Юй Мяо, Шэнь Лэтянь, Система, Шэнь Лисин, Сюй Тао.
Лэтянь чуть не захлебнулся от возмущения. Кто еще тут устраивает истерики?
Оклеветанный Лэтянь обиженно протянул руку:
— Еще одну порцию.
Шэнь Лисин, вернувшись вечером домой, поинтересовался у слуги, как прошел день у Лэтяня.
Слуга с тревогой ответил:
— У молодого господина было скверное настроение. Пообедал и сразу заперся в своей комнате, не желая выходить.
Шэнь Лисин нахмурился:
— Позови его к ужину.
Слуга покачал головой:
— Я звал его перед тем, как вы вернулись, господин. Молодой господин сказал, что не голоден и не хочет есть.
Брови Шэнь Лисина сошлись на переносице, лицо помрачнело. Что за новости? Решил показать характер? Объявил голодовку?
Шэнь Лисин резко встал и широкими шагами направился к лестнице.
Дверь была плотно закрыта. Несмотря на кипевший внутри гнев, Шэнь Лисин постучал с подобающим хладнокровием — трижды, не слишком громко и не слишком тихо.
За дверью послышался расслабленный голос Лэтяня:
— Дверь не заперта.
Шэнь Лисин толкнул дверь и вошел. Лэтянь в серой шелковой пижаме лежал на животе, подложив правую руку под себя. Ноги его болтались в воздухе: на левой висел пушистый тапок, правая была босой, пальцы слегка подергивались, а сам он что-то невнятно бормотал.
— Что случилось? — Шэнь Лисин увидел, что дело неладно, и поспешно подошел к нему.
Он приподнял Лэтяня, у которого на бледной щеке отпечатался след от подушки, похожий на красный след от пощечины. Выглядел он очень жалко. Лэтянь попытался оттолкнуть руку Шэнь Лисина и пробормотал:
— Со мной все в порядке… — Но голос был таким слабым, что в это невозможно было поверить.
Шэнь Лисин принял решение мгновенно:
— Готовьте машину, едем в больницу.
Услышав слово больница, Лэтянь вцепился в руку Шэнь Лисина и закричал:
— Не поеду!
— Время ли сейчас упрямиться?! — Шэнь Лисин пришел в ярость. Он терпеть не мог, когда Лэтянь так пренебрежительно относился к собственному здоровью. Он подхватил его на руки.
Лэтянь забился в его объятиях:
— Не поеду, не поеду, ни за что не поеду!
Обычно стоило Шэнь Лисину разозлиться, как Лэтянь сразу сдавался. Шэнь Лисин решил, что этот мальчишка действительно решил пойти на принцип, раз стал таким непослушным, и смягчил тон:
— Будь послушным. Насчет помолвки мы еще можем договориться.
Лэтянь перестал брыкаться.
— Система, скажи, если Шэнь Лисин узнает, что у меня просто переедание, он с меня живого шкуру спустит? — тревожно спросил Лэтянь.
Сегодня в обед, когда он доедал третью порцию риса и начал икать, Система предупреждала, что не стоит переедать. Но Лэтянь, решивший заесть свое горе, не слушал и доел всё до конца, после чего пролежал пластом весь день.
Система ответила: Ха, он не спустит с тебя шкуру. Но он вскроет твой живот и вытряхнет оттуда эти три порции риса.
Ничего не подозревающий Шэнь Лисин нес Лэтяня вниз и почувствовал, что тот стал тяжеловат.
Шэнь Лэтянь вырос, он больше не ребенок, внезапно осознал Шэнь Лисин.
Лэтяню действительно везло как утопленнику. В больнице поставили диагноз: острый гастроэнтерит. Лэтянь чуть не просиял:
— О, я ведь такая хрупкая фарфоровая куколка.
Всего-то съел лишнюю порцию риса, а в итоге — болезнь.
Система: Ха, видимо, тело этого молодого господина не приспособлено к аппетитам слона.
Лэтянь, который изначально собирался симулировать болезнь, теперь, когда она стала реальной, принялся капризничать вдвойне. Лежа в мягкой постели палаты класса люкс, он то жаловался на боли в животе, то на холод в руках — в общем, ему было плохо решительно везде.
Шэнь Лисин наблюдал за ним холодным взглядом и внезапно спросил прямо в лоб:
— Ты ведь на самом деле не хочешь отменять помолвку?
Лэтянь перестал ныть, и на его бледном лице, зарытом в подушку, отразилось обиженное выражение.
Шэнь Лисин сразу всё понял и помрачнел:
— Так ты нарочно изводишь себя, потому что не хочешь расставаться с той маленькой звездочкой?
Лэтянь поспешил оправдаться:
— Нет, я не нарочно. — Под пронзительным взглядом Шэнь Лисина его голос стих. — Мне просто было так грустно, что я не заметил, как… — съел лишнюю порцию риса.
Шэнь Лисин решил, что Лэтянь вряд ли рискнет дважды за короткое время использовать собственное здоровье как угрозу.
— Прости, дядюшка, — Лэтянь ожидаемо извинился и, протянув руку, к которой была подключена капельница, с трудом коснулся рукава Шэнь Лисина. — Я больше так не буду.
— Почему у тебя такие холодные руки? — Шэнь Лисин накрыл ладонь Лэтяня своей. Его рука была сухой и теплой, отчего Лэтянь удовлетворенно прищурился.
Шэнь Лисин молча смотрел на него, снова чувствуя, что Лэтянь — всего лишь ребенок. Его необъяснимое потакание капризам Лэтяня наконец получило оправдание.
Взрослый всегда испытывает невольную нежность к ребенку, оправдывал себя Шэнь Лисин.
— Поправляйся в ближайшие дни, а когда придешь в себя, мы поговорим серьезно, — Шэнь Лисин слегка сжал ладонь Лэтяня, стараясь не задеть иглу, чтобы тому было тепло, но не больно.
Лэтянь не знал о глубокой отеческой любви, которую питал к нему Шэнь Лисин, он был просто счастлив, что тот пошел на уступки, и послушно кивнул:
— Как скажешь, дядюшка.
Шэнь Лисину нравилась покорность Лэтяня, его лицо разгладилось. Он даже пожалел, что был так суров с ним прежде.
Он всего лишь ребенок, который не выносит жизненных бурь, зачем же было обрушивать на него такой ливень, подумал Шэнь Лисин.
В больнице он пробыл недолго: на фирме возникли срочные дела, и ему пришлось уехать.
Едва Шэнь Лисин ушел, как в палату вошел Сюй Тао.
Эта больница принадлежала семье Сюй, и сегодня Сюй Тао приехал вместо отца на совет директоров. Отдыхая на верхнем этаже, он издалека заметил машину Шэнь Лисина. Он побаивался Шэнь Лисина, поэтому дождался, пока тот уедет, чтобы украдкой навестить Лэтяня.
— Что с тобой? Опять подрались с дядюшкой Шэнем? — спросил Сюй Тао, присаживаясь на край кровати.
Лэтянь вяло ответил:
— Чушь. Стал бы мой дядюшка бить меня?
На самом деле, протрезвев после того случая, Сюй Тао сопоставил факты и, расспросив менеджера ресторана, узнал, что Шэнь Лисин лишил Лэтяня привилегий.
Родственники — это те, у кого кровь одна, особенно в богатых семьях, где всё переплетено сложными интересами. Даже если они ненавидят друг друга, до полного разрыва доходит редко.
Сюй Тао тогда решил, что между ними пробежала черная кошка, и попытался задобрить Лэтяня, принеся ему одежду, но, как и ожидалось, был выставлен вон.
Сюй Тао думал, что отношения Лэтяня и Шэнь Лисина висят на волоске, но сегодня увидел, что они по-прежнему не разлей вода.
Сюй Тао улыбнулся:
— У твоего дядюшки суровый вид, но доброе сердце. Ты у него единственный племянник. Как бы ты его ни злил, стоит тебе стать помягче, и он не будет на тебя по-настоящему сердиться.
Лэтянь был с этим согласен, но совсем по другой причине. Шэнь Лисин в душе был довольно равнодушным человеком, его мало волновали кровные узы. Он хорошо относился к Лэтяню скорее потому, что тот пришелся ему по нраву.
Лэтяня снова замутило, и он спросил Сюй Тао:
— Как тут в больнице кормят? Вкусно?
Система проворчала: Тебе всё еще хочется есть?
Лэтянь: Человек — это желе, рис — это сталь, не поешь — и сил нет. Ты — Система, тебе не понять чувства голода.
Сюй Тао оказался понятливым:
— Разве в больницах кормят вкусно? Скажи, чего хочешь, я прикажу купить.
Лэтянь надул губы и таинственно прошептал:
— Только не через них. — Он имел в виду слуг и телохранителей, оставленных Шэнь Лисином.
Сюй Тао сразу понял, что Шэнь Лисин запретил Лэтяню есть, и сменил тему:
— Давай лучше в другой раз, уже поздно.
Лэтянь очень расстроился, на его бледных щеках проступил слабый розовый румянец гнева.
— Слушай, а почему твоя невеста тебя не навещает? — Сюй Тао, смутившись, решил перевести разговор.
Розовый оттенок на лице Лэтяня побледнел. Он почмокал губами и сказал:
— Ой, не позорь меня. Мне сейчас не до того, присмотри за ней вместо меня.
Сюй Тао изумился:
— Я?
— Только не вздумай строить ей глазки, — Лэтянь грозно посмотрел на него, подумав: Ты не такой красивый, как я, у тебя шансов нет.
Сюй Тао сначала тихонько усмехнулся, а потом расхохотался:
— Ну и мысли у тебя, совсем как у ребенка. Мы с тобой братья, а жену друга трогать нельзя, это я понимаю.
Лэтянь кивнул и добавил:
— Если к ней подойдет кто-то красивее меня, то так тому и быть.
Разницу в деньгах он мог компенсировать, отказавшись от статуса молодого господина Шэня.
Улыбка застыла на лице Сюй Тао. Он не сразу понял логику Лэтяня, но через мгновение просиял:
— Ты решил устроить ей проверку. — Про себя он не одобрял таких идей, считая взгляды Лэтяня на любовь инфантильными, но вслух сказал:
— Идет, без проблем.
Они еще немного поболтали, когда в дверь постучали. Симпатичная медсестра заглянула в щель и подмигнула Сюй Тао:
— Господин Сюй, он вернулся.
Сюй Тао поспешно встал и сказал Лэтяню:
— Твой дядюшка вернулся, мне пора.
Лэтянь проводил его взглядом и прошептал Системе:
— Слышала? Медсестра назвала его господин Сюй, звучит куда лучше, чем молодой господин.
Система тут же заверила:
— Не волнуйся, я всё устроила. В следующем мире ты будешь обладать такой властью, что все перед тобой на колени падать будут.
Лэтянь пришел в восторг:
— Стану императором?
Система: Если станешь императором, кому ты собираешься позволить надеть себе рога?
Лэтянь задумался: действительно, это проблема.
— Тогда ладно, быть князем тоже неплохо.
Система промолчала, лишь предупредив:
— Шэнь Лисин поднимается.
Лэтянь тут же принялся стонать и корчиться от боли, хмурясь и всхлипывая.
Лэтянь пролежал в больнице три дня. Это был настоящий отдых: каждый день только рисовая каша и вареные овощи. Когда он почти поправился, то решил, что превратился в свежий кочан капусты.
В кабинете Шэнь Лисин сел напротив Лэтяня для «равноправного» разговора.
Лэтянь сидел прямо, сложив руки на коленях, и осторожно поглядывал на Шэнь Лисина из-под очков в серебряной оправе.
Шэнь Лисин не спеша выждал паузу, а затем спокойно произнес:
— Решил?
Лэтянь вздрогнул и тихо ответил:
— Дядюшка, я не хочу делать выбор.
— Не хочешь выбирать — значит, должен стараться. Насчет помолвки я всё решил, — Шэнь Лисин сделал паузу, наблюдая за лицом Лэтяня. Увидев, как тот напрягся при упоминании помолвки, он почувствовал необъяснимое раздражение и голос его стал суше: — Пока отложим. Посмотрим на твое поведение.
Лэтянь выдохнул и поспешно закивал:
— Дядюшка, не волнуйся, я обязательно буду стараться.
На следующий день Лэтянь вместе с Шэнь Лисином отправился в офис.
Лэтянь сидел рядом с Шэнь Лисином, сияя от радости, чем вызвал удивленный взгляд того:
— Рад идти на работу? — он думал, что Лэтянь не любит офис.
Лэтянь прищурился:
— Конечно рад, ведь я могу помочь дядюшке.
Лицо Шэнь Лисина немного смягчилось.
Система предположила, что Лэтянь рад тому, что его скоро будут называть господин Шэнь, и молча посочувствовала Шэнь Лисину.
Действительно, когда Шэнь Лисин появился в офисе с Лэтянем, все здоровались: Господин Шэнь, а затем добавляли: Молодой господин Шэнь.
Лэтянь не услышал господин Шэнь, только молодой господин Шэнь, и его настроение тут же упало. Он надулся и прошел сквозь толпу, глядя прямо перед собой.
Как только они скрылись, сотрудники принялись обсуждать Лэтяня.
— Молодой господин Шэнь в жизни выглядит еще моложе, чем в журналах.
— Совсем не похож на господина Шэня, — хихикнула сотрудница. — Забавный.
— Хватит болтать, расходитесь.
…
Лэтянь чувствовал себя обычным прихвостнем.
Шэнь Лисин поставил в своем кабинете еще один стол и заставил Лэтяня изучать документы. Лэтянь внешне сохранял спокойствие, а про себя уже вовсю матерился: перед ним лежали горы бумаг, от которых голова шла кругом. Он тихо прошептал Системе:
— Может, покажешь мне какой-нибудь фильм?
Система: …
Лэтянь поторопил:
— Давай быстрее.
Система: Я спросила на всякий случай, ты вообще помнишь, кто ты?
Лэтянь невозмутимо ответил:
— Стратегический партнер Системы номер один во Вселенной.
Черт, Система знала, что он за фрукт, но лесть пришлась ей по душе, и она смягчилась:
— Только на десять минут.
Лэтянь согласился:
— Идет, идет.
Лэтянь смотрел фильм и обсуждал сюжет с Системой, которая незаметно для себя тоже втянулась. Десять минут давно прошли, но фильм продолжался.
Шэнь Лисин был очень занят, но в какой-то момент поднял взгляд и увидел, что Лэтянь уставился в бумаги, не мигая, с отсутствующим видом.
Шэнь Лисин нахмурился и постучал по столу.
Лэтянь: Обалдеть, почему она умерла?! Она же главная героиня!
Система с интересом: Она потом оживет, станет зомби.
Лэтянь: Ого, круто.
Документы внезапно вырвали из его рук. Лэтянь поднял голову, приоткрыв рот, и остолбенел, увидев перед собой разъяренного Шэнь Лисина.
Шэнь Лисин почувствовал бессилие. Он был вынужден признать: как бы он ни любил Лэтяня, тот был совершенно бесполезным бездельником.
Почему он не может отпустить такого ребенка? Сердце Шэнь Лисина бешено колотилось, гнев нарастал — на Лэтяня, но еще больше на самого себя.
Лэтянь задрожал:
— Почему ты меня не предупредила?
Система: …Фильм был слишком интересным, я засмотрелась…
Лэтянь никогда прежде не видел Шэнь Лисина таким злым. Даже когда они выясняли отношения в ресторане, такого гнева не было. Он в тревоге поднялся, избегая взгляда Шэнь Лисина, и тихо сказал:
— Прости, дядюшка, я просто еще не привык.
Такая ложь могла сработать с Системой, но не с Шэнь Лисином. Тот устало махнул рукой:
— Уходи.
Лэтянь понял, что дело плохо, и потянулся к рукаву Шэнь Лисина, применив старый трюк — в глазах мгновенно выступили слезы:
— Дядюшка, я ошибся, не бросай меня.
При виде этих влажных глаз сердце Шэнь Лисина сжалось от боли. Он, конечно, не хотел расставаться с Лэтянем, но всё же нашел в себе силы выдернуть рукав и холодно произнести:
— В конце концов, ты не из семьи Шэнь.
Рука Лэтяня зависла в воздухе. Услышав жестокие слова, его тонкие, белые пальцы задрожали, а затем он медленно опустил руку и прижал её к животу, опустив голову.
Система: Кажется, маска молодого господина Шэня вот-вот слетит.
Лэтянь: Эх.
Они молчали, когда Шэнь Лисин внезапно схватил Лэтяня за подбородок. Лэтянь испуганно отшатнулся, и стул с резким скрежетом проехался по полу.
— Д-дядюшка… — голос Лэтяня дрожал.
Шэнь Лисин отпустил его и замер. Длинные ресницы скрывали его взгляд. Он холодно сказал:
— Уходи.
Лэтянь втянул голову в плечи:
— Хорошо. — И на ватных ногах вышел из кабинета.
Дверь медленно закрылась. Шэнь Лисин посмотрел на свою ладонь — на коже, казалось, еще сохранилось тепло его милого племянника. Он, кажется, понял, как решить свои внутренние противоречия.
Лэтянь вошел в лифт и нажал кнопку подземного паркинга. Поскольку в лифте были камеры, он старательно изображал на лице отчаяние.
— Что-то здесь не так, — серьезно сказала Система.
Лэтянь потрогал подбородок:
— Действительно. На улице жара, а у Шэнь Лисина руки ледяные. Может, у него проблемы с почками?
Система: …
Как персонаж, превосходящий Лэтяня во всем, Шэнь Лисин уж точно не страдал от проблем с почками!
Лэтянь глубоко вздохнул и с грустью подумал:
— Я ведь хотел еще пожить в роли молодого господина Шэня, а жаль…
Дзинь. Двери лифта открылись. Лэтянь вышел и позвонил Юй Мяо. Он давно не связывался с ней, и она была удивлена:
— Алло, господин Шэнь?
Лэтянь ответил подавленным тоном:
— Я хочу тебя видеть.
Юй Мяо занервничала:
— Что-то случилось?
Лэтянь не ответил, просто назвал адрес.
Это была больница, где лежала мать героини, клиника семьи Сюй. Поэтому Лэтянь и просил Сюй Тао присмотреть за ней.
Они договорились встретиться в больничном саду.
Когда Лэтянь пришел, то увидел, что Сюй Тао уже там: он беседовал с Юй Мяо, и они весело смеялись.
Лэтянь напрягся и быстро подошел:
— О чем болтаете?
Сюй Тао, который давно его заметил, специально притворился, что не видит, чтобы подразнить его:
— Обсуждаем вашу свадьбу. Ты любишь розы, Юй Мяо — лилии, не знаем, как быть.
Лэтянь подозрительно перевел взгляд с одного на другого. Юй Мяо неловко улыбнулась.
Лэтянь спросил Систему:
— У них что-то есть?
Система: Героине нравится Сюй Тао.
Лэтянь бесцеремонно хлопнул Сюй Тао по плечу:
— Дальше без тебя, иди отсюда.
Юй Мяо нахмурилась. Ей не нравилось, как Лэтянь обращается с Сюй Тао.
В её глазах Сюй Тао, хоть и был из богатой семьи, был куда надежнее бездельника Лэтяня.
Сюй Тао не обиделся на тон Лэтяня, он привык к его детским выходкам. Встав, он в ответ слегка толкнул Лэтяня в плечо и рассмеялся:
— Ну ты даешь, про отца родного забыл.
— Вали давай, — Лэтянь попытался его ударить, но Сюй Тао ловко увернулся и ушел.
Лэтянь сел на каменную скамью, которая еще хранила тепло Сюй Тао. Он занервничал:
— Сюй Тао достаточно хорош, чтобы надеть мне рога?
Система ответила мгновенно:
— Нет.
http://bllate.org/book/25371/3024905
Готово:
