Юнь Юань стоял за спиной Цзун Чжэнъи и смотрел на уцелевших драконов. Те едва держались на ногах, покрытые тяжелыми ожогами, в то время как другая половина стаи превратилась в пепел или лежала без сознания, получив смертельные ранения.
Того, кто устроил эту бойню, звали Цзун Чжэнъи, и для всего этого ему потребовалось лишь одно заклинание. Юнь Юань пока не до конца понимал систему силы этого мира, он лишь видел, как губы Цзун Чжэнъи едва заметно шевельнулись, произнося череду непонятных, сложных слов. Казалось, звуки были наполнены энергией, которая струилась вокруг него, а затем устремилась в ослепительный драгоценный камень на навершии его посоха. В следующее мгновение посох вспыхнул ослепительным светом, луч которого пронзил небеса и рассыпался мириадами огромных огненных шаров, охваченных золотым пламенем, что обрушились на драконов.
Самым грозным оружием драконов было их тело, но даже их толстая шкура не могла противостоять огню, пропитанному густой аурой света. Именно поэтому перед глазами предстала столь ужасающая картина.
Под слабым, полным ужаса взглядом золотого дракона Цзун Чжэнъи медленно двинулся вперед. Золотой дракон понимал, что разрыв в силах огромен, и, хотя надеялся, что численный перевес позволит оказать хоть какое-то сопротивление, все оказалось тщетно. С помощью божественного артефакта противник сократил время чтения заклинания до минимума, мгновенно применив магию массового поражения.
— Не бойся, у меня нет ни малейшего желания брать на себя проклятие истребленного рода, — Цзун Чжэнъи улыбнулся и подошел ближе. Его неизменно мягкое и приветливое лицо сейчас казалось ликом самого Смерти.
Он скосил глаза на молчаливого Юнь Юаня. Тот смотрел на происходящее с равнодушным спокойствием, в его глазах не было ни страха, ни отвращения к тому, что Цзун Чжэнъи только что хладнокровно оборвал несколько жизней. Это одновременно удивило и порадовало наставника. Будучи Верховным жрецом Храма Света, он был окружен людьми, чья праведность и доброта не знали границ — эти бесконечные попытки платить добром за зло вызывали у него лишь презрение, хотя он и был вынужден играть по их правилам. Теперь же он случайно заполучил талантливого ученика, который не страдал от подобной показной добродетели.
— Юнь Юань, иди сюда.
Юнь Юань размышлял о том, какого уровня достигло мастерство Цзун Чжэнъи. Даже его Божественное чувство, соответствующее стадии Скорби, не могло прощупать дно этой бездны — несомненно, сила наставника лежала далеко за пределами этого уровня. Золотой дракон, чья мощь была внушительной, по его оценкам, находился лишь на поздней ступени стадии Прохождения Скорби, но даже он оказался повержен одной массовой атакой. Пока Юнь Юань был погружен в мысли, его окликнули.
— Хотя этот маленький золотой дракон слабоват, но все же это последний из своего вида. Пусть он станет твоим подарком при первой встрече, возьми его как ездовое животное, — Цзун Чжэнъи бросил взгляд на остолбеневшего дракона и с легкой улыбкой обратился к Юнь Юаню.
Юнь Юань мельком глянул на раны дракона, из которых все еще шел дым, а остаточное тепло от огненных шаров испаряло кровь, не давая ей упасть на землю. Почти не осталось ни одного целого участка чешуи. С отвращением отведя взгляд, он произнес:
— Благодарю за доброту, учитель, но как только я совершу прорыв, я смогу летать самостоятельно. Оставьте этого дракона себе.
Взгляд золотого дракона, который перевел глаза на Юнь Юаня после слов Цзун Чжэнъи, уловил это выражение брезгливости. Дракон почувствовал, как в груди закипела ярость, которую невозможно было ни выплеснуть, ни проглотить, и в конечном итоге от досады изрыгнул струю золотой крови.
Цзун Чжэнъи удивился:
— Твоя стихия довольно необычна, но ведь это не ветер, и уровень твоей магии лишь средний. Или ты хочешь сказать, что уже на уровне мага высокого класса можно летать?
— В моих краях… люди обретают способность к полету, достигнув уровня мага высокого класса.
Система этого мира сильно отличалась от мира совершенствования. Не говоря уже о странных заклинаниях Цзун Чжэнъи, драконах и рангах, которые он встречал только в фантастических фильмах прошлой жизни, даже сама духовная сила здесь ощущалась иначе.
Цзун Чжэнъи, который поначалу был недоволен отказом ученика, услышав объяснение, заинтересовался сильнее, чем рассердился. Он слегка улыбнулся:
— В таком случае… покажи мне свой прорыв.
С этими словами он взмахнул рукой, и луч света устремился в сторону Юнь Юаня.
Юнь Юань, чье Божественное чувство намного превосходило его физические возможности, ощутил колебания энергии в воздухе в тот же миг, как Цзун Чжэнъи поднял руку. Когда луч света ударил в него, он попытался уклониться, но не смог тягаться со скоростью света — его лишь слегка задело по краю одежды. Там, где луч коснулся ткани и ударил в землю, образовались глубокие оплавленные кратеры, над которыми мерцали белые искры.
— Битва — самый быстрый путь к совершенствованию, — в глазах Цзун Чжэнъи промелькнула искра одобрения. Похоже, его удовлетворила реакция ученика, и он послал в него еще несколько лучей света.
Внезапная атака вызвала у Юнь Юаня острое чувство опасности, но одновременно с этим в душе вскипел неудержимый азарт. Сила Цзун Чжэнъи заставляла его стремиться к пределу, а желание наставника увидеть его прогресс в бою было именно тем, что ему требовалось. Подготовившись, он начал уклоняться от участившихся лучей. Юнь Юань взмахнул рукой, концентрируя духовную силу, и создал семь мечей из ци. Пользуясь тем, что воздух был наполнен белым дымом от оплавленной земли, он направил свою энергию и, превратившись в белую вспышку, устремился к Цзун Чжэнъи.
Белый дым не мог помешать зрению Юнь Юаня, а тем более — непостижимому Цзун Чжэнъи. Однако наставник не ожидал, что ученик не только будет уклоняться от каждой атаки, но и наберется смелости для контратаки. На его губах появилась легкая усмешка, и он взмахом руки отшвырнул Юнь Юаня, который уже приблизился на расстояние трех метров. Атака кольцом света не была смертельной, но давление силы было настолько мощным, что Юнь Юань едва не сплюнул кровь. Отлетая назад под напором энергии, он не сводил глаз с Цзун Чжэнъи и, широко улыбнувшись, сложил пальцы в печать. К удивлению наставника, он направил те самые неприметные мечи из ци, чтобы они ударили Цзун Чжэнъи со спины.
Цзун Чжэнъи слегка нахмурился, глядя на прореху на краю своего одеяния. Хотя он успел выставить защитный барьер, мечи из ци были скрытными, почти сливаясь с энергией окружающего пространства. Если бы не легкое колебание в тот момент, когда они собирались нанести удар, он вполне мог бы пострадать.
— Похоже, ты приберег козыри, — Цзун Чжэнъи прищурился и, улыбаясь, усилил натиск. Несколько световых сфер полетели в Юнь Юаня со всех сторон.
Золотой дракон, наблюдавший за этим с отвисшей челюстью, подумал: неудивительно, что они проигрывают людям. Даже у драконов, где почитают лишь силу, не было столь безумных и фанатичных способов тренировки учеников.
Под безжалостными атаками Цзун Чжэнъи Юнь Юань быстро начал получать ранения. Ожоги, нанесенные магией наставника, не проходили, не позволяя ранам затянуться. Хотя он мог терпеть боль и продолжать движение, головокружение и слабость от потери крови было трудно сдерживать. Пошатнувшись, он не успел среагировать на приближающийся световой шар.
Понимая, что дело плохо, он в экстренном порядке собрал духовную силу, создав защитный барьер.
Однако шар замер прямо перед лицом Юнь Юаня, а затем вернулся по той же траектории в руку Цзун Чжэнъи. Каждая атака была наполнена явным намерением убить, но наставник мог так же легко их отозвать. Юнь Юань подумал, что контроль над энергией у этого человека действительно безупречен.
— Даю тебе час на отдых и восстановление, — свет в руке Цзун Чжэнъи изменился, и мягкое белое сияние окутало Юнь Юаня. Энергия ожогов исчезла, раны начали затягиваться. Под воздействием этого света тепло проникало в тело, ускоряя регенерацию и восполнение духовной силы. С такой скоростью через полчаса он вернется в состояние полной боевой готовности.
— Пожалуй, полчаса хватит, — улыбнулся Юнь Юань и, не теряя времени, погрузился в медитацию.
Золотой дракон, который не смел уйти без разрешения и был вынужден исцелять себя на месте, выпучил глаза, глядя на этого молодого человека, который сам напрашивался на побои.
Цзун Чжэнъи тоже был удивлен. Его интенсивные атаки истощали не только физически, но и морально. Он рассчитывал дать ученику передышку, а затем, даже если тот не захочет, заставить его продолжать бой. Но Юнь Юань, едва восстановив силы, сам выразил желание продолжить. Этот ученик с туманным прошлым преподнес ему слишком много сюрпризов. В нем не было той приторной доброты, но его прямой и ясный взгляд не содержал ни капли фальши. Они были знакомы всего несколько дней, но, несмотря на узы наставничества, Юнь Юань полностью доверял ему, веря, что учитель не станет убивать его по-настоящему.
Цзун Чжэнъи повернулся к израненному золотому дракону и мягко улыбнулся:
— Раз мой ученик не хочет тебя в качестве ездового животного, ступай и принеси Диск Накопления Духа, и я больше не буду тебя мучить.
Дракон вздрогнул. Несмотря на нежелание, ему пришлось подчиниться: он боялся, что если откажется, то его род прервется на его поколении.
В последующие дни каждая тренировка на пределе возможностей приносила Юнь Юаню огромную пользу, а точность управления духовной силой значительно возросла. Благодаря мягкому белому свету на теле не оставалось шрамов, а после каждого сеанса лечения его физическое состояние становилось все лучше. Поинтересовавшись, Юнь Юань узнал, что это магия исцеления стихии света.
Позже Цзун Чжэнъи обнаружил, что Юнь Юань ничего не знает о магии, и вкратце ввел его в курс дела. Юнь Юань узнал, что это мир магии и боевых искусств, разделенный на две части: Храм Света и Храм Тьмы. Цзун Чжэнъи был сильнейшим защитником Храма Света, магом света божественного уровня и Верховным жрецом. Не все в Храме Света обладали талантом к стихии света — большинство имело склонность к различным стихиям, тяготеющим к свету. Сама стихия света была редкостью, в основном встречались огонь, вода, ветер, земля и дерево, а также редкие мутации вроде пространства, льда или молнии. Помимо людей, в регионах храмов жили и другие виды, и хотя у каждого были свои земли, многие сосуществовали с людьми. Можно сказать, что, несмотря на многотысячелетнее противостояние Тьмы и Света, весь континент жил довольно гармонично.
Маги — это те, кто с помощью духовной силы, то есть Божественного чувства, общались с элементами мира и через специальные заклинания высвобождали магию. На взгляд Цзун Чжэнъи, Юнь Юань обладал выдающейся ментальной силой и отличными навыками ближнего боя, что позволяло назвать его мастером пути двойного совершенствования магии и боевых искусств. Хотя это было редкостью, подобные случаи случались, поэтому он не стал придавать этому особого значения.
На третий день золотой дракон принес Диск Накопления Духа и передал его Цзун Чжэнъи. Тот оказался щедр и вручил дракону несколько записок, пояснив, что с их помощью можно исцелить тех драконов, которых он избил до полусмерти. Дракону оставалось лишь с горькой усмешкой принять дар — энергия в записках была столь богатой, что одной хватило бы, чтобы вылечить всех раненых, а остальные можно было приберечь на будущее.
http://bllate.org/book/24681/2905496
Готово: