Му Тяньсяо тихо сидел на краю кровати, опуснив взгляд и скрывая эмоции на дне глаз, но на его четко очерченных крупных руках вздулись вены.
Это выдавало сдержанность и самообладание хозяина. Его дыхание с каждым мигом становилось тяжелее, а в момент, когда он поднял взгляд, глаза налились кровью.
Человек же на кровати негромко и томительно стонал, бессознательно теребя собственную одежду, а его безупречно белое лицо залил яркий румянец.
В воздухе разливалась двусмысленная атмосфера, похожая на сухую хворостину, готовую вспыхнуть от малейшей искры.
Му Тяньсяо протянул руку, погладил Янь Цина по щеке и мягко, низким голосом затянул:
— Цин-цин, послушный, скоро всё пройдет.
Находясь на грани сна и бодрствования, Янь Цин чувствовал лишь всепоглощающий жар во всем теле. Инстинктивно придвинувшись к чему-то прохладному, он пот-ся о большую удобную руку.
— М-м~, как приятно...
От этого звука дыхание Му Тяньсяо участилось. Погладив мягкие губы, он наклонился и поцеловал его — предельно нежно.
Они сплелись в страстном объятии, их влажные языки переплетались и утешали друг друга, заполняя мятущиеся сердца.
Ощутив странные изменения в теле, Янь Цин резко открыл глаза и, осознав происходящее, ударил Му Тяньсяо кулаком в лицо.
— Черт возьми, проваливай к черту!
Му Тяньсяо от удара откинул голову в сторону, в уголке его рта выступила капля алой крови. В синих глазах застыл леденящий холод, и он грубо, силой впился в губы человека под собой.
Когда же Янь Цин терпел подобное унижение? Тем более сейчас, когда каждая клеточка его тела кричала о том, что ей нужен Му Тяньсяо.
Но того, чего он не желает, никто не мог ему навязать.
Собравшись с силами, Янь Цин одним пинком сбросил Му Тяньсяо на пол, схватил стоявшую рядом коробку и швырнул в него. Тело сжигало пламя похоти, разум постепенно угасал.
Следование инстинктам становилось неизбежным выбором.
Коробка угодила Му Тяньсяо в лоб, капли крови скатились с бровей прямо на белую кожу, придавая ему дьявольский вид.
Повернув голову к Янь Цзину, он шевельнул тонкими губами:
— Почему? Разве нельзя быть послушным?
Янь Цин крепко закусил уголок губ, его прекрасные персиковые глаза заволокло влагой, и он тяжело задыхался:
— Да ты сдохнуть должен! Выпусти меня.
Му Тяньсяо покачал головой и невозмутимо направился к Янь Цзину:
— Исключено. Добыча, на которую я положил глаз, еще никогда не сбегала — разве что в могилу.
Видя, что Му Тяньсяо приближается, Янь Цин почувствовал, как тело против воли жаждет большего, и помимо своей воли сделал шаг вперед.
Он до крови прикусил нижнюю губу, ощутив слабый привкус ржавого железа, — лишь это позволило разуму немного вернуться. Но стоило ему сделать шаг назад, как его подбородок уже был зажат в тисках.
— Не кусай, мне больно на это смотреть. — Му Тяньсяо сжал щеки Янь Цина с обеих сторон, засунув большой палец ему в рот, чтобы тот сгоряча не откусил себе язык.
Янь Цин свирепо уставился на высокого и мощного мужчину перед собой, чувствуя, как тело помимо воли рвется к нему, а волны желания безжалостно бьют о хрупкую лодку разума.
Еще чуть-чуть — и эта ладья рассудка погрузилась бы в пучину похоти...
Он решительно не желал допустить подобного исхода. Как главное божество Управления быстрыми перемещениями и единственный представитель императорского рода девятихвостых лисов, разве мог он пасть и оказаться под кем-то?
В покрасневших глазах мелькнуло решимость:
— Раз уж ты хочешь меня уничтожить, отправляйся тогда в ад!
Левой рукой он нашарил на тумбочке столовый прибор и со всего маху вонзил его в грудь Му Тяньсяо. Кровь брызнула ему на белое лицо.
Янь Цин инстинктивно зажмурился, а когда открыл глаза, перед ним было сплошное алое марево. А человек сверху по-прежнему властно брал свое, ничуть не ослабляя хватку из-за боли.
Тут же вспомнив, что у Му Тяньсяо врожденное отсутствие болевой чувствительности и он вообще не ведает боли, Янь Цин сквозь зубы вонзил нож в себя самого.
Боль волной пронеслась по всему телу, желание мгновенно угасло. Закинув голову, он посмотрел на Му Тяньсяо и озарил его лучезарной улыбкой.
— Тебе никогда не заполучить меня... вечно...
Ярко-синие глаза Му Тяньсяо отразили крайнее изумление, когда он увидел расползающееся кровавое пятно, похожее на распускающуюся алую розу — яркую и прекрасную.
— Ты... неужели настолько брезгуешь мной... Я не... монстр.
Последние слова утонули в пересохшем горле. Он тупо смотрел на то, как горячие капли крови падали прямо на его руки.
Тут до него мгновенно дошло. Подхватив обмякшее тело на руки, он заорал во всю моль:
— Эй там! Готовьте машину в больницу!
Выбежавший дворецкий обомлел от ужаса, едва завидев хозяина с ног до головы в крови, который держал на руках потерявшего сознание молодого господина семьи Янь.
Это... они явно зашли слишком далеко...
В больнице.
Оба едва прибыли, как их тут же вкатили в реанимацию.
Дворецкий в тревоге метался туда-сюда у дверей, поклоняясь всем богам подряд, лишь бы господин остался жив — иначе живыми отсюда не уйдут все.
— Какого черта тут стряслось? С чего это господин угодил в больницу? — раздался хриплый голос.
К нему приближался мужчина в белоснежном халате, от холодной вспышки серебристых очков веяло морозом. Шел он торопливо, но в то же время неспешно.
Дворецкий посмотрел на него и тяжело вздохнул:
— Будто ты не знаешь: когда господин теряет рассудок, он готов зарезать даже самого себя. На этот раз, похоже, он довел человека до предела, вот они друг друга и покалечили.
Сяо Эр поправил очки и промолчал, вспомнив то средство, которое старший забрал у него сегодня. Скорее всего, воспользоваться им так и не удалось.
Но такого быть не должно! Действие того препарата невероятно мощное, с чего бы им так отделаться?
— Что за парень?
— Единственный сын богатейшего человека страны А, главы семьи Янь. На этот раз молодой господин явно переборщил. Если этот наследник семьи Янь сыграет в ящик у нас, боюсь, просто так дело не замнется.
Лицо Сяо Эра окаменело, он с сомнением переспросил:
— Ты хочешь сказать, что тот парень — наследник клана Янь?
Дворецкий кивнул:
— Именно он. Награда за его поимку в даркнете подскочила до миллиарда, и черные, и белые силы сбились с ног в его поиски, так что его обнаружение было лишь вопросом времени.
Глядя на загоревшуюся красным лампочку операционной, Сяо Эр беспомощно вздохнул:
— Господину и так нелегко приходилось все эти годы, он с таким трудом отыскал кого-то, кто ему по-настоящему приглянулся.
— Кто ж знал, что попадется такой крепкий орешек, да еще с такой влиятельной родней. Я пойду поищу Сяо Эди, надо что-то придумать. Выйдет господин — дай знать.
— Хорошо.
Лишь посреди ночи двери операционной отворились, и оттуда с бесстрастным лицом вышел Му Тяньсяо. Его торс был обмотан белыми бинтами, а поверх наброшена окровавленная черная рубашка.
Аккуратные ряды кубиков пресса красовались на воздухе, выглядя невероятно мощно.
Дворецкий едва не лишился чувств от страха и поспешил навстречу:
— Господин, может, ляжете отдохнуть?
— Не нужно. — Взгляд Му Тяньсяо был прикован к беззвучно лежащему на больничной койке человеку. Серебристые пряди падали на лоб, лицо было бледным и изнуренным, а алые губы лишены всяких признаков жизни.
Весь его вид был хрупким, словно бумага.
— Передай Сяо Эрню дежурить в усадьбе Му, мы возвращаемся.
— Слушаюсь. — Дворецкий тут же набрал Сяо Эра по телефону. Проводив взглядом удаляющуюся спину Му Тяньсяо, он перевел глаза на врача.
— Почему вы не вкололи господину анестезию? Как можно было выпускать его в таком виде?
Врач вытер холодный пот и с облегчением выдохнул:
— Господин запретил. Зашивали по живому! Какая же должна быть лютая ненависть, чтобы вонзить столовый прибор так глубоко?
Дворецкий прекрасно знал о детском недуге господина Му: из-за полного отсутствия болевой чувствительности он прорубил себе кровавый путь в кровожадном клане Му. Бывало, что во время серьезных стычек он ловил пять-шесть пуль и при этом не меняясь в лице попивал чай.
Тогда крови натекло столько, что старый глава семьи испугался до полусмерти и тут же отрекся от престола.
Отец же господина после трагедии с госпожой окончательно сломался, решив, что это именно трехлетний сын стал причиной смерти матери, и бросил его в клане Му на произвол судьбы — выживай как хочешь.
Эх, какое злосчастное порождение грехов!
http://bllate.org/book/24668/2904272
Готово:
