— Говоришь, тебе хватает братьев, — Линь Су смотрел прямо перед собой, его тон был совершенно ровным.
— С чего это? Как это не хватает? — машинально возразил Линь Тан.
Машина остановилась на красный свет, и от резкого торможения Линь Тан подался вперёд, а когда снова устроился на сиденье, его макушки коснулась большая сухая и тёплая ладонь. Она потрепала его волосы так, будто гладила кота, а пальцы, казалось, мимоходом скользнули по мочке уха. От этого прикосновения сердце Линь Тана забилось часто-часто. Взгляд мужчины, даже пробиваясь сквозь стёкла очков, казался бездонным, но не успел Линь Тан толком распробовать это ощущение, как рука и взгляд исчезли.
Линь Су произнёс:
— Хватит и меня.
Сердце Линь Тана, которое уже было успокоилось, снова заколотилось с бешеной силой, казалось, даже барабанные перепонки вибрировали:
— Ч-что это значит?
Он ведь совсем не пил, но почему-то начал заикаться.
— Сам подумай, — Линь Су не стал ему ничего объяснять.
Конечно, он не собирался ничего пояснять: в таких делах недосказанность — самое интересное. Он вовсе не хотел быть для Линь Тана братом, как и не нуждался в ещё одном младшем брате.
Линь Тан что-то тихонько пробормотал, но вёл себя гораздо тише и послушнее, чем раньше. Точь-в-точь одинокий, бродячий котёнок, который наконец нашёл большого кота, готового забрать его домой и защитить от всех невзгод, чтобы больше не приходилось голодать и мёрзнуть на холоде.
Кусая костяшки пальцев, Линь Тан чувствовал, как у него горят щеки. Вообще-то он должен был ненавидеть Линь Су — в конце концов, этот человек забрал у него маму, а потом забрал и папу, он ненавидел, страшнее всего на свете ненавидел его.
— Да я вовсе не… — нуждаюсь. В этот момент Линь Тан почувствовал глухое сопротивление.
— Тантан, в родах мать сделала выбор в пользу ребёнка, — голос Линь Су по-прежнему оставался спокойным. — Она не сможет провести с тобой всю оставшуюся жизнь, но любила тебя самой своей жизнью. Отец занят на работе, но он хотел, чтобы ты жил вот так — свободно и беззаботно, не опутывая себя рутиной корпоративных дел. Вся та грязь, что творится в мире бизнеса, не идет ни в какое сравнение с твоими нынешними забавами. Тантан, ты не обделен любовью, тебе не нужно выпрашивать её у других.
Система 06 механически зааплодировала: [Шикарно, просто шикарно! Вот так запросто перекрутить романтические чувства юного господина в братские.]
[Польщен], — тихо усмехнулся Линь Су.
Раз уж порывать, то делать это нужно основательно и до конца, так, чтобы при встрече в будущем у этих чувств не осталось ни единого шанса вспыхнуть с новой силой.Линь Тан сейчас, по идее, должен был бы возмутиться тем, как Линь Су его назвал, но стоило ему заговорить, как из глаз брызнули слёзы. Как он ни пытался их утереть, они не кончались; как ни старался вытереть лицо, влага выступала снова. Казалось, накопившиеся за двадцать лет обиды в одно мгновение выплеснулись наружу, а все те старые раны кто-то бережно омыл, смазал лекарством и пообещал, что скоро всё заживёт.
Оказывается, он вовсе не ребёнок, которого не любят ни отец, ни мать, оказывается…
Неизвестно когда машина остановилась, и его заключили в тёплые, крепкие объятия. Там не было бурь и непогоды — лишь солнце и радуга. От этого у Линь Тана вырвался наружу плач, который он изо всех сил пытался сдержать.
— Уа… У-у-у…
Он ревел белугой, совершенно не заботясь о том, что его любимая чёлка растрепалась и превратилась в нелепый хохолок. Он даже вцепился в талию Линь Су, словно утопающий, который из последних сил ухватился за спасательный круг.
Плечо Линь Су снова промокло насквозь, но отдать одну рубашку за душевное спокойствие молодого господина — это того стоило.
У Линь Тана бури в душе стихли, зато у самого Линь Су разыгралась настоящая непогода: молодой господин проплакал целых полчаса, прежде чем наконец утихомирился. Когда он отстранился, кончик носа и глаза были красными. На фоне его яркого, утончённого лица это выглядело так, будто его только что тискали и мучили, вызывая невольное умиление.— Ну всё, тише, не плачь, — пальцы Линь Су легко коснулись уголков его глаз. Со стороны он выглядел просто идеальным старшим братом.Металлический голос прозвучал холодно: Хозяин, вы умудряетесь возбудиться даже в такой ситуации, ну и зверь же вы.
Если бы я не возбудился даже в такой ситуации, то кем бы я тогда был — хуже зверя, — невозмутимо парировал Линь Су.
Линь Тан перестал плакать, к нему вернулась способность здраво мыслить, и выражение его лица стало смущенным и одновременно зажатым: Ты видел, как я плакал целых три раза.
Как свидетель его постыдного прошлого, Линь Су слегка приподнял подбородок Линь Тана, придвинулся и поцеловал его в щеку, все еще влажную от слез. На вкус слезы были солеными и горькими, но он лишь облизнул губы и с легкой улыбкой произнес: Старший брат видел лишь то, как красиво Тантан улыбается, когда смеется.
Сердце Линь Тана, только что вроде бы успокоившееся, вновь забилось с бешеной силой. Он прижал ладонь к груди и настороженно посмотрел на Линь Су: Какого чёрта, какого чёрта, почему это сердце так колотится, неужели у меня сердечный приступ?
Злые второстепенные персонажи бывают сладкими (10)
Под гладью тихих вод столицы каждый день бурлили скрытые течения. Мелкая рябь, разумеется, не могла взволновать сливки общества — лишь по-настоящему зарождающиеся огромные волны способны были привлечь их внимание.
Взять хотя бы ту недавно зарегистрированную компанию — электронную научно-техническую корпорацию Сушэн.В столице ежедневно регистрируются самые разные компании, и если какое-то крошечное новообразованное предприятие вдруг привлекает к себе всеобщее внимание, то исключительно благодаря обнародованным им технологиям.
Микросхемы — это сердце любых электронных устройств. Устоявшиеся технологии уже давно изучены вдоль и поперёк, и чтобы продвинуться в них хоть на шаг, требуются колоссальные затраты человеческих и материальных ресурсов, причем результат в краткосрочные сроки вовсе не гарантирован.
Это направление никто не мог назвать полностью разведанным, однако оно считалось молчаливой ареной соперничества между крупнейшими финансовыми кланами.
И вдруг какая-то новозарегистрированная фирма представляет чип, далеко превосходящий текущие векторы их исследований. Если бы подобная технология оказалась монополизирована кем-то одним, это нанесло бы сильнейший удар по позициям остальных игроков на рынке электроники.
Такого исхода не желал никто, но патент уже был опубликован, и пересекать эту опасную черту в открытую не смел никто.
Раз нельзя действовать исподтишка, оставалось лишь заполучить технологию законными методами. Вся загвоздка заключалась в том, что руководство компании скрывалось в тени, а единственным юридическим лицом числился некто, о ком прежде никто и не слышал — Цю Ту.
Прошлое Цю Ту удалось раскопать без труда. Впрочем, эта подозрительная легкость лишь заставила влиятельные семьи насторожиться: особенно учитывая, что Цю Ту уволился из Группы компаний Шэнши, а причина его ухода легла на столы руководителей всех ведущих корпораций, включая самого Шэн Хун.
Ознакомившись с этой причиной, Шэн Хун невольно усмехнулся. Предложение, которое он ранее считал невероятно удачным, на самом деле было присвоено ценимым им сотрудником у другого подчиненного, тогда как настоящий талант подвергся травле, был задвинут в тень и в итоге подал на увольнение.
Хотя вслух никто ничего не высказывал, можно было не сомневаться: многие за спиной уже вовсю потешались над Шэн Хуном.
Однако отступиться из-за подобного было вовсе не в стиле Шэн Хуна. Если судить по финансовым возможностям, Группа компаний Шэнши уверенно держала первенство в столице.
Шок, вызванный прорывом в области микросхем, вполне входил в расчеты Цю Ту. Но лишь когда ведущие компании начали выходить с ним на связь, обращаясь с подчеркнутой вежливостью, он осознал, каким колоссальным богатством на самом деле является владение подобной технологией.
Официальные запросы от различных корпораций сыпались один за другим. Цю Ту кропотливо проводил отбор: хоть в его руках и оказалась настоящая золотая жила, одно неверное движение могло превратить её в раскаленную сковороду. Он обладал гордостью, но не собирался терять голову от успехов. Сотрудничество было неизбежно — на данном этапе Сушэн еще не выдержал бы слишком сильного давления, а цель его босса оставалась предельно простой: зарабатывать деньги.
Оценив кредитоспособность и активы, Цю Ту упорядочил досье наиболее подходящих компаний и уже сформировал для себя общую картину, как вдруг обнаружил среди них официальный запрос от Группы компаний Шэнши.
Дорогая тисненая бумага, сдержанное и роскошное оформление, а поверх — личная подпись президента Группы компаний Шэнши. Цю Ту видел этот автограф бесчисленное количество раз и не мог ошибиться, вот только жаль, что когда-то эта подпись выражала признание вовсе не его заслуг.
Среди множества потенциальных партнеров Группа компаний Шэнши обладала бесспорной мощью. Но если примешивать к коммерческому сотрудничеству слишком много личных чувств, толку от работы не будет.
Перечитав запрос несколько раз, Цю Ту все же добавил подробное досье и сильные стороны Шэнши в список компаний, с которыми сотрудничество было возможным.
Он всего лишь юридическое лицо, а настоящим хозяином оставался Линь Су.
Изучая подготовленные материалы, Линь Су остался весьма доволен: талант Цю Ту полностью оправдал его ожидания. Единственное, что слегка удивило Линь Су, так это присутствие среди документов имени Шэнши. Согласно изначальному сюжету, учитывая характер Цю Ту, у того едва ли могли остаться хорошие впечатления о Шэнши, иначе он не стал бы вставлять палки в колеса Шэн Хуну в будущем.
Впрочем, то касалось их давних личных счетов, а теперь на кону стояли интересы самого Линь Су. И профессиональный подход Цю Ту вызвал у Линь Су искреннее одобрение.
— По своему влиянию в сфере электроники Группы компаний Шэнши, Бэйшэн и Хуанхуа находятся на равных, — с улыбкой произнес Линь Су, глядя на сидевшего напротив и полного надежд Цю Ту. — Переговоры с ними ты поведешь сам, а какая именно компания подходит лучше всего, решать тебе как генеральному директору.
Цю Ту был способен самостоятельно справляться с серьезными задачами. Пусть ему пока не хватало зрелости поздних лет и требовались кое-какие подсказки, Линь Су уже мог позволить ему попробовать свои силы в полную меру.
— Слушаюсь, я обязательно оправдаю Ваши ожидания! — Цю Ту поднялся со стула, переполненный эмоциями, и отвесил глубокий поклон.
За дальнейшим ходом переговоров Линь Су следил лишь в общих чертах, сосредоточив основные усилия на проекте Хайянь Гуаньди.
Отцу Линь исполнилось шестьдесят, и хотя выглядел он весьма больно, ресурсы организма уже не позволяли ему долгое время выдерживать непосильные рабочие нагрузки.
Изначально Линь Су планировал реализовать проект офисного здания в строгом, ничем не примечательном ключе. Но раз уж его настрой изменился, а планы на будущее скорректировались, от прежней серости следовало постепенно избавляться.
По крайней мере, отчет о завершении этого проекта привел Отца Линь в полный восторг. Итогом столь высокой оценки стало не только расширение полномочий Линь Су в отношении Хайянь Гуаньди, но и передача под его начало других новых проектов.Подобное внимание не могло не вызвать обсуждений среди сотрудников Корпорации Линь. В конце концов, раз молодой господин Линь собирался подняться наверх, кому-то пришлось бы уступить ему место. И если Линь Су действительно становился их прямым начальником, всем следовало заранее изучить его характер и привычки, чтобы избежать досадных ошибок.
В закрытых рабочих чатах вовсю кипели бурные обсуждения — чутье у этих прожженных офисных работников работало отменно.
— А говорили, приемный сын чужой, мол, никакой привязанности. Оказалось, то была просто проверка боем, а теперь гляньте: они друг другу ближе, чем родные братья!
— Вот уж у старшего молодого господина хватка. Будь у нашего младшего хоть капля его таланта, всё бы сейчас выглядело совсем иначе.
— Ну, младший создан для того, чтобы наслаждаться жизнью. Топовые управленцы в компании пашут как собаки, куда им до тех, кто целыми днями ничего не делает, а только нежится на горах денег?
— …
Мнения расходились: одни переживали за будущее компании, другие — за то, каково придется с новым боссом, а третьи тихонько игнорировали любые корпоративные дела.
— Кто бы ни занялся нашими делами, мы всё равно останемся бесправными офисными клерками. Вместо того чтобы гадать о начальстве, лучше бы обратили внимание на то, как у старшего молодого господина Линя похорошела фигура. Эти плечи, эта шея, этот вырез воротника, эта линия челюсти… Слюнки текут.
— Извращенка.
— Говоришь так, будто сама не сгораешь от зависти.
— Сгораю.
Женский взгляд отличался избирательной слепотой. Они запросто могли не заметить гору немытой посуды в раковине, но стоило какому-нибудь красавчику обронить на пол… единичный волосок, как он тут же попадал в поле зрения.
Разве это был обычный волосок? Это был волосок, оброненный красавцем, разве можно их равнять?
Благодаря столь острой наблюдательности сотрудницы успешно заметили, что их непосредственный начальник в последнее время хорошел с каждым днем. Стиль оставался прежним, но сам он словно преобразился. Судя по тому, как он двигался, можно было с уверенностью утверждать: у молодого господина Линя появились кубики пресса. Целых восемь штук.
Ам-м, сглотнули они слюну.
Работать под началом эффектного мужчины было куда приятнее, чем под руководством начальника с лысиной. Что же до замужества в богатую семью и взлета на золотом ветке — не смешите, даже ученики младших классов больше не верят в такие сказки.
Линь Су изредка долетали обрывки этих разговоров, но до тех пор, пока это не мешало работе, чужие сплетни помогали сотрудникам расслабиться, и он не видел смысла вмещаться.
Увеличение количества проектов не вызвало у него хаоса в делах. Ему просто стало чуть более некогда, поскольку теперь приходилось вести несколько задач одновременно, и о том количестве свободного времени, которым располагал младший господин, оставалось только мечтать.
Возможно, из-за того недавнего откровенного разговора, а может, потому что младший уже успел увидеть его во всех неприглядных ситуациях, прежнее враждебное отношение Линь Тана несколько смягчилось. Выражалось это главным образом в том, что он то и дело звал Линь Су куда-нибудь развлечься.
Гонки, кости, выпивка, сорения деньгами — радости младшего господина были предельно просты.
— Старший брат, ты сегодня просто обязан приехать. Я только что забрал из салона тачку, динамика — пушка! Вечером отвезу тебя на трассу Чанхэ прокатиться с ветерком, — увлеченно вещал младший господин. После той ночи он больше ни разу не объявлялся у Шэн Хуна.
Нельзя было сказать, что он окончательно всё отпустил, но было очевидно, что младший изо всех сил старался забыть прошлое. Особенно после того, как Группа Шэнши полностью лишила его всех привилегий: этот ушат ледяной воды остудил пыл Линь Тана до самого основания, окончательно стерши последние иллюзии.
— Боюсь, я освобожусь немного поздно, — взглянув на сегодняшнее расписание, забитое встречами и переговорами, ответил Линь Су. — Смогу быть на месте ровно к восьми, идет?
— Договорились, жду, — Линь Тан сбросил вызов. Всё еще сжав в руке телефон, он воодушевленно повернулся к стоявшему рядом Ло Фэю: — Мой брат согласился!
— Огонь! — Ло Фэй дал ему пять. — Я же говорил, что брат о тебе заботится! Что ни попросишь — во всем идет навстречу.
С тех пор как Линь Су в пух и прах разнес Ху Цзе в кости, Ло Фэй превратился в его преданного фаната. Больше всего его радовало, что отношения между младшим и старшим господинами Линь в последнее время теплели на глазах. Общаться со своим кумиром без какого-либо давления было невероятно круто.
— Он же мой брат, так и должно быть, — слегка вздернув уголки губ, Линь Тан прислонился к боку своей машины и похлопал по капоту. — Раз он ко мне со всей душой, то и я к нему взаимностью. Как только забрал новую тачку, сразу привез, чтобы он опробовал ее первым.
— Да-да, конечно, — охотно поддакнул Ло Фэй.
С этим младшим господином в большинстве случаев приходилось только соглашаться — Ло Фэй уже привык.
Машина стояла на парковке гоночного трека. Новейшая лимитированная модель заставляла всех проходящих мимо сворачивать шеи. Большинство взглядов были прикованы к автомобилю, хотя некоторые украдкой бросали оценки и на самого хозяина. Впрочем, сообразив, с кем имеют дело, зеваки благоразумно отводили глаза. И лишь один человек смотрел на них с нескрываемой злобой.
Заметив компанию Ху Цзе, Ло Фэй дернул Линь Тана за рукав: — Молодой господин Линь.
В прошлый раз Ху Цзе попытался воспользоваться опьянением Линь Тана, за что позже был примерно наказан людьми младшего господина. С тех пор между ними пролегла глубокая пропасть взаимной неприязни.
Семья Линь обладала огромным влиянием, и если бы Ху Цзе попытался отомстить Линь Тану по-крупному, его собственный отец переломал бы ему ноги. Но мириться с поражением — как с полученными побоями, так и с унижением со стороны самого Линь Тана — Ху Цзе вовсе не собирался.
— Какая у молодого господина Линя шикарная тачка! Наверное, единственная на всю столицу, м? — Ху Цзе в сопровождении подельников неспешно направился к ним, бросая по дороге вызывающие фразы.
— Разумеется. Какая цена, такая и машина. Моя по определению лучше твоей развалюхи, — не остался в долгу Линь Тан. Раз уж маски были сброшены давным-давно, церемониться с этим ублюдком он не собирался.
От этих слов лицо Ху Цзе помрачнело еще сильнее. Окинув Линь Тана хищным взглядом с ног до головы, он вдруг словно что-то вспомнил и процедил: — Моя-то гроша ломаного не стоит, а вот сколько тогда стоит такой молодой господин, который сам вешается на шею и навязывается даром?
Лицо Линь Тана мгновенно побелело. В кругах столичной золотой молодежи не было никого, кто не знал бы о его погоне за Шэн Хуном. Эти слова ударили прямо по больному, в самое сердце младшего господина.
Ло Фэй в ужасе закрыл лицо руками: — Молодой господин Линь…
Но гнев Линь Тана уже было не остановить. Скрипя зубами, он уставился на Ху Цзе: — Жить надоело?
— Пока живем неплохо, кто же думает о смерти? Молодой господин Линь шутит, — усмехнулся один из прихвостней Ху Цзе, смерив Линь Тана сальным взглядом. — Только вот сегодня драка явно не на вашей стороне.
Их была целая толпа, тогда как Линь Тан приехал лишь с Ло Фэем. Младший господин заявился сюда просто забрать машину, а сами гонки были назначены на вечер, так что верные дурные дружки еще даже не подтянулись. Да даже если бы и подоспели — толку от той компании в драке было чуть. У самого же младшего господина, кроме отсутствия пресса, имелись большие проблемы с боевыми навыками.
— С чего бы мне вас бояться? — хорохорился Линь Тан. — Рискни тронь меня, хоть пальцем.
Его семья обладала огромным богатством и влиянием, к тому же он был единственным кровным сыном. Одно дело — добровольные отношения, и совсем другое — если бы его посмели избить. Это значило бы пойти войной против всей Семьи Линь.
Линь Тан держался уверенно, однако свита Ху Цзе выглядела нерешительно. Сам же Ху Цзе, напротив, завелся не на шутку. Линь Тан нравился ему именно этим: заносчивый, невероятно красивый, недосягаемый для окружающих избалованный мальчишка. Как же хотелось растоптать его гордыню, заставить склонить высокую голову и подчиниться любому капризу, довести до слез эту пару очаровательных персиковых глаз, чтобы он умолял о пощаде, не имея возможности вырваться… Сама мысль об этом заставляла кровь бурлить в жилах.
Мужчины по своей природе — завоеватели. Разве могли блеклые шлюхи из клубов пробудить хоть какое-то желание покорять? То ли дело кто-то вроде Линь Тана.
Жаль только, что Семья Линь стояла непреодолимой горой, и для осуществления планов сначала нужно было дождаться ее падения.
Пытливый взгляд Ху Цзе заставил Линь Тана нахмуриться. Закатив глаза в знак презрения, он и представить не мог, что это движение вызовет синхронную физиологическую реакцию у тех прихвостней, которые уже не раз мысленно раздевали его.
Черт, этот томный взгляд сводил с ума.
Узнай Линь Тан, о чем они думают, он бы непременно заехал каждому из них в пах. Но будучи еще абсолютно неопытным в сердечных делах, он лишь заметил странное выражение на их лицах, не в силах расшифровать подтекст. А Ло Фэй, даже если и понял всё, благоразумно помалкивал.
Младший господин и без того был на пределе, искушать судьбу больше не стоило.
Впрочем, раз уж нельзя было высказать самому виновнику, ничто не мешало пожаловаться старшему господину Линю — у кумира наверняка найдется способ утихомирить этих зарвавшихся извращенцев.
— Ладно вам, хорошая пластинка: чуть что — драться и убивать, — усмехнулся Ху Цзе. — Кулаками махать — прошлый век. Раз уж мы на треке, давайте лучше посоревнуемся в чем-нибудь другом?
— Предлагаешь гонки? Коньки о голову ударились? — Линь Тан криво усмехнулся, не скрывая насмешки. Кто во всей столице не знал, что он — ас уличных гонок? Ему были по плечу даже профессиональные гонщики, а соревноваться с уровнем самого Ху Цзе было сродни безумию.
В конце концов, если бы он, профессионально предававшийся развлечениям, еще и гонять не умел, проще было сразу лечь в гроб.
Стоило ему закончить фразу, как противники переглянулись и расхохотались. Громче всех заливался сам Ху Цзе, чье лицо приобрело весьма двусмысленное выражение.
Линь Тан недоуменно нахмурился.
— Коньки о голову… Говорили же: «мозги ослиным копытом отдавил» или «дверью прищемило», — тихонько подсказал сзади Ло Фэй.
Иногда ему действительно не хотелось признавать знакомство с младшим господином. Хоть Ло Фэй и сам всю жизнь был отъявленным двоечником, таких ляпов с устойчивыми выражениями он все-таки не допускал.
Щеки Линь Тана слегка порозовели. Судорожно сжав пальцы на ткани брюк, он напустил на себя грозный вид: — Я знаю, просто язык заплёкся.
Черт, как неловко!
Резко развернувшись к компании Ху Цзе, он выпалил: — Чего уставились? Смелы на слова? Трусите посоревноваться? Я как раз хотел обкатать новую тачку.
Раз Ху Цзе сам завел этот разговор, отказываться он не собирался: — Разумеется, нет. Но у победителя должна быть какая-то награда.
— Если я выиграю, отдашь мне тот бар у Кольцевой, — небрежно бросил Линь Тан. Он уже давно положил глаз на это место, но стоило ему определиться с выбором, как отец заблокировал его карты. А пока длилась блокировка, лакомый кусочек успел перехватить этот ублюдок Ху Цзе.
— Идёт, — само собой, Ху Цзе прекрасно знал, как долго младший господин облизывался на тот бар. — А если выиграю я…
http://bllate.org/book/25356/3022230
Готово:
