясь одним из лучших среди сверстников. Его воспитывали как будущего наследника корпорации Клана Су, и едва достигнув совершеннолетия, он возглавил дочернюю компанию Клана Су, успешно провел несколько отличных сделок и завоевал всеобщее признание совета директоров. Су Чжань всегда гордился своим статусом старшего сына Клана Су — до тех пор, пока на горизонте не появился Ду Си.
Их встреча с Ду Си была чистой случайностью. В тот день Су Чжань как раз завершил крупную сделку и пригласил друзей отпраздновать это событие в бар, где случайно заметил Ду Си, разносившего напитки посетителям. Лицо Ду Си поразительно напоминало мать Су, из-за чего Су Чжань на мгновение замер от удивления. Он никогда не верил, что два человека, не состоящие в кровном родстве, могут быть так похожи друг на друга, поэтому решил проявить бдительность и поручил людям тайком собрать на Ду Си абсолютно всё. Поначалу он думал, что Ду Си может оказаться внебрачным сыном кого-то из родственников матери Су по линии ее семьи. Но когда выяснилось, что мать Ду когда-то работала кормилицей в Клане Су, сердце Су Чжаня пропустило удар, а в голове мелькнула настолько безумная мысль, от которой ему стало не по себе.
Будучи знаменитостью, мать Су отличалась ослепительной красотой, отец Су тоже был весьма хорош собой, а его младшая сестра Су Жо и вовсе росла писаной красавицей. Сама же внешность Су Чжаня была самой заурядной — можно сказать, что лицом он вовсе не походил на членов Клана Су. Тем не менее никто и никогда не сомневался в его происхождении, да и сам Су Чжань, не встреть он Ду Си, не заподозрил бы ничего дурного.
Поддавшись сомнениям, Су Чжань тайком сделал тест на отцовство, и полученный результат поверг его в шок. Он действительно не имел никакого отношения к Клану Су и вовсе не был баловнем судьбы — его биологическими родителями оказались деревенские деревенщины, тогда как настоящим ребенком Клана Су являлся Ду Си. Глядя на красивые черты лица Ду Си, Су Чжань почувствовал, как в нем поднимается паника. Если члены Клана Су увидят Ду Си и заподозрят неладное, тайное станет явным? Он не мог позволить себе лишиться статуса старшего молодого господина Клана Су. Без этого титула — без звания наследника, без роскошной жизни — для него просто не останется места.
Столица не так уж велика, и столкнуться с кем-то здесь проще простого. Если сегодня он сам встретил Ду Си, то завтра с ним запросто может столкнуться кто-нибудь другой из Клана Су. Да и члены семьи были не нужны — стоило лишь кому-нибудь, имеющему деловые связи с Кланом Су, мельком увидеть его и обмолвиться об этом перед семьей, как это неминуемо привлекло бы их внимание. Страх Су Чжаня нарастал по мере того, как он продолжал собирать информацию о Ду Си, а узнав, что тот невероятно талантлив и уже учится в Университете Б, его паника достигла предела. Какая участь ждала его самого, если бы Клан Су узнал о существовании Ду Си и о том, что родные родители измывались над ним больше десятка лет?
Скандал вокруг Ду Си разгорелся сам собой. Су Чжаню даже не пришлось пачкать руки: стоило ему лишь намекнуть нужным людям, что Ду Си перешел ему дорогу, как тотчас нашлись желающие услужить ему и растоптать парня. Тем не менее, перестраховываясь на всякий случай, Су Чжань лично наведался в Клан Ду. Ему было необходимо наглухо перекрыть Ду Си путь к возвращению в Клан Су, а для этого ключевую роль играли знающие всю правду родители Ду. Разыграв душещипательную сцену воссоединения семьи, Су Чжань потребовал, чтобы те забрали Ду Си обратно и заперли его так, чтобы он никогда больше не смел показываться в столице. Со своей стороны он пообещал обеспечить родителям Ду безбедную жизнь и позаботиться о блестящем будущем для его младшего брата Ду Яня.
http://bllate.org/book/25386/3026314
Готово:
