Готовый перевод Joy in Love Letters / Аромат запретных писем: Искушение богини: Глава 20

(Ctrl + влево) Предыдущая глава   |    Оглавление    |   Следующая глава (Ctrl + вправо)

— Ха-ха-ха-ха. — Мин Си громко рассмеялась, сделала несколько шагов к стиральной машине и пнула её ногой сбоку.

Та словно замерла на мгновение, в ту же секунду прекратила раскачиваться и смиренно замерла перед хозяйкой.

— Ну вот, готово. — Она задрала подбородок, вид у неё был такой, будто она совершила великий подвиг.

Цзян Няньли доставала из стиральной машины одежду и советовалась с ней:

— Когда у меня будет время, схожу в мастерскую по ремонту техники, спрошу, если починить, она ещё послужит.

— Не выйдет, я уже спрашивала. — Мин Си потянулась, её голос звучал лениво.

Цзян Няньли предложила:

— Тогда в другой день поищем что-нибудь на барахолке, так будет удобнее пользоваться.

— Эй, стиральные машины разве не за деньги покупают? Б/у тоже даром не отдадут. — В голосе Мин Си проскользнуло недовольство. — Хочешь купить — покупай на свою зарплату.

Какая же она прижимистая, — покосившись на неё, подумала Цзян Няньли и принялась за ручную стирку.

Впрочем, винить Мин Си за прижимистость не приходилось: она, конечно, понимала, что стирать руками — дело крайне утомительное, но деньги на лечение Сяо Цзин еще не были накоплены, так что семейные расходы стоило сокращать при любой возможности.

провозившись добрую половину дня и пообедав, Цзян Няньли подумала, что надо бы заглянуть в таверну.

Заметив, что та собирается уходить, Мин Си увязалась следом, в несколько шагов оказавшись за спиной у Цзян Няньли:

— Какое совпадение, ты тоже на работу?

Цзян Няньли остановилась, обернулась на нее, но отвечать не стала.

После секундной неловкости Мин Си заложила обе руки за спину:

— Ха, я ведь тоже как раз в заведение направляюсь.

Цзян Няньли поинтересовалась:

— О? Чего это ты сегодня так рано?

Мин Си перевела взгляд на входную дверь, словно заранее подготовила ответ на этот вопрос:

— А я вот переживаю, что кое-кто во второй половине дня будет плохо выступать, заодно загляну порядок навести.

До чего же эта девчонка любила шушукаться за спиной прямо в лицо.

Всю дорогу Мин Си плелась метрах в десяти позади, то и дело бросая взгляды на плечи Цзян Няньли.

Но стоило идущей впереди фигуре слегка замедлить шаг или сделать вид, что она собирается оглянуться, как Мин Си тут же отводила глаза.

Поэтому всякий раз, когда Цзян Няньли оборачивалась, та либо пинала камешек на дороге, либо задирала голову, разглядывая следы от самолётов в небе, а то и вовсе корчила рожицы какому-нибудь ребёнку, глазевшему на нее с обочины.

Завидев, как малыш со страху пускается наутек, она победно протягивала:

— Беги быстрее, а то догоню-у-у.

Ну и вредная же девчонка, — отведя взгляд, Цзян Няньли беспомощно покачала головой, а уголки ее губ невольно изогнулись в улыбке.

У входа в таверну лысый со своими прихвостнями по обыкновению устраивал пакости, их глаза в упор уставились на Цзян Няньли, то и дело перекидываясь сдвоенными смешками.

Лысый скользнул взглядом снизу вверх по её ногам, ухмыльнулся и выдал:

— Ого, работу нашла, она тебе соцстрах платит?

Обычно подобные сальные типы принимали реакцию женщины за поощрение, и Цзян Няньли прекрасно это понимала; она даже бровью не повела, молча шагнув прямо внутрь таверны.

Проводив ее взглядом, лысый выругался:

— Тьфу, строит из себя недотрогу, а ведь еще пару дней назад перебивалась заработком под моим началом.

— Тьфу!

Плевок со свистом полетел в его сторону и смачно шмякнулся прямо на руку.

— Кто здесь? Кто?! — лысый опустил взгляд на руку и громко взревел.

Мин Си уже стояла неподалеку от него, указывая на ту самую руку, и её голос звучал вызывающе:

— Я. Это я сделала специально.

Один из шестерок протянул лысому салфетку, но стоило ему поднять глаза и встретиться взглядом с Мин Си, как он тут же отступил под напором ее взгляда.

Лысый стер плевок, скомкал салфетку в комок и небрежно швырнул у входа в заведение.

— Тьфу! — Мин Си плюнула еще раз — на другую его руку, примерно в то же место, что и в первый раз, словно специально тренировала точность.

— Ты что, психопатка? — Лысый разозлился и замахнулся на Мин Си кулаком.

Стоявший рядом подручный снова подался вперед, сунул лысому салфетку и тут же отпрянул назад.

Заметив те же самые два повторяющихся движения и ту же технику у подчиненного, лысый молча посмотрел на него и отвесил подзатыльник:

— Толку от тебя чуть! Я что, просил мне салфетку давать?

Слабо тебе проучить эту бабу?

Мин Си опустила глаза, указывая на валявшийся на земле комок бумаги:

— Если не подберешь, в следующий раз наплюю прямо в рожу.

Тот самый подручный, что только что давал салфетку, решив, что это как раз и есть то самое полезное дело, о котором говорил босс, в два шага подскочил к бумажному комку и радостно зажал его в ладони.

С такой скоростью, будто боялся, что кто-то другой перехватит инициативу.

Лысый пнул его:

— Вали отсюда, завтра можешь не появляться.

Мин Си рассмеялась:

— С чего это босс Лысый вечно приходит к моему заведению поднимать мне настроение и зазывать клиентов?

Лысый больше не стал скрываться, в его голосе прозвучало злорадство:

— Ты ведь последние пару дней носа в заведение не казала, неужто испугалась какой-то твари?

Так это он подбросил ящерицу! На дне глаз Мин Си на мгновение мелькнула свирепость, но её тут же сменило напускное равнодушие:

— Никаких тварей я не видела, только лысого борова, который тут орал как резаный.

Изначально лысый пришел сегодня, чтобы предупредить Мин Си насчет истории с ящерицей, но в итоге сам оказался опозорен.

Взбешенный до предела, он завопил на всю толпу зевак:

— Вы все, девчонки, будьте осторожнее! Знаете, почему в эту таверну пускают только женщин?

Лысый злобно ткнул пальцем в Мин Си:

— Да потому что она сама любит женщин! Смотрите, как бы она вас всех не испортила.

Вообще-то для самого лысого эти слова были лишь способом отомстить, брошенным сгоряча — в пределах его скудного кругозора это считалось страшным оскорблением.

Для Мин Си же… Поначалу, лет эдак назад, услышь она подобное, её бы это, пожалуй, задело. Но за столько лет она давно привыкла.

В конце концов, любить женщин — это вообще-то неплохо.

Однако для собравшихся вокруг женщин этот информационный повод прозвучал совсем иначе.

Например, какая-то девчонка тут же обратилась к лысому:

— Эй, а то, что ты говоришь — правда? Если правда, я тогда пойду выпивать в её бар.

Другая дамочка в откровенном наряде шагнула вперед, с хищным прищуром окинула Мин Си манящим взглядом и положила руку ей на плечо:

— Я ведь давно подозревала в тебе этот потенциал. Сестрица прямо сейчас положит на счёт пару тысяч, составишь мне компанию за бокалом?

Мин Си покосилась на чужую руку, лежащую на её плече, — поначалу ей хотелось смахнуть её, но, услышав про пару тысяч на счет, пришлось проглотить отказ и выдавить из себя улыбку:

— Всегда пожалуйста, милости просим.

Услышав, что здесь можно рассчитывать и на такую услугу сопровождения за столом, зеваки тут же принялись расспрашивать Сяо Юэ о номиналах клубных карт.

За столь внезапную выручку определенно стоило поблагодарить зачинщика, и Мин Си лениво бросила взгляд на лысого:

— Благодарю босса Лысого за подкинутую выручку, счастливого пути, провожать не буду.

— Эй, эй! — Лысый принялся яростно тыкать в них пальцем. — Она же любит женщин! Эта девка по фамилии Мин открыла такое заведение, чем она лучше какой-нибудь сводни?

Видимо, прибить его хотелось уже давно, и стоило услышать слово сводня, как Мин Си смачно влепила ему пощёчину. Её недавний благодарный тон сменился на свирепый:

— Следи за языком!

Лысый схватился за щеку, собираясь полезть в драку, но его остановила та самая девица, что только что вызвалась первой пополнить счёт.

Она презрительно зыркнула на него:

— Ой, иди уже, чего раскричался? Кроме как позориться, ты на что-нибудь вообще способен?

Эта фраза заставила толпу зевак наперебой приняться его отчитывать; люди обступили его шайку в три плотных кольца, и лысому оставалось лишь злобно погрозить им пальцем и снова ретироваться вместе с шестерками.

Та самая падкая на пополнение счета девица тут же обвила руку Мин Си, прижавшись к ней грудью, и призывно улыбнулась алыми губами:

— Поведешь сестрицу оформлять карту? Пропустим по стаканчику.

Мин Си так крепко вцепилась в неё, что вытащить руку не было никакой возможности, и ей пришлось послушно поплестись за ней внутрь.

Едва переступив порог, она увидела Цзян Няньли, которая с бесстрастным лицом стояла на месте, в упор глядя на них обеих.

— У тебя что-то случилось? Чего дорогу загородила? — небрежно бросила Мин Си, крикнув залу: — Эй, кто-нибудь, проводите эту дамочку внести депозит!

Когда новую клиентку увели, Цзян Няньли по-прежнему сверлила взглядом её лицо:

— Давно слышала, что у госпожи Мин талант к продажам, сегодня же убедилась — слухи не врут.

Цзян Няньли говорила тихо и мягко, но Мин Си отчего-то почувствовала, как по затылку пробежал ледяной сквозняк.

Она отвела взгляд от лица Цзян Няньли и сделала пару шагов вперед:

— Сегодня в таверне кондиционер слабо работает, пойду проверю.

— Стоять. — Возражения не принимались.

Мин Си скосила на нее глаза, вернув себе прежний ленивый тон:

— Чего тебе? Надеюсь, у тебя действительно есть причина.

— Зачем ты пугала детей на улице? — задав этот вопрос, Цзян Няньли думала совсем о другом — о том, как та девица заигрывающе тащила Мин Си за руку.

— А? — Тема сменилась так резко? И за запугивание детей её теперь тоже будут отчитывать?

На лице Мин Си заиграла шкодливая улыбка, всем своим видом показывая, что она и не думает раскаиваться:

— Хочу и пугаю, тебе-то какое дело? Не слишком ли сильно нос суешь куда не просят?

Словно предвидя такой ответ, Цзян Няньли произнесла:

— Что ж, ладно. Если я еще хоть раз увижу, как ты пугаешь детей, то пойду и пожалуюсь их дедушкам и бабушкам.

Цзян Няньли тронула уголки губ:

— С этими стариками шутки плохи, знаешь ли.

Эта женщина определенно делала это специально, раз уж в ход пошли даже пожилые люди!

Мин Си мысленно взвыла: неужели госпожа Цзян в школе была из тех зануд, что вечно бегают к учителям ябедничать?

— А это уже не твое дело, — Цзян Няньли скрестила руки на груди с видом абсолютной уверенности: — Я ведь не шучу.

— Решила меня воспитывать? — в голосе Мин Си звучал упрямый вызов, она вовсе не собиралась сдаваться.

Она продолжила шагать к выходу, махнув рукой на ходу:

— Иди жалуйся кому хочешь, если хоть бровью поведу — считай, проиграла.

Хоть она и держалась подчеркнуто дерзко, на душе у нее внезапно стало как-то счастливо-мягко, оставляя после себя странное, необъяснимое чувство.

Она слишком привыкла ощущать себя дикой травой, растущей самой по себе — что в бурю, что в зной она пробивалась лишь за счет собственной дурной силы, и никому никогда не было дела до того, во что она превратится, не зачахнет ли от истощения.

Да уж, за всю её жизнь о ней по-настоящему никто не заботился; ни родители, ни учителя никогда не находили её милой.

И теперь, когда кто-то вдруг подобрал распустившиеся листья этой дикой травы, она невольно затаилась в трещине скалы, втайне ожидая лучика надежды и тепла, надеясь, что кто-то укажет ей верное направление для её безудержного роста.

Вот только беда в том, что к привычке выживать в одиночку трудно привыкнуть заново, и когда её строптивый нрав кто-то попытался укротить, в душе помимо капли тайного тепла осталось куда больше досады от навязанных пут.

http://bllate.org/book/24852/2939183

(Ctrl + влево) Предыдущая глава   |    Оглавление    |   Следующая глава (Ctrl + вправо)

Обсуждение главы:

Еще никто не написал комментариев...
Чтобы оставлять комментарии Войдите или Зарегистрируйтесь

Инструменты
Настройки

Готово:

100.00% КП = 1.0

Скачать как .txt файл
Скачать как .fb2 файл
Скачать как .docx файл
Скачать как .pdf файл
Ссылка на эту страницу
Оглавление перевода
Интерфейс перевода