Глава 3. Рекламный ролик
На следующее утро, когда Лянь Чжао прибыл в санаторий Сяоцышань, Е Ин был занят тем, что собственноручно ухаживал за цветами в саду. По натуре он был любителем флористики и в прошлом работал мастером по аранжировке цветов. У расы зергов богатая родословная, и гены Е Ина восходили к древнему виду, который питался цветочным нектаром, поэтому он питал к цветам особую, почти врожденную привязанность.
Алые, как пламя, чистые синие, яркие желтые — все эти цветы обладали высокой насыщенностью красок. Под лучами солнца сад переливался всеми цветами радуги, зрелище было поистине прекрасным.
— Чжао, ты пришел, — Е Ин заметил сына, отложил инструменты, перевел их в автоматический режим и с улыбкой повернул голову. Его отметина зерга была небольшой, располагалась в самом центре лба и имела оттенок киновари — очень изящная. Когда-то Лянь Цзюнь обратил внимание на этот ярко-алый знак и настоял на том, чтобы взять в супруги Е Ина, который во всех остальных отношениях казался ничем не примечательным. Однако со временем очарование прошло, и Лянь Цзюнь охладел к нему, видя в нем лишь обузу.
— Отец, — Лянь Чжао, который до этого разговаривал с персоналом, извинился и подошел ближе. — Как ты себя чувствуешь в последнее время? Как твое настроение?
Сотрудник, поняв намек, тактично удалился.
— Со мной всё хорошо, я начал понемногу брать заказы на аранжировку, — Е Ин посмотрел на своего отпрыска. — А ты, тебе ведь скоро исполняется двадцать пять? Уже нашел пару?
Лянь Чжао замялся, не зная, что ответить.
— Не упусти свой шанс, — Е Ин сразу понял всё по выражению его лица и протянул руку, чтобы погладить его по голове. Он был чуть выше Лянь Чжао. Слабость самцов-зергов была относительной, и Лянь Чжао был типичным самцом-зергом, находившимся где-то на среднем уровне, так что с Е Ином их было не сравнить.
Лянь Чжао провел с отцом весь день и ушел только после ужина — случай редкий. Обычно он навещал его по субботам или воскресеньям, а в периоды занятости не задерживался и на полчаса. Сегодня же у него выдался свободный день, а учитывая, что в обозримом будущем его ждет брак, ему хотелось поговорить с Е Ином по душам.
Е Ин не скрывал своего прошлого и поделился горьким опытом: они с Лянь Цзюнем просто не сошлись характерами, но у того не хватило терпения на притирку, а у Е Ина — сил и желания постоянно идти на компромиссы и прогибаться, вот всё и пришло к тому, что есть сейчас.
Впрочем, за Лянь Чжао он не переживал: тот был совсем не похож на своего биологического отца, обладал прекрасным характером и всегда заботился о других — казалось, он даже не из этого мира.
Слушая это, Лянь Чжао не почувствовал облегчения; скорее, его прошиб холодный пот. Он вернулся домой в смятении, гадая, не догадался ли Е Ин о чем-то.
На Голубой Планете у него не было ни родителей, ни родных, и он не знал, что такое семейные узы. Попав на Планету Жуков, он получил от Е Ина много тепла и заботы. Е Ин был так добр, что Лянь Чжао порой мучила совесть… ведь он занял чужое тело.
Впрочем, времени на раздумья у него не осталось. В тот же вечер начальник прислал сообщение: Военное ведомство заказало рекламный ролик и назначило их компанию исполнителями, особо указав, чтобы группу возглавил именно Лянь Чжао, а в воскресенье они должны быть на месте.
Военное ведомство вежливо попросило о консультации, и его компания могла лишь вежливо согласиться. Последняя реклама, созданная Лянь Чжао, действительно отличалась креативностью и свежим подходом. Поскольку показатели набора в армию падали (особенно среди самцов-зергов, которых и так было немного), очевидно, Военное ведомство хотело привлечь новобранцев с помощью оригинальной кампании.
На следующее утро, ровно в восемь, Лянь Чжао с командой уже был в Военном ведомстве. Их компания начинала работу только в одиннадцать, так что им пришлось подстраиваться под график военного отдела пропаганды.
Их встретил сотрудник тылового обеспечения с очень приветливой улыбкой и проводил в конференц-зал.
Там уже собралась основная группа, отвечающая за съемки агитационного ролика. Обсуждение того, как именно должна выглядеть картина, началось сразу.
Прежние ролики строились по шаблону: показать привлекательность самки-зерга, которая после вступления в армию становится невероятно статной, а затем выпустить в кадр самого красивого самца-зерга из творческой группы, чтобы тот станцевал или спел. Максимум, что добавляли — это актуальные тренды, например, заставляли их петь популярную песню Большой Ананас.
Лянь Чжао предложил свою идею, и она привела всех в восторг: это было и креативно, и полностью соответствовало требованиям ведомства, правда, реализация обещала быть сложной. Дискуссия разгорелась не на шутку.
В этот момент в зал вошел очень красивый, хотя и несколько холодный в выражении лица самка-военнослужащая. Все присутствующие тут же вскочили, отдавая честь, и начали шептаться: почему это великое божество здесь? Разве Старший полковник Цзин не игнорировал подобные дела?
Остальные тоже поспешили подняться. Лянь Чжао взглянул на его грудь: золотое пламя. Оказалось, это Старший полковник, хотя выглядел он очень молодо.
Под влиянием различных сериалов Лянь Чжао представлял себе Старших полковников исключительно как седовласых, волевых ветеранов, которые в ходе сражений с инопланетными захватчиками решительно жертвуют собой ради спасения своей расы.
Молодой Старший полковник слегка кивнул, и его взгляд тут же устремился на Лянь Чжао.
— Ты — Лянь Чжао? — спросил он и, не дожидаясь ответа, добавил: — Я Цзин И.
Лянь Чжао слегка опешил. Этот человек…
— Добавь мой контакт, — безапелляционно заявил Цзин И.
Лянь Чжао подчинился, и тот сразу переслал документ с рекомендациями по проведению призывной кампании. Лянь Чжао вздохнул с облегчением: у собеседника не было скрытых мотивов, это он сам себе напридумывал лишнего.
Затем холодный Старший полковник просто развернулся и ушел.
После ухода Цзин И атмосфера в зале на мгновение застыла. Взгляды, которые теперь бросали на Лянь Чжао, изменились. В конце концов, Старший полковник Цзин был холост уже много лет — неужели он пришел сюда, чтобы познакомиться с самцом-зергом?
Лянь Чжао не хотел тратить слова на пустые разговоры и открыл доступ к полученному файлу. Документ прошел проверку секретности, но требования к рекламе были вполне понятны.
Однако присутствующие продолжали переглядываться с понимающими улыбками: разве у Старшего полковника нет секретаря, зачем ему лично приходить?
Впрочем, все проявили такт и промолчали, вернувшись к обсуждению.
Только к шести часам вечера стороны завершили первый раунд дискуссий. Предварительный план был готов; оставалось написать сценарий и двигаться дальше. По сути, на этом их работа должна была закончиться, но Военное ведомство настойчиво попросило Лянь Чжао курировать весь процесс, посчитав, что под его руководством результат будет лучше.
Лянь Чжао согласился, переговорил со своим начальником, и вопрос был решен окончательно.
Когда Лянь Чжао собрался уходить, таинственный Старший полковник Цзин появился вновь — он собирался подвезти его до дома. Лянь Чжао хотел отказаться, но спорить с молчаливой ледяной глыбой было бесполезно, поэтому ему пришлось сесть в его аэрокар. Всю дорогу в салоне царило неловкое молчание.
У дома Цзин И вдруг нарушил тишину:
— Не хочешь выйти за меня?
??? Лянь Чжао был поражен. Несмотря на всю странность ситуации, он отказал:
— Э-э, у меня уже есть пара, извините.
Сказать так о Чэн Сувэне было не совсем точно, но, полагал Лянь Чжао, тот не станет возражать.
До самого выхода Лянь Чжао из машины Цзин И больше не проронил ни слова.
Вернувшись домой, Лянь Чжао открыл список контактов и долго колебался, глядя на имя Цзин И. Он хотел было удалить его, но это показалось бы слишком демонстративным, поэтому он оставил всё как есть.
Наступил понедельник. Все коллеги из группы Лянь Чжао вышли на свои рабочие места, а сам он, будучи в командировке, оказался временно не у дел, так как Военному ведомству он пока не требовался.
Он хотел выйти из дома, но, взглянув в глазок, увидел букет ланцзюаней — цветов, которыми самцы-зерги выражают свою любовь. У него сразу разболелась голова. Подумав, что особой нужды выходить нет, он остался сидеть в четырех стенах, дожидаясь, пока робот-уборщик закончит работу в коридоре.
Слава технологиям: если бы убирался человек, он бы с добрыми намерениями наверняка оставил этот букет прямо у его двери, а роботу всё равно, что там лежит.
Впрочем, в бездействии он пробыл недолго. Через пару часов пришло сообщение от сценариста. Тот, поймав вдохновение, проработал всю ночь и прислал готовый черновик.
Лянь Чжао счел сценарий отличным, добавил несколько предложений по моментам, которые выглядели нелогично с точки зрения самца-зерга, и отправил обратно.
В этом мире разница в физических возможностях самок и самцов была куда больше, чем у мужчин и женщин в его прошлой жизни. Сценарист, неженатый самец-зерг, вполне закономерно не до конца осознавал эту специфику.
Самая простая часть съемок была завершена. Теперь предстояло договориться с самцами-военнослужащими, уговорить Старшего полковника Цзин показаться в кадре и даже убедить Старого генерала сказать пару слов. Всё это было крайне непросто.
Они планировали задействовать элитный отряд Космической армии. Самцы-зерги в условиях космоса зачастую проявляли себя лучше, чем самки, но мейнстрим не одобрял службу самцов в армии, поэтому военным стоило огромных усилий собрать этот отряд.
А самцы в этом спецподразделении — один к десяти тысячам, все как один гордецы, которые с презрением относились к таким съемкам, где от них требовалось лишь красоваться перед камерой.
К удивлению многих, Цзин И без колебаний согласился. И тогда те самые самцы, что наотрез отказывались участвовать, внезапно изменили свое мнение.
Старый генерал энтузиазма не проявлял, но у них уже был план действий, так что неожиданностью это не стало.
Ролик длился всего пять минут, отсняли его быстро. В последний день второй недели, сидя в офисе, Лянь Чжао получил чистовой вариант.
Это было невероятно драйвово! Эпическая фоновая музыка, сюжет основан на битве, сделавшей имя Цзин И (и принесшей ему звание) — сражении по отражению нападения Комориан.
Самцы-зерги, холодно и невозмутимо управляющие кораблями, с хирургической точностью разрезали оборону врага; Старший полковник, методично отдающий приказы… количество феромонов просто зашкаливало. Самцы, посмотрев ролик, хотели идти в армию, а самки мечтали выйти за них замуж.
Цзин И тоже посмотрел ролик. Особых эмоций он не испытал. Он вырос в семье потомственных военных, с детства не рассматривал иного пути, с блеском закончил военную академию, а перед самым выпуском столкнулся с инопланетным вторжением, из-за чего учебный бой превратился в реальный. Проявив себя в бою, он получил внеочередное звание Старшего полковника.
Зерги победили, подписали мирный договор с Планетой Комор, и с тех пор всё было тихо.
Однако раз уж Лянь Чжао это нравится, он решил принять участие в съемках. После нескольких дней наблюдений он понял, что Лянь Чжао — отличный самец, и он ему весьма симпатичен. К тому же, их Индекс Коришкина был самым высоким из возможных — они идеально подходили друг другу. Хотя Лянь Чжао, возможно, и дулся на него из-за того, что в прошлый раз он не сразу вышел на связь, и даже отказал в предложении руки и сердца, но ведь потом он долго сомневался, глядя на его имя, — в конце концов, это же самец-зерг, их противоречивость нормальна.
Цзин И еще раз прокрутил в голове свои действия и счел себя очень внимательным. Хотя он семьдесят лет не состоял в отношениях, он умел добиваться желаемого — в любви так же эффективно, как и на войне.
Как только ролик был готов, его начали транслировать. После подачи уведомлений было решено выпустить его через два месяца после первого слушания по делу о травме самца — как раз к пятилетнему дню добровольной мобилизации.
Кстати, о том деле: Чэн Сувэнь практически завершил подготовку материалов и ждал начала процесса. Он несколько раз встречался с обвиняемым: тот не имел никаких требований и намеревался признать вину в суде, не подавая апелляции, каким бы ни был приговор. Он убил собственного ребенка — это было неоспоримо, да он и не хотел спорить.
Чэн Сувэнь понимал, что его роль сведется к изложению фактов дела, но мириться с этим не хотел. Когда он работал с материалами… тот самец был слишком жесток. Хотя жестокое обращение между самками и самцами встречалось нередко, то, что пришлось пережить жертве, было невыносимо.
Каждый раз, когда Лянь Чжао обсуждал это с Сувэнем, голос последнего звучал крайне тяжело.
Лянь Чжао тоже было не по себе. Этические нормы этого мира были в некотором смысле куда сложнее, чем в его прежней жизни. Он до сих пор с трудом понимал принцип устройства иерархии в обществе зергов: относительно слабые самцы стоят выше самок, но, судя по уровню их участия в общественной деятельности, уважением они не пользуются.
Лянь Чжао не знал, был ли он единственным, кто так думает. На Планете Жуков существовало только одно государство, даже сравнить было не с чем.
Как бы то ни было, дело о травме самца будет слушаться через пять дней, и процесс будет транслироваться в прямом эфире на всю сеть.
http://bllate.org/book/24946/2951099
Готово:
