Спустя десять дней Сяо Цин неожиданно появилась перед глазами Цзян Цзыняня.
С того самого дня, когда Сяо Цин увидела Цзян Цзыняня, ее не покидало смутное предчувствие, что что-то здесь не так. Вернувшись назад, она думала об этом всё больше, и подозрения лишь крепли.
Тогда Сяо Цин принялась повсюду выведывать обрывки сведений.
И в Секте Юаньмин ей действительно удалось выкопать крупицы информации.
Узнав, что в последнее время Бай Хунцин то и дело хаживал в эти края, Сяо Цин решила в одиночку подняться наверх и во всём разобраться.
Кто бы мог подумать, что от этого места веяло зловещей ци, а на сотню ли вокруг не было ни души.
Сяо Цин поняла, что дело нечисто.
Она побродила вокруг, выискивая зацепки, и в конце концов и впрямь нащупала нужный путь, пробравшись внутрь.
Но когда Цзян Цзынянь увидел ее, он на мгновение замер на месте.
Сяо Цин же схватила его и с крайне встревоженным видом заговорила:
— Учитель! Скорее уйдём со мной!
Брови Цзян Цзыняня сошлись на переносице:
— Что ты здесь делаешь?
Сяо Цин выпалила:
— Учитель! Он же держит вас здесь взаперти! Он совсем...
Однако Цзян Цзынянь резко зажал ей рот и тут же потащил за собой, намереваясь увести её подальше.
Формация, которую установил Бай Хунцин, была не по зубам даже самому Цзян Цзыняню, но Сяо Цин прорвалась сквозь нее без малейших усилий.
У Сяо Цин было особое телосложение, против которого не работала ни одна формация, — именно благодаря этому она ранее проникла на то духовное поле, желая украсть бессмертную траву.
Цзян Цзынянь, поразмыслив как следует, понял, что их прошлая встреча всё-таки посеяла в ней зерно сомнений.
Она отличалась острым умом, поэтому, вернувшись домой и поразмыслив над всем, непременно должна была догадаться о сути дела.
С другой стороны, обладай кто-то иной подобным нравом — ладно бы, но из-за ее уникальной природы никакие преграды и формации не имели над ней власти. Вот так она запросто и прорвалась сюда, прямо к нему.
Если бы раньше, заметив ее вторжение, Цзян Цзынянь, пожалуй, действительно захотел бы сбежать вместе с ней, то теперь, воочию убедившись в жестокости и безжалостности Бая Хунцина, он знал: нынешний визит Сяо Цин перешел все мыслимые границы и стал для него смертным грехом.
Даже если бы он сам и сбежал вместе с Сяо Цин, после случившегося ему-то, может, и удалось бы скрыться, но Бай Хунцин ни за что не отпустил бы Сяо Цин живой.
Если уж Бай Хунцин мог хладнокровно поднять руку на него самого, что и говорить о какой-то там девчонке Сяо Цин.
Как он мог допустить, чтобы Сяо Цин погибла из-за него.
Цзян Цзынянь применил духовную силу и, увлекая за собой Сяо Цин, бежал без оглядки долгие версты.
Заметив его спешку, Сяо Цин в душе решила, что он согласился уйти с ней.
Пробежав так какое-то расстояние, Сяо Цин, которая из-за поисков Цзян Цзыняня на горе не сомкнула глаз уже несколько ночей подряд, выбилась из сил. Теперь, когда она вновь обрела его, она практически валилась с ног — разве могла она выдержать долгий бег? Стоило ей пробежать еще немного, как ее нога подогнулась и она едва не рухнула на землю. Увидев, что ее лицо слегка побелело, Цзян Цзынянь был вынужден остановиться.
Он как раз собрался шагнуть вперед и поддержать ее.
В этот самый момент легкий, словно у небожителя, силуэт внезапно рухнул с небес прямо перед ними.
— Сяо Цзы... куда это вы собрались?
В голосе этого человека прозвучала едва заметная игривая нотка.
На нем были лунно-белые одежды, и сейчас, когда он спускался с небес, полы его одеяний плавно развевались, словно струящийся лунный свет окутывал его фигуру.
Его лицо было мягким и чистым, подобно самым непорочным снежным лотосам на вершинах небес, а глаза напоминали еще не растаявший весенний иней — временами в глубине его зрачков мелькали и скрывались мрачные тени.
Увидев Сяо Цин, он слегка прищурился, и во взгляде помимо холодной проницательности проступила глухая, темная угроза.
Заметив выражение его лица, Цзян Цзынянь покрылся холодным потом. Он исподтишка сделал несколько шагов вперед, заслоняя собой Сяо Цин.
— Она... она просто случайно сюда заббрела, без всякого злого умысла. — Улыбка Цзян Цзыняня вышла несколько натянутой.
— Я... я как раз собиралась проводить ее до выхода.
Бай Хунцин бросил на него взгляд, затем перевел его на Сяо Цин. Во взгляде его читалось то ли глубокое раздумье, то ли зарождающаяся, еще более темная буря.
— Подойди ко мне, — на его губах заиграла легкая улыбка.
Однако от этой улыбки у Цзян Цзыняня по спине побежали мурашки. Не смея больше медлить, он в несколько шагов оказался рядом с Баем Хунцином.
В глазах Бая Хунцина мелькнула темная глубина.
Цзян Цзынянь прекрасно знал, насколько этот человек одержим контролем, и сейчас он наверняка был смертельно недоволен.
Цзян Цзынянь протянул руку и мягко коснулся ладони Бая Хунцина.
Бай Хунцин взглянул на него, а Цзян Цзынянь ответил ему мягкой улыбкой.
Заметив это, Бай Хунцин слегка смягчился, но всё же бросил еще один взгляд на Сяо Цин.
Сяо Цин, хоть и испытывала страх при виде Бая Хунцина, все же старалась держаться прямо и, бледная лицом, прямо смотрела ему в глаза.
Она понимала, что этот человек ей не по зубам, но Цзян Цзынянь оказал ей огромную услугу, и теперь, когда он угодил в беду, разве могла она сидеть сложа руки...
В ее сердце уже созрела решимость разбиться вдребезги вместе с неприятелем, и оттого ее взгляд, устремленный на Бая Хунцина, стал еще тверже.
Бай Хунцин некоторое время изучал ее взглядом. Заметив ее непоколебимые глаза, полные затаенной ненависти, он помрачнел еще сильнее.
Стоило Цзян Цзыняню заметить, как улыбка на лице Бая Хунцина постепенно сходит на нет, понял: тот и впрямь разъярен не на шутку.
Цзян Цзынянь тут же прикрикнул на Сяо Цин:
— Какая же ты бестолковая девчонка!
Сяо Цин от неожиданности вздрогнула и замерла.
Она подняла взгляд и увидела, что Цзян Цзынянь всем телом полуприслонился к плечу Бая Хунцина.
Цзян Цзынянь посмотрел на Бая Хунцина, озарив лицо мягкой улыбкой; его глаза слегка блестели, и во взгляде, устремленном на мужчину, читалось сплошное нежное обожание.
— Я остался здесь по собственной воле. А то, что ты вломилась сюда сегодня, лишь попусту потревожило мой покой.
— Я... — Цзян Цзынянь слегка замялся и вымолвил: — Я люблю его...
С этими словами не только Сяо Цин застыла от изумления — даже сам Бай Хунцин невольно опешил.
В этот момент Цзян Цзынянь чуть опустил ресницы, словно смущенный столь внезапным признанием, и всем корпусом еще сильнее прижался к Баю Хунцину. Выглядело это так, будто он действительно остался здесь по доброй воле — исключительно из глубокой привязанности к этому человеку.Бай Хунцин слегка вздрогнул, заметив, как послушно тот себя вел, и невольно протянул руку, чтобы нежно погладить его по волосам.
Его волосы напоминали лучший шелк — стоило коснуться их, как ладонь ощутила прохладную гладкость.
Увидев это, Сяо Цин замерла на месте с лицом, полным изумления.
— Но ведь... только что... — не успела она договорить, как Цзян Цзынянь бросил на нее холодный взгляд и произнес:
— Возвращайся.
— Я не уйду, я останусь здесь и буду вечно заботиться о нем.
Лицо Сяо Цин слегка побледнело.
Она знала, что между ней и Цзян Цзынянем пропасть, но все же не могла позволить, чтобы дорогого и глубоко уважаемого ею человека кто-то так унижал.
Если этот мужчина действительно любит его... то как у него хватило думы заточить его здесь на всю жизнь, превратив в жалкое создание без собственной воли, способное лишь цепляться за него...
Заметив, что Сяо Цин все еще колеблется и не верит ему...
Цзян Цзыняню не оставалось ничего другого, как слегка закусить губу, а затем он протянул руку и подхватил за подбородок стоявшего рядом Бай Хунцина.
Под слегка опешившим взглядом Бай Хунцина он тут же подался вперед и впился в его губы поцелуем.
Прямо на глазах у Сяо Цин они начали целоваться.
Разве упустил бы Бай Хунцин такую возможность, когда к нему сами бросаются в объятия? В мгновение ока перехватив инициативу, он заставил щеки Цзян Цзыняня покраснеть.
А Цзян Цзынянь, не желая терять лицо перед посторонним человеком, с еще большим усердием отвечал на поцелуй.
Они словно соревновались друг с другом, и этот поцелуй вышел необычайно страстным.
Когда все закончилось, в глазах Цзян Цзыняня стоял туманный влажный блеск.
Взгляд же Бай Хунцина стал еще более глубоким и темным, уголки его губ тронула мягкая улыбка. Его холодное и чистое от природы лицо теперь излучало завораживающую манящую красоту.
Сяо Цин наконец отвела от них взгляд и тихо опустила глаза.
— Возвращайся... — в голосе Цзян Цзыняня послышалась хрипота.
Эта хрипота заставила Сяо Цин невольно поднять голову и взглянуть на него.
На ее губах появилась улыбка.
— Раз так... похоже, я лишь мешаю.
— Я провожу ее, — из-за только что случившегося поцелуя голос и выражение лица Бай Хунцина казались невероятно мягкими.
Подумав о том, что спускаться с горы сейчас действительно неудобно, а Сяо Цин — хрупкая девушка, которой не справиться в случае встречи с дикими зверями, Цзян Цзынянь согласился, услышав слова Бай Хунцина.
Под взглядом Цзян Цзыняня Бай Хунцин увел Сяо Цин, и они постепенно растворились среди деревьев.
Пройдя какое-то расстояние, Бай Хунцин вдруг заговорил:
— Я действительно заточил его здесь.
Шаги Сяо Цин оборвались.
В этот момент взгляд, которым Бай Хунцин смотрел на нее, уже не был таким мягким — теперь его глаза источали леденящий мрак.
От этого взгляда по спине пробегал инстинктивный холодок опасности.
Сяо Цин невольно отступила на несколько шагов назад.
— Ты...
Сейчас Бай Хунцин смотрел на нее так, будто превратился в совершенно другого человека.
Обладая невероятно мощной силой культивации, он бросил на Сяо Цин мимолетный взгляд, полный подавляющей ауры могущественного мастера. Это давление разницы в уровнях заставило ее ноги задрожать, едва не повергнув на колени.
— Ты ведь тоже не поверила его словам.
На лице Бай Хунцина вновь появилась мягкая улыбка, но в глубине глаз залегла непроглядная ледяная тьма.
Стоило спасть маске мягкости, как его черты исказились от холода и высокомерия. Он смотрел на нее с недосягаемой высоты, точно на ничтожную букашку под ногами.
Под давлением старшего мастера Сяо Цин почувствовала себя так, будто на нее обрушилась целая гора. Рухнув на землю, она затряслась всем телом, а в ее глазах постепенно отразился первобытный страх перед Бай Хунцином.
— Ты очень умна, но тебе в голову пришла пагубная мысль.
Сяо Цин обладала редкой проницательностью: всего за дюжину дней ей, простой внешней служанке, удалось выследить его и отыскать это место — у нее действительно были мозги.
Взгляд, которым Бай Хунцин смотрел на нее, стал еще темнее.
— Ты не смела и помышлять о том, чтобы забрать его у меня.
— Никто не сможет забрать его у меня.
Стоило вспомнить, как ради спасения этой девчонки Цзян Цзынянь переступил через свою гордость и сам полез к нему с ласками и нежностью...
Эти поступки радовали его сердце, но мысль о том, что всё это произошло из-за этой женщины...
Глубокая тьма в душе Бай Хунцина вновь забурлила, причиняя ему жгучую боль.
Забота Цзян Цзыняня о ней перешла все границы его терпения...
Эта женщина раз за разом крала внимание Цзян Цзыняня.
Он не мог смириться с тем, что хоть малейшая часть сердца Цзян Цзыняня занята кем-то другим — пусть даже крошечным кусочком, оно принадлежало исключительно ему...
Если кто-то посмеет отнять хоть крупицу, он сотрет эту крупицу с лица земли...
На кончиках пальцев Бай Хунцина стал сгущаться слабый белый свет.
Сяо Цин словно предчувствовала, что он собирается сделать.
На ее глазах выступили слезы ужаса.
Заливаясь слезами, она закричала:
— Если ты убьешь меня...
— Учитель... Учитель ни за что тебе этого не простит!
Бай Хунцин легко усмехнулся:
— Он ничего не узнает.
Цзян Цзынянь будет думать, что он просто проводил Сяо Цин с горы и больше они никогда не встретятся. Цзян Цзынянь навсегда останется рядом с ним, а эта женщина... неизбежно будет им забыта.
Но Бай Хунцин не знал об одном. Месяц назад, в день, когда Цзян Цзынянь собирался покинуть Секту Юаньмин и проститься с Сяо Цин, он оставил на ее теле частицу своей духовной силы.
Тогда, испытывая перед ней чувство вины, он подумал, что если Сяо Цин столкнется с серьезной бедой, эта частица духовной силы позволит ему почувствовать это, и тогда он успеет прийти на помощь и спасти ей жизнь.
Именно поэтому в тот самый миг, когда Бай Хунцин разорвал душу Сяо Цин на части, Цзян Цзынянь, находившийся на другом конце горного леса, мгновенно ощутил это.
http://bllate.org/book/24977/2953707
Готово:
