Четвертая глава. Участие в шоу
За обеденным столом Чи Юань помешивала в пиале рыбный суп с овсянкой и поглядывала на двух сидевших напротив женщин.
Чи Шуанчжи сидела рядом с Цзян Цы и с ласковой улыбкой интересовалась ее делами. Перед Цзян Цы стоял стол, уставленный самыми разнообразными блюдами: тут были и крошечные сяолунбао, и сдобные булочки с сыром, и суп из красной фасоли, и многое другое.
— Малышка Цы, если чего-то захочешь, просто скажи матушке У, пусть она тебе приготовит.
— Раз уж приехала в наш дом, поживи здесь пару месяцев, не спеши возвращаться. Если появятся дела, попроси Чи Юаня отвезти тебя на машине. Знаю, что ты занята работой, но о здоровье тоже нужно заботиться.
Цзян Цы с самого начала держалась скромно и учтиво: она поблагодарила мать Чи, а заодно отвесила комплимент:
— Это жемчужное ожерелье так вам к лицу. Когда я увидела его на аукционе, то сразу подумала, что оно идеально подчеркнет ваше благородство. Жемчуг по-настоящему оживает, только когда его носит человек.
Чи Юань невольно фыркнула. От этой сценки материнской заботы и дочерней сыновней почтительности непосвященный мог бы подумать, что именно Цзян Цы — любимая золотая дочурка семьи Чи.
Чи Шуанчжи перевела взгляд на Чи Юаня:
— Чего фыркаешь? Ты уже всю кашу в своей пиале расковыряла, манеры за столом совсем растеряла, собаки сгрызли.
И это ее родная мать? Да у нее явно два лица!
Чи Юань мысленно поставила поминальную свечку прежней хозяйке тела.
В романе Чи Шуанчжи была, пожалуй, единственной, кто искренне радовался браку Чи Юань и Цзян Цы. Под ее «чутким» руководством Чи Юань, как бы ни сопротивлялась, все равно была вынуждена скрипя зубами жениться на этой девушке.
— Раз уж привела человека в дом, даже не думай выгонять! Если не будешь как следует ухаживать за Цзян Цы, смотри, я заморожу твои карточки!
Чи Юань нахмурилась, скользнув взглядом по тонким, изящным белым щиколоткам Цзян Цы:
— У нее что, ног нет?
А в мыслях крутилось другое: «Я ведь вовсе не хочу проводить вторую половину жизни, полной неопределенности, рядом с этой улыбчивой тигрицей! Вдруг она в один прекрасный день затаит обиду, вспомнит все прошлые издевательства и оскорбления от прежней Чи Юань, и мне конец?»
В день свадьбы именно мать Чи тащила Чи Юань за ухо по всей дорожке к алтарю. И заявление о том, что Цзян Цы не пустят на порог семьи Чи и на шаг, прозвучало тогда же.
Мать, лежавшая в больнице, из-за травли злобных хейтеров в сети не вынесла бесконечных преследований и шагнула вниз из окна.
«Система, система, если я успешно спасу злодейку и выполню задание, мы сможем развестись?»
Цзян Цы протянула руки:
— Ноги болят, не хочу идти, неси меня на ручках.
— Чего тебе?
Брак между семьей Цзян и семьей Чи завязался еще тогда, когда матери обеих девушек были беременны и в шутку договорились о помолвке будущих детей.
Это крепко держало Чи Юань за горло, не оставляя ей шансов на сопротивление.
Система ответила:
— Можешь попробовать.
Тут же в сознании всплыло ненавязчивое предупреждение от Системы:
«Уважаемый хозяин, обратите внимание: смягчение сердца злодейки и наставление ее на путь истинный — тоже часть задачи по спасению».
Чи Юань мысленно взвыла: «...Мне что, зачитать ей прямо здесь наизусть правила социалистического общежития и уголовный кодекс?!»
Система успокоила:
— Цзян Цы ведь не по-настоящему любит тебя. Как только она вернет себе былое влияние и поднимется на ноги, вы мирно разойдетесь в разные стороны — делов-то.
Цзян Цы встала на официальный путь мести и темного преображения: она расправилась с Чи Юань, отправила зачинщицу всех бед Цзян Вань в глухие горные леса и заставила главную героиню романа буквально вырезать собственное сердце, чтобы спасти человека. Разве это не безумие чистой воды?
Глядя на улыбающуюся Цзян Цы, протягивающую к ней руки, Чи Юань отчетливо понимала: ее собственный жизненный путь становится всё уже и уже.
*
Как только закончился завтрак, Чи Шуанчжи засобиралась на работу и перед уходом строго наказала Чи Юань как следует заботиться о Цзян Цы.
Словно не замечая кислого выражения лица Чи Юань, Цзян Цы капризно приподняла руки:
— Отнеси меня наверх.
Побег и развод — вот единственно верный путь!
Позже обе девушки прошли вторую гендерную дифференциацию: одна стала альфой, другая — омегой, причем их совместимость составляла целых восемьдесят процентов. Обе семьи в порыве энтузиазма решили, что это знак судьбы, и без долгих раздумий скрепили детскую помолвку.
В оригинальном сюжете план Чи Юань подсыпать снотворное и сделать компрометирующие фото увенчался успехом. Цзян Цы была полностью опозорена, лишилась всего и превратилась в мишень для травли во всем шоу-бизнесе. Как бы она ни оправдывалась, ярлыки легкомысленной тусовщицы и любительницы разгульной жизни намертво прилипли к ней, и смыть их было уже невозможно.
Чи Юань собралась с духом и попыталась выдержать ее взгляд, но в конце концов сдалась под натиском этих озерных, полных влаги глаз. Женская красота способна сбить с толку — почему на ее пути попалась именно эта писаная красавица, которая идеально совпадала со всеми ее эстетическими вкусами, но при этом была сплошь усыпана колючками?
Хочется попробовать, но нельзя, да вдобавок она постоянно дразнит!
Позже обе семьи прошли вторую гендерную дифференциацию: одна стала альфой, другая — омегой, причем их совместимость составляла целых восемьдесят процентов. Обе семьи в порыве энтузиазма решили, что это знак судьбы, и без долгих раздумий скрепили детскую помолвку.
В оригинальном сюжете план Чи Юань подсыпать снотворное и сделать компрометирующие фото увенчался успехом. Цзян Цы была полностью опозорена, лишилась всего и превратилась в мишень для травли во всем шоу-бизнесе. Как бы она ни оправдывалась, ярлыки легкомысленной тусовщицы и любительницы разгульной жизни намертво прилипли к ней, и смыть их было уже невозможно.
Знакомый жест: подхватив Цзян Цы на руки, Чи Юань уложила ее подбородок себе на плечо. Ее взгляд случайно скользнул по покрасневшим мочкам ушей Чи Юань, улыбка на лице постепенно исчезла, а в глубине глаз мелькнул холодный и мрачный отсвет.
На втором этаже виллы раскинулся просторный сад на террасе. Донеся девушку до плетеных кресел под большим зонтом, Чи Юань тут же отдернула руки, словно обожглась, и отвернулась.
Цзян Цы подперла подбородок рукой, находя эту сцену донельзя забавной. Ходили слухи, что Чи Юань славится бурной личной жизнью и меняет женщин как перчатки, а число ее бывших любовниц тянется на несколько кварталов.
Но судя по сегодняшнему дню, откуда в ней столько наивной чистоты?..
И еще эта простодушная неуклюжесть — поистине удобный инструмент для манипуляций.
Цзян Цы собиралась продолжить игру, но тут в кармане зазвонил телефон. На экране высветилось имя — ее личный агент и помощница Сяо Юй.
Сегодня стояла прекрасная погода, в саду вовсю цвели самые разные цветы, и насыщенный, пропитанный знойным теплом аромат густым облаком накрывал обеих. Среди этого буйства запахов Чи Юань отчетливо уловила примесь свежего, чуть терпкого цитрусового аромата зеленого лимона.
До боли знакомый запах. Кажется, где-то раньше она уже вдыхала нечто подобное... Нет, то был еще более освежающий, сочный и сладкий аромат, от которого так и тянуло откусить еще кусочек.
Цзян Цы сбросила вызов и увидела, что Чи Юань стоит перед небольшим декоративным лимонным деревцем и принюхивается. Ее нефритово-белые пальцы легко скользнули по зелено-желтой кожице плода, и на едва розовеющих ногтях осталась капелька терпкого сока, словно желавшая выжать из лимона еще больше...
— Чи Юань, — с недовольным выражением лица прервала ее Цзян Цы.
Чи Юань разжала пальцы, с усилием отпустив лимон, и повернулась к ней. Мягкий солнечный свет падал на ее высокий нос, черты лица были яркими и выразительными — такая внешность легко могла считаться эталонной даже в мире шоу-бизнеса. Пухлые губы, напоминающие спелые черешни, так и манили нарушить запрет.
В отличие от природной фарфоровой бледности Цзян Цы, кожа Чи Юань отливала здоровым розоватым светом. От солнечных лучей ее щеки слегка раскраснелись, придавая ей еще более чарующий и милый вид.
Цзян Цы на секунду замерла, но тут же пришла в себя и хлопнула ладонью по сиденью рядом:
— Подойди, поговорим.
Поговорить? О чем?
В голове Чи Юань забили тревожные колокола, но она все же нехотя приблизилась и опустилась рядом с Цзян Цы, гадая, что у той на уме.
Цзян Цы чувствовала себя этакой искусительницей наивных душ:
— Расскажи... как вы познакомились с Цзян Вань?
— С Цзян Вань? — Чи Юань испуганно подумала, что Цзян Цы снова возвращается к ночным подозрениям. Ее глаза забегали, она вытянула ноги перед собой, и носки ее туфель нервно стукались друг о друга. Какую сторону ни возьми — сплошная растерянность и вина.
— Мне просто любопытно, как можно умудриться влюбиться в такую бешеную собаку, — Цзян Цы потрясла телефоном, ее голос звучал предельно раздраженно. — Просто... от нее невозможно отделаться, прицепилась как банный лист.
Сяо Юй звонила, чтобы согласовать график съемок. Для развлекательного шоу Деревня персиков и слив на телеканале Шаньчжу уже назначили съемочные дни на послезавтра, но в первоначальном списке гостей внезапно появилась новая фамилия — начинающая актриса Цзян Вань.
— Цзян Вань вытворяет подобное далеко не впервые. На какое шоу ни пойду я — она тут же лезет туда же, в любой проект, где я снимаюсь, она стремится пробиться. Теперь вот решила отнять у меня мою женщину. Неужели я, законная пара, не имею права разузнать побольше об этой подстилке?
Услышав тираду Цзян Цы, Чи Юань была готова хлопать в ладоши и кричать браво. До чего же верно сказано! Она и сама уже давно подозревала, что у главной героини не все дома: среди такого количества актрис в шоу-бизнесе той приспичило портить жизнь исключительно Цзян Цы, методично доводя ее до состояния озлобленной злодейки.
Система тут же подала голос:
«Обнаружено, что главная героиня собирается участвовать в том же шоу, что и злодейка. Хозяин, пожалуйста, примите меры и спасите злодейку».
От этого бомбардировочного напоминания Системы Чи Юань принялась тереть уши, чувствуя, как начинает раскалываться голова.
Она вкратце рассказала Цзян Цы всю историю их знакомства с Цзян Вань и сто раз пообещала, что давно заблокировала эту особу и больше никогда не будет с ней общаться.
Цзян Цы слушала с огромным интересом, а в конце даже с легким сожалением подвела итог:
— Зачем блокировать, какая жалость. Цзян Вань собой хороша, в самый раз тебе в пару.
Чи Юань мысленно вздохнула: «...Похоже, она меня сейчас тонко оскорбила».
— Но у нее же ужасный характер, никакой доброты, — тут же нашлась Чи Юань. — По-моему, человеку нужно оставаться позитивным и светлым. Всякие там подстроенные автокатастрофы или вывоз людей в дикие горы — нарушать закон категорически нельзя!
В ее словах сквозила житейская мудрость, каждое предложение звучало как завет.
Вот только говорящий вкладывал смысл, а слушающий улавливал лишь поверхность. Цзян Цы слушала это бормотание про уголовный кодекс с улыбкой, в которой не было и тени веселья:
— Не знала, что ты у нас такая правильная (простофиля).
Цель на сегодня — наставить человека на путь добра — можно считать выполненной. Почувствовав себя спасительницей заблудших душ, Чи Юань радостно приняла этот комплимент:
— Конечно! Кто же виноват, что ты раньше меня толком не знала.
Цзян Цы про себя лишь горько усмехнулась: как раз потому, что она узнала ее раньше, ей и казалось невероятным, насколько глупой может быть эта девчонка. Стоило кому-то поманить пальцем — и она сломя голову неслась навстречу, делала всё, что прикажут, и даже на предложение подстроить аварию и сделать фото согласилась без малейших сомнений.
И как у такой проницательной и деловой женщины, как Чи Шуанчжи, выросла этакая наивная простофиля?
Семье Чи конец.
Чи Юань, еще не подозревавшая, что ее уже мысленно записали в ряды простофиль, продолжала радоваться тому, что ее образ благородного человека в глазах Цзян Цы стал еще выше.
Ничего, дорогая злодейка, твоя любящая жена непременно вытащит тебя из пучины бед!
*
Уложив задремавшую Цзян Цы спать в спальне, Чи Юань крадется направилась в ванную комнату и принялась набирать номер.
— Алло, сестрица Чи, у нас намечается новое застолье?
— Не застолье, Цяньцянь. Скажи, шоу Деревня персиков и слив случайно не ваша компания организует?
— Деревня персиков и слив... Хм, кажется, есть такое на примете, съемки вроде со дня на день начинаются. Что, сестрица Чи, хочешь вложиться?
Сяо Цяньцянь и Чи Юань были давними закадычными подружками. Стоило одной найти какое-нибудь развлечение или вкусную еду, как она тут же звала другую. Однако на фоне Чи Юань — законченной бездельницы и мажорки — Сяо Цяньцянь являла собой образец настоящего президента корпорации: под ее началом успешно работало несколько развлекательных агентств.
В будущем ей предстояло унаследовать семейную бизнес-империю Сяо.
Проще говоря, это был тот самый золотой ребенок из высшего света, любимец фортуны и будущая звезда делового мира.
Чи Юань ответила:
— Инвестировать не планирую, просто в последнее время слишком много свободного времени, хочу заскочить на это шоу ради развлечения. Сможешь пристроить меня туда?
Сяо Цяньцянь рассмеялась в трубку:
— Подруга, ты решила податься на шоу? Деньги карман жгут, раз тебя потянуло в шоу-бизнес?
— Да нет, просто так, развеяться и расслабиться.
Сяо Цяньцянь не поверила ни единому слову, чувствуя здесь подвох. Поразмыслив пару секунд, она внезапно произнесла:
— Погоди-ка, Деревня персиков и слив... Вроде бы именно туда рвалась Цзян Вань, и Цзян Цы ведь тоже там участвует.
Стоп, — в голосе Чи Юань прорезалось удивление. — Что значит «Цзян Вань рвалась»?
Сяо Цяньцянь удивилась:
— Разве ты не знаешь? Буквально вчера вечером Цзян Вань позвонила мне и закатила истерику, требуя отправить ее на это шоу, потому что там будет Цзян Цы.
— И ты согласилась?!
— Конечно! Разве она не твоя пассия? Конечно, я должна была сделать ей такое одолжение. Цзян Вань к тебе неравнодушна, раз уж при упоминании Цзян Цы ее так перекосило от ревности. Наверняка прет на это шоу прямо за ней.
— Устроить Цзян Цы хорошую головоломку — разве не этого ты добивалась?
Вот те на! Источник всех бед кроется, оказывается, здесь. Как она могла забыть: ведь именно Сяо Цяньцянь в свое время познакомила ее с Цзян Вань!
Чи Юань массировала виски, изо всех сил стараясь не упасть в обморок от злости: «Большое спасибо тебе за оказанную услугу!»
— Любовница и жена на одной арене масштабных страстей — неужели тебе, главному участнику, не хочется взглянуть на это шоу? Ладно, дело решенное, послезавтра сможешь заходить на площадку.
Чи Юань шумно выдохнула:
— За это спасибо. Но я должна кое в чем признаться: мы с Цзян Вань больше не состоим ни в каких отношениях. Она далеко не ангел, так что если встретишь ее, держись подальше и не позволяй втянуть себя в какую-нибудь авантюру.
Услышав короткие гудки в трубке, Сяо Цяньцянь осталась в полном недоумении.
Что такое? Они снова расстались?
Ничего страшного, подруга, в следующий раз я познакомлю тебя с кем-нибудь покладистее!
Положив трубку, Чи Юань почувствовала себя смертельно уставшей, но в этот момент в ее голове раздалась череда резких предупреждающих сигналов.
Система отрапортовала:
«Обнаружено вторжение неизвестной силы! Автоматическая система защиты принудительно активирована!»
«Обнаружено нарушение структуры данных, принудительное отключение Системы».
«Обнаружено нарушение структуры данных, принудительное отключение Системы».
Раздался резкий щелчок — и аварийные сигналы вместе с механическим голосом смолкли одновременно.
От автора:
Чи Юань: Главная героиня и злодейка используют меня как инструмент, какая же я несчастная.
Обе системы не подозревали о существовании друг друга, но взаимно создавали помехи.
http://bllate.org/book/25233/3007873
Готово:
