— Вот уж не ожидал, — произнес Сюй Фэй ровным и спокойным тоном.
В полумраке тот человек, казалось, усмехнулся, лишь слегка тронув уголки губ, после чего его холодные тонкие губы снова сжались в нитку.
— Не хочешь зайти выпить по бокалу?
— Прошу прощения, я спешу. — С этими словами Сюй Фэй отступил к самой двери.
Тот человек не принял его отказ близко к сердцу, наконец выпрямился, и его высеченное словно из камня лицо скрылось в полумраке, падающем от стены, а угольно-черные глаза глядели глубоко и мрачно.
— Эту комнату Е Дун уступил по собственной воле, к тому же их, судя по всему, здесь уже нет.
Сказано это было более чем вежливо, однако Сюй Фэй понимал, что этот мужчина — человек опасный. Поразмыслив, он вспомнил, что семья Е считается влиятельным кланом в городе Аньнин, да и Е Дун отнюдь не робкого десятка, так что Сюй Фэй невольно успокоился. Мужчина на диване склонил голову набок и качнул зажатым в руке бокалом.
— Я не держу зла на Е Дуна и остальных. К тому же, неужели молодой господин Сюй откажется оказать мне честь и выпить со мной бокал вина?
После таких слов отказаться значило бы ломать комедию.
Тогда он шагнул вперед и опустился на диван напротив незнакомца.
На столь близком расстоянии Сюй Фэй почувствовал слабый мятный запах, примешанный к аромату текилы. Собеседник взял пустой бокал, налил в него напиток и подвинул к Сюй Фэю. Сюй Фэй от природы обладал хорошей выносливостью к алкоголю, поэтому взял специальный рюмку для текилы, поднес к губам и сделал глоток. Вино оказалось обжигающе крепким, и стоило ему проглотить жидкость, как в горле запылало, словно от пожара.
Мужчина напротив подпер подбородок рукой, изучая его откровенным, обжигающим взглядом.
— Сюй Фэй, ты поистине чарующий мужчина.
Сюй Фэй вернул бокал на стол, его лицо осталось бесстрастным.
— Спасибо.
— Разве тебе не любопытно узнать мое имя? — продолжал тот.
Сюй Фэй бросил на него равнодушный взгляд.
— Нисколько.
Мужчина тяжело вздохнул, будто чувствуя полное бессилие перед такой реакцией Сюй Фэя, и лишь после паузы тихо произнес:
— Меня зовут Лу Чжэн.
Сюй Фэй кивнул, показывая, что расслышал.
Лу Чжэн взял свой бокал и медленно сделал глоток.
Когда он запрокинул голову, обнажилась изящная линия шеи, а ладная, крепкая фигура свободно расположилась на мягком диване, напоминая ленивого, но завораживающего леопарда. Даже в столь расслабленной позе в каждой его мышце таилось пружинистое напряжение, готовое в любой момент сорваться с места.
Этот человек опасен.
Сюй Фэй ни капли не сомневался в своем суждении.
Но зачем этот опасный человек задирает его уже не в первый раз?
И какова вообще вероятность случайно встретить друг друга за выпивкой?
Сюй Фэй не верил в подобное совпадение.
В комнате на мгновение воцарилась тишина, в воздухе повисло странное напряжение.
Вскоре Лу Чжэн неожиданно заговорил:
— Ты любишь ирисы?
— Не люблю, — бросил Сюй Фэй, даже не подняв головы.
Взгляд Лу Чжэна скользнул поверх края бокала, словно он намеревался оглядеть Сюй Фэя с ног до головы, после чего последовал новый вопрос:
— А что тебе нравится?
На этот раз Сюй Фэй наконец поднял глаза. Его светло-серые зрачки встретились с угольно-черной бездонной тьмой чужих глаз, а голос прозвучал так, будто в него подмешали осколки льда:
— Не твое дело.
Лу Чжэн тихо рассмеялся.
— Сюй Фэй, ты такой милый.
Лицо Сюй Фэя оставалось невозмутимым, и лишь на тыльной стороне руки, сжимавшей бокал, вздулись вены. Он парировал удар:
— Ты невероятно скучен.
Услышав это, Лу Чжэн улыбнулся еще шире. Он был красив — статный, мужественный, с пронзительным, дерзким нравом. Вот только мрачная жесткость в чертах лица была слишком тяжела: стоило ему перестать улыбаться, как он становился похож на демона из преисподней, пришедшего за чужими душами. Именно поэтому его улыбка казалась столь неотразимой — слишком редкой, слишком драгоценной.
Насмеявшись вдоволь, Лу Чжэн наконец умолк.
Сюй Фэй посмотрел на него.
— Лу Чжэн, я надеюсь, мы больше не увидимся.
Улыбка на лице Лу Чжэна застыла, но он тут же взял себя в руки:
— Насчет этого ручаться нельзя.
— Я больше не хочу тебя видеть, — ровно и спокойно произнес Сюй Фэй, чей голос звучал холодно и отточено, словно у бесчувственного механизма.
Лу Чжэн лениво откинулся на спинку дивана и лишь спустя мгновение снова подал голос:
— А вот я очень хочу увидеть тебя снова.
Сюй Фэй скривил губы, и его светло-серые глаза в тусклом желтом свете заблестели, подобно янтарным родникам, глубоким и не имеющим дна.
— Не лезь ко мне. Мое терпение не безгранично.
Тонкие губы Лу Чжэна слегка изогнулись в дикой, порочной улыбке, а в бокале, зажатом длинными пальцами, заиграли слабые блики.
— Правда? С нетерпением жду, — с издевкой бросил он.
На лице Сюй Фэя не дрогнул ни один мускул.
— Выпито достаточно, мне пора идти.
Лу Чжэн не торопился, всем своим видом показывая полнейшее равнодушие.
— Зачем ты едешь в город Цзянчэн?
Сюй Фэй чуть подался вперед, в упор глядя на мужчину напротив, и уголки его губ тронула презрительная улыбка:
— Что бы я там ни делал, тебя это не касается. Мистер Лу, не забывайте, мы — всего лишь незнакомцы.
Лу Чжэн прищурился.
— А я-то думал, мы уже стали друзьями.
— Мне не по зубам такие друзья, как ты.
Лу Чжэн резко поднялся на ноги, окруженный аурой суровой властности. Широким шагом обогнув разделявший их журнальный столик, он остановился рядом с Сюй Фэем. На того мгновенно накатила волна тяжелого давления. Сюй Фэй качнулся в сторону и услышал голос Лу Чжэна:
— Мне кажется, мы отлично друг другу подойдем.
Сюй Фэй усмехнулся.
— Какое мне до этого дело?
Лу Чжэн крепко схватил его за руку. Сюй Фэй попытался вырваться, но не смог, после чего просто замер. Лу Чжэн сжал его ладонь еще сильнее, а в его голосе зазвучали смех и нескрываемая насмешка:
— Наши тела тоже наверняка будут прекрасно гармонировать друг с другом.
Услышав это, Сюй Фэй едва не задохнулся от смеха.
С ним редко случались подобные проявления потери самообладания; даже когда в прошлой жизни его предали родные и лучшие друзья, он сумел сохранить холоднокровие.
Просто слова этого мужчины звучали слишком нелепо.
Насмеявшись, Сюй Фэй резким движением выдернул руку, посмотрел на стоящего рядом мужчину и чеканно произнес:
— Меня не интересуют мужчины.
Лу Чжэн подался ближе, и его горячее дыхание двусмысленно защекотало Сюй Фэю щеку. Низкий голос, окутанный ореолом обаяния, донесся до него тихим шепотом:
— Рано или поздно заинтересуют.
На этот раз Сюй Фэй не стал отступать назад. Напротив, он прямо встретил чужой взгляд, а его губы искривила насмешливая улыбка:
— Даже если заинтересуют, твоя очередь не настанет.
Взгляд Лу Чжэна сузился, а затем он снова рассмехнулся. В его темных глазах вспыхнули черные искры, и, не давая Сюй Фэю опомниться, он рывком прижал его к дивану. Лишив того малейшей возможности отреагировать, Лу Чжэн навалился сверху, властно и в то же время нежно захватывая его губы.
Поцелуй превратился в истязание, а чужой язык, казалось, обрел собственную волю и нагло втеснился в рот замершего под ним человека. Сюй Фэй забился, пуская в ход и руки, и ноги, но противник с легкостью пресекал любые попытки сопротивления, в конце концов загоняя его в тупик.
Сюй Фэй попытался увернуться, но Лу Чжэн жестко зафиксировал его голову рукой, продолжая бесчинствовать языком во рту и жадно, с расстановкой втягивая каждую доступную ему часть чужих губ. Бурлящие во рту движения чужого языка вызывали у Сюй Фэя удушье, и он со злости сомкнул зубы, прокусив язык наглецу до крови. Он рассчитывал, что тот отпрянет, но не тут-то было: Лу Чжэн стал действовать еще яростнее, с безумным упоением терзая его губы.
Во рту расплылся металлический вкус ржавого железа, и эта ледяная, солоноватая кровь вперемешку с обжигающим жаром постепенно отравила все его чувства.
Когда Лу Чжэн наконец нацеловался, он вытащил язык, но отстраняться не стал — лишь потерся губами о его губы, доводя до исступления:
— Видишь? Ты ведь тоже чувствуешь возбуждение, не так ли?
Сюй Фэй отвернулся и промолчал.
Лу Чжэн подался корпусом вперед, придавив его всем весом, и горячее дыхание обожгло шею Сюй Фэя.
— Сюй Фэй.
— Слезай, — закрыв глаза, холодно бросил Сюй Фэй.
Лу Чжэн приподнялся на локтях, заглядывая в его побледневшее лицо.
— Сюй Фэй.
— Я сказал: катись с меня. — Сюй Фэй по-прежнему не оборачивался, но голос его стал еще ледянее прежнего.
Поняв, что тот разозлился всерьез, Лу Чжэн послушно поднялся на ноги.
Сюй Фэй сел на диване, молча поправляя растрепанную одежду и волосы, затем встал и, не оглядываясь, направился к выходу из кабинета.
— Я ведь могу нанести тебе визит в усадьбе Сюй? — бросил ему в спину Лу Чжэн.
Сюй Фэй обернулся и вдруг усмехнулся:
— Лу Чжэн, неужели ты думаешь, что я ничего не смогу тебе сделать?
С этими словами он вернулся назад, правой рукой подхватил со стола бутылку с сорванной крышкой и резко ударил ее донышком о край стола. Торец тут же превратился в неровное крошево из острых стеклянных осколков. Приблизившись к Лу Чжэну, Сюй Фэй упер опасный, ледяной осколок прямо в сонную артерию мужчины, сохранив при этом мертвенно-холодное, равнодушное выражение лица.
Лу Чжэн бросил взгляд на смертоносное оружие у своей шеи и с прежней невозмутимой улыбкой произнес:
— Сюй Фэй, ты меня не убьешь.
— Да? — с неопределенной интонацией переспросил тот и чуть сильнее надавил на осколки.
С белой изящной шеи тут же закапала кровь, скрываясь за воротником темно-зеленой рубашки.
Выражение лица Лу Чжэна не изменилось. Он внезапно протянул руку, перехватив другую руку Сюй Фэя, а в его голосе послышалась нежность:
— Сюй Фэй, кажется, ты мне нравишься.
Сюй Фэй прищурился. В ту же секунду ему до боли захотелось вогнать эту стеклянную розу до конца.
Однако капля здравого смысла все же осталась: он понимал, что если сегодня убьет этого человека, дело добром не кончится.
К тому же этот противник далеко не простак и терпеливо ждать смерти не станет.
Сюй Фэй убрал бутылку, швырнул ее на соседний диван и, не оглядываясь, зашагал прочь.
Дверь комнаты распахнулась настежь.
Лу Чжэн стоял в лучах тусклого света, а на его губах играла едва уловимая улыбка.
Эта роза по имени Сюй Фэй... когда же он сможет сорвать ее целиком и невредимо, не поранившись о ее шипы?
Когда Сюй Фэй вышел из Ланьгуйфан, на улице вовсю лил дождь — неизвестно, когда он успел начаться.
Слуга со стоянки подогнал машину и с поклоном протянул ключи обеими руками.
Взяв ключи, Сюй Фэй сел за руль и поехал в сторону усадьбы Сюй.
Дворники беспрестанно смахивали капли дождя по сторонам, но лобовое стекло, стоило ему очиститься на секунду, вновь затягивало размытой пеленой. Проехав какое-то расстояние, машина уперлась в глухую пробку посреди дороги — впереди, по слухам, столкнулось несколько автомобилей.
Сюй Фэй откинулся на спинку сиденья, прикрыв глаза в надежде подремать.
В этот момент зазвонил телефон, вызов шел от Е Дуна.
— А-Фэй, ты где?
— Когда ты успел познакомиться с Лу Чжэном? — ровным голосом спросил Сюй Фэй.
Шум ливня за стеклом оглушал, напоминая раскаты весеннего грома, от которых сжималось сердце.
Е Дун помолчал несколько секунд.
— Я и сам познакомился с ним совсем недавно.
Сюй Фэй промолчал.
Тогда Е Дун заговорил снова:
— Сегодня он неожиданно попросил у меня отдельный кабинет в Ланьгуйфан, сказал, что хочет освежить старые знакомства. А вы-то с ним когда успели сойтись? Почему я никогда от тебя об этом не слышал?
— Пересеклись пару раз, — небрежно бросил тот.
— А-Фэй, не связывайся с Лу Чжэном, — в голосе Е Дуна послышался вздох. — Ты, похоже, совсем не знаешь этого человека. Не смотри, что он так молод — методы у него жесткие. Говорят, половина итальянского кожевенного бизнеса принадлежит ему. С такими людьми можно дружить, но ни в коем случае нельзя делать их врагами, иначе сгинешь и не поймешь за что.
Сюй Фэй смотрел в окно. Мигал красный проблесковый маячок на крыше полицейской машины, и от этого мелькания у него заболели глаза.
— Ты его боишься?
Е Дун на удивление серьезно ответил:
— Боюсь. — И тут же добавил: — Помнишь У Лосюаня?
Конечно помнил.
Единственный наследник семьи У, мальчик, которого старейшина У баловал пуще глаза своего, в один миг пал жертвой чьего-то гнева, после чего весь клан У покатился по наклонной.
Сюй Фэй нахмурился.
— Тот человек, которого он обидел, и был Лу Чжэн?
— Угу.
Сюй Фэй протянул руку и откинул со лба прядь волос.
— Я понял. Я за рулем, позже перезвоню.
Не дожидаясь ответа Е Дуна, он сбросил вызов.
Дождь продолжал идти, дорожная ситуация впереди ничуть не улучшилась.
Сюй Фэй сидел в салоне автомобиля и очень тихо, едва слышно вздохнул.
Похоже, к нему действительно привязался человек с весьма серьезным прошлым.
Домой он вернулся уже в десять вечера.
На удивление, никто еще не спал. Когда Сюй Фэй, промокший до нитки, перешагнул порог, в семье Сюй поднялся переполох: кто-то бросился за полотенцем, кто-то понес имбирный чай, все наперебой принялись осыпать его расспросами и проявлять заботу. Фу Ланьсинь, сердце которой сжималось от жалости к сыну, встревоженно запричитала:
— Почему шел под дождем без зонта? А если простудишься, что тогда?
Сюй Фэй взял у слуги полотенце, вытираясь на ходу, и бросил:
— Забыл зонт, ничего страшного.
Сюй Лань стояла чуть в стороне, с тревожным выражением глядя на брата.
Услышав шум, из спальни выбежал Сюй Юй. Увидев превратившегося в мокрую курицу Сюй Фэя, он от удивления широко раскрыл рот:
— Брат, что с тобой?
Сюй Фэй поднял голову на испуганно сбегающего по лестнице Сюй Юя:
— Пустяки, просто забыл зонт.
Выпив имбирный чай, Сюй Фэй отправился к себе отдохнуть.
Ночь выдалась на удивление спокойной, он заснул без задних ног и даже не видел снов.
Проснувшись на следующее утро, Сюй Фэй приготовил для Сюй Юя буклеты двух заранее выбранных школ, предложив ему определиться с выбором.
Полистав бумаги, Сюй Юй остановился на той, что находилась ближе всего к усадьбе Сюй.
Сюй Фэй потрепал его по волосам:
— Возить тебя на занятия и обратно будет личный водитель.
— Я и на автобусе могу доехать.
Сюй Фэй посмотрел на него столь пристальным взглядом, что Сюй Юй смутился и заерзал, после чего старший брат произнес:
— Автобусы не ходят на вершину холма. Вопрос решен.
Сюй Юй хотел было возразить, но, вспомнив что-то, послушно захлопнул рот.
Спустя мгновение он осторожно осведомился:
— Брат, у тебя вчера было плохое настроение?
— Нет, — Сюй Фэй собрал документы, поднялся со стула и вышел из спальни брата.
В семье Сюй завтрак возвели в ранг культа.
Все домочадцы обязаны были являться к столу вовремя, независимо от того, во сколько легли накануне и какие важные дела их ждали.
Спустя столько лет за сегодняшним завтраком семьи Сюй наконец собрались все.
Сюй Сяньчэн занимал главенствующее место, Фу Ланьсинь сидела по левую руку от него, а Сюй Фэй, Сюй Лань и Сюй Юй расположились справа в строгом порядке.
На столе красовалось ассорти из блюд европейской и китайской кухни. Сюй Фэй наполнил пиалу кашей, подвинул Фу Ланьсинь, а затем наложил порцию себе. Не успел он съесть и половины, как Сюй Сяньчэн неожиданно заговорил:
— Сюй Лань, тебе ведь скоро на стажировку?
В университете, где училась Сюй Лань, практика начиналась уже с третьего курса — на целый год раньше, чем в остальных учебных заведениях.
Сюй Лань замерла:
— Да, папа.
— Уже решила, куда пойдешь стажироваться?
Сюй Фэй поднял глаза и заметил, как Сюй Лань потупила взор.
— В группу Хунсэнь.
Сюй Сяньчэн приподнял брови:
— В ту самую Хунсэнь, что выпускает очки?
Сюй Лань явно чувствовала себя неуверенно:
— Да.
Для Сюй Сяньчэня группа Хунсэнь была слишком мелка, он даже не удостаивал ее вниманием.
Будучи вторым молодым господином семьи Сюй, отправляться на стажировку в подобное место — значит ронять собственное достоинство.
Сюй Фэй вовремя вставил слово:
— Почему бы Сюй Лань не пойти в Яншэн?
Стоило ему произнести это, как все сидящие за столом вздрогнули.
— Сюй Лань изучает бизнес-администрирование, и рано или поздно ей придется прийти в Яншэн. Почему бы не начать прямо сейчас? Этот год практики позволит ей накопить бесценный опыт, что пойдет только на пользу в будущем управлении компанией, — небрежно бросил Сюй Фэй.
Брови Сюй Сяньчэна сошлись на переносице.
То, что в конечном итоге Яншэн достанется Сюй Фэю, не подлежало сомнению, но Сюй Лань — тоже его дочь, и оставлять ее за бортом компании выглядело бы по меньшей мере странно.
Однако отправлять Сюй Лань в Яншэн уже сейчас — не слишком ли рано?
Если она закрепится в компании и переманит на свою сторону ключевых топ-менеджеров, в дальнейшем это станет огромной угрозой для Сюй Фэя.
Сюй Сяньчэн никогда не признавался в том, что выделяет старшего сына. По его мнению, лишь по-настоящему талантливый человек достоин признания и высоких постов.
А Сюй Лань, эта тихая с малых лет овечка, явно не входила в число тех, кого он ценил.
Пока Сюй Сяньчэн раздумывал, Сюй Фэй украдкой взглянул на сестру. Она сидела опустив голову, с абсолютно спокойным выражением на лице, однако пальцы, сжимавшие ложку, побелели от избыточного усилия.
Сюй Фэй едва заметно улыбнулся и продолжил невозмутимо хлебать кашу.
В конце концов Сюй Сяньчэн дал согласие на стажировку Сюй Лань в Яншэн, но тут же добавил:
— Начнешь с самых низов. Даже для выходцев из семьи Сюй никаких поблажек не будет.
Сюй Лань поспешно кивнула, заискивающе отзываясь:
— Я все поняла, папа.
Услышав это, неодобрение на лице Сюй Сяньчэна лишь усилилось, и он перевел взгляд на Сюй Фэя:
— Раз уж Сюй Лань отправляется в Яншэн, ты-то когда планируешь туда заглянуть?
Сюй Фэй отложил ложку и легонько промокнул уголки рта салфеткой:
— Об этом мы поговорим позже, папа. У меня есть и другой разговор к тебе.
Сюй Сяньчэн кивнул, действительно больше не возвращаясь к теме Яншэна.
После трапезы Сюй Фэй проследовал за Сюй Сяньчэном в кабинет.
Сюй Фэй только что окончил университет, и хотя Сюй Сяньчэн давно грезил о том, чтобы ввести его в курс дел компании, он прекрасно понимал: если сын чего-то не хочет, заставить его не сможет никто.
Отец и сын сели друг напротив друга. Спустя пару минут Сюй Фэй произнес:
— Я хочу, чтобы Е Цзы переехал в усадьбу Сюй.
— Что?! — Сюй Сяньчэн вытаращил глаза.
Для него Е Цзы был чужаком. Пусть он даже спонсировал его учебу, это вовсе не значило, что тот получил право селиться в его доме.
Заметив его изумление, Сюй Фэй тихо проговорил:
— В доме полно пустых комнат. К тому же наша семья и впрямь невелика, лишний человек придется кстати.
— Дело не в этом, — отмахнулся Сюй Сяньчэн. — Он не член семьи Сюй, с какой стати ему здесь жить?
Услышав это, Сюй Фэй мысленно усмехнулся.
Не член семьи? Е Цзы наверняка еще десяток лет назад пронюхал, чья кровь течет в его жилах, и медлил лишь потому, что не был до конца уверен в победе.
— Папа, мы ведь не фанатики архаичных традиций.
Брови Сюй Сяньчэна сошлись на переносице, он явно противился подобной затее.
Сюй Фэй с невозмутимым видом отпил чаю и продолжил:
— Я просто хочу, чтобы у Сюй Юя появился близкий друг. Мы с Сюй Лань с головой уходим в работу, и оставлять Сюй Юя дома одного мне не хочется.
Сюй Сяньчэн приоткрыл рот, его лицо по-прежнему выражало недовольство, но, видя непреклонность Сюй Фэя, он в конце концов сдался.
Он все меньше и меньше понимал этого сына: лицо вроде бы прежнее, но откуда в нем взялась эта сокрушительная властность? Каждое слово пропитано абсолютной уверенностью, не оставляющей шанса на отказ.
Сюй Сяньчэн посмотрел на него:
— Кем тебе приходится этот Е Цзы?
Сюй Фэй, судя по всему, заранее ожидал подобного вопроса и ответил без запинки:
— Мы с его старшим братом дружили в университете. Позже его брат скончался от болезни и попросил меня приглядеть за ним. Из человеческих соображений я не мог бросить его на произвол судьбы.
— Выделил бы ему денег, и дело с концом, — бросил Сюй Сяньчэн.
Сюй Фэй покачал головой:
— Папа, деньги решают далеко не все, ты же знаешь.
Сюй Сяньчэн плотно сжал губы, тяжело вздохнул и покинул кабинет.
Проводив взглядом захлопнувшуюся дверь, Сюй Фэй поднес чашку к губам, сделал маленький глоток, а его лицо осталось расслабленным и равнодушным.
Выйдя из кабинета, Сюй Фэй заметил ожидавшую его у двери Сюй Лань.
— Старший брат, — мягко позвала она.
Непонятно почему, но от каждого слова Сюй Лань у Сюй Фэя по всему телу пробегали мурашки.
— Спасибо, что заступился за меня, — на лице девушки расцвела жалеющая саму себя улыбка.
Сюй Фэй сухо бросил в ответ:
— Работай усердно и не подводи папиных надежд.
— Угу, я постараюсь.
Бросив на нее мимолетный взгляд, Сюй Фэй зашагал вниз по лестнице.
Уже в холле он обернулся: Сюй Лань по-прежнему стояла на прежнем месте, не сводя с него глаз. Заметив, что он обернулся, она растянула губы в фирменной улыбке второго молодого господина семьи Сюй.
Сюй Фэй чуть тронул уголки губ, после чего уверенно вышел из дома.
Теперь, проживая все заново и глядя на Сюй Лань, он видел, что этот человек — сплошная ходячая пробоина.
Как же он мог столько лет позволять себя одурачивать?
Человек учится на собственных ошибках, верно?
http://bllate.org/book/25290/3015723
Готово:
