Жизнь после свадьбы складывалась именно так, как желал Гу Цзинчжэ: она была тихой и сладкой. Желая дать Цзи Ханем больше времени на адаптацию к новой жизни, Гу Цзинчжэ решил отложить текущие дела до начала съемок нового фильма и взял для себя и Цзи Ханя семидневный медовый месяц. Он хотел полностью посвятить себя Цзи Ханя, везде возить его с собой и наслаждаться их уединенным миром.
Гу Цзинчжэ очень тщательно выбирал место для отдыха. Учитывая, что Цзи Хань все еще проходил курс реабилитации и его ноги пока не слушались, актер специально подыскал частную ферму в пригороде. Здесь царили прекрасные пейзажи, вдали от городской суеты, что позволяло Цзи Ханя полностью расслабиться душой и телом в этом тихом уголке.
Ферма принадлежала давнему другу и ровеснику Гу Цзинчжэ — Бай Чжаньяню. Узнав, что Гу Цзинчжэ собирается приехать с новоиспеченным супругом, Бай Чжаньянь лично распорядился подготовить для них самое лучшее жилье и сервис, чтобы обеспечить им максимально комфортный отдых.
Когда Гу Цзинчжэ за рулем автомобиля въехал на территорию фермы, взгляды Цзи Ханя тут же привлекли местные пейзажи. В ноябрьской ферме уже не было зелени и бурной жизненной силы весны и лета, но зато в ней крылась особая, меланхоличная красота. Листва на огромных фруктовых деревьях давно пожелтела, на некоторых ветках она уже облетела, и обнаженные сучья тянулись к серому небу. Опавшие листья устилали землю плотным ковром, и под легким дуновением ветерка то тут, то там взмывали вверх кружащиеся в воздухе лоскутки. Трава на лужайках постепенно теряла летнюю зелень, приобретая умиротворяющий серо-желтый оттенок. Коровы и овцы на пастбище всё так же лениво расхаживали туда-сюда, их шерсть казалась особенно густой в прохладном воздухе на стыке осени и зимы.
Всё это заставило Цзи Ханя ощутить давно забытое спокойствие. В этом золотистом царстве он прочувствовал всю глубину и солидность поздней осени, и его сердце наконец-то обрело покой.
Бай Чжаньянь ждал их у самых ворот фермы. Заметив приближающуюся машину, он тут же замахал рукой, сияя от улыбки.
— Наконец-то приехали! — он широким шагом бросился вперед, заключил Гу Цзинчжэ в крепкие объятия, а затем перевел взгляд на сидевшего в кресле-коляске Цзи Ханя и с улыбкой произвел: — Цзи Хань, добро пожаловать в мой маленький уголок. Хотя здешняя поздняя осень немного уныла, я думаю, вам обоим понравится эта тихая атмосфера.
Цзи Хань улыбнулся и кивнул:
— Спасибо, Чжань... Здесь очень красиво, чувствуется какая-то неописуемая безмятежность.
— Главное, чтобы тебе нравилось, — Бай Чжаньянь со смешком хлопнул Цзи Ханя по плечу. — Здесь всё готово специально для вас. Цзинчжэ упоминал, что сейчас тебе нужно как следует отдохнуть и набраться сил, поэтому я выделил самое тихое и удобное место. Надеюсь, вы сможете полностью расслабиться и насладиться этим временем.
Бай Чжаньянь лично провел для них экскурсию по ферме, попутно рассказывая о здешних удобствах:
— Фрукты в этом саду уже отошли, но если вам нравится здешняя обстановка, вы можете в любой момент прогуляться сюда. Последние годы мы поощряем государственную политику и создаем безбарьерную среду, так что здесь везде удобно передвигаться на коляске, можете не переживать.
Гу Цзинчжэ с улыбкой подколол его:
— Разве пару лет назад ты не говорил, что хочешь сначала посмотреть со стороны?
Бай Чжаньянь смущенно почесал в затылке:
— Так ведь появились государственные субсидии! Вот я и подумал подать заявку, испытать удачу... Кто же знал, что удача попрет так, что не остановишь! Мало того, что выбили деньги на дотации, так еще и дополнительную компенсацию на обслуживание оборудования и инфраструктуры дали. Я всё пустил в дело, заодно и территорию облагородил.
С этими словами он указал вперед:
— На том пастбище гуляют наши овцы и коровы, они сейчас как раз готовятся к зимовке, шубка стала еще гуще. Если хотите, можете пойти покормить их и прочувствовать настоящую фермерскую жизнь.
Он без умолку продолжал всё описывать, а Гу Цзинчжэ и Цзи Хань с улыбкой слушали его, проникаясь искренним гостеприимством Бай Чжаньяня.
Они дошли до небольшого деревянного домика у озера, который Бай Чжаньянь приготовил специально для них. И хотя ноябрь у водоема выдался прохладным, теплая атмосфера внутри домика заставила Цзи Ханя чувствовать себя невероятно уютно. Жилище со всех сторон окружали густые деревья, а если посмотреть в окно, можно было заметить легкую дымку, поднимающуюся над гладью озера, из-за чего всё вокруг казалось погруженным в сказочный туман. Внутреннее убранство домика было теплым и уютным, каждая деталь отражала заботу Бай Чжаньяня. Въехав внутрь на коляске, Цзи Хань не удержался от вздоха:
— Здесь и вправду так тихо, будто попал в другой мир.
— Это и правда отличное место, чтобы расслабиться, — мягко согласился Гу Цзинчжэ, поворачиваясь к другу. — Спасибо, Чжаньян. Всё устроено просто идеально.
Бай Чжаньянь отмахнулся с улыбкой:
— О чем ты говоришь, какие между нами благодарности. Лишь бы вам здесь нравилось, для меня это лучшая награда.
Днем они неспешно прогуливались по ферме или же Гу Цзинчжэ катал Цзи Ханя по всем уголкам на велосипеде. Гу Цзинчжэ то и дело останавливался, чтобы пофотографировать Цзи Ханя, запечатлевая его улыбки, когда тот наслаждался царившей вокруг тишиной. Цзи Хань в ответ тоже пытался снимать Гу Цзинчжэ — он обожал смотреть на то, с каким нежным и глубоким чувством муж смотрит на него.
Они устраивали небольшие привалы под фруктовыми деревьями, и Цзи Хань, глядя на устремленные в небо ветки, словно ощущал мощь природы и пульс самой жизни.
С наступлением вечера Бай Чжаньянь сам встал к плите, чтобы приготовить праздничный ужин — роскошное барбекю. Они трапезничали за столом на берегу озера; пламя свечей мерцало, а вокруг царила абсолютная тишина. Бай Чжаньянь поднял бокал:
— За ваше новоиспеченное семейное счастье! Пусть каждый ваш день будет похож на сегодняшний.
Цзи Хань поднял фужер, чокнулся с Гу Цзинчжэ и Бай Чжаньянем и с улыбкой произнес:
— Спасибо, Чжаньян. Я правда очень признателен тебе за всё, что ты для нас подготовил.
— Перестань, к чему эти формальности, — рассмеялся Бай Чжаньян. — Мы ведь старые друзья, к тому же Гу Цзинчжэ — мой лучший брат, а его счастье для меня — дело первостепенной важности.
Гу Цзинчжэ с улыбкой кивнул, переполненный благодарностью. Он был искренне рад, что рядом с ним есть такой надежный товарищ.
После ужина все трое прогулялись вдоль озера, непринужденно беседуя и вспоминая различные забавные случаи из прошлого. Бай Чжаньянь рассказал несколько историй, приключившихся на ферме, чем заставил Цзи Ханя искренне рассмеяться.
— Как же хорошо вот так жить, — Цзи Хань прижался щекой к плечу Гу Цзинчжэ, и в его голосе слышалось абсолютное удовлетворение.
— Если хочешь, мы сможем приезжать сюда в любой момент, — негромко пообещал Гу Цзинчжэ, сжимая его ладонь.
— Именно так, — со смехом поддержал его Бай Чжаньян. — Двери для вас всегда открыты, приезжайте, когда пожелаете.
В этой атмосфере Цзи Хань неожиданно для себя ощутил глубокое чувство принадлежности к чему-то важному. Это был уголок любви, принадлежавший только им двоим, где он кожей чувствовал заботу Гу Цзинчжэ и его безграничную привязанность, а дружба Бай Чжаньяня делала эту картину совершенно завершенной.
Когда Цзи Хань уснул, Гу Цзинчжэ и Бай Чжаньянь тихонько беседовали за бокалом вина в гостиной. Мягкий свет ламп создавал уютную атмосферу. Мужчины сидели на диване, держа в руках по бокалу красного вина и наслаждаясь редкими минутами отдыха.
Взглянув на спокойное и довольное лицо Гу Цзинчжэ, Бай Чжаньян с беспокойством спросил:
— Гу Цзинчжэ, ты всё еще принимаешь те лекарства?
Гу Цзинчжэ покачал головой и ответил с легкой улыбкой:
— Нет уже больше трех месяцев. Тогда всё было довольно серьезно, я ведь знатно тебя напугал — прости, что заставил переживать. Теперь всё стабилизировалось, и я хотя бы могу нормально спать.
Бай Чжаньянь вздохнул с облегчением и расслабился:
— Ну и славно. Здоровье превыше всего, особенно учитывая, как сильно ты в последнее время крутился со своими проектами. Я так рад видеть, что вы с Цзи Ханем наконец-то счастливы.
Гу Цзинчжэ тепло улыбнулся:
— Спасибо, Чжаньян. Провести этот отпуск здесь, вместе с Ханьхань, для меня и правда огромное счастье. Нам с Цзи Ханем обоим было жизненно необходимо вот так расслабиться и заново обрести друг друга.
Бай Чжаньянь поднял бокал:
— Тогда я выпью за то, чтобы ваша дальнейшая жизнь была еще слаще, и чтобы вы были счастливы долгие-долгие годы.
Гу Цзинчжэ поднял бокал в ответ:
— Спасибо.
Они переглянулись и легко звякнули бокалами. В эту тихую ночь они продолжали тихо переговариваться, дорожа крепкой дружбой и неспешным бегом времени.
http://bllate.org/book/24672/2904711
Готово:
