Позже подобное повторялось не раз: я вроде бы ворчал, что мне надоедают эти мелочи, но стоило ему позвать — срывался с места.
Иногда он просил оценить, правильно ли у него лежат волосы, иногда спрашивал, какие кроссовки круче. Поначалу я ругал его за то, что он мается дурью, но потом, стоило мне услышать его окрик, я уже заранее знал, что речь снова пойдет о какой-нибудь ерунде.
Вообще-то я спрашивал у Хэ Ихуэя, с какой стати он вечно заставляет меня принимать за него решения.
Сначала он не хотел признаваться и нес какую-то чушь про то, что парни из Гуанчжоу следят за модой и умеют одеваться.
Я не поверил и, допытываясь снова и снова, заставил его расколоться:
— По правде говоря, мне просто хочется приподнять за твой счет самооценку.
— Ась?!
Видя мою вытянувшуюся физиономию, он зашелся в хохоте:
— Только не пойми меня неправильно, я не это имел в виду!
— Тогда тебе лучше четко пояснить, что именно.
Я попытался сохранить улыбку и, поигрывая желваками, двинулся к нему.
— Просто... о чем бы я тебя ни спросил, ты всегда отвечаешь так серьезно, да еще и хвалишь меня. После этого у меня словно вырастают крылья, хе-хе...
Вот оно как? Я ошарашенно заморгал.
Ну раз говорит, так тому и быть.
Мне казалось, что я просто констатирую факт — на нем в любом случае всё сидело отлично.
Со временем это заметил и Сюй Ган.
В тот день он увидел, как я возвращаюсь из комнаты 313, и ухмыльнулся:
— Ого, опять кому-то в советники набиваешься?
— В какой к черту советник! Я сам-то свой собственный стиль толком оценить не могу. У меня во всем руководят два принципа: на первом месте комфорт, красота — как повезет, а вот прическа всегда должна быть в порядке.
— Скромничаешь. Кое-какой уровень у тебя есть, иначе с чего бы он не шел ко мне с расспросами?
— Потому что ты языком мелешь попусту.
— А что насчет Чжан Цзяньвэя?
— А он... потому что ему надо читать романы.
Сюй Ган покачал головой, продолжая улыбаться:
— Ой, брось, человеку просто нравится к тебе обращаться. Теперь ты у него не только репетитор по английскому, но и по жизни.
— Смотри-ка, опять за старое взялся.
Стоило заговорить о репетиторстве по английскому, как я вспомнил о недавнем экзамене четвертого уровня, который завершился двадцатого сентября.
С самого возвращения в учебу после каникул я не ходил с Хэ Ихуэем в библиотеку: вечерами я либо рубил врагов в Warcraft 3, либо палил вовсю в CS, часто зарубаясь с соседями по комнате до самого отбоя.
Из-за этого меня даже немного мучила совесть, поэтому после сдачи четвертого уровня я спросил Хэ Ихуэя, как все прошло. К счастью, он легко бросил в ответ, что без проблем, и у меня отлегло от сердца.
Верно, раз сдал — разве не повод отметить?
Как раз на носу были семь дней праздничных выходных по случаю Национального дня. Позвать пацанов, пойти вместе посмотреть поднятие флага, потом рвануть в Сяншань любоваться красными кленовыми листьями, а вечерком завалиться в забегаловку, навернуть шашлычков под пиво... Черт! От одной мыслей становилось так легко на душе!
Чем больше я размышлял, тем сильнее во мне закипало воодушевление. Уголки губ сами собой поползли вверх, я тут же вскочил и зашагал к 313-й комнате, горя желанием немедленно утвердить с Хэ Ихуэем весь план поездки.
Но стоило сделать всего пару шагов, как слова Сюй Гана намертво вкопали меня в пол.
— Кстати, а ты в курсе, что Хэ Ихуэй за какой-то девчонкой ухлестывает? Глаз у него, надо сказать, наметанный, девчушка симпатичная...
Я повернулся к Сюй Гану:
— Ты про кого?
— Про Хэ Ихуэя, — повторил Сюй Ган. — Говорят, он в последнее время за одной девчонкой бегает, и лицом она действительно ничего.
Я снова переставил ноги, и в голове осталась лишь одна мысль: пойти и спросить самого Хэ Ихуэя.
Мне с трудом верилось, что Хэ Ихуэй, отшивший столько девчонок, вдруг сам начнет за кем-то ухаживать.
Пусть лучше Сюй Ган что-то перепутал, пусть это окажутся пустые слухи, пусть я сейчас подойду, задам вопрос, а он лишь нахмурится и бросит:
— Брехня.
Едва перешагнув порог 313-й, я прямо в лоб спросил Хэ Ихуэя:
— Ты за кем-то ухаживаешь?
Он замер на секунду:
— Ага, а ты откуда знаешь?
У меня разом пропал дар речи — он признался так просто, что я опешил.
Один из его соседей, проходя мимо с вещами в руках, задел меня плечом, и только это вернуло мои мысли в реальность.
— Ты что, обиделся, что я тебе не сказал? — снова подал голос Хэ Ихуэй.
Я промолчал, не качнув в ответ ни головой, ни знаком согласия.
Он принялся объяснять:
— Еще ничего не решено, поэтому как-то неудобно было говорить.
Я слушал его слова, но на деле в голове не откладывалось ни единой строчки.
О чем я думал в тот момент, я уже и не вспомню. Я чувствовал лишь одно: многое вокруг словно бы резко переменилось. А что именно изменилось — и сам не знал.
В конце концов я хлопнул его по плечу:
— Ладно, занимайся своими делами, я пойду к себе.
Сказав это, я развернулся и ушел.
Приблизившись к дверям 311-й комнаты, я вдруг вспомнил недавнюю болтовню в столовой.
В тот день мы обедали втроем: я, Сюй Ган и Хэ Ихуэй.
Рядом с Сюй Ганом сидела парочка, и стоило им уйти, как он тут же принялся ворчать:
— Черт, с какого перепуга у них у всех получается заводить отношения, а у меня даже намека на это нет?
Я брезгливо посмотрел на него:
— Нельзя ли орать на всю столовую о своих семейных неурядицах? Не стыдно позориться?
— Еще бы мне тут читал! Сам-то сидишь бобылем.
— А мое одиночество тебе жить мешает?
— Само по себе — нет. — Он перевел взгляд на Хэ Ихуэя. — Проблема в том, что ты вечно околачиваешься с Ихуэем, из-за него у парня даже времени на поиски девушки не остается.
— Не мели чушь собачью, и на меня это не сваливай!
Хэ Ихуэй тоже усмехнулся:
— Я такого не говорил.
Сюй Ган цыкнул языком:
— Да я серьезно. Ихуэй, ты особо не перебирай харчами, выбери уже кого-нибудь для начала, хоть невинности лишись.
Я шлепнул Сюй Гана по макушке:
— Куда ты лезешь со своими советами? С чего ты взял, что он все еще девственник?
Хэ Ихуэй, опустив голову и орудуя палочками, застенчиво улыбнулся:
— Сначала надо встретить подходящего человека.
Я с усмешкой спросил:
— Ты что, до сих пор в неоткрытых сидишь?
— Черт, а сам-то?
— Я... я могу в любой момент перестать им быть.
— Ха-хе, хвастаться не запретишь... — Сюй Ган покосился на меня, явно собираясь вывести меня на чистую воду.
Хэ Ихуэй добавил:
— Мне просто хочется найти кого-то приятного глазу, чтобы было о чем поговорить и чтобы не слишком шумела. Этого будет достаточно.
Сюй Ган тут же оживился:
— Да таких найти не сложно, нет?
— Хе-хе... Посмотрим.
— Слышал? У человека хоть стандарты имеются, не то что у тебя...
— Отвали, какого черта ты опять на меня переводишь стрелки! — выругался я.
Тогда я счел все это обычной шуткой и даже близко не принял к сердцу, да еще и подтрунил над Хэ Ихуэем:
— Как лишишься невинности — свистни, я тебе крупный красный конверт с деньгами заготовлю.
Теперь же, вспоминая об этом, я понял, что к тому моменту все уже давно шло к этому.
Вернувшись в 311-ю, я машинально раскрыл наугад какую-то книгу, но не вник ни в единую букву — в голове крутились последние события.
Меня все сильнее раздражало это состояние. Я поднялся, умылся в умывальне холодной водой, сделал глубокий вдохи лишь после этого почувствовал, что немного пришел в себя.
Глядя на свое отражение в зеркале, я мысленно отругал себя: да какая ему разница, надумал он искать девушку или нет? Какое мне до этого дело? Раз уж в башке столько дури, лучше бы о собственных перспективах подумал.
В тот вечер в общежитии перед сном завязался разговор: изначально все обсуждали, куда поехать на Национальные праздники, но постепенно кто-то снова свернул тему на Хэ Ихуэя.
— Эй, А-Чэн, а Хэ Ихуэй случаем не ту девчонку добивается, которую мы давеча у входа в корпус видели? — поинтересовался Сюй Ган.
— Понятия не имею.
— Ты же ближе всех с Ихуэем общаешься! Как это — не знаешь?
После такого вопроса на душе стало еще паршивее, и я просто оставил его без ответа.
Неожиданно подал голос обычно равнодушный к сплетням Чжан Цзяньвэй:
— Это не та, с которой он в библиотеку ходит? Худенькая такая, с волосами волнами.
— Точно, она самая! — Сюй Ган воодушевился.
— Девушка и вправду симпатичная, говорят, и характер хороший. Вроде бы ее все время считали красавицей курса.
— То-то же! Хэ Ихуэй дает жару, столько времени в засаде сидел — и наконец перешел в наступление.
Третий парень вставил словечко:
— Да и он парень неплохой, пара вышла что надо.
Я уставился на полог москитной сетки, слушая, как они перекидываются репликами. Чем дальше они заходили, тем сильнее разгорались, а чем сильнее разгорались, тем больше росло мое раздражение.
— Мы на поднятие флага в праздники идем или как? — нарочито громко бросил я.
В тот же миг все замолчали, явно ошеломленные моей выходкой, но спустя пару секунд компания дружно набросилась на меня с упреками.
Пускай лучше болтают о чем угодно, лишь бы не бередить то, от чего меня так выворачивало.
Следующие несколько дней, помимо учебы, я почти все время проводил либо на спортивной площадке, либо перед монитором. Ощущение было странное: вроде бы занят по горло, а чем именно — непонятно.
В один из дней после полудня я возвращался из учебного корпуса и при входе в студенческий городок нос к носу столкнулся с Хэ Ихуэем и какой-то девушкой, шедшими навстречу.
Он тоже меня заметил и слегка приподнял подбородок:
— А-Чэн, с пар?
— Угу, — кивнул я. — А ты куда?
— В библиотеку.
Девушка приветливо улыбнулась мне, я ответил тем же.
Тут я наконец разглядел ее лицо: чистая кожа, застенчивая улыбка, а на щеках — крошечные ямочки.
— Я тогда пойду в комнату, — бросил я.
— Давай.
Всю дорогу от места нашей встречи до общежития меня не отпускала навязчивая мысль: неужели та самая девушка, за которой он ухаживает?
Взгляд, которым та девчушка посмотрела на него пару минут назад, был слишком красноречивым. Неужели они уже сошлись?
Сдается мне, еще недавно я искренне полагал, что мне плевать на все это, но стоило нам столкнуться лицом к лицу, как внутри вновь всколыхнулось любопытство. В итоге я вытащил телефон и набрал номер Хэ Ихуэя.
— Алло, А-Чэн, что такое? — ответил он почти сразу.
— Хе-хе, ну вы даете, — как можно беспечнее бросил я.
— В смысле — даем?
— В библиотеку с подружкой за ручку?
Он неожиданно понизил голос:
— Да нет же, просто однокурсница.
— Подружка-однокурсница.
— Обычная однокурсница.
— Ха-хе, хорош прибедняться.
— Да ну тебя... Серьезно, нет.
— Кстати, — я сменил тему, — ты на поднятие флага в праздники идешь или как?
— Иду, я уже сказал Чзяньвэю. Ты звонил только ради этого?
— А то зачем же еще?
— А, ну ладно, хе-хе.
С этими словами я сбросил вызов.
Убрав телефон в карман, я поднял глаза к небу и глубоко вздохнул.
Однокурсница...
Это звание однокурсницы рано или поздно изменится. Даже если не эта девчонка, появится какая-нибудь другая, это лишь вопрос времени. С чего бы мне тогда заниматься лишней суетой?
http://bllate.org/book/25110/2984946
Готово:
