— Хочется сделать тебе еще больнее!
Он хотел, чтобы все, кто виноват в страданиях и отчаянии прежнего владельца этого тела, сполна вкусили то же самое.
— Ты что задумал?! — Ян Цзюнь ворвался в комнату, и в его глазах, прикованных к Е Сыненю, едва не полыхало пламя.
— Что я задумал — не твое дело, — Е Сынень неторопливо отложил коммуникатор, даже не взглянув на пышущего яростью Ян Цзюня.
— Эксперимент Фэйяня вот-вот даст результаты, а ты решил подсунуть в его лабораторию кучу мусора?! — Ян Цзюнь был вне себя от того, что его демонстративно игнорируют, и рявкнул: — Ты хочешь саботировать работу Фэйяня, так ведь? Ничтожный подлец!
— Я просто отправляю людей в лабораторию, и что ты мне сделаешь? — Е Сынень с пренебрежением приподнял веки. Он мастерски изображал высокомерного и избалованного юнца: держался с таким изяществом, словно находился на светском рауте, но слова его разили наповал. — Я и не знал, что Ли Фэйянь стал ученым. Раз уж он может руководить экспериментами, то мои люди — сплошь эксперты и ученые, неужели они хуже Ли Фэйяня?
— Ты! — Ян Цзюнь был в ярости, но возразить было нечего.
В глубине души он считал Ли Фэйяня во всем совершенным, но, как бы сильно ни была ослеплена его любовь, он понимал: Е Сынень прав. Разработка вакцины от зомби действительно не имела ничего общего с профессиональной специализацией Ли Фэйяня.
Но как он мог признать правоту врага? К тому же Фэйянь четко сказал: если дать ему достаточно времени, он обязательно создаст вакцину. Ян Цзюнь верил в успех Фэйяня. Но при условии, что Е Сынень не будет мешать.
На самом деле Е Сынень вовсе не собирался ничего срывать. Хотя он и не желал Ли Фэйяню добра, в подобных вопросах он сохранял трезвую голову. Те люди действительно были экспертами, которых он с трудом нашел по всей Базе. Разумеется, он и не думал отдавать их в лабораторию Ли Фэйяня — это были ценные кадры для изучения способов пробуждения сверхспособностей, и они уже давно работали в его собственной лаборатории. Все это было лишь игрой на публику.
Видя, как Ян Цзюнь угодил в ловушку, Е Сынень остался доволен, хотя на лице его отразилось лишь насмешливое презрение:
— Кто такой этот Ли Фэйянь, чтобы ты так отчаянно его защищал, не жалея жизни?
Слова, полные оскорблений, окончательно разожгли ярость Ян Цзюня. От высокого мужчины повеяло леденящим ужасом, а в глазах застыла жажда убийства:
— Е Сынень, если ты мужчина, давай сразимся честно! Что за герой такой, который только и умеет, что строить козни за спиной?
Прости, но я не собираюсь быть героем! — мысленно усмехнулся Е Сынень, а вслух, словно его задели за живое, вперился в Ян Цзюня и прорычал: — Что ты сказал?!
— Я сказал, что ты подлый ничтожество! — увидев, что провокация подействовала, Ян Цзюнь окончательно потерял осторожность и перешел к открытым насмешкам: — Кроме как плести интриги, ты на что-то способен? Тот зомби четвертого уровня — небось, просто случайность! Как такой, как ты, мог убить его? И как у господина Е мог родиться такой сын!
Е Сынень, доведенный до точки кипения, схватил коммуникатор и швырнул его в сторону:
— Заткнись! Раз хочешь — будет тебе! Думаешь, я тебя боюсь? Завтра на арене! Или ты, или я!
Услышав, что Е Сынень действительно готов выйти на арену, как он и планировал, Ян Цзюнь пришел в восторг и даже не заметил странностей в поведении противника:
— Я принимаю твой вызов! Только не вздумай пожалеть!
Боясь, что тот передумает, он решил подлить масла в огонь:
— Только надо сначала спросить мнение господина Е, чтобы потом, когда ты проиграешь, не начал юлить, а он не пришел ко мне с разборками! Может, еще заставит меня покинуть Клан Е, чтобы ты, побежденный, не расстраивался...
Е Сынень, чьи способности поставили под сомнение, да еще и обвинили в том, что он прячется за спиной отца, больше не мог сдерживаться:
— Подписываем договор! — его глаза налились кровью. — Прямо сейчас! Проигравший убирается из Клана Е!
— Подпишем! — в глазах Ян Цзюня мелькнула радость. Он откуда-то выудил заранее подготовленный лист бумаги, быстро расписался и с издевкой посмотрел на Е Сыненя, словно будучи уверенным, что тот не посмеет поставить подпись.
На его лице играла нескрываемая улыбка, а от бумаги веяло заговором, но Е Сынень, ослепленный яростью, не обратил на это внимания и, не раздумывая, выхватил ручку, чтобы оставить свою подпись.
Ян Цзюнь быстро спрятал договор, его тон стал вызывающим:
— Раз это выбор самого молодого господина, не вини меня за жестокость! Завтра я не буду щадить тебя!
— Кто просил тебя о лицемерной жалости! — Е Сынень, чьим разумом завладел гнев, указал на дверь: — Вон отсюда!
Ян Цзюнь бросил на него презрительный взгляд. Цель была достигнута, оставаться здесь ему не хотелось, и он с усмешкой вышел. Дверь за ним захлопнулась.
Как только дверь закрылась, от былой ярости Е Сыненя не осталось и следа. Он потер лицо и закатил глаза к потолку. Давненько он не играл в театре. Быть таким высокомерным, самовлюбленным и вспыльчивым юнцом оказалось довольно забавно. Однако злоба в глазах Ян Цзюня ему очень не понравилась. Неужели только из-за того, что он пошел против Ли Фэйяня, тот готов был сжить его со свету?
Согласно изначальному ходу событий, поединок между ними все равно состоялся бы. Прежний владелец тела, вернувшись в смятении из уезда Цинлань, не вынес насмешек, стал раздражительным и начал конфликтовать с Ли Фэйянем. Когда он в очередной раз пригрозил Ли Фэйяню расправой, это услышали Е Лю и Ян Цзюнь. Ян Цзюнь, с молчаливого согласия Е Лю, решил вступить в бой. Прежний Е Сынень, находясь в нестабильном состоянии, не выдержал провокации и вызвал его на арену. Е Лю тогда лишь отмахнулся, не желая вмешиваться. Исход был предрешен: прежний владелец проиграл, был покалечен, лишился ядра кристалла, а вдобавок его обвинили в мошенничестве и подкупе судьи. Его репутация была уничтожена, а Е Лю возненавидел его еще сильнее.
Но нынешний Е Сынень — другой человек. Он не станет подкупать судью и не проиграет. Поединок, который должен был погубить его предшественника, станет первым триумфом его новой жизни.
Разве не нужно просто победить Ян Цзюня? Он заставит всех взглянуть на себя по-новому.
Известие о грядущем поединке вызвало на Базе бурю обсуждений. Ян Цзюнь был известным обладателем способности огненной стихии, а Е Сынень — слабаком с водной стихией. Ходили слухи, что его недавняя победа над зомби четвертого уровня — лишь чистая случайность. Никто не верил в его успех.
Народ, как всегда, жаждал зрелищ. Форум Базы взорвался догадками и сплетнями. Е Сынень, лежа в пижаме в кресле, с интересом читал комментарии, поражаясь воображению пользователей.
Цинь Шиюэ, нахмурившись, смотрел на экран компьютера, помедлил, а затем взял коммуникатор. Е Сынень, не раздумывая, ответил на вызов.
— Сынень?
Низкий, бархатный голос раздался прямо у уха. Е Сынень на мгновение затаил дыхание, отодвинул коммуникатор и произнес:
— Генерал Цинь? Что-то случилось?
— Зови меня Шиюэ, — мужчина на том конце провода, казалось, вздохнул. — Я видел новости на форуме.
— О, — равнодушно отозвался Е Сынень, не отрывая взгляда от экрана, где пользователи спорили о том, кто победит.
— Почему? — Цинь Шиюэ, словно не замечая холодности, с интересом спросил о причинах.
— Просто хочу поставить точку, — Е Сынень наконец сосредоточился на разговоре и, хитро прищурившись, спросил: — Как думаешь, кто победит?
— Конечно, ты, — мужчина на той стороне тихо рассмеялся, звуча уверенно, и добавил в шутку: — Я сделал на тебя большую ставку, не дай мне разориться!
— Сделал ставку? — удивился Е Сынень. — Сколько?
— Все, что было на карте, — улыбнулся Цинь Шиюэ. — Если проиграешь, я стану нищим.
— Тогда мне стоит подумать, а стоит ли побеждать, — поддразнил его Е Сынень, и в его глазах блеснул смех.
Цинь Шиюэ на мгновение замер, а затем разразился искренним смехом:
— Ничего страшного, буду считать это инвестицией.
Е Сынень не стал спрашивать, какая это инвестиция, лишь закусил губу, улыбаясь про себя. Цинь Шиюэ, сдерживая волнение, затаил дыхание, слушая тихое дыхание юноши. Наступила долгая, неловкая пауза. Лишь спустя время, понимая, что уже поздно, Цинь Шиюэ с неохотой произнес:
— Ложись спать, наберись сил.
— М-м, — Е Сынень улыбнулся и тихо ответил.
— Завтра заехать за тобой? — Цинь Шиюэ подавил тревогу и осторожно спросил.
— ...Хорошо, — Е Сынень приподнял бровь, и улыбка стала шире.
Добившись своего, Цинь Шиюэ едва не подскочил от радости. Он кашлянул, стараясь сохранить невозмутимость:
— Тогда до завтра.
— До завтра.
Услышав гудки, Цинь Шиюэ с сожалением отложил коммуникатор, но тут же воодушевился. Е Сынень не отказал! Он позволил заехать за собой!
Цинь Шиюэ глубоко вздохнул, пытаясь унять сердцебиение. Нежный, чуть смущенный голос все еще звучал в ушах. Он невольно погладил имя Е Сыненя на экране, а на его лице сияла мягкая улыбка.
На следующее утро Е Сынень вышел из виллы Клана Е. Обернувшись на дом, который так ценил прежний владелец, он усмехнулся. После того как его забрали из приюта в десять лет, это место стало для него домом, за который он цеплялся всеми силами. Но что в итоге?
Е Лю, проведя бессонную ночь на совещании, поспешил домой, как только узнал новости, и, увидев сына, помрачнел.
— Мерзавец! — рявкнул Е Лю. — Ты что творишь? Кто разрешил тебе бросать вызов дяде Яну? Немедленно извинись перед ним!
Е Сынень нахмурился. Ему было тошно. Этот «отец» только и умел, что читать нотации. Он никогда не заботился о сыне и не считал его родным. И теперь, не разобравшись в ситуации, требует извинений? С какой стати?
— А с какой стати я должен извиняться? Только потому, что ты мой отец?
— Этого мало?! — Е Лю, видя, что сын дерзит, вышел из себя. Он никогда не любил этот плод случайной связи, а теперь, когда у него появился возлюбленный, сын стал для него лишь досадной помехой. — Если считаешь меня отцом — немедленно останови это!
— Поздно, — Е Сынень повернул голову и помахал рукой черному внедорожнику, подъезжавшему к вилле.
Тюнингованный автомобиль выглядел как дикий стальной зверь. Окно опустилось, показалось холодное лицо Цинь Шиюэ. Он слегка кивнул Е Лю, перевел взгляд на Е Сыненя, и глаза его мгновенно потеплели:
— Сынень, садись.
— Угу, — Е Сынень, не глядя на остолбеневшего Е Лю и Ли Фэйяня, который стоял неподалеку с растерянным видом, ловко занял пассажирское сиденье.
Увидев, что он не сел назад, Цинь Шиюэ улыбнулся еще шире, развернул машину и направился к площади в центре Базы, где находилась арена.
Когда они прибыли, зрители уже заняли места. Вокруг арены кипела жизнь: торговля, ставки, шум и гам. Е Сынень взглянул на доску с коэффициентами и улыбнулся мужчине рядом.
Цинь Шиюэ, проследив за его взглядом, рассмеялся:
— Я не мог упустить шанс так легко заработать ядра кристаллов.
— Так уверен в моей победе?
— Я верю в тебя, — Цинь Шиюэ повернулся к нему, и в его взгляде читалось нечто большее.
Е Сынень лишь дернул уголком губ, ничего не ответив.
Ян Цзюнь уверенно вышел на арену. Его способности огненной стихии давно не развивались, но он усердно тренировался, а Е Лю не жалел для него ядер кристаллов. Он был уверен в своих силах.
Окинув взглядом толпу и заметив Е Лю и Ли Фэйяня, он задумался. Е Сынень — родной сын Е Лю, поэтому, несмотря на ненависть к нему из-за Ли Фэйяня, нужно было соблюсти приличия. Ян Цзюнь решил просто лишить парня способностей, чтобы тот больше не мог дерзить. А остальное сделает потом, когда вышвырнет его из Клана Е и из Цзинчэна.
Он уже прикидывал, сколько приемов ему понадобится, чтобы победить, не уронив своего достоинства, но когда Е Сынень неторопливо подошел к нему, сердце Ян Цзюня вдруг екнуло.
Стройный юноша стоял напротив, сохраняя свое обычное безразличие. Но когда этот спокойный, как омут, взгляд встретился с его глазами, Ян Цзюнь вдруг почувствовал себя ничтожеством. Муравьем под ногами.
Ему стало холодно.
Сжав кулаки, Ян Цзюнь отбросил беспечность. Его тело содрогнулось, в руках вспыхнуло пламя с золотистыми искрами, превратившись в огромного огненного дракона. Вокруг арены поднялся нестерпимый жар. Не успели зрители ахнуть, как дракон с ревом бросился на Е Сыненя.
Е Сынень остался невозмутим. Он слегка взмахнул правой рукой, и в воздухе возник кристально прозрачный водный дракон — почти вдвое больше огненного. Он плавно повел головой и с неудержимой мощью врезался в пламя.
Раздался оглушительный грохот, и арену окутал густой пар. Зрители не успели даже вздохнуть, как из пара вырвался еще более величественный водный дракон и с яростью обрушился на то место, где стоял Ян Цзюнь.
Из тумана донесся крик. Зрителей пробрала дрожь, но любопытство взяло верх: всем хотелось увидеть, что происходит в густом облаке пара.
В центре тумана Е Сынень едва заметно улыбнулся.
Он слегка повел пальцем, и лежащий на арене полуживой Ян Цзюнь забился в конвульсиях, изо рта его хлынула кровь. Тело пронзила острая боль, кровь хлынула вспять, сосуды сжимались. Ян Цзюнь инстинктивно свернулся калачиком, пытаясь унять невыносимую муку.
Но физическая боль была ничем по сравнению с душевной. Поняв, что больше не чувствует внутри себя ядра кристалла, Ян Цзюнь, обезумев от ужаса, уставился на Е Сыненя.
Тот встретил его взгляд своим холодным, невозмутимым взором.
Туман медленно рассеивался. Когда арена предстала перед глазами, воцарилась гробовая тишина. Е Сынень стоял, засунув руки в карманы, с таким видом, будто смотрел скучный фильм.
Ян Цзюнь же лежал на самом краю арены, в луже воды, истекая кровью, полуживой и сломленный.
Цинь Шиюэ, стоявший совсем рядом, во все глаза смотрел на юношу, переполненный восхищением. Он знал, что тот силен, но не думал, что настолько! Одним движением победить одного из сильнейших бойцов Базы — это было невероятно!
Сердце Цинь Шиюэ было переполнено чувствами, он не мог вымолвить ни слова, лишь завороженно следя за идеальным профилем юноши.
Он во что бы то ни стало должен заполучить его!
http://bllate.org/book/24769/2927833
Готово:
