Бэй Мин вовсе не боялся целовать его, они ведь уже целовались раньше. Главное — не в губы, а чмокнуть в щеку не велика беда, от этого не убудет. Подумав об этом, он повернулся и быстренько чмокнул Чу Юньдуаня в щеку.
В конце концов, дело происходило на оживленной улице, и Бэй Мин дорожил своей репутацией, поэтому, едва закончив целовать, тут же спрятал лицо обратно в шарф.
Чу Юньдуань вошел во вкус:
— В губы.
Бэй Мин вспылил от смущения:
— В губы тебе, великий дух!
День выдался на редкость солнечный. Тот самый великий дух был безумно рад, привел своего супруга в ресторан, где яблоку негде было упасть. Официанты сбились с ног, так что нормальный обед больше походил на шведский стол.
Бэй Мин спросил:
— Ты и раньше вот так всегда питался вне дома?
Чу Юньдуань кивнул:
— Мой старший отец не обедает дома, так что отцу было лень готовить. С тех пор как я в средней школе стал жить в общежитии и питаться в столовой, так и повелось до сих пор.
Еда навынос обычно жирная и пересоленная, и то, что Чу Юньдуань до сих пор стоит здесь здоровым и невредимым, без всяких букетов возрастных недугов, — настоящее чудо. Но Бэй Мин и сам был далеко не мастером кулинарного искусства, поэтому промолчал.
Заметив выражение его лица, Чу Юньдуань спросил:
— Не хочешь больше есть в ресторанах? Соскучился по домашней еде?
Бэй Мин ответил:
— В уличной еде слишком много масла и соли, наешься — потом весь день мучаешься от жажды.
Он уже собирался предложить, что они могут время от времени заглядывать к Мин Шэнхуа, чтобы перекусить, как услышал слова Чу Юньдуаня:
— После переезда наймем домработницу, будет готовить тебе два раза в день — в обед и вечером.
Надо сказать, такого прекрасного мужа, как Чу Юньдуань, днем с огнем не сыщешь во всем мире, и Бэй Мин просто не мог представить себе кого-то лучше. В свои двадцать с лишним лет он впервые встретил столь заботливого человека, застыл с палочками в руках и долго не мог вымолвить ни слова.
Видя, что он молчит, Чу Юньдуань решил, что ему не по душе эта идея, и добавил:
— Рядом с новым домом есть частные ресторанчики, правда, они не доставляют еду на дом...
Бэй Мин покачал головой:
— Не нужно, хватит и домработницы, она заодно сможет и уборку делать. — И тут же спросил: — Когда мы переедем, ты ведь перестанет обедать со мной?
Его компания находилась в центре города, и до небольшого коттеджа на окраине было не так уж близко: на машине ехать не меньше получаса, туда и обратно — целый час. Если еще и в обед возвращаться домой, все время уйдет на дорогу.
Чу Юньдуань кивнул:
— Днем, скорее всего, не получится, зато вечерами смогу составлять тебе компанию.
Супруги утолили голод и разошлись по своим рабочим местам.
Во второй половине дня Су Цин не пришел на самоподготовку. Перед тем как сесть за учебу, Бэй Мин решил немного поиграть в игру, но НУБ в сети не появился, что было странно. Весь день прошло на удивление тихо, и ему впервые за долгое время никак не удавалось сосредоточиться на учебе. Он думал о предстоящем переезде, о Чу Юньдуане, об отце и о том, что теперь будет получать по десять тысяч юаней карманных денег каждый месяц. Отец работал в супермаркете всего за две-три тысячи в месяц, жил впроголодь и был вынужден копить деньги на старость, сдавая свободную комнату.
Нынче у двух мужчин, решивших пожениться, тоже свои правила: выкуп и приданое должны быть на месте, но Бэй Мин при вступлении в брак ничего не требовал. Отец хоть и был остер на язык, но вовсе не собирался жить за счет продажи собственного сына — он лишь хотел, чтобы тот нашел свое семейное счастье. К тому же Чу Юньдуань выглядел солидно, владел роскошным особняком и водил дорогую машину, вел себя безупречно, а сроки поджимали, так что отец не стал выдвигать никаких условий, попросив лишь об одном: после свадьбы ежемесячно давать пять тысяч юаней на хозяйство, а детей Бэй Мин должен завести не позже тридцати лет, хотя в каком именно году до тридцати — пусть решает сам.
По правде говоря, такие условия трудно назвать суровыми в любой семье, чем это вообще отличается от бесплатного подарка в виде жены? Бэй Мин и сам размышлял об этом: ни квартиры, ни машины ему не досталось, неужели нельзя было потребовать хоть сколько-то выкупа? Но отец рассуждал по-детски наивно:
— Я чувствую, что Чу Юньдуань к тебе искренен, к тому же со сроками рождения детей можно договориться, с меня этого достаточно.
Бэй Мин возразил:
— Если бы я за него не выходил, мне вообще рожать бы не пришлось.
Дальше пошел извечный спор. Отец завел шарманку:
— А если ты не родишь, кто о тебе в старости заботиться станет?
Бэй Мин парировал:
— Ты меня вырастил, и где отдача? Что-то я не вижу, чтобы я о тебе заботился.
Мин Шэнхуа тогда нашелся что ответить:
— Значит, когда меня сляжет и я не сможешь пошевелиться, ты меня тоже бросишь?
На это Бэй Бин уже ничего не мог ответить: конечно, он бы не бросил отца, но ему ужасно не хотелось, чтобы тот действительно когда-нибудь слег.
Вспомнив об этом, Бэй Мин перевел отцу тысячу юаней.
Уже ближе к вечеру Мин Шэнхуа заметил уведомление о переводе и, невзирая на шум и гам в супермаркете, где покупатели толпами выбирали продукты после работы, радостно и звонко завопил в трубку:
— Чего это ты вдруг мне деньги перевел?
Бэй Мин ответил:
— Разве ты не жаловался, что денег не хватает и боишься заболеть? У меня тут немного появилось, вот и подкинул тебе.
Мин Шэнхуа взвешивал свиные ножки покупателю и от радости чуть не дрогнувшей рукой пробивал чек, попутно шепча:
— Я вам тут еще два ляна в довесок бросил. — А в трубку снова затараторил: — Оставил бы деньги себе, зачем мне присылать, много ли мне надо?
Услышав это, покупатель перестал злиться на то, что продавец болтает по телефону во время работы, и довольный пошел дальше со щедрой прибавкой свинины.
Бэй Мин сказал:
— Бери, раз дают.
Мин Шэнхуа принялся ворчать:
— Сам же говорил, что от детей в старости толку нет, а гляди-ка — и сам мне копеечку прислал.
Бэй Мин не любил такие разговоры. Все же он сделал доброе дело, а Мин Шэнхуа опять свел все к нравоучениям, от которых становилось тошно. Спорить не хотелось, и он сказал:
— Занимайся своими делами, и не перетруждайся больше. Чу Юньдуань скоро закончит работу, мне пора ехать с ним ужинать.
Стоило Мин Шэнхуа услышать имя Чу Юньдуаня, как он тут же велел сыну бежать ублажать мужа и бросил трубку.
В присутствии Бэй Мин Чу Юньдуань вести себя дерзко не смел: он припарковал машину прямо у входа в читальный зал и только тогда позвонил, боясь, что Бэй Мин лишнюю минуту промерзнет на улице.
К счастью, Бэй Мин сам помнил, что парковаться там нельзя и за это могут оштрафовать, поэтому, как только телефон завибрировал, он подхватил рюкзак и выбежал наружу. Влетев в салон, он с порога выпалил:
— Больше не паркуйся здесь, я и сам дойти могу.
Чу Юньдуань покачал головой:
— На улице такой холодина, тебе пришлось бы лишний километр бежать.
Заметив, как Бэй Мин покраснел — то ли от тепла в машине, то ли от его слов, — он умолк, сжав губы. Чу Юньдуань не удержался, протянул руку и потрепал его по затылку:
— Чего молчишь? Голоден? Что хочешь поесть?
От этого прикосновения Бэй Мин вздрогнул всем телом. Нельзя сказать, что ему это неприятно, но и радости он не испытывал — просто непривычно, поэтому он инстинктивно отпрянул вперед. Чу Юньдуань мгновенно это почувствовал, убрал руку, но выражение его лица ни капли не изменилось. Видя, что ответа нет, он предложил сам:
— Может, съедим каши? Неподалеку есть неплохое заведение, ты же хотел чего-то легкого?
Бэй Мин сообразил, что своим резким движением задел его чувства, поэтому поспешно кивнул, а сам украдкой косился на лицо Чу Юньдуаня.
Дорога заняла считанные минуты, и Чу Юньдуань, как и следовало ожидать, больше не произнес ни слова.
Перед тем как выйти из машины, Бэй Мин немного помедлил и, руководствуясь простым правилом не портить человеку аппетит обидами, всё же окликнул мужа.
У Чу Юньдуаня было одно огромное достоинство: он умел прислушиваться к людям. Стоило Бэй Мину позвать его, как он тут же откликнулся, вернул уже занесенную за дверь ногу и устроился на водительском сиденье, приготовившись внимательно слушать.
Бэй Мин сглотнул слюну, набрался храбрости, ухватил его за галстук и, резко притянув к себе, чмокнул. Изначально он целился в губы, но промахнулся и попал в уголок рта, да с такой силой, что у Чу Юньдуаня перекосило пол-лица.
Господин Чу лишь почувствовал, как во что-то врезался уголком рта, и еще не успел сообразить, в чем дело, как Бэй Мин уже пунцовый выскочил из машины и от дверцы пригрозил ему пальцем:
— Выходи нормально, и не вздумай меня обнимать!
Чу Юньдуань ошеломленно сидел на месте, машинально потирая уголок рта. Просидев так какое-то время, он глупо улыбнулся, а затем слегка высунул язык и лизнул то место, куда только что пришелся поцелуй Бэй Мина.
Он старался делать это незаметно, но Бэй Мин всё равно заметил. У Бэй Мина чуть крыша не съехала от увиденного — зрелище оказалось выше его сил. Он подбежал со своей стороны к водительской двери и прошипел сквозь зубы:
— Отставить облизываться!
http://bllate.org/book/24713/2912478
Готово: