В ванной комнате Цинь Му был не в силах вынести неприятный запах от собственного тела — вонь из-за недавней рвоты стояла поистине отвратительная. Заметив, что в ванной комнате Чжань Е имеется абсолютно всё необходимое, а также вспомнив, сколько пота с него сошло за сегодняшний день, Цинь Му решительно собрался принять душ.
Отрегулировав воду до комфортной температуры, Цинь Му с удовольствием смыл с себя всю накопившуюся усталость. Обычно он крайне редко пользовался гелями для душа и прочей подобной ерундой, но из-за скверного запаха инстинктивно принялся искать гель. Обыскав всё вокруг, Цинь Му с досадой обнаружил, что привычки Чжань Е, судя по всему, были точно такими же.
Однако глазастый Цинь Му заметил у умывальника еще не распакованный кусок мыла. Он выключил воду, кое-как вытерся валявшимся рядом полотенцем, обулся в тапочки и нагишом направился к раковине.
Поскольку пол в ванной был покрыт противоскользящим ковриком, Цинь Му не боялся поскользнуться. Больше всего на свете ему сейчас хотелось привести себя в порядок. Распаковав мыло, он уже собирался продолжить мыться, но из-за оставшейся на руках влаги не успел сделать и двух шагов, как кусок мыла выскользнул из ладони.
Стоило Цинь Му согнуться, как раздался стук в дверь, и не успел он даже выпрямиться, как Чжань Е распахнул дверь и вошел внутрь.
Первое, что упало в глаза Чжань Е, — это бледные ягодицы, а между ними — розовеющий анус. Его кадык судорожно дернулся. Когда такой мужчина сам идет тебе в руки, не воспользоваться им было бы просто преступлением против собственных стараний.
Цинь Му и сам понимал, что подобная поза выглядит неприлично, и на мгновение даже остолбенел. Он не поднялся и не повернулся: совершенно голый, с капающей водой с недосушенных участков тела. Они провели в этой странной заминке целых десять секунд, пока, наконец, Чжань Е не шагнул в комнату.
— Дорогой, ты облачился в столь пикантный наряд, чтобы меня соблазнить? — Глаза Чжань Е сверкали, а правая рука легла на плечо Цинь Му. Кожа оказалась гладкой, на ощупь — просто прелесть.
Какого чёрта, я же вообще ничего не надел, неужто нельзя смотреть внимательнее, когда говоришь! — мысленно взвыл Цинь Му.
Чжань Е притянул тело Цинь Му ближе к себе, легко подул ему на ухо и томно произвел:
— Малыш Му-Му, сегодня вечером… м?
Сам Чжань Е никогда не принуждал людей против их воли, но этот Цинь Му и впрямь заставлял его сердце трепетать.
Мочки ушей Цинь Му покраснели, однако на душе у него похолодело. Он всегда знал, что бесплатный сыр бывает только в мышеловке, и сознательно шел на такой шаг по собственному желанию. Подумаешь, придавили разочек — сойдет за случайную связь с каким-то хмырем, он был с этим согласен.В сердце Чжань Е промелькнула искра возбуждения, но, несмотря на затуманенный похотью рассудок, он всё же помнил, что в животе у Цинь Му уже третий месяц растет ребенок. Он быстро сбросил с себя всю одежду, и на лице Цинь Му на мгновение промелькнул редкий румянец.
Чжань Е грубо сжав ладонью бедро Цинь Му, провел вверх по гладкой коже, и в конце концов его пальцы легли между ягодиц.
— Дорогой, ты просто невероятно соблазнителен.
Цинь Му слегка передернуло — вовсе не от холода, а от странного ощущения, поднявшегося из глубин души.
Довольно усмехнувшись, Чжань Е заставил Цинь Му повернуться лицом к себе, легко приподнял и усадил на раковину. Из-за охватившего его напряжения сфинктер Цинь Му непрерывно сжимался.
Глядя на распухшие и покрасневшие губки Цинь Му, Чжань Е властно приник к ним поцелуем, не давая тому ни единого шанса опомниться. Его язык легко разжал зубы Цинь Му, обвился вокруг языка юноши и принялся жадно и непрерывно сосать, наслаждаясь вкусом.
Почувствовав неуверенный ответный отклик Цинь Му, Чжань Е испытал гордость. Их губы и зубы сплелись так тесно, что изо рта обоих даже потянулись серебристые нити слюны, и эта картина выглядела до предела чувственно и порочно.
Доведя Цинь Му до исступления и лишив возможности дышать, Чжань Е наконец отпустил мужчину, но, похоже, распробовал еще не всё: его губы скользнули ниже и замерли на сосках. Кончик языка принялся легко и сладострастно их ласкать, заставляя Цинь Му дрожать и срываться на стоны.Казалось, его собственные движения всё ещё были слишком медленными, и Чжань Е небрежно взял стоявший рядом шампунь, выдавил порцию, а затем обмакнул в него палец. Указательный палец легко вошел в прекрасное потаенное место Цинь Му.
Цинь Му почувствовал прохладу в районе своего ануса, хотя и понимал, как обычно обстоят дела между мужчинами. Однако это прохладное ощущение заставило его сжаться еще сильнее.
Чжань Е сделал несколько движений пальцем в этом тугом месте и, почувствовав, что анус уже готов принять один палец, вставил второй.
— Дорогой, расслабься, — произнес он.
Пока правая рука была занята делом, левая рука Чжань Е не удержалась и нащупала сосок Цинь Му, принявшись его нежно массировать.
Двойная стимуляция сверху и снизу заставила Цинь Му издать тихий стон, это томительное ощущение сводило его с ума.
Почувствов нетерпение Цинь Му, Чжань Е ускорил движения, а вместо двух пальцев вошли уже три. Убедившись, что анус Цинь Му достаточно увлажнен и скользок, Чжань Е наконец поднял своего малыша и начал осторожно входить в Цинь Му.
Чжань Е был уверен, что проявляет максимум нежности: ему нужно было заботиться и о чувствах Цинь Му, и о ребенке в его животе, это было поистине непросто.Свобода вернулась к его рукам, но они были покрыты липким потём. Чжань Е с дразнящими нотками поглаживал живот Цинь Му. Ощущая сдержанное напряжение Цинь Му и чувствуя, как его собственный брат успешно проник в это мягкое и тёплое место, Чжань Е начал слегка покачиваться, постепенно ускоряя ритм.
От этих ощущений Цинь Му в конце концов не выдержал и взвизгнул:
— Чжань Е, твой сын ведь здесь! Ты просто безумец!
Чжань Е усмехнулся:
— Разве ты не слышал, что воспитание ребёнка должно начинаться ещё в утробе? Я сейчас учу его очень стараться, глядишь, удастся и ручку малыша задеть.
Цинь Му пришёл в ярость. Ручку малыша? Малыш ещё даже не сформировался! Эх, малыш, у которого ещё даже ручки не выросли, папочка выражает тебе свои соболезнования за то, что тебе достался такой бессовестный мужчина.
Чжань Е испытывал невиданное доселе наслаждение, а податливый мужчина под ним делал его настроение ещё более прекрасным.
В тихом пространстве, помимо шлепков, раздавались лишь тяжёлое дыхание мужчины да стоны Цинь Му.
Позанимавшись этим довольно долго, Чжань Е перевёл взгляд и лукаво произнёс:
— Цинь Му, давай-ка сменим место.
Цинь Му подумал, что они возвращаются в комнату, и снова безропотно согласился — на кровати всяко удобнее, чем на этой раковине. Чжань Е не упустил ни секунды: они так и двигались, тесно прижавшись друг к другу и слившись воедино. Из-за этих объятий Чжань Е вошёл в тело Цинь Му ещё глубже, и при каждом шаге всё тело покачивалось так, что сердце того чуть не выпрыгивало из горла.
Цинь Му в страшном сне не мог представить, что позади этой ванной комнаты скрывается огромная купель. У него едва не случился обморок при виде того, что вода в ванне была горячей, и Цинь Му сразу сообразил, что подогрев здесь работает круглые сутки без перерыва.
Обхватив Цинь Му, Чжань Е просто перешагнул бортик. Цинь Му так вымотался, что уже не хотел сопротивляться. Он никак не ожидал, что Чжань Е прижмёт его животом к краю ванны и продолжит вколачиваться в новом положении. Он даже чувствовал, как внутрь затекает тёплая вода, а от движений Чжань Е её выплескивало обратно.
— Чжань Е, ты просто исчадие ада, — когда Цинь Му был с Вэньжэнь Мином, их ласки ограничивались поцелуями и объятиями, откуда было взяться такой безумной страсти? Единственный раз, когда он захотел страстной ночи, Цинь Му испугался и сбежал именно из-за той истории с Чжань Е.
Чжань Е лишь нагло ухмыльнулся:
— Бывают и похуже.
С этими словами он развернул Цинь Му к себе лицом, усадил сверху верхом, придерживая за талию и надавливая вниз, и одновременно подался навстречу, с праздным любопытством разглядывая место их соединения.
Цинь Му испытал испанский стыд. Черт возьми, на мгновение ему захотелось провалиться сквозь землю от унижения.
— Чжань Е, ты форменный извращенец! Я… я… связаться с тобой было просто… — Цинь Му так разозлился, что лишился дар речи.
Как бы ни был самостоятелен и решителен Цинь Му в любых других делах, когда дело доходило до их неизбежной интимной близости, он неизменно прятал голову в песок подобно страусу.
Раз Цинь Му всё ещё был способен ругаться, Чжань Е удивленно приподнял бровь и чуть качнул его так, что сидящая фигура тут же завалилась на него. Чжань Е снова прильнул к губам Цинь Му, затыкая этот непрекращающийся поток брани.
Проснувшись, Цинь Му не почувствовал на теле липкости. В первый раз, когда они сошлись с Чжань Е, он весь был испачкан чем-то вязким, и тогда промелькнула мысль, что Чжань Е всё-таки настоящий мужчина — позаботился и отмыл его.
Впрочем, если бы Цинь Му знал, что вчера прямо в этой ванне под предлогом мытья Чжань Е облапал его с ног до головы, он бы вряд ли назвал его настоящим мужчиной!
Сейчас Цинь Му был в пижаме. Он тупо уставился на свой живот, и мысль о том, что внутри него растёт ребёнок, согрела сердце неожиданным теплом; прежнее сопротивление испарилось, и он легко вздохнул.
Впрочем, этому ребёнку шло уже третье месяц, но живот выпирал лишь едва-едва заметным холмиком, что было ему даже на руку.
Цинь Му очень устал и снова погрузился в глубокий сон. Когда он проснулся в следующий раз, уже наступил вечер, и Чжань Е, разумеется, не вернулся. Цинь Му вовсе не терзался тоской — между ними, если разобраться, были лишь отношения партнёров по постели.
Приведя себя в порядок, он тут же набрал номер Вэньжэнь Цзиня и назначил встречу.
Вэньжэнь Цзинь доводился старшим братом Вэньжэнь Мину, хотя они были кровными родственниками лишь по отцу, а их матери были разными. Братья люто ненавидели друг друга, и когда-то Цинь Му даже помогал Вэньжэнь Мину вставлять палки в колеса Вэньжэнь Цзиню. Но теперь ситуация должна была измениться с точностью до наоборот.
Родная мать Вэньжэнь Цзиня была первой законной женой его отца, однако мать Вэньжэнь Мина нагло увела чужого мужа, то есть любовница пошла на повышение, фактически сведя законную супругу в могилу от переживаний. С тех пор Вэньжэнь Цзинь лютой ненавистью ненавидел и отца, и Вэньжэнь Мина, дав себе зарок непременно отомстить.
Если бы не Вэньжэнь Мин, он, пожалуй, так и не узнал бы историю Вэньжэнь Цзиня и у него не появился бы его номер телефона!
Ах ты, Вэньжэнь Мин, Вэньжэнь Мин. Если бы я не узнал, что ты подобрался ко мне из-за Цинь Фэна, моё возмездие могло бы постигнуть тебя чуть позже. Но теперь мне необходимо сначала разделаться с тобой, чтобы вытащить наружу лисий хвост Цинь Фэна.
И в то же время отыграть назад свои позиции в этом неловком положении. Хе-хе…
Цинь Му смотрел на лунный свет за окном с ледяной усмешкой, а затем нажал одиннадцать цифр на экране телефона.
http://bllate.org/book/25018/2958727
Готово:
