Готовый перевод The Crown Prince is Busy / У Его Высочества нет ни минуты покоя: Глава 19

(Ctrl + влево) Предыдущая глава   |    Оглавление    |   Следующая глава (Ctrl + вправо)

Император Юнчжэн столкнулся с трудностями, а единственным человеком, кто мог его спасти, был бывший Князь Лянь, Восьмой князь Инь Сы. Сама судьба распорядилась самым комичным и нелепым образом. Тот факт, что император Юнчжэн, всегда державшийся свысока, пришел просить его о помощи, вызвал в душе Восьмого князя настоящую бурю. Сначала он испытал дикий восторг и возбуждение: он ждал этого дня целых две жизни, ждал так долго... что это даже слегка переросло в психическое расстройство. Сколько раз он представлял себе эту сцену? Особенно в те годы, когда Четвертый надел драконью мантию и взошел на престол, Инь Сы целыми днями мастерил в мыслях соломенных кукол для проклятий, а засыпая, бормотал лишь одно: пусть Юнчжэн оступится, пусть Юнчжэн поперхнется водой, пусть Юнчжэн подавится едой — короче говоря, пусть у Юнчжэна во время любой ходьбы, еды или сна случаются мелкие неприятности. Затем накатила тревога. Когда то, чего уже и не надеялся дождаться, вдруг пало к ногам, Восьмой князь испытал беспрецедентное волнение. Его тревожило лишь одно: как именно теперь вести себя с Юнчжэном? Сначала броситься и ударить его кулаком? Нет, это слишком неэстетично, — отмел эту мысль Восьмой князь. Репутацию элегантного Восьмого князя разрушать нельзя. Тогда, может, сначала отпустить пару насмешек? Тоже не годится: у Четвертого лицо как маска, а судя по собственному опыту, если попытаться кого-то уязвить, а противник и бровью не поведет, больнее всего в итоге сделаешь себе самому. Истинная же суть происходящего заключалась в том, что Восьмой князь безо всякой видимой причины банально занервничал. А стоило Восьмому князю занервничать, как он тут же забыл, что все еще изображает из себя неприступную важность и маринует Юнчжэна в приемной.

Восьмой князь был прав, держа марку: находить предлоги и заставлять противника ждать добрую половину дня — привилегия того, кто занимает высшую ступень. Это позволяет и давление оказать, и дать понять оппоненту: я круче тебя. Но во всем важна мера, перебор ни к чему хорошему не приводит — как в случае с нынешним Восьмым князем. Прождав тридцать минут, Наследный принц и Четвертый брат устали. Наследный принц заскучал, после чего выудил из сумочки Четвертого брата ноутбук.

— Похоже, совещание у старого Восьмого затянется. Раскинем партию?

Наследный принц имел в виду китайские шахматы, установленные в компьютере Четвертого. Император Юнчжэн был человеком, чуждым низменных развлечений — ладно уж, император Юнчжэн был до крайности скучным человеком. Никогда не стоит рассчитывать на то, что в компьютере Четвертого брата обнаружится какая-нибудь высококлассная онлайн-игра. Сидя перед монитором в очках, Четвертый брат тихонько ухмыльнулся, и на экране мгновенно заструились реки крови, а монстров рубили так, что от них не оставалось и следа — одно воображение таких сцен наводило ужас. Это в романах, а не в реальной жизни генеральный директор может коротать досуг за онлайн-играми и заодно завести себе жену. В ноутбуке Четвертого брата, помимо базового программного обеспечения, единственным средством от усталости служили предустановленные игры. Разумеется, на его компьютере водились только они, и вполне закономерно, что из всех компьютерных забав Наследному принцу, деревенщине из прошлой жизни, были доступны лишь эти. В этом заключалась трагедия семнадцатилетнего юноши, лишенного воспоминаний: он не смог прочувствовать радости сверстников, не познал бьющей через край страсти от управления мышкой, несущейся вперед без оглядки. Инь Жэнь еще не до конца постиг всю мощь сетевого мира, и для него разница между компьютером и телевизором сводилась лишь к тому, что системный блок можно переставить в другое место, а вот с телевизором в этом плане возникали определенные трудности. Строго говоря, наш Наследный принц оставался славным юношей, не испорченным интернетом, незнакомым с видеоиграми и чатами.

Добропорядочный юноша и скучный молодой человек самозабвенно рубились на виртуальной доске. Победа или поражение не имели значения — куда важнее было то, что они полностью переключились на развлечение самих себя и уже вовсе не ждали чужого приема. Ситуация претерпела качественное изменение. Когда Восьмой князь в кабинете наконец пришел в себя после внутреннего хаоса, взял себя в руки, настроился на победный лад, чтобы морально растоптать давнего соперника, и изящно толкнул дверь приемной, он не смог насладиться желанной картиной. Восьмой князь отличался исключительным умом, и ему, конечно, не приходило в голову, будто Юнчжэн вдруг бросится к нему, вцепится в штанину и станет умолять — до такого бреда он не додумывался. Однако Восьмой князь тайком воображал жалкий, заискивающий вид Юнчжэна и от души над этим потешался. И что же он в итоге узрел?!

Его заклятый враг сидел тесно прижавшись к цветущему, утонченному и прелестному юноше, оба они лупились в экран, а на этом вечно застывшем лице Четвертого даже играло мягкое выражение? Сияющий чистоцветом Восьмой князь мгновенно взбесился!

Это уже переходило всякие границы!

— Хм, и это твой тон просителя? Да еще притащил с собой малолетнего фаворита? — Восьмой князь растянул губы в легкой улыбке. Всякий, кто знал его близко, ведал: чем лучезарнее улыбается Восьмой князь, тем плачевнее окажутся последствия.

Дверь отворилась, и молодой человек в белом спортивном костюме прислонился к косяку, улыбаясь так ослепительно, что казалось, будто солнце и луна поблекли, а небо и земля утратили краски. Сидевший на диване Четвертый брат обернулся, и в поле его зрения попало это знакомое и в то же время чуждое сияющее лицо. Словно сквозь дымку лет вспомнилось ему, как много лет назад восьмой княжич Инь Сы повстречал его на какой-то дворцовой дорожке точно так же улыбающимся. Обстоятельств той встречи он уже не упомнил, но это лучезарное лицо неожиданно прочно засело в памяти.

Он остолбенел на мгновение и лишь после оклика пришел в себя:

— Инь Сы...

Заготовленные заранее речи, даже необходимые извинения и демонстрация слабости — все было смыто мощной волной эмоций, и с его губ слетели те самые два слова, с которых все и начиналось.

Наследный принц сидел внутри, увлеченно уставившись на шахматную доску — мастерство старого Четвертого ни капли не ухудшилось! Услышав голоса, он по привычке обернулся. Сиденье стояло не слишком удобно, и чтобы рассмотреть все получше, он попросту свесился через плечо Четвертого.

Улыбка на лице Восьмого князя стала еще заметнее. Сделав пару шагов вперед, он перевел взгляд на Наследного принца. Раньше, когда юноша сидел вполоборота, разглядеть его толком не удавалось, но теперь Восьмой князь отчетливо понял, насколько хорош собой этот парень. Юноша с интимной близостью висел на плечах у Юнчжэна, глядя на него красивыми черными глазами — в них читалось невинное любопытство пополам с детской непосредственностью. Белоснежное личико, алые губы — каждое мгновение казалось безупречным и запредельно манящим.

Взглянув же на Инь Чжэня, Восьмой князь не обнаружил на его лице ни тени раздражения. Какое там раздражение — чистейшее попустительство! Он знал Инь Чжэня: у того от природы холодный характер, причем не показной, а шедший из самых глубин существа. Даже тринадцатый, с которым они были ближе всего, удостаивался лишь похлопываний по плечу, ударов в грудь да обмена улыбками — вот и вся близость (впрочем, для них и этого хватало). С чего бы кому-то позволять себе такое с императором Юнчжэном? Будь тот столь доступен, все те красавицы, что присылал маленький Девятый, не вернулись бы ни с чем.

Затаив недоброе в душе, Восьмой князь истолковал всё превратным образом, отчего помрачнел еще сильнее. В его улыбке прорезались ядовитые нотки:

— Явился ко мне с любовником? Хочешь расплатиться этим человечишкой за какую-то услугу? Как же ты изменился.

Да вовсе не Четвертый брат изменился! Восьмой князь, неужели ты сам не видишь, что с этим юношей что-то не так? Куда подевалось твое хладнокровие? Где твоя проницательность?

— Погодите-ка, что ты сейчас ляпнул?

Юноша демонстративно поковырялся в ухе с видом человека, который ничего не расслышал, однако его черные глаза пылали неверием и яростью. Восьмой князь насторожился: человек, сумевший прибрать к рукам Инь Чжэня, явно не был простаком. Неужели он упустил что-то важное? Почему от этого юноши веет таким знакомым духом? Неужели он встречал его раньше?

Наследный князь уловил суть: старый Восьмой принял его за любовника старого Четвертого! Куда это годится? Ошибочка вышла просто колоссальная! Пусть он и питаше слабость к прелестникам, причем порой без разбору, да и внешность старого Четвертого в этой жизни была вполне себе ничего — даже можно сказать, весьма недурна. Но у него, Наследного принца, имелись свои принципы! С какой стати ему посягать на собственного брата?! Тем более на этого деревянного чурбана старого Четвертого! Он должен внести ясность! Нужно как следует преподать урок старому Восьмому! Что за зрение у этого старого Восьмого — старый Четвертый признал его с первого же взгляда, а он в этой жизни ослеп окончательно?!

— Старый Восьмой, у тебя глаза на макушку перекочевали, да? Стоит денек не проучить тебя, как ты тут же забываешь, кто перед тобой! — Наследный принц подорвался с места, с громким хлопком захлопнув ноутбук. Четвертый брат с болью в сердце бросил на него еще пару взглядов: компьютер вообще-то стоил дорого! Наградив ошеломленного Восьмого князя полным сочувствия взглядом, Наследный принц уже разъяренно несся вперед, тыча пальцем прямо в нос Восьмому и отчитывая его: — Еще в прошлых жизнях ты мне глаза мозолил — это ведь ты тогда стряпал против меня пачки фальшивых обвинений! Я еще толком с тобой не расплатился за то дело, а ты заявляешь, что я — любовник старого Четвертого! У меня по-твоему настолько отвратительный вкус? Да старый Чурбан Четвертый — это просто полено, причем такое, на которое сколько воды ни лей, цветы не зацветут. Стал бы я на него заглядываться?!

— ... — Второй брат, ты перепутал все акценты, — в душе Четвертого брата бушевал коктейль из безысходности и горькой обиды. — Неужели я и правда настолько плох?

Восьмой князь замер, тупо глядя на любовника Юнчжэна, прилетевшего прямо к нему, а затем тупо слушал этот безостановочный поток обвинений, пока до него наконец не дошло, кто именно стоит перед его носом! Осознав это, Восьмой князь окаменел.

— Наследный принц? — неуверенно выдохнул Инь Сы.

Высказавшись, Наследный принц почувствовал облегчение и вспомнил, зачем вообще сюда явился — к тому же портит отношения с Инь Сы ему было никак нельзя. Напустив на себя суровый вид, он кивнул Восьмому, заложил руки за спину и вернулся на прежнее место:

— Не зови меня Наследным принцем, в этом мире больше нет Наследного принца.

Все те мысли о том, как бы посильнее уязвить Четвертого брата, благополучно выветрились из головы Восьмого под напором Наследного принца. Он до сих пор пребывал в прострации. Если не Наследным принцем, то как его величать? До падения Старшего Княжича он ходил под знаменами партии Старшего Княжича, а когда тот пал, сколотил собственную партию Восьмого князя. И в том, и в другом случае они шли наперекор прямому наследнику императорского трона — Наследному принцу. За его спиной творилось немало грязных делишек против Наследного принца, и теперь, когда тот внезапно нарисовался перед ним во всей красе, Восьмой князь просто потерял дар речи.

— Зори Вторым братом, — хладнокровно подсказал молчавший до этого Инь Чжэнь.

Восьмой князь был готов разрыдаться. Такой исход никак не входил в его планы! Какого черта все обернулось именно так?! Он ведь все распланировал: уничтожать Инь Чжэня он не собирался, но и любезничать с ним тоже не планировал. А теперь... Фирменная улыбка слетела с его лица, и он уже без утайки помрачнел:

— Инь Чжэнь, не забывай, зачем ты сюда пришел.

— Я пришел исключительно вести дела, — бесстрастно отозвался Четвертый брат, поправляя очки.

— Стоит мне сказать нет, и эта сделка накроется медным тазом, — с леденящей остротой указал на корень проблемы Восьмой князь. — Твоя компания трещит по швам, и ты выводишь оттуда гигантские суммы совсем не просто так. Если твое нынешнее дело рухнет, весь твой грандиозный план полетит к чертям, верно?

— Сотрудничество взаимовыгодно, Вэй внакладе не останется.

— Отказ от сотрудничества для Вэй тоже не потеря. С какой стати мне соглашаться? — Инь Сы тронул уголками губ губы, но улыбка не дошла до глаз — во взгляде зияла ледяная пустыня. — По-твоему, у твоего младшего брата есть хоть одна причина соглашаться с вами? Ваше Величество?

Лицо Четвертого брата слегка побледнело, пальцы на столе сжались в кулаки до побелевших костяшек. Он приготовился к худшему, но когда этот миг действительно настал, император Юнчжэн не пожелал склонять голову. Перед лицом этого человека Айсиньгьоро Инь Чжэнь никогда, ни за что не опустит голову!

— Вы двое собираетесь препираться до скончания веков? Всё тащите за собой багаж прошлых обид? Решили разыграть драму о тяжелой и извращенной любви? — Наследный принц закатил глаза от всеобщего игнорирования. — С этими младшими братишками сплошная головная боль, как же трудно нынче быть хорошим старшим братом!

От автора:

Кхе-кхе, у нас в школе прокладывают метро — вернее, метро проходит прямо под школой, поэтому интернет вырубают с завидной регулярностью, так что клянусь, я не специально... Прошу сильно тапками не кидаться.

Пейринг этой истории вообще-то Канси и Наследный принц, в этой главе вроде обошлось без Четвертого и Второго? А не уловили ли вы легкий ветерок между Восьмым и Четвертым, или Четвертым и Восьмым?

http://bllate.org/book/25011/2958190

(Ctrl + влево) Предыдущая глава   |    Оглавление    |   Следующая глава (Ctrl + вправо)

Обсуждение главы:

Еще никто не написал комментариев...
Чтобы оставлять комментарии Войдите или Зарегистрируйтесь

Инструменты
Настройки

Готово:

100.00% КП = 1.0

Скачать как .txt файл
Скачать как .fb2 файл
Скачать как .docx файл
Скачать как .pdf файл
Ссылка на эту страницу
Оглавление перевода
Интерфейс перевода