Гу Цзыянь, заметив маленького мальчика рядом с Чу Юйчэном, хотел что-то сказать, но запнулся и в конце концов произнес: — Ты действительно решил не жениться?
Чу Юйчэн твердо кивнул. Уловив в глазах друга сложный оттенок, он спокойно ответил: — А ты разве тоже не женился?
Гу Цзыянь смолчал. Человек, на которой он больше всего хотел жениться, уже ушел из жизни. При этой мысли он тяжело вздохнул: все вокруг оказались в таком положении, так какое же у него есть право осуждать других? К счастью, каждый из них был наследником своего рода и нес на плечах тяжелую ответственность, а потому не мог позволить себе раскиснуть до конца. Как бы ни было больно на сердце, приходилось нести бремя семейного долга.
Ли Сыинь стоял неподалеку и молчал. Он всегда считал себя виновным в гибели Чу Юйаня: первое время он был близок к нервному срыву, и лишь за последние два года ему стало немного лучше.
Обменявшись несколькими дежурными фразами, Ци Цзиньянь ушел первым, следом за ним удалились Ли Сыинь и Гу Цзыянь. Перед уходом Гу Цзыянь не удержался и бросил взгляд на мужчину, стоявшего перед надгробной плитой. Лицо мужчины было безмятежным, а взгляд — пустым, словно ничто на свете больше не могло пробудить в нем интерес, будто он отрешился от всего этого мира.
Сразу после своей смерти Чу Юйань вернулся в пространство системы. Ноль-ноль-первый радостно отчитался о цифрах: — Хозяин-достопочтенный, все четыре главных героя успешно покорены, значение бога мужчин возросло, героиня вернулась на свою первоначальную линию судьбы, начислены дополнительные очки! У группы поддержки бога мужчин в старшей школе Шэнъань растет показатель фанатов, значение бога мужчин увеличивается...
Чу Юйань внезапно прервал Ноль-ноль-первого и, приподняв бровь, переспросил: — Это что еще за возвращение героини на первоначальную линию судьбы?
— ... — Ноль-ноль-первый, так радостно зачитывавший статистику, вдруг застыл на месте, точно увидев призрака. Оно судорожно попыталось припомнить только что сказанные слова и, лихорадочно соображая, как бы выкрутиться, услышало полуулыбку в голосе Чу Юйаня: — Ты случаем не вздумал мне солгать?
Ноль-ноль-первый подпрыгнуло в воздухе, словно ему наступили на хвост: — Конечно нет!
Заметив на лице Чу Юйаня выражение полного недоверия вкупе с угрозой, система немного подумала и с унылым видом произнесла: — На самом деле... дело обстоит так. В космосе изначально существовало множество миров. Хозяин управляет ими, но после того, как мир оказывается создан, он развивается по собственным законам, и Хозяин не вмешивается излишне в этот процесс.
— Но... — продолжил Ноль-ноль-первый, — миры, в которые попадает хозяин, изначально были вполне нормальными и обычными. Однако удача некоторых людей в них оказалась безмерно преувеличенной. Удача ведь не появляется из ниоткуда — избыток везения у этих лиц отнимается у других. В результате судьбы множества людей начинают рушиться. И если мир не выдерживает подобной нагрузки, он погружается в хаос и в конце концов погибает.
Чу Юйань вдруг заинтересовался: — Раз так, почему твой Хозяин просто не уничтожит тех людей? Все равно ведь эти миры создал он.
...Хозяину вообще нет никакого дела до тех миров, — мысленно проворчало Ноль-ноль-первое.
Поразмыслив немного, оно продолжило: — Эм... об этом хозяин узнает позже. А становясь богом мужчин, хозяин может получать силу желаний тех людей: чем больше ее накопится, тем выше окажется польза. В конце концов, для хозяина не составит труда возродиться. Например, в этот раз те, кого покорил хозяин, обладали природной, очень чистой удачей, и сила желаний от таких людей исключительно чиста. К тому же за спасение миров, которые иначе погрузились бы в хаос, и судеб искалеченных людей хозяин также получает силу желаний — это приносит сплошную выгоду.
Бесплатный сыр бывает только в мышеловке, тем более что, судя по словам Ноль-ноль-первого, всё это сулило ему огромную выгоду. Впрочем, было очевидно, что Ноль-ноль-первое не станет выкладывать всё до конца, однако некоторую информацию он уже получил. Вот только... больше всего сейчас Чу Юйаня интересовал сам хозяин Ноль-ноль-первого.
Словно угадав мысли Чу Юйаня, Ноль-ноль-первое с пронзительным писком шарахнулось куда подальше и сбивчиво пролепетало: — Хозяин... о делах Хозяина ты, хозяин, со временем узнаешь сам...
Видя это, Чу Юйань не стал допытываться дальше и сменил тему: — Каков же теперь мой... уровень бога мужчин? Иными словами, сколько у меня накопилось силы желаний?
Ноль-ноль-первое возобновило прерванные подсчеты и быстро выдало результат: — До среднего уровня бога мужчин осталось совсем чуть-чуть.
Задумчиво кивнув, Чу Юйань окинул взглядом пространство и повернулся к Ноль-ноль-первому: — Ладно, отправляемся в следующий мир.
Когда Чу Юйань открыл глаза, то почувствовал, как его тело охватил жар: из самых глубин существа поднималась волна дикого возбуждения, истовая жажда чего-то неведомого. Собравшись с силами, он приоткрыл веки и обнаружил, что находится в роскошной, но совершенно пустой комнате. Его тело не слушалось, мышцы обмякли — судя по всему, он был отравлен каким-то неизъяснимым зельем. Прикрыв глаза, он попытался унять внутренний жар и мысленно позвал Ноль-ноль-первое.
Однако стоило системе отозваться, как за дверью послышался шум шагов. Не успел он выслушать Ноль-ноль-первого, как вскинул голову: в комнату друг за другом вошли двое мужчин. Тот, что шел впереди, хранил на лице полное безразличие и выглядел крайне чинно и солидно. Мужчина же, шагавший на шаг позади, с приподнятыми уголками глаз излучал легкомысленное очарование. Широко улыбаясь, он обратился к своему невозмутимому спутнику: — Это младший сын семьи Чу. Ну как, хорош собой?
Мужчина, хранивший молчание, встретился взглядом с лежавшим на кровати человеком, и в глубине его потухших глаз мелькнула легкая рябь.
А тот, что шел позади, быстрым шагом приблизился к Чу Юйаню и продолжил: — Сам знаешь, я человек принципиальный — всегда выступаю за взаимное согласие. Этот молодой господин Чу выглядит чистым и неприступным, но стоило мне пару дней назад бросить на него лишний взгляд, как он прислал мне сообщение, а сегодня взял да и притащил себя сюда в подарочной упаковке.
С этими словами он замолчал и покосился на друга. Тот извечно оставался равнодушен к сердечным делам — сколько бы людей ни вешалось ему на шею, он неизменно оставлял это без внимания. Сегодня же, руководствуясь исключительно мыслью о том, что добро не должно уходить на сторону, он привел товарища взглянуть на новичка, и теперь ситуация казалась небезнадежной.
Пока те двое разговаривали, Чу Юйань поспешно собирал информацию. Разобравшись во всем, даже он не смог скрыть изумления, поскольку этот мир оказался... романом для взрослых.
Сам Чу Юйань уже появлялся в этом мире: главный герой-нижний романа приходился хорошим другом этому телу. Изначально же владелец тела был фальшивым, поверхностным и тщеславным юнцом, который поднес себя в дар Чжоу Линю — тому самому ветреному молодому человеку, — а затем, желая угодить покровителю, представил ему и своего друга.
В конце концов Чжоу Линь быстро пресытился оригинальным владельцем, сочтя главного героя куда более интересным. После этого парочка предавалась утехам на протяжении всей истории, пока в финале они наконец не остались вместе.
...Чу Юйань на мгновение умолк. Те двое тем временем еще не закончили беседу, и он мысленно обратился к Ноль-ноль-первому: — Постойте, они тут развлекаются подобным образом — это разве не считается вмешательством в чужие судьбы?
— Разумеется, считается! — возмущенно завопило Ноль-ноль-первое в пространстве. — Хотя Чжоу Линь и отличался легкомыслием и любвеобильностью, он все же оставался нормальным наследником влиятельного рода! Но стоило ему встретить главного героя, как в его голове не осталось ни единой мысли, кроме как заниматься этим самым! Судьбы в таких мирах чрезвычайно хрупки и однобоки, и в конце концов всё заканчивается тем, что мир превращается в сплошной балаган для взрослых, а линии судеб множества людей рушатся до основания!
Тем временем Чжоу Линь, высказав всё вышесказанное, с сомнением в голосе предложил: — Слушай, а может... на этот раз я уступлю его тебе?
Янь Цзюгэ на секунду замер. Он перевел взгляд на юношу, лежавшего на постели: тот был невероятно хорош собой, а из-за неестественного румянца на щеках казался еще прекраснее цветущей сливы и до того манил, что к нему так и тянуло прикоснуться. Чем дольше Янь Цзюгэ всматривался, тем сильнее у него горели мочки ушей.
Заметив, что Янь Цзюгэ молчит, Чжоу Линь слегка разочаровался. Бросив небрежный взгляд на юношу, он протянул: — Раз тебе неинтересно, тогда я...
— Он мой, — внезапно произнес Янь Цзюгэ.
Ась? Как только Янь Цзюгэ вымолвил эти слова, оба его спутника замерли.
На лице Янь Цзюгэ застыло суровое выражение, однако стоило ему украдкой бросить быстрый взгляд на лежащего юношу, как его сердце забилось с неукротимой быстротой. Увидев, что Чжоу Линь ничего не отвечает, он серьезно повторил: — Он мне нужен. Ты не можешь его трогать.
— ... — Заметив, что друг, обращаясь к нему, продолжает не отрывая глаз смотреть на паренька, Чжоу Линь лишь беспомощно вздохнул. Впрочем, раз товарищ редко к кому проявляет интерес, а речь шла всего лишь о какой-то игрушке, друг, разумеется, был важнее. С участливой улыбкой он произнес: — Ладно, тогда я пойду. Желаю хорошо провести время.
На прощание он одарил Янь Цзюгэ многозначительным взглядом и напомнил: — Вещи в первом ящике справа. Ночь коротка, я пошел. — Напустив на себя выражение лица, понятное лишь мужчинам, Чжоу Линь решительно повернулся и вышел, не забыв заботливо прикрыть за собой дверь.
Услышав последние слова Чжоу Линя, Янь Цзюгэ почувствовал, как от громогласного гула кровь прилила к голове. Он застыл на месте, совершенно не зная, куда деть руки и ноги.
В этот самый момент Чу Юйань на постели, изображая постепенное пробуждение, медленно открыл глаза.
Янь Цзюгэ, проводив Чжоу Линя, какое-то время еще мялся на месте. Он и сам не понимал, почему, едва увидев человека на кровати, сразу решил, что тот принадлежит ему — где-то в глубине души настойчиво звучал голос: удержи его, иначе непременно пожалеешь.
Однако вскоре до его слуха донесся какой-то звук со стороны постели. Подняв голову, он увидел картину, от которой только-только успокоившееся сердце забилось с новой силой. Лежавший на кровати юноша уже открыл глаза; его щеки горели румянцем, грудь тяжело и сдавленно вздымалась, а во взгляде туманилась влажная пелена. Заметив его, парень словно бы удивился, и его затуманенные персиковые глаза широко распахнулись.Чу Юйань открыл глаза и увидел у своей кровати незнакомого мужчину. Удивленно оглядевшись по сторонам и не найдя того, кого надеялся встретить, он во взгляде его промелькнуло разочарование. Но вскоре жар, поднявшийся в теле, снова лишил Чу Юйаня ясности рассудка. Тихо стонут, он понял, что с его организмом что-то не так. Однако мужчина стоял неподвижно, явно не собираясь ему помогать.
Чу Юйань с трудом заставил себя подняться, намереваясь направиться в вайную, но в этот момент до этого молчавший мужчина шагнул вперед и надежно поддержал юношу, чьи ноги едва держали его:
— Что ты делаешь?
В его голосе сквозило легкое раздражение и... обида?
Янь Цзюгэ видел, как после минутного удивления во взгляде юноши мгновенно отразилось разочарование, и его бешено колотящееся сердце вмиг утиххлось, словно на него вылили ушат ледяной воды. Следом он заметил, как человек на постели с трудом пытается встать, однако, судя по всему, он явно был под действием наркотика, и стоило его стопам коснуться пола, как ноги тут же подкосились.
Хотя в этот момент Янь Цзюгэ кипел от гнева, он не мог спокойно смотреть на столь жалкое состояние юноши. Тело само двинулось вперед, подхватывая его на руки, но, придерживая парня, Янь Цзюгэ все же не удержался и высказал то, что было на душе, невольно выдав нотки обиды в голосе.
Услышав голос мужчины, Чу Юйань испуганно вздрогнул. Повернувшись к нему, он посмотрел на него затуманенным взором:
— Мне... мне очень плохо, мне так жарко...
Янь Цзюгэ давно понял, что юноша, судя по всему, отравлен каким-то возбуждающим средством, и сначала подумал, что тот сам подсыпал его себе. Но видя, как сильно тот мучается, Янь Цзюгэ невольно почувствовал жалость и собрался уже позвонить кому-нибудь, чтобы вызвали врача снять действие препарата.
Однако Чу Юйань, казалось, уже терял над собой контроль. Заметив, что мужчина преграждает ему путь и не дает уйти, да еще и достает телефон, он не выдержал, обнял его за шею и жалобно заерзал туда-сюда, норовя запустить руку ниже.
Закончив разговор по телефону, Янь Цзюгэ увидел раскрасневшегося юношу, который явно был уже на пределе. Он отстранил Чу Юйаня от себя и, заметив, как тот смотрит на него полными обиды глазами, постарался смягчить голос:
— Врач скоро придет, потерпи немного?
Чу Юйань прекрасно понимал, что с ним творится. Увидев, что мужчина явно пресекает его попытки прижаться, он — хотя изначально вовсе не собирался вешаться ему на шею — все же почувствовал себя уязвленным. Опустив ресницы, он тихо пробормотал:
— Я хочу в ванную.
Сказав это, он невольно надул губы, изображая крайнюю степень обиды.
Янь Цзюгэ показалось, будто чья-то невидимая кисточка легонько скользнула по его сердцу, заставив его сладко заныть. А когда он увидел надутые губы юноши, его сердце и вовсе растаяло окончательно. Осторожно доведя парня до ванной, он уже уходил, но в последний момент не удержался от предостережения:
— Будь аккуратнее.
Чу Юйань рассеянно кивнул, и едва Янь Цзюгэ отвернулся, тут же пустил на себя ледяную воду. Ледяные струи хлынули на макушку, и жар в теле мгновенно утих наполовину. Чу Юйань с облегчением выдохнул и, подняв голову, заметил сквозь матовое стекло неясный силуэт. Уголки его губ тронула легкая улыбка.
Ноль-ноль-первый счел, что его подопечная сущность ведет себя как-то странно, и осторожно поинтересовался:
— Хозяин, о чем ты думаешь? Я могу помочь тебе вывести яд.
Чу Юйань покачал головой и продолжал улыбаться:
— Думаю о том, что скоро буду заводить роман с мужчиной, аж дух захватывает.
Ноль-ноль-первый, совершенно не разделивший этого волнения, замялся:
— ...Хозяин, держись, чмоки-чмоки.
Чу Юйань охотно принял поддержку:
— Впереди нас ждет еще столько веселья.
Врач прибыл быстро. Янь Цзюгэ постучал в дверь ванной, и в его голосе послышалось беспокойство:
— Ты как?
Ответа не последовало. Подождав еще немного, он по-прежнему слышал лишь журчание воды. Охваченный дурными предчувствиями, Янь Цзюгэ толкнул дверь, но стоило ему заглянуть внутрь, как его сердце сжалось от боли.
Юноша сидел в углу глубокой ванны, съежившись в комок: с одной стороны на него продолжала литься холодная вода, а с другой — он обхватил колени руками и отчаянно дрожал. Услышав шаги, он повернул голову, и в его пустых глазах мелькний искра жизни. Раскрыв побледневшие губы, он прошептал:
— Прости за беспокойство.
Янь Цзюгэ стремительно шагнул вперед, подхватил исстрадавшегося юношу на руки и, направляясь к выходу, опустил взгляд, всматриваясь в его глаза:
— Никакого беспокойства. Для него дела этого юноши никогда не были в тягость.
Ожидавший снаружи врач, увидев выходящего Янь Цзюгэ, который нес на руках насквозь промокшего парня — оба выглядели весьма потрепанными, — изумленно бросил:
— Ты же всегда так дорожил своей репутацией? И кем тебе приходится этот парень?
Уложив юношу на кровать, Янь Цзюгэ замолчал на секунду. Он был безумно очарован этим юношей, но тот совершенно его не знал — строго говоря, между ними пока еще не было никаких отношений. Развернувшись, он заслонил парня от взглядов друга и, не обращая внимания на слабые попытки сопротивления, стянул с него мокрую одежду, тщательно растем полотенцем насухо, после чего укутал в одеяло.
Заботливо устроив юношу, Янь Цзюгэ бросил:
— Я ухаживаю за ним.
Чего? Врач заподозрил у себя слуховые галлюцинации: мужчина, столько лет хранивший одиночество, наконец-то расцвел и нашел кого-то? Но разве эта комната не принадлежала Чжоу Линю, который вечно приводил сюда своих любовничков для утех? Однако не успел врач озвучить свои сомнения, как получил от хозяина красноречивый взгляд, приказывающий немедленно подойти и осмотреть лежащего на постели Чу Юйаня, явно страдавшего от недомогания.
Спустя мгновение врач произнес:
— Обыкновенное средство для усиления чувств, ничего особенного. Я только что сделал ему укол, скоро все пройдет.
Заметив, как расслабилось лицо Янь Цзюгэ, он поддразнил его:
— Ему же еще нет восемнадцати, да? Ну ты и выдал, тихо едешь — дальше будешь.
Лицо Янь Цзюгэ помрачнело, но препираться с врачом он не стал и сухо бросил:
— Можешь идти.
Врач приподнял бровь: судя по всему, хотя Янь Цзюгэ и отвечал ему, все его мысли были сосредоточены на человеке в постели, так что продолжать разговор не имело смысла. Впрочем, впереди еще полно времени. Уже у самой двери врач вдруг обернулся и бросил напоследок:
— Он только что принимал холодный душ. Хоть сейчас и лето, все равно следи за ним, как бы не заболел.
Разве мог Янь Цзюгэ пропустить мимо ушей хоть слово, касающееся здоровья человека, о котором он так мечтал? Он кивнул, показывая, что всё понял. Врач, убедившись, что до него дошло, пробормотал под нос:
— Друг познается в беде, а в любви — забывается, — и, захлопнув дверь, удалился. Было уже поздно, пора отправляться домой спать, хотя после столь грандиозных сплетен он сомневался, что сможет заснуть этой ночью.
Когда в пространстве остались только они двое, Янь Цзюгэ молча посмотрел на юношу. Чжоу Линь ушел так поспешно, что он даже не спросил имени парня — знал лишь, что тот носит фамилию Чу. При этой мысли Янь Цзюгэ сжал губы, полез в карман за телефоном, но, подумав, снова опустил его.
Затем он осторожно приподнял край одеяла и лег рядом. Немного погодя, изобразив случайное движение во сне, Янь Цзюгэ перекинул руку на теплую и мягкую талию юноши. Затаив дыхание, он выждал пару секунд и, убедившись, что тот крепко спит, придвинулся еще ближе и наконец погрузился в сладкий сон.
Долгое время спустя Чу Юйань на мгновение приоткрыл глаза, глядя на спящего мужчину, и беззвучно прошептал:
— Спокойной ночи.
Лучи солнца пробились сквозь окно, мягко скользнув по векам юноши. Ресницы Чу Юйаня затрепетали, и он открыл глаза. Повернув голову, он увидел мирно спящего мужчину и мысленно усмехнулся: а притворяется спящим он вполне убедительно.
Не спеша убрав руку Янь Цзюгэ, он сел на кровати. Вчерашняя одежда промокла насквозь и была небрежно брошена на пол, так что сейчас он явно остался без одежды.
Почувствовав, что тот проснулся, Янь Цзюгэ тут же изобразил пробуждение ото сна. Заметив, что парень смотрит на него, он внешне держался совершенно невозмутимо, но растерянность на дне его глаз выдавала его с головой.
Чу Юйань:
— Кто ты?
Янь Цзюгэ не стал уходить от ответа. Приподнявшись, он произнес:
— Меня зовут Янь Цзюгэ.
Чу Юйань, глядя на в упор смотрящего на него мужчину, на секунду растерялся, едва не уронив маску хладнокровия:
— Я... меня зовут Чу Юйань.
Наконец-то узнав имя юноши, Янь Цзюгэ почувствовал легкое волнение, но владел собой куда лучше Чу Юйаня — по крайней мере, внешне не дрогнул ни один мускул. Откинув одеяло, он поднялся с постели и, одеваясь на ходу, сказал:
— Твоя одежда промокла, я попрошу принести тебе другой комплект.
Помедлив, Янь Цзюгэ слегка смутился:
— Тебе нужно назвать свой размер.
Чу Юйань никак не ожидал, что мужчина нарушит все стандартные шаблоны поведения, и ему пришлось подстраиваться на ходу. Назвав размер с затуманенным видом, он вежливо произнес:
— Спасибо, господин Янь.
Хотя отстраненное обращение юноши его вовсе не обрадовало, Янь Цзюгэ понимал, что они еще недостаточно близки, и подобное отношение вполне естественно. Пока ждали доставку одежды, Чу Юйань хранил абсолютное молчание, а сам Янь Цзюгэ никогда не отличался красноречием, так что им оставалось лишь таращиться друг на друга.
Разумеется, в представлении Янь Цзюгэ это были прекрасные мгновения совместного уединения.
Тишину в комнате нарушил стук в дверь. Янь Цзюгэ быстро подошел к выходу и, распахнув створку, увидел стоящего на пороге Чжоу Линя, который выразительно поигрывал бровями:
— Ну как ощущения от первого раза?
Лицо Янь Цзюгэ потемнело. Молча забрав из рук Чжоу Линя одежду, он захлопнул дверь прямо перед его носом со звуком хлопка.
Оставшийся в коридоре Чжоу Линь потер нос и удалился с уязвленным видом: вчера ночью он спонтанно снял другой номер в этом же отеле и провел чудесный вечер с очередным любовником. Сегодня утром, оставив партнера в постели, он примчался навестить друга, попутно завернув курьера с вещами и лично доставив одежду до места.
http://bllate.org/book/24768/2927786
Готово:
