Делать было нечего, и Хуа Байжоу оставалось лишь усердно усмирять задетое самолюбие Святого Короля:
— По-моему, она просто слишком мала и еще не ведает, как высоки небеса и как глубока земля, вот и сморозила такое. Пусть слова ее и режут слух, но эта девчонка, как мне кажется, внушает… внушает чувство безопасности.
В конце концов, человека, который вознамерился заставить Святого Короля играть пассивную роль, нельзя сбрасывать со счетов.
За окном полоснула по небу молния, и в раскатах грома свирепо разорвало черную тучу.
Хуа Байжоу слегка вздрогнула вслед за вспышкой молнии, сердце ее заколотилось, а вокруг закружились, защищая, прозрачные лепестки.
Янь Чуюй, долгое время хранившая молчание, чуть прикрыла ресницы и, наконец, перевела взгляд на Хуа Байжоу.
Хуа Байжоу глубоко вдохнула и, тревожно гадая, уставилась на нее.
Что Святой Король спросит дальше? Что скажет? Или какое поручение отдаст?
Поскольку уже около сотни лет Хуа Байжоу прислуживала подле Короля Асура и давно привыкла к ее жестким методам, она невольно посочувствовала Сун Няньин.
Какая жалость, такая красивая девчонка, но почему же у нее язык без костей?
Ну всё, теперь ей крышка.
В тот момент, когда Хуа Байжоу сидела как на иголках, Янь Чуюй шевельнула алыми губами и, вперив в нее глубокий взгляд, серьезно поинтересовалась:
— Что значит играть пассивную роль?
Хуа Байжоу:…
Что значит играть пассивную роль?
Это же вопрос на грани жизни и смерти.
Пусть даже сидевшая перед ней Святой Король была исполнена сдержанного благородства, пусть даже старейшины клана и предупреждали Хуа Байжоу, что их правительница лишь кажется холодной, а на самом деле нрава мягкого — особенно к сородичам, никогда не казнит и не притесняет их попусту и вполне оправдывает титул Святой, — у Хуа Байжоу все равно не хватило бы смелости растолковать ей саму суть пассивной роли.
В конце концов, каждый вампир испытывает перед Королем Призраков страх, вбитый в самую костную мозгу.
Когда-то давно, прислуживая подчиненным Короля Асура, Хуа Байжоу своими глазами видела, как один из вампирских военачальников лишь за то, что по несторожности обмолвился неуважительным словцом, был с улыбкой разорван Королем Асура на куски, точно лист бумаги, стерт в порошок и развеян густым облаком по ветру.
Видя, как Янь Чуюй сверлит ее немигающим, глубоким взглядом, Хуа Байжоу почувствовала, как давление в комнате упало на пару градусов.
В отчаянии Хуа Байжоу решила пойти на компромисс: она достала телефон и вбила в поисковик, что значит активная роль, а что — пассивная. Чтобы Святая Король больше не задавала подобных смертельно опасных вопросов, она задала себе задачку со звездочкой и заодно отыскала значения понятий доминирующей и подчиненной сторон, а затем осторожно подвинула экран к Святому Королю, устраивая ей экспресс-обучение.
Янь Чуюй была еще совсем не знакома со смартфонами. Приняв аппарат из ее рук, она стала медленно водить по нему изящным кончиком пальца.
В окно затягивало ветерок, напоенный прохладой влажной земли; ее кожа излучала нежное сияние, а тонкая линия алых губ была так притягательна, что невольно хотелось превратиться в кофейную чашку в ее руках. Она мимоходом смахнула длинные пряди набок, и черные волосы скользнули по белоснежной шее, а в глазах мерцал мелкий, сосредоточенный свет.
Такая прекрасная картина…
Хуа Байжоу, рискуя головой, подумала: ну вылитый пассив.
Предполагая, что, ознакомившись со всем этим, Янь Чуюй неминуемо рассвирепеет, Хуа Байжоу, движимая инстинктом самосохранения, опустила ладонь.
Несколько лепестков сбились в фигурку человечка, сложившего ладони в умоляющем жести — словно кланяясь в глубоком поклоне.
Янь Чуюй подняла голову и вернула телефон Хуа Байжоу:
— Неудобная вещь.
Хуа Байжоу с перекошенным лицом уставилась на свой новейший смартфон, покрывшийся трещинами от холода, и судорожно втянула воздух:
— Святой Король, вы…
Она вообще сердится или нет?
Янь Чуюй посмотрела на нее так, будто задавала вопрос или проверяла ее знания:
— Я как-то читала в книгах, что ради любви люди готовы умереть друг за друга.
Этот резкий поворот заставил Хуа Байжоу на мгновение растеряться, но она машинально кивнула.
И правда, люди — такие глупцы, способные обезуметь от любви.
Янь Чуюй спокойно произнесла:
— Если это и впрямь столь глубокое и сильное чувство, то какая разница, кто сверху, а кто снизу, лишь бы этому человеку было хорошо?
Хуа Байжоу:…
Звучит донельзя разумно.
Кто бы мог подумать, что Святая Король обладает поистине выдающимся талантом к пассивной роли.
Несколько лепестковых человечков, что уже приготовились пасть ниц в мольбе, вмиг подпрыгнули и дружно подняли вверх большие пальцы, обращенные к Янь Чуюй.
Янь Чуюй откинулась назад, глядя на нее ясным взглядом.
Хуа Байжоу немедленно напряглась.
Впившись взглядом в ее глаза, Янь Чуюй спросила:
— А по-твоему, Сун Няньин хороша собой?
Стоило ли вообще спрашивать такое у той, кто только что сморозил глупость, оскорбившую Святого Короля и превратившую телефон в крошево?
Хуа Байжоу с непоколебимой твердостью выразила свою точку зрения:
— Ничего особенного!
Не успел ее голос затихнуть, как по столу поползли клубы белого ледяного пара. Маленькие фигурки из прозрачных лепестков, кружившиеся вокруг Хуа Байжоу, не успели увернуться, как у них в мгновение ока отморозило головы.
Хуа Байжоу:…???
В узком переулке Сун Няньин, пребывая в весьма неплохом расположении духа, прижимала к груди пакет с кормом для кошек и собак. Держа в одной руке зонт, она тихонько мурлыкала под нос какую-то мелодию, шагая в самую глубь переулка.
А позади нее, словно паутина, медленно надвигались черные нити, и шуршащие шаги растворялись в шуме моросящего дождя, не оставляя и следа.
Чуть позади, следуя по пятам за только что размороженной Хуа Байжоу, та нахмурилась при виде этой картины:
— Святой Король, вашей невесте грозит опасность.
— Как странно, с чего бы здесь взяться мутировавшему пауку? И почему он увязался за госпожой Сун?
Она уже давным-давно не встречала среди людей мутировавших тварей, и Хуа Байжоу была уверена: увидь это остальные сородичи в клане, они бы тоже удивились.
В первобытную и самую славную эпоху Клан Вампиров насчитывал сразу семерых сосуществующих королей. Позднее, из-за междоусобной борьбы, взаимного истощения и смен векового сна, в живых остались лишь Король Асура, Царь Древних Богов да этот пробудившийся Святой Король. У Клана Вампиров существовала куда более суровая система рангов, чем у людей: завидев Короля Призраков, все трепетали, словно перед ликом божества, и выказывали глубочайшее почтение.
Правителей почитали и прославляли все призраки не только из-за жесткой иерархии, но главным образом благодаря их невероятным сверхъестественным силам.
Король Асура искусна в ратном деле, а тот, кому довелось стать правителем вампиров из ветви Асура, помимо воинской доблести и безжалостности, обладал способностью, от которой Клан Вампиров терял рассудок от благоговения: она могла исполнить любое желание любого живого существа — при условии, что взамен будет уплачена равная цена.
http://bllate.org/book/25358/3022766
Готово:
