Защитный барьер Горы Лююнь пал!
Услышав это, Шэнь Юэ в шоке поднял голову и торопливо посмотрел в небо.
Оригинальная, переливающаяся всеми цветами радуги защитная формация казалась совершенно разбитой и время от времени сотрясалась от мощных толчков. После каждого такого сотрясения барьер трещал всё сильнее, превращаясь в лоскутное одеяло с бесчисленными дырами — точь-в-точь тонкая бумага, обжёванная языками пламени.
Демоническая Ци вихрем неслась с подножия горы и через пробоины в барьере вливалась на Гору Лююнь, застилая солнце и небо, подобно грозовым тучам. Мгновенно небо и земля переменились в цвете, и вся Гора Лююнь погрузилась во мрак, словно вновь наступила глухая ночь.
Когда они вместе с младшим соучеником Лу Юэси добежали до середины горы, неподалёку уже вовсю хозяйничали с десяток магов-отступников. У подножия же двое старейшин стражи с трудом отбивались от исполинской, длиной в семь-восемь чжанов, огромной золотокольчатой чёрной змеи. Сражаясь с обоими старейшинами, змея одновременно продолжала бить хвостом по защитной формации, и от каждого удара барьер трещал всё яростнее.
Для этого похода практически все ученики Горы Лююнь стадии Закладки Основания и выше спустились с гор. Ныне же в обители остались лишь юные ученики на Стадии Концентрации Ци — разве могли они тягаться с магами-отступниками на Стадии Золотого Ядра? Сотня новичков сцепилась с дюжиной мастеров Золотого Ядра и оказалась совершенно неспособна оказать хоть какое-то сопротивление.
В этот момент один из магов-отступников ударом хлыста отбросил двух учеников и, развернувшись, бросился прямо на Шэнь Юэ.
У подножия Горы Лююнь четыре мага-отступника на Стадии Золотого Ядра охраняли роскошный паланкин. Широкий и просторный, со всех сторон окружённый лёгкими занавесями, он покачивался на ветру, навевая праздную лень.
На мягком ложе внутри паланкина лениво полулежал молодой маг-отступник. Если бы Шэнь Юэ увидел его сейчас, то непременно счёл бы этого юношу крайне странным.
От этого человека исходило какое-то невыразимо чистое дыхание — на фоне окружавших его демонов с оскверненными лицами в нём смутно угадывался облик бессмертного небожителя. Однако черты его лица были поразительно чувственными и соблазнительными, между бровей змеиным узором вилась угольно-чёрная линия, уходящая прямо в волосы, а сам он был облачен в широкие алые одежды. Весь его облик источал зловещую ауру, а ленивая поза и окутывающая тело демоническая Ци напоминали лотос, измазанный в чёрной грязи. С первого взгляда становилось ясно — добряком тут и не пахнет.
Сейчас он неспешно потягивал вино из изящного бокала и, опустив ресницы, издалека безучастно наблюдал за бойней на Горе Лююнь, похоже, не испытывая к происходящему никакого интереса.
Снаружи паланкина один из магов-отступников на Стадии Золотого Ядра радостно воскликнул:
— Демонический Владыка разыграл пустой город просто мастерски! На этот раз все сильные мира сего с Горы Лююнь и впрямь клюнули и покинули обитель. Когда они доберутся до Таньшаньчэна, а та банда глупых даосов обнаружит лишь пустоту, интересно, до чего же позеленеет физиономия этого старого хрыча Цинцзяна?
Другой маг-отступник издал злобный смешок:
— И всё же этот трюк с пустым городом у трёх сект вышел куда изящнее, раз они оставили нам столько нежных, белокожих малышей-учеников прямо по всей горе. Ваше Высочество, может, и мы поднимемся туда присоединиться к веселью?
Сидящий на мягком ложе мужчина бросил взгляд на далёкую чёрную змею, что безумствовала и кружила в небесах, и легко рассмеялся:
— Позвольте Юэ-эр вдоволь наиграться.
Затем он заметил, как четверо его подчиненных, нетерпеливо потирая руки и с жадным вожделением глядя на Гору Лююнь, слегка нахмурились. В глубине души он испытывал к ним сильнейшее отвращение, но на лице не дрогнул ни один мускул, сохранив прежнее равнодушие:
— Ступайте и вы, позабавьтесь.
Получив позволение, те четверо магов-отступников тут же ринулись на Гору Лююнь, ввязываясь в схватку с учениками Секты Вэньюнь. Каждого непримечательного ученика они безжалостно убивали, а красивых и миловидных — калечили, подчиняли своей воле, притягивали в объятия и бесстыдно тискали.
Тем временем маг-отступник, размахивая обвитым демонической Ци чёрным хлыстом, напал на Шэнь Юэ и Лу Юэси.
Они едва успели увернуться, как сразу поняли: сила противника неизмеримо превосходит их собственную. Шэнь Юэ кубарем откатился и спрятался за деревом, а Лу Юэси выхватил меч и бросился навстречу. Однако уже после нескольких ударов чёрный хлыст загнал его в угол, заставив отступать шаг за шагом, и на руке юноши мгновенно расцвела длинная тонкая царапина.
Проведя в Секте Вэньюнь два года, Шэнь Юэ занимался исключительно тем, что просиживал штаны в Книжном павильоне, воображая себя примерным учеником. Он никогда не изучал боевые искусства, у него не было собственного меча, и он ни разу не участвовал в реальных боях. Его боевая мощь была до смешного мала, а показатели силы равнялись практически нулю.
Он не мог, подобно Лу Юэси, вступить в прямой бой с магом-отступником. К счастью, статус книжного червя не был для него пустым звуком: за последние два года он передумал над бесчисленными способами побега и изучил массу околодогматичных, окольных путей. И теперь эти второстепенные, маргинальные заклинания неожиданно стали для Шэнь Юэ спасительной соломинкой.
Пока маг-отступник сражался с Лу Юэси, Шэнь Юэ в панике отскочил на пару шагов назад, уворачиваясь от демонической Ци хлыста, взпрыгнул на дерево и вытащил из-за пояса кристально чистую белофлейту. Это было его секретное оружие, созданное за два года бессонных ночей, когда он практически дневал и ночевал в Книжном павильоне, выкладываясь без остатка.
Все нападавшие на Гору Лююнь были магами-отступниками на Стадии Золотого Ядра, в то время как Шэнь Юэ и Лу Юэси еще даже не достигли Стадии Закладки Основания. В обычных обстоятельствах любой противник прикончил бы их единым ударом.
Однако заметив, что Лу Юэси и Шэнь Юэ невероятно хороши собой, выглядят невинно и нежно, а на вид им едва перевалило за десяток лет, чистенькие да ладные, маг-отступник не удержался от пошлых мыслей — целью набега было вовсе не одно лишь убийство. Именно поэтому его удары хлыстом не отличались смертоносной жестокостью, позволив обоим юношам кое-как уклоняться. Вскоре одежда Лу Юэси разошлась на семь-восемь крупных лохмотьев, алые потёки крови окрасили белые одежды, обнажая большие участки кожи.
Оскорбленный Лу Юэси пришел в ярость и бросился вперед с мечом. Юношеский жар вскипел в крови, и по его движениям было очевидно, что он собрался пойти с противником на взаимное уничтожение.
Но разве могли приемы Стадии Концентрации Ци причинить хоть какой-то вред магу на Стадии Золотого Ядра?
Увидев отчаянную попытку Лу Юэси свести счеты ценой собственных жизней, маг-отступник лишь презрительно усмехнулся. Широко раскинув руки и глядя на противника с насмешкой, он даже не пытался защищаться, выражая всем видом пренебрежительное: ну и что ты мне сделаешь?
Однако в этот самый миг внезапно всё переменилось. С ветвей дерева над головой мага вдруг полились звуки флейты — чистые и мелодичные. Всего три короткие ноты, но от них этого мага-отступника прошиб ледяной пот!
В то же самое мгновение, едва услышав мелодию, он остро ощутил, как его уровень культивации резко рухнул: с мощи Золотого Ядра его буквально придавило до Стадии Закладки Основания! Но тут же звуки флейты смолкли, подавление исчезло, и его сила мгновенно вернулась к прежним вершинам.
И тем не менее, именно в эту долю секунды клинок Лу Юэси, в который тот вложил всю свою духовную энергию, вонзился точно ему в сердце!
Сам Лу Юэси был ошеломлен не меньше противника: он понятия не имел, почему у того вдруг пропала защита Золотого Ядра, и теперь оцепенело смотрел, как его собственный меч без малейшего сопротивления входит прямо в грудь мага.
В следующее мгновение звуки флейты окончательно стихли, и сверхъестественным образом возвратилась сила Золотого Ядра. Маг-отступник тут же одним ударом хлыста переломил меч Лу Юэси, отбросил юношу прочь, отшатнулся на три шага, придерживая раненую грудь, и поспешно закинул в рот пилюлю. Стерев кровь с уголка рта, он свирепо поднял взгляд на дерево, но там и след простыл — Шэнь Юэ и след простыл.
Закончив играть на флейте, Шэнь Юэ мгновенно наклеил на себя талисман невидимости. Увидев, что Лу Юэси преуспел, он вихрем соскочил с дерева, обежал мага и бросился к соученику. Обнаружив, что тот потерял сознание, он тут же принялся быстро раскладывать вокруг него из валявшихся рядом веток и камней простейшую скрывающую духовную формацию.
Это было самое примитивное маскировочное построение, которому учили еще учеников Стадии Концентрации Ци. Вот только мало кто, подобно Шэнь Юэ, относился к нему со всей серьезностью и тренировался до автоматизма. Хотя эта формация действительно скрывала ауру находящихся внутри людей, стоило любому культиватору выше Стадии Закладки Основания просканировать местность духовным чувством, как обман тут же раскрылся бы.
Но сейчас вокруг бушевала сплошная бойня. Сбитый с толку странной мелодией и пропустивший удар мечом, маг-отступник был смертельно испуган и растерян. Разве стал бы он сейчас тратить время и силы на сканирование пространства духовным восприятием, чтобы взломать какую-то жалкую маскировку? Шэнь Юэ ставил на этот миг замешательства. Когда маг снова оглянулся и не обнаружил на земле тела Лу Юэси, первой его мыслью стало вовсе не то, что мальчика кто-то спрятал, а то, что раненый парень воспользовался моментом и сбежал. Не раздумывая, он бросился с хлыстом в погоню в ту сторону, куда отлетел Лу Юэси.
Талисманы невидимости Шэнь Юэ были самыми простыми и расхожими, их действия едва ли хватало даже на половину палочки благовоний. Проверив пульс младшего соученика и убедившись, что рана тяжелая, но угрозы для жизни пока нет, он подумал, что маг, решив, будто они сбежали, наверняка не вернется сюда на поиски. Вытащив из кармана Лу Юэси заготовленное целебное средство, он затолкнул его юноше в рот, укрепил скрывающую формацию и поспешил скрыться.
К этому моменту на Горе Лююнь творился полный хаос. Бросив взгляд вокруг, Шэнь Юэ увидел, что несколько павильонов вдали уже объяты демоническим пламенем, и ему пришлось отбросить мысль спрятаться в каком-нибудь здании.
К счастью, из-за высокого уровня культивации магов-отступников они не утруждали себя долгими стычками с не дошедшими до Закладки Основания учениками — расправлялись на земле мимоходом, больше выискивая жертв для захвата, и никто из них не додумался поднять глаза на кроны деревьев.
Поэтому Шэнь Юэ принялся прыгать с дерева на дерево, укрываясь в листве. Смотря на всё сверху вниз, он то уворачивался от побочных волн вражеских атак, то тайком наносил удары в критические моменты: то подберется со своей нефритовой флейтой к одному магу, дунет парочку звуков, то взгрустнет над головой другого, да при этом раз за разом налепляя на себя талисман невидимости. Не имея другого выхода, он лавировал и кружил посреди этого хаоса.
Маги-отступники слышали лишь короткие обрывки мелодии и никого не видели, но их уровень культивации мгновенно падал. И хотя ученики Секты Вэньюнь уступали в силе, числом они превосходили врага: на одного мага наваливалось сразу по несколько человек. Внезапно лишившись защиты Золотого Ядра, маги впадали в панику и под градом ударов мечей учеников Секты Вэньюнь то тут, то там получали ранения, потеряв свой прежний высокомерный вид. Стоило же мелодии смолкнуть и силам вернуться к норме, как они пытались отыскать флейтиста, но наседавшие со всех сторон ученики Секты Вэньюнь не давали им ни секунды передышки, обрушивая град духовных мечей.
У подножия Горы Лююнь.
Молодой человек, попивая вино в паланкине и наблюдая за битвой, вдруг легко изумленно выдохнул. Аккуратно поставив бокал рядом, он вмиг обратился в алую молнию и со страшной скоростью влетел на гору, пролетев прямо над яростно сражающейся с барьерными старейшинами Черной Демонической Змеей. Приземлившись на верхушку дерева, он прикрыл глаза, сосредоточился, сдерживая дыхание, и принялся рассеянно накручивать на палец прядку черных волос у груди. В его взгляде уже проступило убийственное намерение.
И именно в этот момент у него над ухом вновь зазвучали прерывистые звуки флейты.
В тот же миг юноша распахнул глаза и холодно усмехнулся. Обратившись в алый всполох, он со свистом помчался в сторону источника звука.
Закончив играть, Шэнь Юэ как раз собирался обновить на себе талисман невидимости, но шарил в карманах напрасно — те оказались пусты. В этот самый момент волосы на затылке встали дыбом: его мозг еще не успел осознать опасность, а тело уже инстинктивно отпрянуло из-за ствола дерева. Повернув голову, он увидел летящий прямо на него алый луч, который мгновенно прошил насквозь стоявшее перед ним старое дерево.
Щепки полетели во все стороны — зрелище было пугающим до жути.
Пережив смертельную угрозу, Шэнь Юэ едва не умер от разрыва сердца, объятый диким ужасом.
Инстинктивно развернувшись, он метнулся влево и вправо, но едва успел обогнуть два дерева, как алый луч, двигавшийся с немыслимой скоростью, описал дугу за деревьями и ударил ему прямо в грудь.
В этот критический момент мозг Шэнь Юэ превратился в чистый лист. В панике он попытался заслониться левой рукой, но алый свет уже поразил его левое плечо. Дикая боль смешалась с головокружением, из онемевших пальцев выпала белофлейта и, рухнув на землю, разлетелась на две половинки.
Зажав левое плечо рукой, Шэнь Юэ под ударом отлетал назад шаг за шагом. Не успел он поднять голову, как чья-то рука мертвой хваткой вцепилась ему в горло и швырнула прямо на ствол дерева.
Спина с размаху врезалась в кору, по телу Шэнь Юэ прокатилась волна невыносимой боли, а в глазах потемнело.
Чужие пальцы намертво сжались на его шее, перекрывая дыхание. Тело забилось в непрекращающейся дрожи, а в голове вихрем пронеслись безумные мысли:
Я что, умираю? Неужели я умираю? Разве я не главный герой?! Разве главные герои тоже умирают?!
Шэнь Юэ инстинктивно заерзал, пытаясь вырваться. От стоящего вплотную к нему человека повеяло легким, сладковатым ароматом. Собрав последние силы, он широко раскрыл глаза и увидел перед собой мужчину в алых одеждах, чья рука по-прежнему сжимала его горло. Лицо невиданной, ослепительной красоты приблизилось, и этот приторно-сладкий запах стал еще удушливее. Задыхаясь и извиваясь в борьбе, Шэнь Юэ сквозь пелену в глазах словно разглядел змеиный узор, который змейкой вился ото лба незнакомца прямо в его волосы.
— Жалкие детские фокусы, — презрительно бросил тот.
Шэнь Юэ почувствовал, что пальцы на его шее смыкаются всё сильнее. Запрокинув голову, он встретился взглядом с затуманенными глазами мужчины, который вдруг удивленно выдохнул:
— Эти глаза…
Хватка на горле ослабла, и мужчина почему-то разжал пальцы.
Шэнь Юэ рухнул на колени и зашелся в безумном кашле. Не успел он сделать и вдох, как тот же незнакомец схватил его за воротник, приподнял над землей, а затем резкая боль пронзила заднюю часть его шеи — и в глазах Шэнь Юэ окончательно погас свет, погружая его в беспамятство.
Мужун Лиинь подхватил безвольно осевшее в его объятиях тело Шэнь Юэ и издал резкий свист. Черная змея у подножия горы недовольно зашипела в ответ. Бросив взгляд на потерявшего сознание юношу, Мужун Лиинь, не оборачиваясь, бросил гигантской змее:
— Чисто Иньское тело — улов вполне того стоил, Юэ-эр, уходим!
Получив приказ, орды магов-отступников принялись наперебой хватать приглянувшихся им учеников, оглушая и тяжело раня их. Каждый уволок по добыче и поспешно бросился прочь с горы. Гигантская змея в тот же миг обратилась в клубы черного дыма и растворилась в направлении отступающих демонов.
К тому моменту прошли уже целые сутки. Отряды Секты Вэньюнь, Секты Вэньцзянь и Секты Вэньюэ прибыли в Таньшаньчэн и, обыскав весь город до последнего угла и не найдя ни единого мага-отступника, поняли, что попались в ловушку. Следом главы всех трех кланов один за другим получили известия с призывом о помощи из собственных сект: маги-отступники применили тактику отвлечения внимания, пожертвовав Таньшаньчэном, обошли их стороной и отправили отряды сровнять с землей родовые гнезда всех трех сект!
Когда объединенные силы верхом на духовных птицах и журавлях пересекли всю территорию бессмертных земель и спешно вернулись в родные обители, всех до единого потрясло открывшееся перед ними жуткое зрелище.
Башня Искусства Меча Секты Вэньцзянь была сломана пополам и лежала в руинах, а ученики-мечники полегли в бесчисленных количествах.
Защитный барьер Секты Вэньюнь был изнутри разбит на куски Черной Демонической Змеей, чья сила равнялась мощи стадии Зарождающейся Души. Двое старейшин Золотого Ядра, сражавшихся с ней, лежали без чувств с тяжелейшими ранениями, а из сотни оставшихся в горах юных учеников Стадии Концентрации Ци кто-то погиб, кто-то был ранен, а свыше десятка ребят и вовсе бесследно пропали.
Секта Вэньюэ пострадала еще ужаснее: поскольку все их ученики состояли из женщин, всех хоть сколько-нибудь привлекательных девушек подчистую увезли маги-отступники.
Все эти юноши и девы были отобраны с величайшим тщанием и в течение сотен лет кропотливо взращивались тремя сектами; они были будущим и надеждой всего союза. Лишь за один день их стерли в порошок — это бедствие по своим масштабам ничуть не уступало полному истреблению сект.
Фучэнь просканировал всю Секту Вэньюнь духовным чувством, но не нашел Шэнь Юэ. Зато он обнаружил бесчувственного Лу Юэси внутри скрывающей духовной формации.
Эта маскировочная формация была наскоро сложена из камней и травы, и Фучэнь с первого взгляда узнал руку собственного ученика. И теперь, когда из-за его особого телосложения до истечения трехлетнего срока ученика утащили маги-отступники, как он мог смотреть в глаза главе клана Шэнь?
Тяжело вздохнув и представляя себе то, что, возможно, прямо сейчас предстоит пережить Шэнь Юэ, Фучэнь почувствовал, как его и без того старческое лицо за мгновение постарело еще на несколько десятков лет.
Шэнь Юэ пребывал в полубессознательном состоянии, всё так же находясь в мягких объятиях, пропахших сладковатыми духами.
Перед выступлением Демонический Владыка изволил заявить, что ничего страшного в потере какого-то никчемного Таньшаньчэна ради приобретения векового фундамента трех сект нет — обмен вышел более чем выгодным.
Все вернулись из похода в превосходном расположении духа.
Обретя желанную добычу, маги-отступники миновали пустой Таньшаньчэн, пересекли границу между миром бессмертных и демонов и напрямик устремились в Столицу Демонов.
Гигантская Черная Демоническая Змея летела по небу какое-то время, но, казалось, утомилась: демоническая Ци рассеялась, и зверь обратился в юношу в черных одеждах с угольно-черными волосами и вертикальными золотыми зрачками. Раздвинув занавески, он впорхнул внутрь паланкина Мужун Лииня.
Юноша устроился напротив Мужун Лииня и, слегка приподняв голову, продемонстрировал такой же змеиный узор, змейкой обвивающий его лоб и уходящий в волосы.
Паланкин, несомый четырьмя магами-отступниками на Стадии Золотого Ядра, продолжал свой путь по воздуху в Столицу Демонов.
Мужун Лиинь, подперев подбородок рукой и погруженный в задумчивость, кончиком пальца легонько гладил по щеке потерявшего сознание Шэнь Юэ. Подняв взгляд и заметив мрачное выражение лица черноволосого юноши, он мягко произнес:
— Разве я не взял тебя с собой развеяться? Почему ты всё еще недоволен?
— Ты приказал уходить как раз тогда, когда вздумалось тебе, — пожаловался Мужун Жуюэ. — А я еще не наигрался.
Все демоны вернулись с богатой добычей, и только он один остался неудовлетворенным, к тому же слегка пострадал и в итоге вернулся с пустыми руками.
Мужун Лиинь с улыбкой качнулся вперед и толкнул к нему бесчувственного Шэнь Юэ. Мужун Жуюэ машинально подхватил юношу на руки, услышав голос старшего брата:
— Я нашел его на Горе Лююнь. Это поистине редчайшее создание, развлекайся.
Мужун Жуюэ с шипением опустил голову на юношу в своих руках. На его левом плече зияла сквозная рана, кровь уже остановилась, но из нее всё еще сочилась демоническая Ци. Тот лежал с закрытыми глазами, обрамленными длинными ресницами. Даже в беспамятстве он выглядел весьма недурно. Однако стоило юноше оказаться в его объятиях, как Мужун Жуюэ внезапно почувствовал жуткую сухость во рту, а его тело помимо воли начало охватывать жгучее пламя. Не удержавшись, он изумленно произнес:
— Старший брат, этот человек какой-то странный.
Мужун Лиинь сделал глоток вина, глядя на черноволосого юношу взглядом, полным нежности и баловства:
— Чисто Иньское тело, такое раз в тысячу лет встретишь. Смотри только не сломай игрушку.
Мужун Жуюэ же уже не мог совладать с собой: его ноги прямо в паланкине обратились в длинный черный змеиный хвост с золотыми кольцами, который туго оплел Шэнь Юэ.
http://bllate.org/book/24934/2950001
Готово:
