Время текло неспешно, и вот уже наступил ноябрь.
В течение двух прошедших месяцев, начиная с октября, Ши Ся удваивал количество целебной воды из пространства, которую пила семья Сыту, а порой заменял купленные слугами овощи на те, что вырастил сам. Кроме того, он вынес из пространства несколько выращенных им растений: одно горшечное растение он оставил дома у Сыту, а другое отнёс в кабинет Сыту Цзянцюня. Все, кто их видел, восхищались тем, как хорошо ухожены эти цветы. Декоративных рыб он также переселил в гостиную дома Сыту, заставив нескольких партнёров Сыту Юня по игре в го впасть в великую зависть.
Стоило лишь миновать ноябрь, и он смог бы напрямую заменить питьевую воду в доме на воду из водоёма.
Изменения в членах семьи стали заметны невооружённым глазом: двое пожилых супругов Сыту в последнее время выглядели намного моложе. Многие их знакомые при встрече поражались и спрашивали, не открыли ли те какой-нибудь секрет омоложения?
Старики и сами ломали над этим голову: продукты для дома по-прежнему покупали слуги. Разве что пару раз овощи попадались на редкость вкусные, да и ели они всё то же самое, ничего особенного.
Поэтому, когда друзья задавали вопросы, они отвечали:
— В нашем доме есть ребёнок, а ещё малыш завел маленькую собачку. Каждый день в доме так шумно и весело, что и на душе стало намного легче. Наш Бэйбэй иногда даже выжимает для нас какой-нибудь фруктовый сок. Ничего особенного мы в последнее время не едим, просто экономка сказала, что из-за хрупкого детского желудка последние два месяца все блюда в доме готовятся с расчётом на ребёнка. Наверное, всё дело именно в этом.
Оуян Сюнь часто бывал в доме Сыту, поэтому ему тоже регулярно перепадало воды из волшебного водоёма. Оуян удивлялся: почему в последнее время у него совсем не случалось приступов мигрени? А лёгкий шейный остеохондроз, который у него раньше наблюдался, при недавнем обследовании в больнице вообще исчез. Даже врач поинтересовался, не научился ли он в последнее время следить за здоровьем и стал ли меньше выкладываться на работе?
Но он-то ломал голову над другим: в последнее время он пахал как проклятый. Тело Сыту Цзянцюня тоже излучало небывалую бодрость, а стоило ему взбодриться, как он тут же принялся расширять бизнес, поставив на уши всю компанию сверху донизу. Вот только среди всех сотрудников лишь у них двоих сохранялся потрясающий запас сил, и начальники нескольких отделов даже приходили к нему с расспросами:
— Вы с генеральным директором часом не на амфетаминах сидите, откуда столько энергии? Мы тут уже ласты склеиваем, а вы день ото дня всё здоровее?
Он поделился этим с Сыту Цзянцюнем, и тот ненадолго задумался:
— Оуян, в последнее время мы и правда всех запрягли до предела. Давай-ка отпустим людей отдыхать по очереди, а темпы расширения немного сбавим, нам ведь и вправду ни к чему такая спешка. Раз уж у нас двоих энергии побольше, не стоит тратить её всю только на работу. Впредь давай больше отдыхать по выходным и куда-нибудь выбираться развеяться.
Сыту Цзянцюнь был человеком куда более дальновидным, чем остальные. Перемены, произошедшие за последнее время с членами его семьи и Оуян Сюнем, он держал в уме.
Эти изменения начались сразу после появления Ши Ся в доме Сыту. Процесс шёл словно по капле, и если не вглядываться специально, заметить было совершенно невозможно, поэтому раньше он не придавал этому особого значения. Больше же всего привлекал внимание нефритовый кулон. Поначалу этот кулон казался ему самым обычным, а обратил на себя внимание он по одной причине...
В тот самый день, когда он впервые надели кулон, он отправился в командировку в Анду. Погода стояла всё ещё изнуряюще жаркая, но он вдруг заметил, будто знойная пелена отгородилась от него невидимой стеной. В половине первого дня он вышел из отеля на деловые переговоры и неожиданно ощутил прохладу раннего утреннего утра. И это при том, что его клиент обливался семью потом и в открытую сокрушался из-за собственной опрометчивости — не стоило назначать встречу на такой час.
Оуян Сюнь тогда тоже присутствовал при этом, и после случившегося Сыту Цзянцюнь отдал ему распоряжение:
— Всё дело, должно быть, в этом нефритовом кулоне, впредь не снимай его. Кто знает, может, от него и впрямь есть польза для здоровья. И ещё: держи его при себе и прячь получше, подобные вещи пока не должны являться миру. Помни о секретности.
Что же касается тех перемен, что начались ещё до того, как он стал носить нефрит, то их он списывал на присутствие в доме Бэйбэя. Стоило ему каждый день хоть немного повозиться с малышом, как на душе становилось легко, а силы восстанавливались мгновенно. Наверное, верна поговорка: в радостные дни и на душе легко.
Оуян Сюнь, разумеется, прекрасно понимал истинную подоплёку. Этот нефритовый кулон достал Ши Ся, и то, что он подарил кулон Оуяну, было сделано исключительно из уважения к его работе на Сыту Цзянцюня. К тому же о подобных свойствах нефрита он слышал впервые: если бы секрет целебной силы кулонов раскрылся, безопасность Ши Ся могла оказаться под угрозой. Разве стал бы он разбалтывать тайну?
Начальники отделов один за другим жаловались, что бодрыми выглядят лишь они двое. К тому же он сам видел, как изменились старики Сыту, и, конечно же, догадывался, что главной причиной с огромной вероятностью был именно нефрит. А потому быть неблагодарным он никак не мог.
Что же до самого Ши Ся, то у него подобных забот не было и в помине. Семья Сыту не относилась к тем, с кем кто-то мог легко посметь тягаться, а о том, что нефрит находится у него, знали лишь те немногие, кто носил эти украшения. Даже если бы у кого-то и возникли подозрения на счёт кулона, сочли бы, что это вещица из императорских сокровищниц, и вряд ли стали бы копать глубже. Не говоря уже о том, что все они носили обереги близко к телу: в нынешние времена носить нефритовые подвески было абсолютно нормально, и никто бы не заподозрил неладное. К тому же, другие-то не знали, а он-то был в курсе: главная причина их отменного здоровья кроется вовсе не в украшениях, а в целебной воде. Сами же нефритовые кулоны после обработки мастерами-резчиками частично утратили свою духовную энергию. Способность дарить прохладу знойным летом и тепло зимой — это был их максимум.
Было за последние два месяца ещё одно событие, которое привело Ши Ся в полный восторг — его питомцы. Воду, которой он поих поил, он слегка разбавлял водичкой из водоёма, и спустя какое-то время они неожиданно обрели разум! Все они научились понимать его слова, что доставляло мальчику огромную радость. Особенно Сяогуай, которого он баловал больше всех: теперь питомец стал таким послушным и ласковым, что Ши Ся души в нём не чаял! Остальных шестерых щенков — двух бишонов — он назвал Биби и Сюнсюн, двух шпицев — Бобо и Мэймей, а двух самоедов — Саса и Момо. Так было проще запомнить.
Уроки игры на скрипке шли своим чередом, без спешки. Цзян Сянци то и дело ворчал над ухом, что ему следовало бы заняться профессиональной подготовкой, а не забрасывать занятия то и дело. Ши Ся, разумеется, пропускал его слова мимо ушей — он прекрасно знал свой собственный уровень музыкальности. Ни в прошлой жизни, ни в этой он не собирался ограничивать своё будущее сужением кругозора ради углублённого изучения чего-то одного.
Он просто хотел жить свободно и беззаботно. К тому же он уже начал практиковать техники из записок мага. Вступив на путь культивации, он понял, что его жизнь впереди может оказаться невероятно, невообразимо долгой — точно так же, как говорил Нянь Юань: «Наша жизнь не бесконечна, просто мы живём слишком долго, настолько долго, что каждый уже успел позабыть, сколько веков минуло с начала времён».
Раз уж в его распоряжении окажется столько времени, которое можно тратить по своему усмотрению, жить нужно в своё удовольствие, легко и свободно.
В мире было столько всего, что ему хотелось бы узнать и постичь, и он не собирался зацикливаться на чём-то одном. Да и становиться узким специалистом или каким-нибудь академическим светилом у него не было ни малейшего интереса. При первой же возможности он хотел отправиться в путешествие, изъездить весь мир вдоль и поперёк: мир так огромен и ежесекундно меняется, что ему непременно хотелось влиться в эту круговерть и прочувствовать всё на собственном опыте.
Наступило второе воскресенье ноября, и Ши Ся проснулся очень рано. Накануне он уже договорился с преподавателем скрипки об отгуле на сегодня, а домашним из семьи Сыту объявил, что собирается погулять с одноклассниками.
Хотя он знал, что именно сегодня с Вэй Лэй случится несчастье, точного времени и конкретного участка улицы он не ведал, поэтому ему оставалось лишь одно — дежурить там весь день напролёт. Он даже предупредил семью Сыту, что сегодня ночью может не вернуться ночевать, и Сыту Юй помогла ему собрать смену одежды, которую мальчик тут же убрал в пространственное хранилище.
Ши Ся прибыл на Пешеходную улицу в семь часов утра. Возможно, ему несказанно повезло, но уже в девять часов он заметил маму Вэй Лэй — Линь Юйай, которая о чём-то разговаривала по телефону у обочины дороги, и саму Вэй Лэй, игравшую неподалёку с мячом.
Ши Ся бросился к ним, думая про себя: стоит лишь завести разговор с Вэй Лэй, а как только они уйдут с Пешеходной улицы, опасность минет, верно?
Но кто бы мог подумать — в этот самый момент, когда мальчик еще не успел добежать до них, мяч из рук девочки выскользнул и покатился прямо на середину проезжей части. Вэй Лэй бросилась за ним!
На полной скорости нёсся автомобиль!
Линь Юйай даже не успела сообразить, что происходит!
А оказавшаяся посреди дороги девочка оцепенела от приближающегося капота и пронзительного автомобильного гудка!
Не раздумывая ни секунды, Ши Ся рванул следом и в последний момент перед столкновением оттолкнул Вэй Лэй в сторону.
— Бац!
В мгновение перед потерей сознания Ши Ся ощутил жгучую боль в переломанных ногах и левой руке, куда пришелся удар автомобильного бампера, и мелькнула мысль: неужели он ценой собственных ног заплатил за ноги Вэй Лэй?
Линь Юйай на секунду потеряла ориентацию в пространстве, выронив телефон из рук, и со всех ног бросилась на середину дороги. Вэй Лэй к тому моменту ещё не отошла от шока и сидела на асфальте, бессмысленно глядя на залитого кровью Ши Ся.
Водитель сбившей мальчика машины в панике дрожащими руками набирал номер скорой помощи.
— Лэйлэй, Лэйлэй, как ты? — Линь Юйай подхватила дочку на руки и горько заплакала.
— Мама... — ощутив тепло материнских объятий, девочка пришла в себя и залилась слезами.
Водитель попытался подойти, чтобы взглянуть на состояние пострадавшего, но водитель соседней машины резко его остановил:
— Не трогай его! У него, похоже, раздроблены кости, любое движение может ухудшить его состояние.
Линь Юйай тоже пришла в себя и перевела взгляд на того, кто спас её ребёнка.
Совсем ещё ребёнок...
Женщину затрясло, колени подкосились, и она рухнула на асфальт, не в силах подняться. Вэй Лэй продолжала горько рыдать у неё на груди.
Вскоре примчалась скорая помощь, подоспели сотрудники дорожной полиции.
Вся процессия с сиренами двинулась в больницу.
Врач бегло осмотрел Вэй Лэй:
— Ничего страшного, ладони и коленки лишь немного содраны, обработаем антисептиком — и заживёт.
Линь Юйай растерянно кивнула.
— Доктор, можно воспользоваться вашим телефоном сделать один звонок?
На соседней койке лежал тот самый водитель, а стоявший рядом инспектор как раз допрашивал его, так что врач примерно представлял всю предысторию случившегося.
— Разумеется, пожалуйста. — Доктор указал на телефон на письменном столе.
Линь Юйай набрала номер мужа. До этого она стояла у обочины и как раз разговаривала с ним, когда связь внезапно оборвалась, и муж наверняка сходил с ума от беспокойства.
И точно, едва гудки смолкли, в трубке раздался встревоженный голос:
— Юйай, вы как? Я уже еду в больницу.
Вэй Шэнцюнь сошел с ума от тревоги: услышав в трубке визг автомобильных тормозов, он понял, что связь резко оборвалась, а после дозвониться уже не получалось. Зная, что они отправились на Пешеходную улицу, он бросился к машине, примчался туда и увидел припаркованные патрульные машины полиции, перекрытую середину дороги и огромную лужу крови на асфальте. Дежурные как раз собирались смыть её из шланга.
Там же, у обочины, он подобрал телефон жены. Вокруг толпились зеваки, обсуждая аварию: одни говорили, что сбили мальчика, другие — девочку, третьи уверяли, что пострадали оба. Сердце рухнуло в пропасть: он сразу понял, что беда случилась именно с его родными!
— А-Цюнь, я в порядке, — услышав голос мужа, Линь Юйай зарыдала в голос.
— А Лэйлэй? Лэйлэй не пострадала? — тут же переспросил Вэй Шэнцюнь.
— С Лэйлэй тоже всё хорошо, — сообразив, что муж ведет машину, торопливо ответила она. — Мы целы. — И бросила трубку.
Вэй Шэнцюнь облегченно выдохнул и в тот же миг подъехал к воротам больницы.
От автора:
Небольшой спойлер: в следующей главе наконец-то встретятся два главных героя.
http://bllate.org/book/25120/2986295
Готово:
