Оба увлечённо болтали, но второй несчастный по жизни дурень Юй Хуэй страшно скучал, а потому перевёл взгляд на выглядевшего точно так же бездельничающего котёнка.
— Кис-кис, — Юй Хуэй поманил его пальцем. — Кис-кис-кис.
Вэнь Тянь: «………… Говори по-человечески!»
— Иди сюда, — Юй Хуэй состроил умильную физиономию, и Вэнь Тянь, немного подумав, сжалился и направился к нему.
Громоздкий кроличий костюм сильно замедлял его, и на преодоление каких-то пары метров ушло добрых две минуты. Длинные заячьи ушки забавно покачивались, выглядя так соблазнительно, что так и тянуло за них подёргать.
Из жалости к низкоуровневому злодею Вэнь Тянь подошёл к Юй Хуэю, уселся перед ним и невозмутимо уставился на него, желая посмотреть, что тот учудит.
В следующее мгновение Юй Хуэй протянул левую руку и воодушевленно предложил:
— Давай пожмём лапы?
Вэнь Тянь: «???»
Ты со мной как с собакой обращаешься?
Неудивительно, что в роли злодеев тебе достаются лишь самые ничтожные пешки.
Стоило Юй Хуэю умолкнуть, как болтавшие до этого двое тоже замолчали и повернулись в их сторону.
Под всеобщими взглядами маленький котёнок с дёргающимся уголочком рта встретился с Юй Хуэем глазами — в его круглых кошачьих зрачках читалось абсолютное нежелание этого делать!
И всё же, продержавшись в оцепенении полминуты, Вэнь Тянь поднял собственную лапку и легонько положил её на ладонь Юй Хуэя.
Он просто не мог устоять перед тем прямым и искренним взглядом.
Подумать только: откровенно простодушный и глуповатый парень, окажись он в рядах главных героев, стал бы очаровательным и наивным вторым мужчиной-протагонистом, но в лагере злодеев превратился в мелкую сошку. Вспомнив его печальный конец, когда он в порыве безумия попытался утащить Гу СюйИ за собой на тот свет, да так илелекался со скользкой лестницы, Вэнь Тянь почувствовал острую боль в сердце.
Добившись отклика от котика, Юй Хуэй просиял от счастья и тут же переложил инициативу:
— А теперь давай правую лапку!
Беспомощно вздохнув, Вэнь Тянь протянул и её.
— Цзян-гэ! — восторженно завопил Юй Хуэй. — Твой кот такой пёсьих манер! Настоящая собака! Ну до чего же собачий!
Вэнь Тянь: «……»
Вне себя от ярости, Вэнь Тянь встал на задние лапы и обрушил на смазливую физиономию Юй Хуэя град яростных кошачьих ударов!
Затем, сердито фыркнув, он развернулся и, покачивая кроличьими ушами на каждом шагу, важно вернулся к Цзян Ханю.
Цзян Хань тихонько усмехнулся.
И Чэн пристально вгляделся в улыбку на губах Цзян Ханя, а линзы его очков в золотой оправе блеснули холодным белым светом.
Он всё понял.
В полдень Юй Хуэй повёл всех обедать в ресторан, заказав отдельную кабинку в японском стиле. Трое уселись за низким столиком татами выбирать блюда, а Вэнь Тянь послушно примостился рядом с Цзян Ханем, с восторгом наблюдая, как повар разделывает крупного свежего лосося.
Котёнок, уступавший по размерам рыбьей голове, свирепо таращился на рыбу — в крошечном теле таились огромные амбиции!
— Хочешь попробовать? — позабавленный Цзян Хань бросил взгляд на питомца. — Нарежьте ему небольшой кусочек.
Повар поспешно отрезал самый нежный и мягкий кусок брюшка, выложил на изящную тарелочку и поставил перед Вэнь Тянем.
Вэнь Тянь приблизился, пошевелил носом и, сосредоточенно принюхавшись, принялся с причмокиванием уплетать угощение, прикрыв глаза от удовольствия.
Звуки, с которыми котик ел, были донельзя милыми и исцеляющими душу: казалось, будто где-то лопаются разноцветные пузырьки. Набок склонилась пушистая головка, а кончик хвостика то и дело покачивался из стороны в сторону. Трое мужчин молча смотрели на то, как Вэнь Тянь уплетает рыбу, и хотя никто не произносил ни слова, время тянулось на удивление уютно и приятно.
— Чэн-чэн! — раздался вдруг сладкий девичий голос, и когда Вэнь Тянь поднял голову, в комнату впорхнула улыбающаяся девушка в белом платье и прямиком бросилась в объятия И Чэна. — Я так скучала!
— Доу Доу, — на утончённом лице И Чэна расцвела нежная улыбка. — Съёмки закончились?
Девушка ласково обвила его шею руками:
— Мою роль отсняли, так что ребята решили отпраздновать это здесь со мной!
— Поздравляю, — опешил И Чэн. — Все?
— Ага! — Доу Доу чмокнула И Чэна в щеку, после чего с улыбкой помахала сидевшим рядом и сгорающим от зависти Цзян Ханю и Юй Хуэю.
Юй Хуэй с ухмылкой поздоровался с девушкой. И только Цзян Хань заметил странную перемену в выражении лица И Чэна и нахмурился:
— В чём дело?
Его слова ещё не затихли, как дверь кабинки снова отворилась, и в проёме показалась голова Линь Сичэня, который тут же зачастил с извинениями:
— Простите-простите, я ошибся дверью… Цзян Хань-гэ?
Их взгляды встретились. Цзян Хань ещё ничего не успел предпринять, как Вэнь Тянь уже отпрыгнул назад и, оскалив острые зубы, яростно зашипел на Линь Сичэня.
Доу Доу изумлённо ахнула:
— Ой? Какая злая кошка!
Вэнь Тянь взпрыгнул на плечо И Чэна и, выпустив когти до предела, принялся яростно отбиваться от Доу Доу.
Держитесь от них подальше, ублюдки!
Стоило Линь Сичэню перепутать комнаты, как в памяти всплыл весь сюжет!
По первоначальному сценарию это был всего лишь обычный совместный обед. Линь Сичэнь случайно зашёл не в ту дверь, столкнулся с Цзян Ханем, выдав тем самым своё местонахождение, после чего, несмотря на все возражения, вернулся ужинать к съёмочной группе. Там он, сам того не зная, съел блюдо с добавлением батата, на который у него была сильнейшая аллергия, и тут же покрылся красной сыпью. Гу СюйИ, выступавший в роли главного гун, не раздумывая подхватил главного шоу на руки и бросился к машине, где нос к носу столкнулся с Цзян Ханем.
Именно здесь между Цзян Ханем и главным героем впервые вспыхнул конфликт из-за Линь Сичэня, а в побочной ветке сюжета Доу Доу затаила обиду на И Чэна из-за его явного фаворитизма.
С этого самого момента по кажущейся безупречной глади отношений пошли первые трещины.
И Чэн поспешно прикрыл Доу Доу собой, а Цзян Хань тем временем схватил Вэнь Тяня за шкирку и оттащил в сторону, тихо бросив укоризненно:
— Прекрати.
Среди общего переполоха Линь Сичэнь скромно жался в дверях, теребя край одежды:
— Простите, я снова всё испортил…
— Не твоя вина, — с лёгким раздражением отозвался Цзян Хань. — Он тебя недолюбливает, так что ступай.
И пояснил, обращаясь к И Чэну:
— Раньше котенок переболел кошачьей чумкой и едва не умер. Его заразила кошка, которую принёс Сичэнь, так что кот теперь бесится каждый раз, как видит его.
http://bllate.org/book/25153/2992568
Готово:
