Чжэн Цзяхэ уже остановился, завидев Гу Яньцзы.
Отношения его отца с дедом и дедушкой со стороны матери Гу Яньцзы были весьма неплохими, а благодаря событиям юности он и сам испытывал глубокую благодарность к семье Гу. Поэтому, хотя за прошедшие годы семьи и обосновались в разных городах, связь между ними никогда не прерывалась.
Он знал, что Гу Яньцзы сбежал из дома, и родители Гу даже просили его приглядеть за парнем — если, конечно, ему удастся того отыскать.
Встретить Гу Яньцзы в собственном отеле оказалось явной неожиданностью. Чжэн Цзяхэ полагал, что при виде него Гу Яньцзы бросится наутек, но никак не ожидал, что тот сам направится прямо к нему.
Хотя на лице Чжэн Цзяхэ не дрогнул ни один мускул, в душе он не мог не удивиться, а еще сильнее его поразило то, что, подойдя вплотную, Гу Яньцзы протянул руку и взял его под руку.
Пока Чжэн Цзяхэ пребывал в растерянности, раздался голос Гу Яньцзы:
— Господин Чжэн, я вас знаю, этот отель ведь ваш? Они преследуют меня здесь и пытаются избить! Вы просто обязаны преподать им урок!
Чжэн Цзяхэ на мгновение замер, а затем встретился взглядом с лукавой улыбкой Гу Яньцзы.
Беспомощно улыбнувшись, он перевел взгляд на менеджера, который как раз поспешил сюда, чтобы разобраться в ситуации, и распорядился:
— Разберись с этим.
Сказав это, он посмотрел на Гу Яньцзы:
— Пойдем со мной?
— Хорошо! — Гу Яньцзы улыбнулся Чжэн Цзяхэ, обнажив две глубокие ямочки на щеках, и выглядел при этом крайне послушным.
Увидев его улыбку, Чжэн Цзяхэ почувствовал, как к нему мгновенно возвратилось давнее ощущение близости к этому ребенку. Когда-то, когда он жил по соседству с семьей Гу, этот мальчишка частенько перелезал через забор, чтобы поиграть у него. В те времена лицо у пареньца было круглее, чем сейчас, но улыбка и ямочки остались точно такими же.
Все эти годы тот скитался в бегах, интересно, каково ему приходилось на чужбине... У Чжэн Цзяхэ накопилось множество вопросов, и, не медля ни секунды, он повел Гу Яньцзы вглубь территории отеля, к Хайтанлоу.
Там у него имелся специально припасенный для личного проживания номер-люкс, которым он пользовался, когда засиживался допоздна за делами. И надо же было такому случиться именно сегодня... Последние дни выдались хлопоткими, он спал меньше пяти часов в сутки, а сегодня, завершив дела неподалеку, решил заехать сюда в надежде пораньше отдохнуть — и никак не ожидал, что случайно столкнется с Гу Яньцзы.
Чжэн Цзяхэ просто взял и увел Гу Яньцзы, в то время как Сунь Минъи и остальные, оставшиеся стоять на прежнем месте, остолбенели.
Когда Гу Яньцзы бросил им фразу о том, что из себя представляет этот Пэн Цзинхун, и направился к Чжэн Цзяхэ, помимо злости, они испытали еще и злорадство.
Что из себя представляет этот Чжэн Цзяхэ? Не говоря уже о них самих, даже их братец Пэн со своим батюшкой едва ли смогли бы просто так с ним заговорить!
Если Гу Яньцзы действительно решится заявить о себе подобным образом перед таким человеком, он не только вызовет всеобщее отвращение, но и его дальнейшая жизнь определенно станет невыносимой!
Охваченные предвкушением хорошего зрелища, Шань Цюнь — человек самый изворотливый в компании Сунь Минъи — даже извлек телефон и тайком принялся вести видеозапись.
Если показать брату Пэцу видеозапись того, как Гу Яньцзы пытался подкатить к Чжэн Цзяхэ, но был им осажден, это заставило бы братца Пэна перестать вестись на уловки этого блудливого мужика. А если выложить запись в сеть, можно сделать так, что Гу Яньцзы вообще вылетит из тусовки — разве не прекрасно?
Ха! Какой из него начинающий сценарист... Не будь братца Пэна, Гу Яньцзы до сих пор понятия бы не имел, где шляется!
Съемка началась, но дальнейшие события развивались совершенно не так, как они рассчитывали.
Когда Гу Яньцзы подошел, взял Чжэн Цзяхэ под руку и принялся гнусавым голосом жаловаться тому, они были уверены, что Чжэн Цзяхэ оттолкнет его. И тем не менее... Чжэн Цзяхэ улыбнулся! И мало того — он увел Гу Яньцзы с собой!
Что вообще здесь творится?
Чжэн Цзяхэ положил глаз на Гу Яньцзы?
Хотя внешность у Гу Яньцзы была неплохой, на их взгляд, ничего особенного в нем не было, а главное — он ведь мужчина!
Чжэн Цзяхэ что, по мужчинам сохнет?!
Эти люди стояли с такими лицами, будто в каждого из них ударила молния. Впрочем, менеджер отеля «Аньхуа» пребывал в ничуть не меньшем шоке.
В их глазах главный босс был неприступным снежным лотосом с небесных вершин, и вдруг откуда ни возьмись выскочил какой-то юнец и просто-напросто увел главного босса за ручку...
Более того, на лице главного босса читалась поистине балующая улыбка...
И кем же, черт побери, приходится этот парень?!
Менеджер сгорал от любопытства по поводу личности Гу Яньцзы, но в то же время не забывал о необходимости разобраться с текущими делами.
Гу Яньцзы заявил, что Сунь Минъи с компанией толпой избили его, в то время как Сунь Минъи и прочие утверждали, будто Гу Яньцзы устроил беспорядок на банкете по случаю помолвки их друга, мало того что повредил имущество, так еще и испачкал им одежду и набросился с кулаками, в связи с чем они требовали компенсации.
Менеджер кое-как успокоил разбушевавшихся Сунь Минъи и остальных, которые после ухода Чжэн Цзяхэ вновь принялись орать, что вызовут полицию, и отговорил их от этой затеи, после чего без промедления помчался поднимать записи с камер видеонаблюдения, чтобы выяснить, что же произошло на самом деле...
В это же время Гу Яньцзы, поддерживая Чжэн Цзяхэ, как раз подошел к Хайтанлоу.
Именно так — поддерживая.
Приблизившись, он сразу заметил темные круги под глазами у Чжэн Цзяхэ.
При высоком росте телосложение у Чжэн Цзяхэ было хрупким, да и цвет лица оставлял желать лучшего... И дед у него просто невозможный! Прекрасно зная, что со здоровьем у дядюшки Чжэна дела обстоят скверно, он все равно заставлял его так надрываться!
При одной мысли о том, что Чжэн Цзяхэ суждено умереть в расцвете лет, у Гу Яньцзы сжалось сердце, и он без колебаний подхватил мужчину под руку.
Всю дорогу Чжэн Цзяхэ хранил молчание, да и Гу Яньцзы тоже шел тихо, погруженный в самые разные мысли.
Он вспоминал всё, что узнал о Чжэн Цзяхэ в прошлой жизни, вспоминал их многочисленные встречи и столкновения за эти годы и лихорадочно соображал, как именно подступиться к Чжэн Цзяхэ.
Человек, по которому он тосковал два долгих года, теперь живой и невредимый находился рядом... От этого у Гу Яньцзы нестерпимо потели ладони.
— Ну всё, никого вокруг нет, можешь больше не играть на публику, — улыбнувшись, произнес Чжэн Цзяхэ, когда помощник открыл дверь, а затем удалился по его знаку.
Он был не глуп и, конечно же, догадался, что внезапное появление Гу Яньцзы, сопровождавшееся жалобами под руку с ним, было лишь попыткой прикрыться его авторитетом.
Впрочем, парень разыграл этот спектакль на редкость искренне, да так и протащил его под ручку весь путь...
Двое взрослых мужчин, идущих рука об руку, выглядели и впрямь несколько странно, к тому же... неведомо почему, но, когда Гу Яньцзы держал его под руку, это походило скорее на попытку нести его на себе...
— Дядюшка Чжэн, — Гу Яньцзы виновато улыбнулся, глядя на Чжэн Цзяхэ.
Только что он действительно воспользовался Чжэн Цзяхэ, чтобы позлить Сунь Минъи и компанию, а теперь... стоило ему вспомнить выражения лиц Сунь Минъи и остальных в момент их ухода, как на губах сама собой заиграла улыбка.
Однако сейчас было не время для веселья...
Поддерживая Чжэн Цзяхэ, Гу Яньцзы направился к дивану:
— Дядюшка Чжэн, присядьте скорее!
Он не слишком разбирался в сердечных заболеваниях, но прекрасно понимал, что людям с таким диагнозом нельзя перенапрягаться.
Услышав обращение дядюшка Чжэн, Чжэн Цзяхэ на миг замер.
Он приходился Гу Яньцзы старшим по возрасту и положению, однако прежде тот наотрез отказывался называть его дядей — с чего бы это парень вдруг сменил гнев на милость?
Чжэн Цзяхэ пребывал в некотором недоумении, но, когда Гу Яньцзы усадил его на диван и он увидел на лице юноши услужливую улыбку, до него мгновенно дошло.
Гу Яньцзы, судя по всему, пришел к нему с какой-то просьбой... Неужели хочет, чтобы он не проболтался родителям о том, что видел его?
— Яньцзы, твои родители ведь до сих пор ищут тебя, — произнес Чжэн Цзяхэ.
— Угу, — отозвался Гу Яньцзы. Он прекрасно знал, что родители не прекращают поиски, поэтому каждое письмо с известием о том, что он жив, или отправленное по электронной почте сообщение отправлял исключительно из самых отдаленных уголков.
— Так что я им сообщу, что повредил тебя, — добавил Чжэн Цзяхэ.
Гу Яньцзы кивнул.
Когда-то он люто ненавидел своих родителей.
Предъявляемые ими требования были слишком высоки, а контроль — чересчур жестким.
С малых лет его принуждали изучать всевозможные дисциплины, и помимо колоссального давления он практически не общался с матерью и отцом.
Тогда ему искренне казалось, что родители видят в нем лишь инструмент, а после того, как он признался им в своей ориентации и был жестоко избит, его разочарование в них достигло предела.
Однако после того, как ему довелось пережить смерть, всё это потеряло всякое значение.
Вспомнив события прошлой жизни, Гу Яньцзы на мгновение выпал из реальности, но Чжэн Цзяхэ истолковал это по-своему, решив, что парень просто расстроен.
— Я знаю, что требования старшего брата Гу к тебе были несколько завышены, но в конце концов они твои родители... — Чжэн Цзяхэ вспомнил, как в детстве у Гу Яньцзы совершенно не оставалось времени на игры и ему приходилось обманывать няню, заявляя, что он ложится спать днем, чтобы украдкой перелезть через забор и поиграть с ним. Испытывая легкую жалость к парню, он все же добавил: — Если тебя что-то не устраивает, нужно нормально с ними общаться, только так можно найти компромисс.
— Я знаю, спасибо, дядюшка Чжэн, — кивнул Гу Яньцзы, а затем вновь обратил внимание на изможденный вид Чжэн Цзяхэ.
Раз уж он увязался следом, то наверняка нарушил покой Чжэн Цзяхэ! С беспокойством глядя на мужчину, Гу Яньцзы произнес:
— Дядюшка Чжэн, я свяжусь с родителями, а вы сначала ложитесь спать.
Чжэн Цзяхэ вовсе не поверил словам Гу Яньцзы, полагая, что тот просто пытается отвлечь его внимание, чтобы сбежать при первой же возможности... Достав телефон, он напрямую отправил отцу Гу Яньцзы приглашение на видеозвонок:
— Я не спешу спать, давай-ка свяжись с ними прямо сейчас.
Гу Яньцзы: «...»
Не прошло и минуты после того, как Гу Яньцзы взял из его рук телефон, как вызов соединился, и на экране появилось суровое лицо его отца.
— Пап, — с улыбкой поздоровался Гу Яньцзы.
С детства он трепетал перед отцом, но после того, как побывал на пороге смерти и, очнувшись, увидел, как его вечно хмурый отец плачет и просит у него прощения, страх как рукой сняло. В последующие два года их отношения с отцом и вовсе наладились настолько хорошо, что они могли говорить о чем угодно.
Поэтому вел он себя совершенно естественно, а вот реакция отца оказалась куда более бурной.
Стоило отцу Гу только принять вызов, как его выражение лица из просто сурового мгновенно сменилось грозным:
— Ах ты, ах ты, ах ты! Ты, негодник эдакий! Куда тебя черти носили все эти годы?!
— Я в городе Б...
— Совсем крылья отрастили, а? Взял и исчез в неизвестном направлении! Паршивец ты этакий!
— Угу...
— Каналья, даже на Новый год домой не явился, ну ты даешь!
— Пап, давай поговорим спокойно. — Гу Яньцзы, безуспешно пытавшийся вставить слово и прерванный уже не в первый раз, беспомощно вздохнул. Словарный запас у отца был довольно скудным, и при виде него он неизменно срывался на одно и то же ругательство.
К такому обращению он давно привык и не видел в нем ничего особенного, но сейчас ведь рядом посторонний человек...
— Не смей называть меня папой! — снова выпалил отец Гу. — Ты опять вляпался во что-то? Раньше связаться со мной у тебя ума не хватало, а как приключилась беда, так сразу вспомнил про отца! Ты же у нас гордый донельзя, м? Не говорил ли ты, что вернешься домой только тогда, когда собьешься с ног, но добьешься своего? Вот и добивайся давай!
Гу Яньцзы: «...» Отец выдал ему такую отповедь!
Хотя нет, вообще-то это в порядке вещей. В прошлой жизни, когда семья его отыскала, он уже был при смерти и пролежал несколько дней в реанимации, прежде чем миновал кризис. Это наверняка до смерти напугало отца, после чего тот стал во всем ему потакать, даже на ориентацию махнул рукой. Но сейчас-то он совершенно здоров...
А отец продолжал бушевать:
— Паршивец, бросай свои дурацкие привычки и живо возвращайся...
Гу Яньцзы сбросил вызов и молча вернул телефон Чжэн Цзяхэ.
На самом деле выслушивать ругань ему было не в тягость, но у него тоже имелась своя гордость...
Кроме того...
— Дядюшка Чжэн, ступайте скорее отдыхать! Помочь вам дойти?
Чжэн Цзяхэ: «Помочь?»
Автор писал:
(На самом деле обладающий отличным здоровьем и отменный аппетитом генеральный директор Чжэн: «С какой стати мне помогать?!»)
http://bllate.org/book/25355/3022128
Готово:
