Так называемый молодой отец
Хотя раньше он слышал от своего младшего соученика из Цзянху по имени Всезнайка о какой-то удивительной вещи под названием «перемещение», а также о другом, сравнимом с ним феномене, известном как «перерождение», но когда «перемещение» и «перерождение» столкнулись и произошли одновременно, он, будучи главой секты демонов, тоже не смог сохранить спокойствие.
Младший соученик, который обошелся на сто лянов дешевле Всезнайки, и вправду оказался ненадежным. Когда Мо Яньцзи снова открыл глаза и увидел высокого и худого юношу в одежде, похожей на юбку, суетившегося среди кастрюль и сковородок, ему внезапно вспомнились эти слова.
К сожалению, в тот момент он чувствовал себя насквозь мягким и слабым, а приоткрыв рот, даже зубами ничего не мог коснуться. Лицо господина главы помрачнело.
Он отчетливо помнил, что воссел на трон главы секты всего лишь двадцать дней назад. Он еще не успел воплотить в жизнь великую амбицию о всеобщем равенстве и гармонии в Поднебесной, он еще не успел похитить тех даосских монахов из Удан, чтобы они пели и плясали перед ним, как вдруг в один прекрасный день некий человек по имени Чжан Уцзи в одной руке держал саблю Укрощающего Дракона, а другой размахивал мечом Опирающегося на Небеса, и пошел в атаку.
Его оправдание заключалось в следующем: «Я и есть глава секты Мин!»
Мо Яньцзи действительно не понимал, с каких это пор работа главой демонической секты стала настолько популярной. Он почувствовал сильную печаль. Тогда он с высоты своего величия произнес: «Если только ты не победишь меня...»
Речь еще не была окончена, как ему вонзили нож в грудь, и он испустил дух.
Выражаясь языком этого мира — «Лишь массовка оказывается тем самым неистребимым тараканом».
Итак, он переместился; в качестве бонусного подарка он еще и переродился.
Мда... Почему ты не плачешь? Мо Фэй, облаченный в фартук, возился с сухим молоком и бутылочкой. С великим трудом приготовив полбутылочки молока умеренной температуры, он обнаружил, что розовый и пухлый малыш в колыбели неподвижно пялится на него.
Мо Фэй не удержался и ткнул пальцем в младенческую щечку, но рука не успела отдернуться, как ее укусили за кончик пальца. Он лишь увидел свирепое выражение на лице собственного сына, которое, однако, отличалось такой пухлостью и полнейшим отсутствием угрозы, что выглядело донельзя умилительно.
В будущем у Яньцзи определенно будут отменные зубы! — сделал такой вывод папа Мо Фэй.
Мо Фэй, мужской пол, 17 лет, не женат. Поскольку в старшей школе он вел себя неподобающим образом, он стал молодым отцом и был изгнан из дома. Но мирские взгляды и реальное общество не смогли сокрушить этого от природы оптимистичного, жизнерадостного и простодушного отца, не придававшего значения мелочам.
Когда Мо Яньцзи исполнился год, Мо Фэй совмещал четыре работы и наконец-то перевез их уютное гнездышко из мрачного завода керосина в небольшой переулок. Хотя обстановка по-прежнему оставалась грязной, запущенной и сопровождалась круглосуточным шумом, они с сыном все же ступили на путь нормальной жизни.
Когда Мо Фэй научился разговаривать, Мо Фэй от радости купил красивый белый маленький квадратик и сказал, что это называется «торт». Мо Яньцзи посмотрел, как Мо Фэй заботливо кормит его, сам же при этом не притрагивался ни к кусочку, и тут же заявил: «Этот глава секты не ест столь низкосортную пищу, принеси мне взамен османтусовые миндальные пирожные».
Это потрясло до глубины души. Только представьте, насколько это удивительно, когда ребенок всего лишь годовалого возраста тянет вас за воротник и говорит вам такие слова! Это все равно что марсиане начали бы говорить по-китайски!
Тут же Мо Фэй сунул Мо Яньцзи себе за пазуху и бросился вниз по лестнице:
— Тетушка Ван! Мой Яньцзи научился говорить! Нет-нет... Я имею в виду, он умеет говорить очень-очень длинные фразы, причем говорит исключительно бегло!
— Матушка Шэнь! Посмотрите-ка! Мой Яньцзи умеет произносить такие огромные куски текста! А ведь ему всего год и один месяц!
— Яньцзи, повтори-ка только что сказанную фразу дедушке Лю! Быстро!
Мо Яньцзи медленно перевел взгляд, вспоминая грубую ругань соседей прошлой ночью. Широко разинув рот, он выдал: «Какая подстава».
Вот так, под руководством жизнеутверждающего мировоззрения Мо Фэя, Мо Яньцзи быстро освоился в этом незнакомом и удивительном мире и вырос славным ростком, понимающим, как отплатить родине за добро и принести пользу обществу.
Взять хотя бы нынешний момент:
— Этот глава секты в жизни больше всего презирает лжецов.
Закончив говорить, Мо Яньцзи сунул одну руку в карман брюк, другой рукой примял поля шляпы и отвернулся от Мо Фэя.
Что касается склонности Мо Яньцзи заменять местоимение «я» на «этот глава секты», он всегда считал это ошибкой собственного воспитания: не следовало подкладывать книгу «Меч, окрашенный кровью в небесах» у их кровати, иначе на следующий день он бы не увидел, как собственный сын плюет на три иероглифа «Чжан Уцзи», заляпав ими весь пол.
Поэтому он просто пустил бред Мо Яньцзи о самоназвании на самотек, полагая лишь, что нежная детская психика пострадала от яда романов о боевых искусствах.
— Нет-нет-нет, разве ваш учитель не учил вас, что существует еще кое-что под названием «ложь во спасение»?
Стоял май, но в Шанхае царило аномально палящее солнце. Особенно на небольшой трассе для картинга: открытая цементная площадка за ее пределами испускала обжигающий жар, а несколько зеленых деревьев поблизости покачивались на ветру, роняя золотистые лучи. Они окрасили мужественное лицо Мо Фэя с густыми бровями и большими глазами в золотистый цвет.
Мо Фэй невзначай вытер пот, повернул тело Мо Яньцзи к себе и улыбнулся ему, обнажив на щеках две глубокие ямочки. Его глаза ярко-ярко блестели.— Если ты в этот раз поможешь мне закончить работу, я куплю тебе к новому семестру тот самый новый лимитированный рюкзак от Диснея, хорошо? — Мо Фэй протянул Мо Яньцзи висевшую у него за спиной флягу, дождался, пока тот сделает глоток, и продолжил: — Работу, которую отец взял на этот раз, заключается в том, чтобы зазвать здешних детей, которые учатся водить карты, на занятия и тренинги в указанную компанию. За каждого приведенного нам заплатят пятьсот юаней комиссионных, а за десять — целых пять тысяч...
С этими словами Мо Фэй забрал флягу обратно, прищурившись заглянул внутрь и, обнаружив, что на дне осталось совсем чуть-чуть, сглотнул слюну. Стоит заметить, что в гоночном клубе продавали не простую минералку, а поистине божественный нектар. Снова закинув флягу за спину, Мо Фэй заметил на розовых губах Мо Яньцзи капельки воды и тут же нагло чмокнул его, после чего почмокал собственными губами, считая, что утолил жажду.
— Так что ради эффективности: побудь сегодня рядом со мной и подыграй мне! Ты хоть обычно и немногословен, но когда заговоришь, становишься похож на маленького тигренка — точно сможешь запугать их так, что все пойдут учиться в нашу компанию!
После столь дерзкой выходки Мо Яньцзи яростно вскинул взгляд, и в его глазах на мгновение мелькнул ледяной блеск:
— Смеешь еще раз меня поцеловать — и этот почтенный глава тебя оскоплю!
— Яньцзи, да откуда ты вообще знаешь про такие вещи? Капец, совсем нехорошо, когда дети так рано взрослеют, ты же всего лишь в четвёртом классе! Или у тебя уже кто-то появился? Похоже, мне, как отцу, придётся работать ещё усерднее и копить тебе на квартиру!
Мог ли этот его отец быть ещё более легкомысленным и глупым? И хотя целоваться без спроса ему было не впервой, это... это ещё не значит, что сей почтенный глава собирается нести за него ответственность!
Злобно зыркнув на Мо Фэя косым взглядом, Мо Яньцзи зашагал впереди:
— Шагай быстрее, если так пойдёт, то пока мы закончим дела, солнце уже сядет.
Мо Яньцзи поправил козырек бейсболки и, обернувшись, приподнял бровь на Мо Фэя. Его маленькое, изящное личико украшал легкий румянец, губы были алыми, а кожа белой — вылитый фарфоровый пупс, но при этом взгляд оставался холодным и отстраненным, источая то особое изящество, которое свойственно лишь мальчикам.
И всё-таки... внешне он больше походил на свою мать.
Тихо вздохнув про себя, Мо Фэй всё же быстрым шагом подхватил Мо Яньцзи и внес его на территорию картодрома.
На трассах Формулы-1 образца 2033 года европейцы и американцы уже давно перестали быть единоличными хозяевами. После того как первый в истории китайский гонщик вырвался вперед и завоевал титул чемпиона мира Формулы-1 2031 года, на китайских автогонщиков стали возлагать огромные надежды, и множество международных команд и компаний устремилось в Китай на поиски гоночных талантов. Постепенно это привлекло к участию в столь захватывающем, яростном и несравненном состязании всё больше китайцев и жителей других азиатских стран.
Перед глазами открылся бескрайний простор, стоило лишь чуть приподнять голову, как казалось, что небо совсем близко, а в ушах стоял рев моторов, визг шин о трек и едва уловимые крики толпы... Казалось, всё это в один миг взорвалось прямо в воздухе!
Мо Фэй и Мо Яньцзи замерли у входа, глядя на кажущиеся бесконечными извилистые трассы. Десятки маленьких картингов сновали туда-сюда, а на возвышениях вдоль дороги суетились члены командных техслужб — они то бегали туда-сюда, то возились с деталями машин, то неотрывно следили за расчетами на экранах компьютеров...
Всё это заставило Мо Яньцзи почувствовать, что он снова куда-то переместился во времени.
И при этом теми, кто сидел за рулем этих маленьких четырёхколёсных монстров, были дети ростом примерно с него самого.
— Вы что здесь делаете? Хотите привезти ребенка потренироваться на картах?
Внезапно за их спинами раздался сдержанный, слегка хрипловатый мужской голос.
Мо Яньцзи обернулся и увидел мужчину в белой футболке, уголки губ которого были чуть приподняты — то ли в улыбке, то ли просто так. Понять было трудно, потому что, к удивлению Мо Яньцзи, этот человек замаскировал глаза самым неожиданным образом: на его переносице красовались круглые черные очки в оправе. Глянцево-черные линзы в сочетании с его слегка плутоватым лицом смотрелись неожиданно привлекательно.
— Если вы ищете свободную площадку, я могу вам помочь, — произнес мужчина, снимая темные очки и одаряя Мо Фэя улыбкой истинного джентльмена.
— Я... вы часто здесь бываете? Вы привели парня, что стоит за вами, покататься? — Мо Фэй моргнул и указал на красивого юношу, который всё это время молча стоял позади мужчины.
— М-м? — Голос юноши звучал мелодично, словно чистый ручеек, и сейчас он слегка повысил интонацию в конце фразы, с ног до головы окинув взглядом Мо Фэя и Мо Яньцзи. — Простите, вы угадали неверно.
— А-ха-ха, как бы то ни было, загляните в нашу компанию на новейшие профессиональные курсы для картинга! Мы нанимаем только самых лучших преподавателей, устраиваем практические гонки, а по окончании семестра занятий тому, кто займет первое место, полностью возвращают деньги за обучение...
Мо Фэй неловко рассмеялся, безошибочно признав в этих двоих состоятельных людей и тут же подлизываясь, вцепился в них мертвой хваткой:
— Ребенок рядом со мной — как раз один из таких учеников! Поучился всего полсеместра, а управляется теперь просто мастерски...
Пока Мо Фэй соловьем заливался с одной стороны, Мо Яньцзи с абсолютно невозмутимым видом смотрел в небо с другой — до тех пор, пока мужчина не прервал тираду Мо Фэя:
— Ты только что сказал, что этот мальчик всего за полмесяца освоил множество гоночных приемов?
— Ну... можно и так сказать.
— О, тогда как насчет того, чтобы прямо сейчас продемонстрировать мне его навыки? Если они действительно хороши, я запишусь на курс, о котором ты говорил.
На мгновение сцена стала весьма странной. Мо Яньцзи отчетливо видел, как пухлое лицо Мо Фэя за долю секунды сменило семь оттенков, после чего тот понурил голову и уже было открыл рот, но мужчина опередил его:
— Или ты считаешь, что преодолевать такие крутые повороты для них слишком сложно?
На этот раз мужчина говорил, глядя прямо на Мо Яньцзи, и в его глазах, лишенных темных очков, плескалась едва заметная морская синева. Он указал на проносящийся по трассе карт, который как раз красиво вошел в поворот, и с улыбкой спросил:
Под устремленными на него взглядами окружающих Мо Яньцзи долго молчал, наконец поднял лицо, дернул бровею и издал из глубины носа резкий звук:
— Хмпф!
http://bllate.org/book/25345/3021185
Готово:
