Се Чжимин тихонько произнес:
— Мм.
— Юй Фэн, учитель никогда не отказывался от тебя и возлагает на тебя большие надежды, — мягко произнесла Гу Цинъянь, глядя на Се Чжимина.
— Спасибо вам, учитель Гу… — Се Чжимин слегка прикусил губу, в его глазах промелькнуло трогательное выражение.
Заметив, что юноша слегка закусил губу и, кажется, проникся его словами, лицо Гу Цинъяня смягчилось от легкого умиления.
С многозначительным видом он произнес:
— Надеюсь, ты больше меня не разочаруешь.
Се Чжимин опустил голову.
В воздухе на мгновение повисло молчание.
Гу Цинъянь смотрел на юношу.
Теплый желтый свет падал на безупречное лицо юноши, словно окутывая его дымчатой пеленой и делая еще более нереальным, похожим на сон.
Вспомнив только что увиденную сцену, где они обнимались, он вдруг почувствовал, как в груди поднимается слепая ярость.
Его злило, что юноша только что выразил ему свои чувства, а в следующий уже прижал к груди другого — и при этом сохранял такое невинное, безгрешное выражение лица.
Вспомнив счастливую улыбку на лице Лу Цзиншэня, он почувствовал еще большую ревность.
Словно зачарованный, Гу Цинъянь помимо своей воли протянул руку, желая коснуться безупречного лица юноши.
Заметив, что Гу Цинъянь внезапно протянул руку и его ладонь приближается к лицу, Се Чжимин слегка удивился, но не сдвинулся с места. В глазах Гу Цинъяня он разглядел то, что было ему слишком хорошо знакомо, — чувство собственности.
В этот момент какой-то шорох прервал движение Гу Цинъяня.
По полу покатился камешек.
Опомнившись, Гу Цинъянь не стал отдергивать руку, а лишь изменил траекторию и стряхнул с плеча юноши невидимую соринку.
— Учитель Гу?
Встретившись с недоумевающим взглядом Се Чжимина, Гу Цинъянь пояснил:
— На тебе был опавший листок.
— Ладно, уже поздно, иди в общежитие, а мне нужно сделать еще пару обходов, поймать непослушных учеников, — сказал Гу Цинъянь и, подняв фонарик, зашагал в противоположную сторону.
Се Чжимин обернулся и посмотрел на удаляющуюся фигуру Гу Цинъяня; на сердце у него стало холодно — учитель Гу вовсе не был таким мягким и добрым, каким казался на первый взгляд.
А в темноте чьи-то ярко-красные глаза пристально следили за удаляющимся Гу Цинъянем.
Вскоре обладатель этих глаз вышел на свет — это был Лу Цзиншэнь, который ушел оттуда раньше.
На его лице не было особого выражения, но ногти, впившиеся в ладони, выдавали его истинные мысли. В глазах Лу Цзиншэня мелькнуло безумие: судя по всему, они все решили оспорить у него право на Се Чжимина.
На следующий день, еще не дойдя до класса, Се Чжимин услышал шум в коридоре.
Толпа людей сбилась в кучу, перегородив середину прохода.
Среди общего галдежа Се Чжимин вдруг расслышал слабый плач.
— Не надо так со мной, Ци Юань, мне сейчас нездоровится.
Се Чжимин увидел, что стоящий впереди парень снимает на мобильный телефон сжавшегося в углу юношу, вокруг которого столпились зеваки.
В углу съежился юноша в порванной одежде, с обнаженным до половины плечом.
Вид у него был неважный: бледные губы, синева под глазами, а сквозь бледную кожу проступали сине-фиолетовые вены — он выглядел по-настоящему больным.
— Теперь-то ты понял, что был неправ, а когда вешал мне рога, чего ж не понимал? — с этими словами парень продолжал снимать юношу в упор, попутно выкрикивая на ходу: — Количество зрителей уже перевалило за девять тысяч, еще тысяча — и будет десять! Спасибо дорогим зрителям за донаты, что вы еще хотите посмотреть?
— Я ничего такого не делал, раз ты мне не веришь, давай расстанемся, — слабо произнес юноша.
Вокруг продолжали толпиться зеваки, переговариваясь вполголоса:
— Ци Юань в последнее время сильно изменился, он такой жестокий, как он может так поступать с Сюй Баем? Подумать только, как красиво он за ним ухаживал.
— Точно, пару дней назад Ци Юань стал сам не свой, вечно несет какую-то белиберду про то, что мы все тут какие-то неписи, он что, с ума сошел?
— Сюй Бай тоже бедняга. Ци Юань просто нашел пару старых любовных писем, которые ему когда-то дарили другие, и теперь бесится на пустом месте, помешался на мысли, что Сюй Бай ему изменяет.
Парень одной рукой держал телефон, а другой вскрывал конверт:
— И что это за письма? Тут даже написано: ...даже если у тебя есть парень, я все равно продолжаю любить тебя и буду вечно ждать. Тц, ну и подлизывание, блядь. Раз он так сильно тебя любит, чего же не выйдет сюда и не заявит об этом?
Давайте-ка я посмотрю, какому же подпевале принадлежат эти строчки, как там его зовут… Юй Фэн.
Се Чжимин остановился как вкопанный.
Зомби-старшая школа
Не может быть, неужели такая банальщина!
Тот парень напротив — стример, я только что заглянул к нему на трансляцию, у него очень высокая популярность. Говорят, до попадания в подземелье этот тип как раз стримером и работал, поэтому он чертовски изворотлив и отлично умеет подлизываться к зрителям.
Там сейчас кто-то требует найти того, кто надел на него рога, неужели они идут искать муженька?
Раз муж написал столько любовных писем, может, он и мне одно напишет? Эх-х-х…
Но у того парня либо железобетонные нервы, либо он просто ищет смерти — мало того, что напрямую слил личность стримера, так еще и сам себе сюжетных ролей понавешал.
Да всё ради очков же! Донаты от зрителей трансляции в несколько раз превышают очки за задания, неужели вы думаете, что его волнуют эти крохи за квесты?
…
Услышав имя Юй Фэна, Се Чжимин замер на месте.
— Хочешь пойти найти этого Юй Фэна? — Ци Юань посмотрел на текст на экране телефона, его тон звучал возбужденно. — Отлично, отлично, я прямо сейчас пойду и изобью этого ублюдка, который наставил мне рога, до полусмерти.
С этими словами парень, не глядя под ноги, отмахнулся от зевак со смартфоном в руке и решительно зашагал вперед, собираясь отыскать Юй Фэна.
Юй Фэн стоял посреди коридора.
Ци Юань шел вперед, уткнувшись в экран телефона, и вдруг обнаружил, что путь ему преградил какой-то человек:
— Ты чего загораживаешь дорогу? А ну вали в сторону!
Се Чжимин стоял на месте, опустив голову и не двигаясь.
Ци Юань, не отрывая глаз от экрана смартфона, бормотал на ходу:
— Уступи дорогу, мне нужно кое-кого найти.
— Кого найти? — ровным голосом спросил Се Чжимин.
Услышав голос, Ци Юань на секунду замер и только тогда поднял голову.
Се Чжимин в этот момент тоже поднял взгляд.
Вокруг пронесся дружный вздох изумления, сменившийся жутковатой тишиной.
Ци Юань, у которого уже было открыто рот, чтобы разразиться руганью, застыл с полусловом на губах. Он оцепенело уставился на лицо Се Чжимина и лишь спустя долгое время запинаясь выдавил:
— Юй… Юй Фэн.
— Это я.
Се Чжимин обнаружил из-за баффа всеобщей неприязни, что если он сам не напоминал о себе людям, окружающие делали вид, будто его не существует, и даже обходили десятой дорогой.
Но стоило ему заговорить первым, как эта пелена рассеивалась.
— Он сказал, что он Юй Фэн? — эта фраза вмиг разорвала тишину, и вокруг поднялся гул голосов.
— Неужели… правда Юй Фэн?
— Да ну, неужто это и есть Юй Фэн? Странно, раньше стоило мне услышать имя Юй Фэна, как меня начинало от него тошнить.
— Прежний Юй Фэн вечно ходил забитым и скрюченным, я даже не обращал внимания на то, как он выглядит.
— Юй Фэн… да он же офигенно красивый! Если бы кто-то так за мной ухаживал, я бы давно уже согласился.
— О чем вообще думал Сюй Бай? Он что, ослеп? Променять Юй Фэна и выбрать этого психопата Ци Юаня?
— Если Сюй Бай и правда изменял, и если его любовником был Юй Фэн… пожалуй, я даже могу это понять. Разница-то слишком колоссальная.
…
Хотя вокруг шептались, голоса звучали достаточно громко, чтобы Ци Юань мог всё расслышать.
Его лицо тут же залилось краской стыда и гнева.
Се Чжимин забрал из рук Ци Юаня любовное письмо и, взглянув на почерк, подтвердил:
— Это письмо действительно написал я.
— Ты… — Ци Юань подавился воздухом. Как этот парень может вести себя так нагло?
Се Чжимин:
— Что-то не так?
— Ты… тебе самому не стыдно за то, что ты творишь?! — громко выкрикнул Ци Юань и буквально ткнул телефоном прямо в лицо Се Чжимину.
В трансляции Ци Юаня творилось безумие:
А-а-а-а-а-а!!! Какой красавчик! Нэписи в подземельях не имеют права быть настолько красивыми!
Я сейчас упаду в обморок, тут есть кто живой, придержите меня! Голова кружится.
Стример, не тряси руками! Ты что, паркинсонизмом страдаешь? Всё дрожит, мешаешь мне любоваться божественной красотой!
…
А тем временем в трансляции самого Се Чжимина:
Ха-ха-ха, пойду к соседям поглазеть на деревенщину, заодно накидаю смайликов. Наш стример отключил чат, я уже сто лет ничего не писал.
Что делать, я хочу, чтобы о муженьке узнало как можно больше людей, но в то же время ревную, боюсь, что прибегут отнимать, у-у-у~
Не пойдем никуда, пусть они приходят. Мы тут первыми появились, мы — законные жены, а те, кто придет потом, будут наложницами, хм-м-м~
…
В этот момент число зрителей на трансляции Ци Юаня взлетело до новых высот. Осознав это, он на мгновение остолбенел — экран его стрима уже был полностью забит бегущей строкой.
— С чего бы мне стыдиться? Я не сделал ничего дурного, — с невозмутимым видом ответил Се Чжимин. — Любовь сама по себе не может быть ошибкой.Он произнес слова, которым его научил Гу Цинъянь.
— Юй Фэн такой красивый! — громко зашептались вокруг.
— Что делать, кажется, я влюбилась в него.
Ци Юань, услышав разговоры вокруг, почувствовал себя неловко и громко подчеркнул:
— Но, но ведь он мой парень!
— И что с того? — Холодным взглядом окинул его Се Чжимин. — Вы ведь расстались?
Ци Юань широко открыл глаза и шокированно произнес:
— Когда это?
— Только что, все это слышали.
Се Чжимин посчитал этого человека немного глупым и не захотел больше говорить с ним лишних слов.
Он обошел Ци Юаня и подошел к Сюй Баю, который обессиленно прислонился к стене, подхватив его под руку и помогая подняться.
— Ты выглядишь больным, тебе нужно к врачу?
Глаза Сюй Бая слегка покраснели, в уголках блеснули слезы. Он оцепенело смотрел на Се Чжимина, закусив губу:
— Сп… спасибо тебе.
Ци Юань встал перед ними, преграждая путь.
— Я только что слышал, что ты хотел меня ударить?
Се Чжимин приподнял веки и холодно посмотрел на этого парня.
Се Чжимин задумался: если он применит силу под видом влюбленного поклонника, это ведь не слишком сильно разрушит его образ?
Конечно, лучше всего было бы обойтись без драки.
Вскоре Се Чжимин понял, что возможности подраться у него не будет.
— Что! Как у тебя вообще могла возникнуть такая мысль?!
Не успел Ци Юань и слова сказать, как одна из стоявших рядом девушек выступила вперед, вытаращив глаза в невероятном изумлении.
Другая девушка тут же подхватила:
— Вот именно! Юй Фэн к тебе не лез и не задирал тебя, с какой стати ты собрался распускать руки?
— Я еще раньше хотела это сказать, Ци Юань, ты ведешь себя просто возмутительно! Как ты мог так поступить с Сюй Баем? Ты вообще кто такой?
— Точно! Сюй Баю и так плохо, а ты еще и мешал ему пойти в медпункт, да еще и открыто снимал на телефон. Я сейчас же пойду всё расскажу учителю.
Зрители наперебой окружили Ци Юаня со всех сторон. Увидев это, Се Чжимин увел Сюй Бая прочь.
Какая-то девушка проходила мимо, лишь слегка повернув голову, чтобы бросить взгляд на эту суматошную сцену. Ее длинные волосы скрывали лицо, и никто не заметил, как уголки ее губ изогнулись в насмешливой улыбке.
— Ах, — Сюй Бая вдруг зашатало, и он оступился, падая прямо в объятия Се Чжимина, а его рука сама собой легла тому на плечо.
Почувствовав холодноватые кончики пальцев на своей шее, Се Чжимин на мгновение замер. Он опустил взгляд на мягкое, безвольное запястье, устроившееся у него на плече.
— Как больно, — брови Сюй Бая сошлись на переносице, он закусил губу, изображая крайнюю муку. — Кажется, я подвернул ногу.
Се Чжимин посмотрел на Сюй Бая: юноша смотрел на него огромными миндалевидными глазами, полными влаги, с чуть опущенными и слегка покрасневшими уголками. Он выглядел таким жалким и невинным, словно брошенный щенок.
Нога юноши была подвернута, и идти дальше он не мог.
— Ты не мог бы… подержать меня?
— Ой, прос… прости за беспокойство, — робко пролепетал Сюй Бая, опуская глаза и заливаясь застенчивым румянцем. — Юй Фэн.
Се Чжимин наклонился и подхватил его на руки. Юноша оказался очень легким, такого веса хватило бы, чтобы поднять его одной рукой.
[С чего это он вдруг взял его на ручки?]
[Понятия не имею, что происходит, но мне кажется, от него разит позёрством, ай-яй-яй...]
[Ой-ой-ой, завидую, завидую! Объятия моего мужа наверняка такие теплые... Очередной день зависти к неписю.]
Следом полетели разнообразные повседневные подарки и цветочки.
...
По дороге то и дело попадались редкие прохожие. Юноша, словно стесняясь, отворачивал голову и зарывался лицом в грудь Се Чжимина, пряча его от посторонних глаз.
Каждое движение юноши заставляло тело Се Чжимина каменеть все сильнее. Влажное и теплое дыхание проникало сквозь хлопковую ткань одежды, вызывая легкий зуд, от которого Се Чжимину становилось не по себе.
Ему казалось, будто губы юноши то и дело едва заметно касаются его кожи.
Он редко с кем-то сближался настолько тесно и сейчас изо всех сил сдерживал импульс просто выбросить человека из рук.
Даже когда в прошлый раз его обнимал Лу Цзиншэнь, такого сильного дискомфорта не было.
Из-за недавней возни одежда Сюй Бая перекосилась и висела на нем кое-как, обнажая изрядную часть руки. Зоркий глаз Се Чжимина заметил на его предплечье несколько царапин.
Царапины выглядели глубокими, казалось, они еще не зажили и кое-где сочились темно-красной жидкостью, что выглядело довольно жутко.
Желая переключить внимание, Се Чжимин спросил:
— Что это с тобой?
Сюй Бая слегка приподнял голову, торопливо опустил рукав, пряча рану, и слабым голосом произнес:
— Позавчера меня случайно поцарапала кошка, я собирался сначала зайти в медпункт.
— Давай сначала зайдем к школьному врачу. — Се Чжимин отвел Сюй Бая в медицинский кабинет школы.Когда Се Чжимин пришел в медпункт, то обнаружил, что он довольно большой. Отдельное двухэтажное здание напоминало небольшую больницу.
На каменной стеле у входа он увидел имя благотворителя здания — человека по фамилии Чжоу, господина Чжоу. Эта фамилия заставила Се Чжимина вспомнить о Чжоу Юе, и он гадал, есть ли между ними какая-то связь.
В очереди перед регистратурой на первом этаже по-прежнему толпилось много людей: мужчины и женщины, старики и дети. Казалось, среди них были и посторонние, пришедшие извне.
Пока он ждал, то выяснил, что с понедельника по пятницу в дневное время жители с улицы могут приходить в школу на приём к врачу, но по вечерам это уже было запрещено.
Регистрация в школьной поликлинике велась по студенческим билетам, и для учащихся медицинские услуги предоставлялись бесплатно. Однако Сюй Бай свой студенческий билет с собой не взял, поэтому Се Чжимин одолжил ему свой, и в бланке направления было указано его имя.
Ждать пришлось недолго, как вдруг прозвучало имя Се Чжимина:
— Юй Фэн, второй этаж, кабинет 102.
Врачебный кабинет на втором этаже. Увидев на экране компьютера появившееся имя, помощница-медсестра невольно нахмурилась, надула губы и пробормотала:
— Почему этот парень снова приперся? Уловок у него просто не счесть: в прошлый раз он якобы нечаянно упал, а что на этот за раз?
Сидевший рядом мужчина, заполнявший медицинскую карту, поднял взгляд своих глубоких глаз:
— Кто?
— А кто еще может быть? Этот самый Юй Фэн.
Мужчина за письменным столом был бледлен лицом, его черные, как тушь, волосы и прямой нос привлекали внимание. Цвет его глаз казался более необычным, чем у обычных людей — бледно-голубые, узкие и глубокие, при взгляде на которые невольно возникало чувство какой-то хрупкости.
В правом переднем углу стола стояла табличка с надписью: Врач — Цзян Бэйчэн.
Брови Цзян Бэйчэна слегка нахмурились, рука с ручкой замерла, и он кивнул стоявшей рядом медсестре:
— Сходи позови его войти.
— Доктор Цзян, — медсестра выглядела недовольной.
Пара бледно-голубых глаз скользнула по ней.
Медсестра послушно закрыла рот и с неохотой отложила то, что держала в руках. Хорошо еще, что в прошлый раз доктора Цзяна не было на месте.
Она до сих пор помнила того юношу, который вечно прятал голову, с трусливым и пугливым видом, да еще и соврал, будто подвернул ногу после падения.
Воспользовавшись тем, что они потеряли бдительность, он тайком проник в кабинет доктора Цзяна, чтобы оставить любовное письмо, и попался прямо ей на глаза.
Доктор Цзян был красив и окончил престижный университет, в то время как Юй Фэн слыл в школе известным двоечником и изгоем. Как они вообще могли сойтись?
Выйдя в коридор, она прикрыла за собой дверь.
— Юй Фэн.
— Юй Фэн.
Медсестра позвала два раза, но никто не откликнулся.
Она огляделась по сторонам, никого не увидела, лукаво сверкнула глазами и, замышляя нечто недоброе, украдкой направилась в сторону комнаты отдыха.
Ей вовсе не улыбалось снова видеть этого противного Юй Фэна.
Се Чжимин принес Сюй Бая на второй этаж. К тому времени Сюй Бай уже потерял сознание, коридор был совершенно пуст, и Се Чжимин, сверяясь с номерами на дверях, нашел кабинет 102.
Он поднял руку и постучал.
— Войдите.
Из-за двери донесся низкий, чувственный голос.
Се Чжимин толкнул дверь.
Слева в комнате стояла простая больничная койка, покрытая бледно-голубой медицинской пеленкой, рядом примостилась инструментальная тележка, а справа выстроился ряд синих ширм, за которыми угадывалось чье-то движение.
— Ложись пока на кушетку, я помою руки и сразу подойду, — раздался голос из-за ширмы.
Се Чжимин так и поступил, бережно уложив Сюй Бая на кровать.
За ширмой зазвучал журчащий звук воды.
Из-за ширмы появилась фигура.
На лице Цзян Бэйчэна была надета маска, и он направился прямо к больничной койке. Бросив взгляд на лежащего человека, он заметил, что голова Юй Фэна повернута вбок и лица не разглядеть.
Цзян Бэйчэн опустился на стул рядом и принялся сверять данные:
— Это Юй Фэн?
Вдруг раздался легкий щелчок — казалось, что-то упало на пол.
Се Чжимин увидел, как из кармана врачебного халата выпала ручка и закатилась под стул.
Опасаясь, что врач снова испачкает руки и ему придется мыть их заново, Се Чжимин участливо наклонился, желая помочь поднять ручку с пола.
Услышав вопрос доктора, он на ходу ответил, продолжая нагибаться:
— Да.
Однако вместо ожидаемой пластмассовой текстуры пальцы, почти коснувшиеся ручки, ощутили ледяную и мягкую гладкость, похожую на шелк.
Тело Се Чжимина слегка вздрогнуло. В тот же момент, когда он начал подниматься, легкий холодок едва уловимо скользнул по его губам. Ледяное прикосновение вызвало мимолетный зуд, и он инстинктивно прикусил уголок губ, подавляя это щекочущее ощущение.
Тут же он встретился взглядом с парой бледно-голубых глаз — холодных, словно мартовский дождь, и полных какой-то скорбной прохлады.
http://bllate.org/book/25055/2974219
Готово:
