Хуа Сяньнянь только что прибыл в этот мир, и перед его глазами предстала тесная однокомнатная квартира. Жилье было крошечным, но на удивление аккуратно прибранным — сразу чувствовалось, что прежний хозяин был человеком с хорошими манерами.
Разобравшись с заданием и общим содержанием сюжета, Хуа Сяньнянь, желая побыстрее покончить с этим делом, в первую очередь подумал о том, чтобы пойти танцевать в тот элитный клуб. И вовсе не ради чего-то другого, а исключительно для того, чтобы подстеречь Оу Ялуня, словно зайца у пня. Память, переданная системой, подсказывала ему, что Оу Ялунь появится в клубе совсем скоро. Разве не было бы потрясающим зрелищем то, как его бывший возлюбленный после полного краха с упрямым упорством выступает на сцене гей-клуба?
Вот только замыслы были грандиозными, а суровая реальность оказалась куда скромнее: не успел Оу Ялунь показаться на горизонте, как танец, в который Хуа Сяньнянь вложил все свои силы, был целиком оценен другим хищником.
Чтобы помочь Бессмертному Исполнителю Мечтаний успешно справиться с заданием, система разработала множество чит-функций. Например, мгновенное освоение добровольцем какого-либо навыка или гипноз других персонажей книги ради достижения цели.
Тот самый танец на пилоне Хуа Сяньнянь исполнял как раз благодаря функции обучения навыкам. Он вовсю наслаждался процессом, как вдруг дорогу ему преградила высокая, крепкая фигура, и его, не говоря ни слова, подхватили на руки, унесли из клуба и увезли в неизвестном направлении.
Хуа Сяньнянь застыл с совершенно ошеломленным выражением лица, а в его голове раздался бесстрастный голос системы:
— Господин Хуа Сяньнянь, этого человека зовут Лю Вэньлунь, он — глава корпорации Лю. Сюжет развивается непрерывно и динамично, малейшее изменение повлияет на все развитие событий. Ну что ж, посмотрим, как вы теперь выкрутитесь.
— Тот самый Лю Вэньлунь из кинокомпании Медиагруппа Лю? Тогда почему бы тебе не применить функцию гипноза?
— Именно он. Увы, я только что попытался с помощью гипноза заставить его вернуть вас обратно, но гипноз, напротив, дал обратный эффект. Мозговые волны этого человека вошли в состояние замкнутого цикла, и теперь он потерял рассудок — он хочет лишь отвезти вас домой. Сы Нянь, держитесь.
Хуа Сяньнянь мысленно выругался:
— Послушай, система, сбои в работе я видал, но чтобы кто-то с таким невозмутимым видом заявлял об ошибке — с этим я сталкиваюсь впервые. Судя по всему, меня вот-вот собираются грубо растоптать, раз ты не можешь использовать гипноз, так хотя бы временно вытащи мою душу из этого тела!
Пейзажи за окнами машины проносились в мгновение ока. В салоне стояла мертвая тишина — не было слышно даже свиста рассекаемого воздуха, только ровное дыхание. Стоило признать, хорошая машина, звукоизоляция просто великолепна. Хуа Сяньнянь попытался вырваться из объятий Лю Вэньлуня, но обнаружил, что руки мужчины, казалось бы, обнимавшие его мягко, на деле были невероятно сильными — они намертво сковали его, лишив всякой возможности пошевелиться.
— Мне очень жаль, господин Хуа Сяньнянь, но, вселившись в тело Обиженного, вы сами становитесь Обиженным. Вы разделяете чувства Обиженного и принимаете его страдания. Вы не сможете покинуть его тело до тех пор, пока задание не будет выполнено или провалено.
— ……
Ох ты ж господи, как же сильно хотелось выругаться! Но приходилось сохранять улыбку — в конце концов, я же Хуа Сяньнянь, мастер императорского ранга с Континента Хуаньтянь, обладающий истинным достоинством.
Лю Вэньлунь всю дорогу хранил молчание, лишь прямо сидел на заднем сиденье, прижимая к себе Хуа Сяньняня, пока они не добрались до квартиры.
Стоило машине остановиться, как Лю Вэньлунь подхватил Хуа Сяньняня на руки, широким шагом поднялся на второй этаж в спальню и с размаху бросил его на кровать, навалившись сверху всем своим тяжелым телом.
Неужели я, великий мастер императорского ранга с Континента Хуаньтянь, этот благородный, холодный и неприступный цветок с вершин вековых гор, сегодня вечером буду кем-то безжалостно растоптан? Пусть это тело и не мое, но ведь сейчас его душой чувствую именно я, Хуа Сяньнянь, и как прикажете сводить этот баланс? Он несет колоссальные убытки!
Пока Хуа Сяньнянь предавался внутренним возмущениям, он вдруг заметил, что только что мощное и сильное тело внезапно замерло без движения.
Выждав несколько секунд и убедившись, что Лю Вэньлунь по-прежнему не подает признаков жизни, Хуа Сяньнянь с усилием оттолкнул его.
Лю Вэньлунь безвольно раскинулся на спине, неподвижно лежа на кровати, а на его лице все еще красовалась черная карнавальная маска, которую он так и не успел снять. Рельефные, крепкие мускулы угадывались под распахнутой рубашкой, а руки и ноги были широко раскинуты — настоящий вид из серии берите меня, я весь ваш.
Кто-нибудь может объяснить ему, что здесь вообще происходит? Главные герои драмы о насилии над невинной жертвой внезапно поменялись местами?
Поскольку Хуа Сяньнянь переместился в книгу, сюжет в его голове существовал лишь в виде печатного текста. Описанию внешности Лю Вэньлуня первоначальный автор почти не уделил внимания, лишь вскользь обронив фразу: это был мужчина с невероятно подавляющим присутствием, и не более того.
Лю Вэньлунь доводился дядей Цяо Фэю, преследовавшему Оу Ялуня. Он в одиночку управлял колоссальной корпорацией Лю со бесчисленными производственными цепочками, охватывавшими самые разные сферы — мужчиной, в чьих руках находилась экономическая жизнь этого города. И вот теперь Хуа Сяньняню стало ужасно любопытно, как же выглядит этот стоящий на вершине делового мира человек?
Раз уж решение созрело, Хуа Сяньнянь не стал долго раздумывать и протянул руку, чтобы снять с лица Лю Вэньлуня маску.
В тот же миг его взору предстало поразительно красивое лицо, внезапно и без предупреждения врезавшееся в поле зрения. Хуа Сяньнянь сглотнул в пересохшем горле и тихо рассмеялся:
— Ох ты ж боже мой, да тут просто безупречная красота.
Система тут же подала голос:
— Господин Хуа, этот человек только что выбился из сил, сопротивляясь гипнозу, и потерял сознание от истощения. Что ж, раз он отключился, вам лучше воспользоваться моментом и уйти. В конце концов, вас ведь едва не растоптали пару минут назад?
— Нет-нет-нет, теперь я хочу растоптать его сам.
— ……
Хотя он всегда предпочитал мужчин, за сотню лет жизни на Континенте Хуаньтянь ему так и не выпало шанса прикоснуться к столь безупречному экземпляру. Мужчина, столь привлекательный и харизматичный даже в бесчувственном состоянии — такое редко встретишь даже на Континенте Хуаньтянь. Раз уж выдалась возможность, упустить ее было бы непростительно, иначе он просто оскорбил бы столь любезно отключившегося партнера...
Хуа Сяньнянь с ухмылкой утер воображаемую слюну и протянул руку, через ткань рубашки ощупывая скрытые под ней крепкие мускулы Лю Вэньлуня, чуть ли не пуская слезу от умиления. Он вовсю увлекся этим трепещущим занятием, как вдруг лежавший перед ним человек резко распахнул глаза, не оставив ему и малейшего времени на реакцию.
Они уставились друг на друга. Лю Вэньлунь посмотрел на собственную наполовину расстегнутую рубашку, а затем перевел взгляд на Хуа Сяньняня, чьи пальцы все еще застыли на его пуговицах.
Лю Вэньлунь:
— ……
Хуа Сяньнянь:
— ……
Лю Вэньлунь потер виски. Он помнил лишь, как вышел на сцену, единым рывком затащил Хуа Сяньняня в машину и велел водителю гнать прочь. Лишь когда рассудок вернулся к нему, Лю Вэньлунь осознал, что уже привез Хуа Сяньняня домой и даже затащил в спальню.
Юноша все еще был в том самом костюме с кошачьими ушками, на его глазах блестели слезы, а упрямое выражение лица выдавало желание угодить хозяину. Он неловко гладил его по груди, явно испытывая отвращение до глубины души, но при этом выдавливал из себя улыбку.
Лю Вэньлунь на мгновение замер, а затем оттолкнул Хуа Сяньняня:
— Прекрати. Не нужно себя насиловать.
— *Нет, ни капли не насилую, дай мне потрогать еще.*
— Прости, кажется, я сошел с ума. Я даже не помню, как привез тебя сюда.
— *Умоляю, умоляю, продолжай сходить с ума дальше!*
— Неужели близость со мной настолько мучительна? Ты чуть не плачешь.
— Я совсем тебя не знаю, разве может быть иначе? — *О нет, поверь мне, это слезы чистейшего восторга и возбуждения.*
Лю Вэньлунь раздраженно бросил:
— Раз уж ты работаешь в таком месте, должен был заранее морально подготовиться к прикосновениям незнакомых мужчин.
— Я тебе не шлюха из эскорта, моя работа — танцевать, я никогда не думал торговать собой! — *Если этот незнакомец — ты, я более чем согласен!*
Заметив на лице Хуа Сяньняня выражение невинной обиды и беззащитности, Лю Вэньлунь сдавленно выругался, поднялся с кровати и откинул назад прядь волос, источая дикий аромат первобытных мужских феромонов:
— Прости, я потерял контроль. Вставай, я отвезу тебя домой.
— Не нужно, спасибо, я сам дойду. — *Только не это, позволь мне остаться у тебя, ну же, схвати меня за руку и не отпускай!*
Система прокомментировала:
— *Сколько же у него внутренних монологов... Эка невидаль, раз уж так хочется остаться — предоставь это мне.*
Хуа Сяньнянь как раз оживленно беседовал с Лю Вэньлунем, когда система неожиданно вклинилась в разговор. Не успел Хуа Сяньнянь сообразить, что это значит, как в глазах у него потемнело, и он потерял сознание.
Когда Хуа Сяньнянь очнулся от беспамятства, он обнаружил, что на нем больше нет того костюма с кошачьими ушками — его заменила невесомая шелковая пижама. Сам же он покоился в чьих-то широких и надежных объятиях, а прямо над ухом раздавалось шуршание перекладываемых страниц.
Заметив, что Хуа Сяньнянь очнулся, Лю Вэньлунь опустил взгляд:
— Проснулся?
Лицо Хуа Сяньняня мгновенно побелело:
— Что ты со мной сделал? — *Зачем же делать что-то, пока я без сознания, вся суть ведь в том, чтобы чувствовать всё вживую!*
— Расслабься, ты слишком напряжен. Я еще не дошел до того, чтобы силой принуждать человека.
— *Насчет принуждения — я совсем не против!*
— Просто принял душ и переодел тебя, чтобы тебе спалось комфортнее. Я вызывал личного врача: из-за затяжного нервного напряжения и недоедания ты просто вырубился, так что тебе нужно было выспаться и отдохнуть. Правда, спал ты на редкость долго — целых двое суток и две ночи, — Лю Вэньлунь похлопал Хуа Сяньняня по спине, успокаивая его, как котенка, и с легкой улыбкой продолжил: — Храпел напропалую и пускал слюни. Ну вылитый беспечный котенок.
Хуа Сяньнянь:
— …… *Система, вылазь, объясняйся.*
Система:
— *Помощь добровольцу в исполнении желаний в процессе выполнения задания — неотъемлемое право и обязанность любой системы. Вы же хотели остаться, вот я и выложился по полной, чтобы помочь.*
Хуа Сяньнянь:
— *Ладно, проваливай.*
— Му Сянди, ты все еще хочешь продолжать играть?
Хуа Сяньнянь затаил дыхание:
— ??! Я, я вовсе не играл с тобой в игры.
Лю Вэньлунь потер переносицу:
— Я не о том. Я об актерстве. Ты по-прежнему хочешь быть актером, а не исполнять похабные танцы на потребу публики в каких-то сомнительных клубах, где с тобой обращаются как с живой куклой? Му Сянди, вчерашняя встреча выдалась неловкой, давай познакомимся заново. Меня зовут Лю Вэньлунь, доводилось ли тебе слышать это имя?
— Лю Вэньлунь, глава кинокомпании Медиагруппа Лю?
Лю Вэньлунь с улыбкой кивнул:
— Да, это я. Раз ты знаешь меня, то должен понимать и мои возможности. И теперь я спрашиваю тебя: хочешь ли ты снова сниматься в кино? В качестве артиста моей Медиагруппы Лю.
— Но я... ты же проверял мое досье и должен знать обо всем, что было раньше. Шоу-бизнес не ждет меня с распростертыми объятиями.
— Ха, этот шоу-бизнес еще не настолько прогнил, чтобы им правили лишь грязные слухи. Вся та четырех- или пятилетняя грязь уже давно никого не волнует. Если я, Лю Вэньлунь, говорю, что Му Сянди может играть, значит, он будет играть.
— Ты веришь мне?
— Разве у кого-то есть способность к черной магии? Я навел справки и выяснил, чем именно ты занимался в то время, о котором говорил тот эскортник. До чего же жутки эти слухи, и до чего же глуп народ! В вакханалии сплетен толпа охотнее верит в развязку, которую удобно смаковать за вечерним чаем — таков уж этот шоу-бизнес. Когда ты был на пике популярности, за тобой по пятам ходили папарацци, твоя жизнь проходила на съемочных площадках — откуда у тебя вообще взялось столько времени, чтобы растрачивать его по ночным клубам?
В собранном Лю Вэньлунем досье содержалась не только правда о тех событиях, но и вся жизнь Му Сянди за последние годы.
После случившегося родители выгнали Му Сянди из дома; теперь они полностью сосредоточились на младшем сыне и наотрез отказывались принимать сына, запятнавшего их семейную честь.
Без гроша в кармане, без поддержки, с разрушенной карьерой — этот жалкий, беспомощный юноша перед ним уже давно лишился абсолютно всего.
Бывшей звезде невероятно трудно вновь влиться в обычную жизнь: сколько бы новых попыток он ни предпринимал, всегда найдется тот, кто узнает его и вытащит наружу грязную историю с неприглядными слухами. Любой встречный почитал за долг осудить его, каждый норовил вытереть о него ноги и использовать в своих целях — так и выглядела жизнь Му Сянди все эти годы.
Лю Вэньлунь прекрасно понимал, почему он выбрал работу в элитном клубе: по крайней мере, там внимание и мысли посетителей были сосредоточены на алкоголе и разврате, а не на чужом прошлом.
Хуа Сяньнянь бросился в объятия Лю Вэньлуня, его руки едва касались живота мужчины, а в глазах стояли слезы:
— Я хочу играть, я во сне вижу возвращение в шоу-бизнес, неужели вы действительно можете мне помочь?
Видя взволнованное лицо Хуа Сяньняня и ощущая его ненавязчивые ласки, Лю Вэньлунь сглотнул слюну и продолжил:
— Я могу помочь, но я бизнесмен, а бизнесмены никогда не работают в убыток. Вытащить тебя на вершину популярности по всей стране не составит труда, но взамен тебе придется кое за что заплатить. Эта цена покажется тебе очень простой, — длинные пальцы Лю Вэньлуня перехватили руку Хуа Сяньняня и направили ее к своему животу, целясь точно в цель. — Ты нужен мне. Если ты согласишься являться по первому зову всякий раз, когда я захочу тебя, я немедленно отвезу тебя в Медиагруппу Лю для подписания контракта.
Хуа Сяньнянь смущенно потупился, но ничего не ответил.
— *Внешность на зависть, достоинство на высоте, просто идеальный мужчина! Ужасно хочется согласиться! Но благородный джентельмен обязан соблюдать приличия, в конце концов, я же Хуа Сяньнянь, мастер императорского ранга с Континента Хуаньтянь.*
Не дождавшись ответа, Лю Вэньлунь добавил:
— Тебе не стоит стыдиться этого. Просто запомни: хочешь преуспеть — будь готов чем-то пожертвовать. Ты же смог переступить через себя и танцевать стриптиз в том гадюшнике, неужели тебя пугает что-то еще?
Лю Вэньлунь легко перевернулся, прижав Хуа Сяньняня к постели, и заскользил рукой по его спине:
— Если тебе претит сама мысль, считай, что это я, Лю Вэньлунь, взял тебя силой. Если от этого тебе станет легче, думай как пожелаешь. Быть оскверненным толпой подонков или отдаться всего одному негодяю — ты прекрасно понимаешь разницу. Если в будущем правда всплывет наружу, ты всегда сможешь заявить общественности, что я принудил тебя. В таком случае я открыто подтвержу твои слова и не стану молчаливо отсиживаться в тени, превращая тебя в обрушенную стену, о которую каждый норовит вытереть ноги. Всего пять лет. Пять лет ты принадлежишь мне, а взамен я верну тебя в шоу-бизнес и подниму на недосягаемую для других высоту.
Человек под ним долго молчал, но наконец выдавил сквозь зубы:
— Лишь бы вернуться в шоу-бизнес, я согласен на всё. — *Ну наконец-то прелюдия закончилась, неужели ты соизволил приступить? Я ждал целую вечность! Не церемонись, давай быстрее!*
На огромной кровати развернулась бурная буря... Лю Вэньлунь, словно неутомимый воин, с неиссякаемой энергией захватывал одну крепость за другой, оставляя на теле Хуа Сяньняня одно клеймо за другим, принадлежавшее только ему...
Ночь была бесконечной, окутанной зыбкой дымкой...
После того дня Хуа Сяньнянь получил извещение об увольнении из клуба, и в тот же самый момент ему пришло приглашение от кинокомпании Медиагруппа Лю. Подписание контракта прошло гладко, он стремительно стал штатным артистом Медиагруппы Лю, а для сцены решил использовать свое собственное имя в качестве сценического псевдонима возрожденного Му Сянди.
http://bllate.org/book/25272/3014167
Готово:
