Готовый перевод The Bitter Ink of Sleepless Pillow / Цена побега: Вдовец поневоле: Глава 20

(Ctrl + влево) Предыдущая глава   |    Оглавление    |   Следующая глава (Ctrl + вправо)

Позже мы учились в одной старшей школе, но в разных классах, — сказал У Цянь. — Он учился в одном классе с моей тогдашней девушкой, за соседней партой. Иногда, когда я ждал её, я видел его, и мы изредка здоровались. Казалось, будто всё нормально.

Он снова тщательно задумался и добавил:

— Разве что… засыпал сразу после звонка с урока?

— А что еще делать после урока в старшей школе? — вскинул брови Линь Хэ.

— Влюбляться.

У Цянь достал из холодильника бутылку воды, заодно прихватил из пустующего холодильника запечатанную корочку сыра, повернулся и спросил:

— Эй, Сяо Ло, это ведь можно съесть? — Он потряс упаковку.

Ло Ланьань кивнул, а затем увидел, как тот закрыл холодильник, подошел, разорвал внешнюю упаковку сыра и протянул по палочке Линь Хэ и Ло Ланьаню. Линь Хэ с улыбкой покачал головой, отказываясь, а Ло Ланьань взял свою, небрежно положил на стол и даже не собирался её открывать.

— Разве ты не любишь сыр? — взгляд Линь Хэ упал на сыр, оставленный Ло Ланьанем на столе. — Почему ты его даже не распаковал?

— Аппетита нет, — коротко отрезал Ло Ланьань.

— Вот как, — Линь Хэ опустил взгляд и вдруг упомянул: — Недавно из-за семейного ужина я возвращался в Семью Линь и заметил, что Чжуан Цзинь тоже очень любит эти снеки. Этот ребёнок выглядит таким замкнутым, даже не здоровается ни с кем, просто сидит рядом с отцом и усердно уплетает всё сам. — Он снова улыбнулся. — Впрочем, дети есть дети, любят такое, это нормально. Наверное, в тебя пошла.

Ло Ланьань ничего не ответил, отводя взгляд с легким чувством отторжения к этой теме.

— Когда Чжуан Цзинь только родился, я его не застал, но моя мама ходила проведать и даже сфотографировала мне. Наверное, потому что я вырос, но так и не женился и не подарил ей внука, ей тот ребёнок показался таким диковинным. Она то и дело навещала его, а когда вспоминала, присылала мне парочку фотографий. Когда Чжуан Цзинь исполнился годик, я заметил, что внешность у него получилась донельзя подходящей.

— Подходящей?

— В нём было не много и не мало от тебя: с первого взгляда проскальзывало ощущение, что это твой ребёнок, но приглядевшись, замечаешь различия в чертах лица, — вспоминая, говорил Линь Хэ. — Примерно когда Чжуан Цзиню исполнилось три года, Линь Яньхэн и Чжуан Цяньсюэ поженились…

— Три года? — перебил его Ло Ланьань. — Пять лет назад?

— Пять лет назад.

— Насколько я помню, они общались еще до того, как я умер.

— Я не знаю, — ответил Линь Хэ. — Факт в том, что они поженились, когда Чжуан Цзиню было три года.

— Разве тогда её имя изменили?

— Кого?

— Чжуан Цзинь.

— Ей никогда не меняли имя.

Сердце Ло Ланьаня ёкнуло, и что-то застрявшее в груди, казалось, готово было вырваться наружу. Нахмурившись и подумав пару мгновений, он быстро уловил противоречие в словах:

— После рождения её зарегистрировали под именем Чжуан Цзинь? Неужели Линь Яньхэн уже тогда хотел, чтобы ребёнок носил фамилию Чжуан Цяньсюэ?

— Нет. — Линь Хэ приподнял бровь, скользнув взглядом по сосредоточенному лицу У Цяня, добродушно улыбнулся ему и лишь после этого медленно перевёл взгляд обратно на Ло Ланьаня. — Вот об этом я и хотел сегодня поговорить. Кажется, ты кое в чём заблуждаешься.

Дыхание Ло Ланьаня сбилось, зрачки слегка дрогнули.

— Ребёнок носит фамилию Чжуан не потому, что она принадлежит Чжуан Цяньсюэ. Вернее сказать, Чжуан Цяньсюэ смогла выйти замуж за Линь Яньхэна как раз потому, что у неё фамилия Чжуан. Понимаешь?

Наблюдая за меняющимся выражением лица Ло Ланьаня, Линь Хэ продолжил:

— А чью фамилию носит Чжуан Цзинь и почему у неё именно эта фамилия, думаю, ты и сам должен понимать. Ты помнишь, что однажды говорил?

Ло Ланьань закрыл глаза.

У Цянь ничего не понимал и допытывался:

— Почему? Что он говорил?

Линь Хэ перевёл взгляд на второго осведомлённого человека, ожидая, пока тот заговорит сам.

Спустя долгое время Ло Ланьань потёр переносицу и ответил ему:

— Как-то раз в разговоре с одним человеком я обмолвился, что если бы мне довелось решать, какую фамилию носить ребёнку, я бы хотел, чтобы она носила фамилию моей матери.

— Я просто пошутил, и те слова я на самом деле… — он замолк, и голос его стал тише. — Давно забыл.

Он давно забыл это, позабыв даже то, кому и когда сказал те слова. Если бы Линь Хэ целенаправленно об этом не упомянул, он бы ни за что не вспомнил фразу, брошенную им невзначай столько лет назад.

— Да неужели дед Линь Яньхэна позволил творить такое безумие?!

— Всё равно это девочка-бета, — пожал плечами Линь Хэ. — Никого она особо не волнует. Старик, конечно, взбеленился, когда оформляли документы, но потом Линь Яньхэн, кажется, пообещал что-то, и больше он к этой теме не возвращался.

— Неужели пообещал жениться повторно и строгать детей, пока не родится альфа?

Ло Ланьань приложил руку ко лбу:

— У Семьи Линь нет никакого трона, чтобы передавать его по наследству.

— Если так, то почему все эти годы не было ни слуху ни духу о других детях? — пошутил Линь Хэ, поднимая со стола завибрировавший телефон и поднося его к уху. — Я отвечу на звонок.

Он не стал уходить из поля зрения обоих, оставшись сидеть на прежнем месте, расслабленно откинувшись на спинку дивана и прислушиваясь к тому, что говорили на том конце провода. Но вскоре улыбка на его лице увяла, он выпрямился и с тревожным нажимом переспросил собеседника:

— Уже точно подтвердилось, что она пропала?

— Как такое возможно!

Стоило ему повысить голос, как два взгляда тут же устремились на него. Ло Ланьань нахмурился, их глаза с Линь Хэ на мгновение соприкоснулись.

— Понял. Продолжайте поиски. Линь Яньхэн наверняка узнал об этом раньше нас, сделайте так, чтобы вас не обнаружили.

Он решительно сбросил вызов, подался вперед, уперев локти в колени, а на его лице сменилось несколько выражений.

У Цянь, затаив дыхание, напряжённо уставился на него.

— Чжуан Цзинь пропала, верно? — опередил его Ло Ланьань.

Он давно предвидел, что этот день настанет, и тяжело вздохнул, подперев рукой склонённую голову:

— Не ожидал, что твои люди способны потерять хвост.

С тех пор как он узнал, что объектами экспериментов теперь стали и беты, у него появилось смутное предчувствие. Если эксперименты действительно возобновили, и истинные кукловоды за кулисами захотят разыскать кого-то, кто связан с теми опытами и имеет отношение к прошлому, этим человеком несомненно окажется Чжуан Цзинь: её кровные родственники по прямой линии были тесно замешаны в том эксперименте и сошлись друг с другом уже после пережитого.

Поэтому Ло Ланьань был уверен, что кто-то попытается нанести удар по Чжуан Цзиню, и подослал людей следить за ней.

И тем не менее беда всё-таки случилась.

— Линь Яньхэн в другой провинции, он уже в пути назад.

Линь Хэ поднялся и быстро накинул пальто. Выглянув в окно и поморщившись от того, как падающие капли дождя мгновенно затянули стекло пеленой тумана и влаги, он нахмурился:

— К чему это дождь пошёл. Пожалуй, пока он не приехал, я всё же съезжу на место происшествия. Поедешь?

Он смотрел на Ло Ланьаня сверху вниз. Его переплетенные пальцы едва заметно поглаживали друг друга, упавшая на лоб прядь волос скрывала глаза, а обычное лицо под маской с легкостью прятало любые эмоции. Линь Хэ всматривался снова и снова, но по мельчайшим деталям мог лишь догадываться, что тот, возможно, всё же неравнодушен.

Но в ответ прозвучало:

— Нет.

Я снова хочу увидеть тебя.

Снова шёл дождь. Холодные тонкие струйки косо падали вниз, лёгкие, как паутина или пыль, безмолвно оседая на одежде и в тишине пропитывая ткань насквозь.

Линь Яньхэн держал зонт, но из-за косого дождя вода быстро заструилась по надписям на надгробии, то темнея, то светлея от каждой капли. Водяные знаки множились, стекая по иероглифам в тяжелые капли, которые уродливо срывались вниз.

— Чжуан Цзинь выросла.

Он опустил глаза, голос его звучал совершенно спокойно. Дождь косыми порывами бил по лицу, мелкие брызги оседали на его опущенных ресцах, но он даже не моргал.

Помолчав немного, он слушал, как в наступившей тирене дождь становится всё гуще и сильнее, словно надеясь с его помощью вбить свои слова глубоко в грязь, чтобы их услышали мертвецы под толщей земли.

— Увижу ли я тебя снова?

— То, как ты поступаешь — это ужасно жестоко.

Перед ним стоял пленительно прекрасный мужчина, чуть ниже его ростом, поэтому ему приходилось поднимать взгляд. Он был без зонта, и стоило ему вскинуть голову, как капли дождя падали на щеку, скользя по ней тонкими нитями и не оставляя мокрых следов.

Линь Яньхэн услышал его вздох:

— Я буду ненавидеть тебя.

— Ты кто?

— Я твоя жена.

— Нет.

Отвергнутый мужчина задумался на секунду и произнес снова:

— Я тот образ, каким ты в своих фантазиях хотел бы меня видеть.

— Нет.

— Тогда скажи, кто я?

— спросил мужчина.

— Ты никто, — холодно ответил Линь Яньхэн. — Я вовсе не вижу твоего лица и не знаю тебя.

— Но ты же сам говорил ему раньше, что помнишь меня. — Мужчина склонил голову набок и легонько ткнул пальцем в его сторону. — То, что ты наговорил, и правда ранило его сердце. В конце концов, он ведь тоже не знал, что я — это он.

Не дождавшись ответа, мужчина продолжил:

— Яньхэн, ты вообще хоть раз любил меня? Если любил, то какую именно часть меня? Я что-то уже не могу понять.

— Ты правда когда-нибудь любил меня? А я правда любил тебя?

— Любили ли мы друг друга?

Мужчина качнулся назад, изящно присев на край надгробия, с улыбкой подпер подбородок и снизу вверх посмотрел на него. Его глаза изогнулись дугами, по лицу по-прежнему стекали капли дождя. Глядя на его мертвенно-бледную кожу, Линь Яньхэн вспомнил белую ткань, наброшенную на лицо, когда тот лежал в тёмной больничной палате — она была бледнее его кожи, мертвеннее лунного света в любую из ночей, едва обозначая очертания его черт.

— Яньхэн, — прошептал он, и слова звучали словно проклятие.

— Я буду ненавидеть тебя.

Линь Яньхэн безмолвно стоял на месте.

Позади послышались глухие шаги. Обернувшись, он увидел приближающегося Чжуан Си с зонтом в руке и букетом лилий на сгибе локтя, с дрожащих лепестков которых непрерывно капала вода.

— Ты пришёл. — Чжуан Си взглянул на него, а затем перевёл взгляд на могильную плиту.

Ярко-красные иероглифы на памятнике спустя столько лет оставались всё такими же броскими, а по высеченным на камне словам «любимая жена» бежали струйки дождевой воды, скапливаясь в углублениях штрихов, пока не превращались в капли, которые стекали вниз, точно слёзы.

http://bllate.org/book/25125/2986810

(Ctrl + влево) Предыдущая глава   |    Оглавление    |   Следующая глава (Ctrl + вправо)

Обсуждение главы:

Еще никто не написал комментариев...
Чтобы оставлять комментарии Войдите или Зарегистрируйтесь

Инструменты
Настройки

Готово:

100.00% КП = 1.0

Скачать как .txt файл
Скачать как .fb2 файл
Скачать как .docx файл
Скачать как .pdf файл
Ссылка на эту страницу
Оглавление перевода
Интерфейс перевода