В отличие от оживленной и шумной атмосферы в главном банкетном зале клана Гунсунь, старейшина Гунсунь и старик Цзян лично встретили двух глав кланов — семьи Цзо и семьи У, — проведя их в небольшую гостиную, примыкающую к залу. Хотя эта комната не могла похвастаться роскошью главного зала, в ней царила иная атмосфера — сдержанная и элегантная.
Всюду в гостиной стояла мебель из чистейшего редкого дерева, на стенах висели свитки с каллиграфией и живописью известных мастеров, а по углам располагались причудливые миниатюрные деревья в горшках. Здесь повсюду чувствовался густой аромат старины.
Все четыре главы кланов были далеко не простыми людьми, а потому их вряд ли могли ослепить те или иные вещицы из этой комнаты. Усевшись на места, они некоторое время хранили молчание, позволяя тишине царить в небольшой гостиной. Наконец, дворецкий клана Гунсунь, управляющий Фэн, почтительно подлил всем чай, низко поклонился старейшине Гунсунь и вышел.
Первым нарушил тишину глава семьи У. Внешне он выглядел немного старше остальных трех патриархов, но его сила ни в чем не уступала силе старика Цзян.
— Почему это старик Шаньюй до сих пор не явился?
Учитывая их статус глав пяти великих семей, им не пристало появляться среди гостей в главном зале. И раз уж представители всех четырех кланов собрались здесь, а старейшины Семьи Шаняюй всё еще не было, старик У счел необходимым задать этот вопрос.
— Не придет. Старик Шаньюй сейчас вовсю занят затворничеством ради прорыва, с чего бы ему тратить время на этот пустой банкет? — ответил старейшина Гунсунь. Пусть сегодня был день его рождения, по правде говоря, сам он считал подобные сборища невыносимо скучными.
— Что?! — услышав слова старейшины Гунсунь, остальные трое удивленно уставились на него. Даже старик Цзян не стал исключением: его тигриные глаза расширились так, будто он говорил: почему ты не сообщил об этом раньше?
— Шаньюй заперся в затворничестве, а мы ни сном ни духом?
Для людей их уровня затворничество — событие нешуточное, однако остальные три клана не получили об этом ни единой вестью. И это было скверно. Особенно учитывая истинную силу старика Шаньюя: если на сей раз его прорыв увенчается успехом, то среди пяти великих семей окажутся сразу два мастера на Стадии Трансформации Усилия хуацзинь, стоящие на самой вершине боевых искусств.
Всё верно: на сегодняшний день среди пяти семей лишь старейшина Гунсунь достиг Усилия Трансформации хуацзинь, в то время как остальные четверо оставались лишь на Пике Скрытого Усилия аньцзинь. Не испытывать зависти и ревности к старейшине Гунсунь было просто невозможно. Все они принадлежали к одному поколению — почему же старик Гунсунь умудрился опередить их и первым пробиться к стадии хуацзинь?
Даже при том, что в душе каждый понимал: фундамент клана Гунсунь куда глубже, чем у них, смириться с этим было трудно. Именно поэтому главы четырех семей тайком постоянно соревновались друг с другом, пытаясь выяснить, кому же первому суждено ступить на заветную ступень. И вот теперь выяснилось, что этот вечно молчаливый чурбан из Семьи Шаняюй обошел их всех и уединился для прорыва.
Трое стариков дружно заявили про себя, что вовсе они не завидуют!
— Дело было сегодня утром. Позвонил старик Шаньюй и сказал, что не приедет — занят подготовкой к затворничеству, — произнося это, старейшина Гунсунь скривил губы в гримасе пренебрежения.
Он прекрасно знал: если бы сам давным-давно не перешагнул черту хуацзинь, звонивший сегодня старик Шаньюй непременно стал бы хвастаться перед ним на все лады. Тьфу!
Выслушав объяснение старейшины Гунсунь, остальные трое патриархов невольно умолкли. Еще один старый товарищ сделал шаг вперед — когда же они сами смогут преодолеть этот решающий рубеж?
Не стоит думать, будто Пик Скрытого Усилия аньцзинь — это предел мечтаний. В истории Альянса Хуася хватало одаренных Воинов, которые застревали на этой ступени и до конца жизни не продвигались ни на дюйм. Впрочем, им, главам пяти великих семей, было много проще: их кланы располагали огромными ресурсами и бесчисленными записями о прорывах, что избавляло их от лишних ошибок и давало множество преимуществ.
Однако именно поэтому жажда прорыва с каждым днем жгла их всё сильнее. Обладая столь колоссальной поддержкой и не суметь пробиться — разве это не позор для них?!
— Ладно-ладно, раз уж у старика Шаньюя подоспела возможность, он и прорывается, завидовать тут нечему. Смотрите мне, не зацикливайтесь на этом: внутренние демоны во время прорыва — шутки плохие.
Старейшина Гунсунь, уже постигший Стадию Трансформации Усилия хуацзинь, имел полное право рассуждать на подобные темы. И пусть он давно стал мастером высшего уровня, стоило ему вспомнить всю опасность того давнего прорыва, как по спине до сих пор пробегал холодок.
— Тьфу! — в ответ на слова старейшины Гунсунь остальные три патриарха одновременно наградили его презрительными взглядами. С каких это пор он решил, будто они зеленые юнцы, ничего не смыслящие в жизни? Достигнув их уровня, разве нуждаются они в наставлениях какого-то старика?
Старейшина Гунсунь, удостоившийся всеобщего презрения, ничуть не смутился. Невозмутимо отпив ароматного чаю, он обратил взгляды товарищей в пустоту.
— Раз старика Шаньюя нет, перейдем к делу. Что будем делать с будущим межъядерным турниром Федерации?
Оставив тему закрывшегося в затворничестве главы Семьи Шаняюй, глава семьи Цзо завел новый разговор. Как и выразился старейшина Гунсунь, не будь у них важных вопросов, этот банкет и вправду оказался бы смертельно скучным.
— Проведем всё как обычно, — старик Цзян отличался самыми простыми мыслями. К тому же подобные турниры проводились уже столько лет, что все регламенты и процедуры были отточены до мелочей, и ломать голову над ними не было никакой нужды.
— Ах ты старый вояка, неужели ты не заметил странных телодвижений этих людишек из Федерации Суперспособностей в последнее время? — услышав слова старика Цзян, старейшина У изобразил крайнюю степень досады. Однако в ответ старик Цзян лишь беспечно развел руками: мол, у него и в мыслях не было за кем-то следить.
— Ладно, старик Цзян, тебе всё же лучше приглядеть за обстановкой на той стороне. Особенно учитывая, что твой третий сын находится как раз там: если обнаружится что-то подозрительное в действиях Федерации Суперспособностей, постарайся как можно скорее передать весточку сюда.
— В чем дело? — не только старейшина У, но даже старик Цзо помрачнел, заставив старика Цзян мгновенно отбросить шутливый тон и настороженно переспросить: — Что случилось?
— Наш информационный отдел перехватил странное зашифрованное сообщение. Хоть деталей выяснить не удалось, из него ясно одно: отношение Федерации Суперспособностей к предстоящему турниру в следующем году изрядно изменилось.
В отличие от семьи Цзян, чьим главным уделом была армия, семья Цзо специализировалась на развитии науки и информационных технологий. Поэтому, перехватив столь необычный сигнал, старик Цзо немедленно отнесся к нему со всей серьезностью.
Выслушав пояснения старика Цзо, лица остальных помрачнели.
Никто в мире не знал своего старого соседа по ту сторону — Федерацию Суперспособностей — лучше, чем главы пяти великих семей. Еще до того, как была основана Федерация Хуася, западные страны уже зарились на восточные земли. А когда потомки Хуася объединили Восток, западные государства тут же объединились в Федерацию Суперспособностей, встав в жесткую оппозицию.
Если бы не тот факт, что в Федерации Хуася боевыми искусствами занимались буквально все, а благодаря практикам физическая выносливость местных жителей намного превосходила силу западных громил, те давно бы уже не ограничились мирным соседством, а попытались проглотить эти земли.
— Старик Цзо, я велю третьему сыну следить за обстановкой на границе. Ну а что до турнира… — старик Цзян дал понять, что любые задачи, требующие напрягать мозги, пусть адресуют кому угодно другому, ведь на то и существуют способные люди, чтобы трудиться за двоих.
— В следующем году я намерен поручить Сяо Сюаню возглавить команду, — видя, что все смотрят на него, старейшина Гунсунь больше не стал томить загадками и озвучил свой план.
Услышав, что команду поведет Гунсунь Сюань, все три главы семей испытали одинаковое выражение на лицах: они ожидали именно этого. Под предводительством такого монстра, как Гунсунь Сюань, они действительно могли спать спокойно.
Обсудив еще кое-какие второстепенные мелочи, старики незаметно свернули с темы и перевели разговор на самого Гунсунь Сюаня.
— Сяо Сюаню ведь в этом году исполняется двадцать четыре, верно?
— И что с того? — заметив, что старик Цзо внезапно завел речь о возрасте его обожаемого внука, старейшина Гунсунь инстинктивно ощетинился и подозрительно покосился на собеседника.
— Ххе-хе, не нервничай так. Я просто хотел спросить: не нашел ли Сяо Сюань себе пару?
Двадцать четыре года в мире Воинов — возраст поистине юный. Однако это ничуть не мешало такому завидному жениху, как Гунсунь Сюань, быть нарасхват. Те странные прозвища, что доводилось слышать Чэн Чжэ, вовсе не с потолка брались — среди молодых людей из самых разных семей действительно хватало тех, кто положил глаз на Гунсунь Сюаня.
— Старик Цзо, ты опоздал. У моего Сяо Сюаня, конечно же, есть пара, да такая, которую вам ни за что не отнять!
Стоило старику Цзо заикнуться о планах на его внука, как старейшина Гунсунь загордился пуще прежнего, глядя на гостя с нескрываемым превосходством. Помимо собственной немалой силы, семья Цзо славилась обилием писаных красавцев и красавиц, а потому брачные союзы заключала регулярно. Если строго подходить к делу, старик Цзян и старик Цзо вообще приходились друг другу родственниками.
Цзо Сыюань хоть и принадлежал к боковой ветви семьи Цзо, но родство с главным кланом было близким, и отношения поддерживались самые теплые.
— О? — услышав, что Гунсунь Сюань уже занят, остальные три патриарха не слишком удивились. Судя по горделивому выражению лица старика Гунсуня, статус избранника или избранницы внука был поистине необычным.
Куда больше троих стариков угнетало другое: независимо от того, был ли этот слух правдой или нет, они абсолютно ничего не знали о человеке, с которым сошелся Гунсунь Сюань. Если бы старик Гунсунь сам не проболтался, они бы так и пребывали в неведении! Куда это годится?!
Кхе-кхе. О том, что Чэн Чжэ был с потрохами передан старику Цзяну, знали лишь обитатели Долины Медицины да эти двое из клана Гунсунь.
Клан Гунсунь ни за что не стал бы трепать языком о том, что Гунсунь Сюань обручился с прямым потомком Сюаньи. Стоит ли говорить, насколько важна Прямая ветвь Таинственных Медиков для всех Воинов Федерации Хуася? Если выражаться возвышенно, представителей этой ветви можно было смело приравнять к статусу святых сыновей и дев.
Узнай кто-нибудь, что Гунсунь Сюань умудрился заманить их всеобщую святыню в свои сети при помощи обычной партии в го, разъяренные люди готовы были бы заплевать весь клан Гунсунь с ног до головы.
Что же до Долины Медицины, те тем более не стали бы разносить подобные вести. Для обитателей Долины действовало правило: мы сами можем посмеяться над своими людьми, но посторонним никоим образом не позволено даже заикнуться об этом. Долина Медицины славилась своим пристрастием выгораживать своих столь безумно, что это граничило с помешательством.
И сколько бы три старика ни допытывались, пытаясь зайти издалека, вытянуть из старейшины Гунсунь имя невесты или жениха Гунсунь Сюаня так никому и не удалось.
Тем временем главный виновник этих разговоров, сидевший снаружи в гостиной Чэн Чжэ, тяжело чихнул.
— Замерз? — заметив чихнувшего Чэн Чжэ, сидевший рядом с ним Гунсунь Сюань тут же снял с себя верхнюю одежду и бережно набросил ему на плечи. — Я попрошу управляющего сделать центральное кондиционирование в зале потеплее.
— Э-э, не стоит утруждаться, — с каждым днем поведение Гунсунь Сюаня становилось всё более заботливым, и Чэн Чжэ порой просто не знал, что и отвечать. Столкнувшись с таким старшим молодым госпожой клана Гунсунь, он чувствовал, что сдает позиции по всем фронтам.
Окутанный легким ароматом и теплом одежды Гунсунь Сюаня, Чэн Чжэ подсознательно понимал, что отказаться — значит проявить крайнюю неулыбчивость.
Впрочем, он вовсе не мерз! Пусть Воины и не обладали абсолютным иммунитетом к холоду, простудиться вот так с ровного места было просто невозможно.
Атмосфера, царившая между Чэн Чжэ и Гунсунь Сюанем, заставляла сидевших неподалеку Цзян Цуна, Цзо Сыюаня и Гунсунь Юэхуа то и дело смотреть то в потолок, то в пол. Пожалуйста, не игнорируйте их присутствие!
http://bllate.org/book/25339/3020640
Готово:
