Глава 14. Его сожаление
Сладкая еда
Гардероб Хэ Минчжэ состоял в основном из поношенной старой одежды, что казалось просто невероятным для модели, чья жизнь строилась на погоне за трендами. Впрочем, благодаря выдающейся внешности Хэ Минчжэ удавалось придавать этим устаревшим вещам неповторимый винтажный шарм.
Однако даже если мода и движется по кругу, он всё же явно опережал время.
В Century Entertainment существовал специализированный отдел, занимавшийся подготовкой одежды для артистов. Соответственно, Ли Цзэцзюэ прекрасно знал, какие бренды подходят для того, чтобы сводить Хэ Минчжэ обновить повседневный гардероб. Сам он был облачен в строгий темный костюм, тогда как следовавший за ним альфа выглядел по-молодежному: в худи и джинсах. Незнакомец, глядя на них со спины, наверняка решил бы, что они принадлежат к разным поколениям.
— Директор Ли, согласно вашим требованиям по телефону, мы предварительно подобрали часть ассортимента.
Вежливый сотрудник провел их вглубь помещения. В просторной комнате на вешалках висела отглаженная одежда, рассортированная по сезонам — весна, лето, осень, зима, — и стилям: от повседневного и дерзкого до строгого.
В комнате стояли журнальный столик и кресла, предназначенные для отдыха клиентов, а в самом дальнем углу располагалась примерочная. Ли Цзэцзюэ привычным движением занял удобное место и чуть приподнял подбородок, жестом призывая альфу подойти поближе и осмотреть красивую готовую одежду.
— Начни примерку с того, что тебе нравится, — беты посмотрел на него. — Хотя твой рост и вес взяты из твоей анкеты, фигура у каждого человека уникальна, и стандартные размеры никому не подходят идеально. Если что-то окажется не так, я попрошу их подогнать по фигуре.
— И всё это нужно примерить? — Хэ Минчжэ слегка удивился.
Ли Цзэцзюэ кивнул:
— Если бы речь шла всего об одном-двух костюмах, с чего бы мне везти тебя сюда лично? В брендовом бутике всё давно бы подготовили для тебя заранее.
У беты был предельно педантичный характер: собственную повседневную одежду он всегда выбирал разом на целый год вперед, полностью обновляя гардероб. Он привык решать однотипные задачи за один присест, а высвободившееся время тратил главным образом на работу с корпоративными документами. Сегодня выдался редкий свободный день, поскольку остаточные вопросы от акционеров требовали целых суток на полное урегулирование.
После этого он, должно быть, погрузится в дела с головой, а потому решил вывезти альфу за покупки именно сегодня.
В конце концов, мало кто способен болтать с ним в три часа ночи.
— Это лишь первая партия, позже будут и другие, — Ли Цзэцзюэ сделал глоток теплого черного чая и улыбнулся. — Считай это частным дефиле, устроенным специально для такого человека, как я, который далек от мира высокой моды.
Хэ Минчжэ опустил взгляд и протянул руку, выбирая вещь среди ровных рядов одежды. Он не стал брать мягкие и уютные наряды, привычные для его обычного стиля, а извлек единственный здесь на редкость официальный костюм. Мрачный черный цвет резко контрастировал с его собственным светло-серым облачением.
Альфа поднял глаза на бету, сидевшего неподалеку.
— Пожалуй, я начну с этого.
Какой бы выбор он ни сделал, Ли Цзэцзюэ не удивился бы — в конце концов, молодежь растет, совершая постоянные попытки и ошибки.
*Вжух.*
Но это не значит, что он не мог удивиться результату. Когда альфа вышел из примерочной, Ли Цзэцзюэ на мгновение замер. Этот изначально чопорный и чересчур официальный костюм сидел на Хэ Минчжэ совершенно иначе, чем на ком-либо другом.
Во многом дело было в натренированном годами теле альфы: черная рубашка натянулась на торсе, а верхняя пуговица была застегнута до упора. Казалось, еще чуть-чуть — и мощное тело альфы разорвет ткань, издав громкий треск. Ли Цзэцзюэ пришлось быстрым шагом подойти ближе и протянуть руку, чтобы расстегнуть эту «кричащую» пуговицу.
Стоило распустить две верхние пуговицы, как рубашка легла гораздо аккуратнее. Облаченный в костюм альфа теперь напоминал распутного молодого господина из богатой семьи. Зачесанные назад серебристые волосы открывали высокий лоб, а экзотическая внешность метиса делала его еще более привлекательным без челки. Глядя на него, Ли Цзэцзюэ никак не мог представить этого парня серьезным и сосредоточенным.
— Костюм все-таки нужно шить на заказ, только тогда он сядет идеально... — бормотал бета.
— Я вам не подхожу? — Хэ Минчжэ выглядел слегка расстроенным.
— Подходишь, и еще как. На тебе любая вещь будет выглядеть потрясающе, — задумавшись, добавил бета. — Разве что ты решишь надеть пышное бальное платье.
В таком наряде он, пожалуй, стал были были в точности похож на качка в платьице.
— Позже я отведу тебя в ателье, сошьем тебе костюм на заказ.
Ли Цзэцзюэ протянул руку, поправляя ему воротник:
— Готовые костюмы здесь шьют в основном на обычных моделей, редко встретишь такую высокую и мощную фигуру, как у тебя.
— Вы, кажется, очень хорошо здесь ориентируетесь.
— Хм? Это неизбежно. Всегда найдутся капризные подростки, с которыми приходится находить общий язык.
Моделям под софитами приходится выдерживать колоссальное давление общественной молвы. Однажды некий исключительно талантливый манекенщик не выдержал и попытался сбежать от работы: тогда на уши встала вся компания, а отыскал его бета — как раз на складе этого самого магазина.
Догадаться было несложно: помимо корпоративного общежития, чаще всего этот парень бывал именно в этом магазине одежды. Так что Ли Цзэцзюэ совсем не удивился, обнаружив молодого человека здесь. Тот ревел навзрыд, размазывая тушь по лицу, и жаловался, что панически боится сценических огней, а доведенная до абсолюта диета для поддержания идеальной формы истощила его до предела.
В тот день бета за спиной у менеджера отвел сломленного подростка есть жареную курицу и хого, о которых тот так долго мечтал. В конце концов, этому ребенку просто требовался выход эмоций.
После недолгого побега из удушающей рутины парню стало намного лучше.
«Я уважаю ваш выбор, поэтому до тех пор, пока вы сами за него в ответе, я приму любое ваше решение — даже если вы захотите разорвать контракт».
Тогда Ли Цзэцзюэ произнес это совершенно спокойно. Он не считал себя мастером утешений, но тот юноша воспринял его слова на удивление легко.
— Вот как... — голос Хэ Минчжэ заметно упал.
Не будь у него человеческих ушей, они бы сейчас наверняка уныло обвисли.
— В чем дело? Неужели тебя так задело, что ты не первый, кого я сюда привел?
Ли Цзэцзюэ полагал, что парень не станет отвечать на столь бестактный вопрос, но облаченный в черный костюм альфа лишь медленно подался вперед, вглядываясь в него. Натянутая ткань пиджака казалась клеткой, сдерживающей какого-то опасного зверя.
— Да, мне это важно.
Двадцатишестилетний альфа упрямо смотрел на него.
— Тогда выбрось это из головы и переоденься в то, что не подходит по размеру, — Ли Цзэцзюэ сделал шаг назад и вернулся на свое место. — Нам предстоит примерить еще много вещей.
Бета безмятежно отпил чаю.
Хэ Минчжэ постоял еще немного, затем развернулся, взял второй комплект одежды и скрылся в примерочной. Когда за ним закрылась дверь, Ли Цзэцзюэ едва слышно выдохнул.
Он и впрямь не слишком умел справляться со столь прямолинейным проявлением чувств.
— Заверните всё это, доставьте по данному адресу позже.
Размашистым и четким почерком бета написал адрес общежития альфы, который заранее подготовил секретарь. Продавец с улыбкой принял записку, пока сотрудники за его спиной суетились, упаковывая более двух десятков комплектов одежды. Сам Хэ Минчжэ уже был переодет в один из новых повседневных нарядов.
— Мне нравится, как на тебе сидит эта вещь. Не возражаешь пойти на поводу у моего эстетического вкуса?
Раз Ли Цзэцзюэ так сказал, Хэ Минчжэ возражать не стал. В пакетах, которые он нес в руках, лежала его старая одежда, портфель с вещами беты, а также подарок от владельца магазина — коробка сладостей, презентованная в знак признательности за замеченную любовь беты к десертам.
Редкий и сильный альфа в этот момент походил на услужливого мальчика на побегушках, который с глуповатым видом наблюдал за тем, как бета уверенно разбирается со всеми делами.
— Пойдем, в костюмное ателье.
График был расписан по минутам, но Хэ Минчжэ без малейших возражений кивнул и послушно двинулся следом. Однако он резко затормозил, едва не врезавшись в спину шагавшего впереди беты, который внезапно остановился и обернулся.
Он смотрел на висевшие в магазине часы.
— Ого, уже так поздно... — Ли Цзэцзюэ только сейчас заметил, что стрелки перевалили за шесть. Шесть часов вечера.
Он взглянул на стоявшего рядом Хэ Минчжэ, памятуя о том, что этот альфа отличался отменным аппетитом.
— Что ж, давай сначала поедим. Львы ведь хищники, — скользнул взглядом по парню бета. — Как насчет хого? Могу заказать тебе бульон на чистой воде.
Он с усмешкой покосился на спутника:
— Если, конечно, ты уже не встал на путь здорового питания.
Альфа, чей невероятный генетический дар позволял ему никогда не соблюдать модельную диету, замахал головой, точно китайский болванчик. Он прекрасно знал, что под «бульоном на чистой воде» Ли Цзэцзюэ имеет в виду абсолютно пустую кипяченую воду — без единой ягодки годжи или стебелька зеленого лука.
— Я ем всё!
Отягощенный пакетами, он быстрым шагом нагнал бету, чьи губы тронула легкая улыбка.
— Раньше мне было любопытно, чем тебя таким кормили, что ты вымахал до такой башни, — Ли Цзэцзюэ подпер подбородок рукой, наблюдая, как альфа закидывает в котелок мясные рулетики. — Теперь я ничему не удивляюсь.
Бросив взгляд на гору пустых тарелок, он молча жестом попросил официра донести еще порцию перепелиных яиц и креветочной пасты.
Хэ Минчжэ на самом деле был разборчив в еде: это выражалось в том, что он признавал исключительно настоящее мясо, наотрез отказываясь от любых полуфабрикатов. Он методично и непрерывно закидывал в кипящий бульон свежайшее нарезанное мясо и яйца.
— Не смотри на меня во все глаза, — бета пожал плечами. — На тебя приятно смотреть, когда ты ешь. Ешь от души. Разумеется, если твой вес превысит норму, корпоративный диетолог уделит тебе особое внимание.
Произнеся это, он с помощью специальных щипцов и поварешки выловил из бульона идеально проваренные мясные рулетики и переложил их в тарелку альфы.
Тем самым показывая, что аппетит Хэ Минчжэ его ничуть не смущает.
Разумеется, здравый смысл возобладал, и от острого бульона, вызывающего жар, Ли Цзэцзюэ отказался. Вместо этого они выбрали костный бульон — местная основа славилась своим качеством, а любителям остренького владелец заведения предлагал фирменный соус собственного приготовления, выставленный на общей стойке.
— Будешь углеводы на ужин? — справился бета.
Но Хэ Минчжэ лишь посмотрел на него в ответ:
— А что любите вы?
— М? Да я особо не голоден к вечеру.
После целого дня работы ему больше всего хотелось просто отдохнуть. Впрочем, сегодняшний день выдался особенным, ведь он проспал до самого полудня.
С этими словами бета заметил, что темп еды его спутника заметно замедлился, подсчитал, что тот, должно быть, наелся, и жестом подозвал официра, попросив счет.
И именно в этот момент бету, чья рука всегда скользила по терминалу с безупречной легкостью, опередили.
Хэ Минчжэ неизвестно зачем достал собственную банковскую карту и молча приложил ее к считывателю раньше остальных.
— ? — в этот миг и Ли Цзэцзюэ, и официра на секунду ошеломили.
Ведь секунду назад Хэ Минчжэ еще увлеченно вылавливал шумовкой перепелиные яйца.
Слегка удивившись, бета кивком отпустил официра, а затем перевел взгляд на альфу, который делал вид, будто смертельно увлечен трапезой.
— В чем дело? Разве не я собирался угостить тебя вкусным ужином?
— Но вам эта еда не по душе.
Хэ Минчжэ ответил просто:
— Значит, это не считается.
Ли Цзэцзюэ приподнял бровь:
— Ты в курсе, что этот ужин обойдется примерно в половину твоего месячного оклада?
— Ничего страшного. Дальше будет больше.
— Такая уверенность?
— Если это ваше решение, вы точно не разочаруетесь.
Иногда прямолинейность альфы казалась чересчур наивной.
Хэ Минчжэ с упорством держался за свое мнение и с неожиданной слепой верой доверял ему — и это при том, что они почти не знали друг друга. Даже преданные сотрудники компании порой нуждались во времени, чтобы по-настоящему узнать его.
— Тобою и вправду легко манипулировать. Неудивительно, что какая-то паршивая конторка в свое время сумела тебя заарканить.
С этими словами он повернулся к панорамному окну, глядя на ночной город, и упустил момент, когда под мерное бульканье хого альфа тихо пробормотал себе под нос:
— Вы тоже.
Тоже верите, что львы могут быть наивными и безобидными созданиями.
— Уже поздно. Что касается костюма, я велю подготовить его прямо в компании, когда придет время, — бросив взгляд на часы, произнес бета, но ответа от Хэ Минчжэ не последовало. Обернувшись, он обнаружил, что следовавший по пятам альфа куда-то исчез.
Потерялся? Впрочем, неудивительно — этот коммерческий район открылся совсем недавно.
Ли Цзэцзюэ мысленно восстановил маршрут, собираясь вернуться и проверить, не крутится ли какой-нибудь заблудившийся альфа на одном месте в панике.
Однако прежде чем он успел сделать хоть шаг, до него донесся нарастающий сладкий аромат — густой и теплый даже на расстоянии.
Словно поддавшись какому-то внутреннему зову, бета обернулся.
Среди сверкающих мириадами огней ночного центра к нему бежал человек, чьи руки были до отказа заняты ношей. Помимо портфеля и пакетов с вещами, он волок огромную, размером с человеческую голову, сахарную вату, а в другой руке сжимал несколько шпажек с засахаренными фруктами в глазури. Со стороны всё это выглядело довольно нелепо.
Альфа в выбранной им новой одежде мчался к нему с этой странной детской поклажей, тяжело дыша после быстрого бега.
— Ты... С чего это вдруг тебя потянуло на сладкое?
Бета с легким удивлением уставился на него.
— Мисс секретарь сказала, что вы любите сладкое. Я поискал, но вокруг нашлось только это.
У молочных лавок тянулись длинные очереди, и альфа, не желая терять ни секунды, стремглав бросился обратно.
— Ты думаешь, у меня в детстве были какие-то нереализованные мечты?
Хотя на словах Ли Цзэцзюэ выразил скепсис, он всё же протянул руку и взял в пальцы мягкое облачко сахарной ваты.
— А? Нет, нет, я вовсе не это имел в виду! Совсем не то!
Хэ Минчжэ, растерянно замахав руками, попытался оправдаться, но тут же заметил, как бета откусил кусочек сахарной ваты.
— Впрочем, пожалуй, так оно и есть.
Ли Цзэцзюэ произнес это тихо.
Сахарную вату, которую продавали у школьных ворот сразу после уроков, Ли Цзэцзюэ видел сотни раз, но останавливался перед лотком лишь затем, чтобы поглазеть на нее. Карманных денег ему хватало с избыком, но он подсознательно считал это лакомство атрибутом исключительно дружеских посиделок.
Потому что другие школьники всегда толпились кучками или ходили парами.
Одинокий бета в этом ряду выглядел несколько чужеродно.
http://bllate.org/book/24958/2952036
Готово:
