Озеро зевак вокруг уже опустело, когда А Юань подошел ко мне.
— Разве ты не говорил, что люди из подземного мира придут забрать этого Демона-призрака? — спросила я его.
А Юань посмотрел в ту сторону, куда удалилась толпа:
— Пойдем взглянем.
Из рассказов сельчан я узнала, что те люди в траурных одеждах — влиятельное семейство в деревне по фамилии Дун. Называть их влиятельными, впрочем, было громко сказано: просто у них имелось на пару усадеб и на несколько му земли больше, чем у остальных. Умерший — старейшина семьи Дун, которому в этом году исполнилось больше девяноста лет, так что кончина его считалась благой. Однако во время похорон старика Дуна одна за другой стали происходить странные вещи: то в самый благоприятный день, выбранный по всем правилам гадания, внезапно начинал лить проливной томный дождь, то по пути на кладбище прямо посреди горной дороги разверзалась трещина. На сей раз похоронная процессия с великим трудом добралась до могилы, но когда принялись копать яму, наткнулись на огромный валун, и семье пришлось тащить гроб обратно, чтобы искать другое место. Похоже, вчера та похоронная процессия, что встретилась нам на дороге, как раз и принадлежала семье Дун.
— Должно быть, старик, сидевший на гробе, и есть господин Дун.
Пока мы беседовали, мы с А Юанем уже подошли к воротам усадьбы семьи Дун. Услышав о призраках, Сяо Хун в ужасе рассыпала семечки по земле и наотрез отказалась идти с нами.
Я шагнула вперед, собираясь постучать в дверь, но та отворилась сама.
— Вы, должно быть, девушка Е? — дверь открыл мужчина средних лет с парой аккуратных усиков, придававших ему чрезвычайно пронырливый вид. — Старый господин ждет вас уже давно, прошу, заходите.
Сказав это, он бросил взгляд на стоявшего рядом со мной А Юаня:
— А этот молодой господин…
— О, это молодой господин Юань, он тоже Экзорцист, и куда сильнее меня! — преувеличенно громко заявила я. — А как к вам обращаться?
Мужчина средних лет погладил усы:
— Не сочтите за хвастовство, я управляющий в этом доме. Девушка может звать меня просто управляющий Дун.
Я сложила руки в приветственном жесте:
— Управляющий Дун.
Вслед за управляющим мы прошли во внутренний двор. Двор оказался немаленьким, и повсюду висели белые фонари с начертанным на них иероглифом скорби. Миновав просторный зал, мы вошли в поминальную залу, и здесь аура Демона-призрака стала еще ощутимее.
Перед алтарем стоял мужчина средних лет в траурном одеянии, а рядом с ним — тот самый крепкий мужик. Управляющий Дун подошел к господину Дуну и что-то шепнул ему на ухо. Заметив, что мы с А Юанем приближаемся, они шагнули нам навстречу.
— Девушка Е, молодой господин Юань, а это мой господин отец, — представил спутника управляющий Дун.
— Зовите меня Дун Шаоцин, — господин Дун отвел мне поклон, а затем перевел взгляд на А Юаня. — Полагаю, молодой господин Юань и девушка Е уже наслышаны о странных событиях в нашем доме.
Я кивнула:
— Слышать-то слышали, но подробностей пока не знаем.
— Я приготовил немного чаю в приемной. Если уважаемые гости не брезгуют, давайте пройдем туда и поговорим, — произнес господин Дун, делая приглашающий жест.
— Идемте.
Мы последовали за господином Дуном в приемную залу. Там он подробно рассказал нам о жутких происшествиях, омрачивших похороны. Покойника предают земле на седьмой день после смерти, и все это время три души человека пребывают на своих местах; если же Земная душа не может воссоединиться с остальными, подземный мир непременно отправляет Призрачных стражей схватить беглянку. Однако, со слов господина Дуна, со дня кончины его отца прошло уже полмесяца, а похороны все никак не удавалось завершить.
— Интересно, как сегодня поживает тот младший господин? — неожиданно подал голос А Юань, обращаясь к господину Дуну.
Я не успела даже удивиться, как господин Дун уже ответил:
— Ему дали успокоительного чаю, он все еще спит.
А Юань бросил на меня взгляд, призывая продолжать расспросы…
— Скажите, с чем связано сегодняшнее поведение вашего сына? — обратилась я к господину Дуну.
Господин Дун посмотрел на меня с мрачным выражением лица и лишь спустя долгое время тяжело вздохнул:
— А Чжуан, расскажи ты.
Крепкий мужчина кивнул. А Чжуан? Какое донельзя простое имя.
— Прошлой ночью молодой господин один дежурил у гроба, а сегодня чуть свет вдруг как безумный выбежал со двора. Вернувшись, он продолжал буйствовать и твердил… твердил, что видел призрака.
— Выходит, точных подробностей никто не знает? — спросила я.
— В тот момент молодой господин еще бредил, и нам не удалось ничего у него добиться, — ответил А Чжуан.
— Безобразие! — господин Дун внезапно хлопнул по столу. — Разве можно увидеть призрака, охраняя покой усопшего? Неужто это был дух его собственного деда!
Тут еще бабушка надвое сказала, мысленно хмыкнула я. Похоже, ключом к разгадке должен стать именно этот юный господин.
Уступив нашей просьбе, А Чжуан проводил нас к покоям молодого господина.
Юношу звали Дун Жоци, и он был единственным наследником семьи Дун. Впрочем, этот молодой господин вовсе не жаловал сочинение стихов, живопись или учебу — куда больше его привлекали всякие призраки, демоны, бессмертные да божества, и он целыми днями пропадал за подобными книгами. Стоило отцу выбросить очередную стопку, как парень отыскивал способ заполучить новую. Раз уж единственный сын вырос таким странным, неудивительно, что господин Дун даже слышать о нем не хотел. Стоило нам заявить о желании навестить юного господина, как хозяин дома тут же взмахнул рукавом и удалился, наотрез отказавшись идти с нами.
— Молодой господин, девушка, мы пришли, — остановился А Чжуан перед одной из дверей. — Это покои молодого господина.
— Нам нужно задать ему пару вопросов, так что подожди снаружи, — велела я А Чжуану, который уже собирался толкнуть дверь.
А Чжуан бросил краткое «есть» и послушно замер на пороге.
Комната Дун Жоци и впрямь оказалась сплошь увешана амулетами из желтой бумаги, а на столе громоздкие свитки соседствовали с уже развернутыми картинами, на которых красовались всевозможные демоны и чудища.
Дун Жоци спал на кровати мертвецким сном — судя по всему, отец не пожалел для него снотворного.
— Разбуди его, — произнес А Юань.
Я… послушайте, кто из нас вообще чей хозяин?
Подойдя к постели юного господина, я отвесила ему звонкую пощечину. Раздался резкий шлепок, левая щека Дун Жоци мгновенно покраснела и распухла, и вскоре он медленно приоткрыл глаза.
Оправдав худшие ожидания, едва придя в себя, Дун Жоци снова завопил:
— Призрак!
— Замолчи, заткнись! Разве ты видел таких красивых призраков? — я пробормотала заклинание путы, чтобы он не вздумал метаться.
Злосчастный парень немного побрыкался, но, разглядев стоявших перед ним людей, постепенно успокоился, хотя страх в его глазах еще не угас.
Я тут же прочла успокаивающее заклинание. Золотистые узоры чар заструились по всей комнате. Сам только и делает, что изучает всякую нечисть в книгах, а стоило столкнуться с ней вживую, как тут же расклеился.
Вскоре взгляд юноши прояснился, и я сняла заклинание путы. Он растерянно поднял на нас голову, и в его глазах вдруг мелькновение света — ухватив меня за руку, он завопил:
— Фея!
— Отпусти, — холодно бросил А Юань. Не говоря больше ни слова, он резким ударом резанул по запястью, за которое тот меня держал.
Злосчастный парень тут же взвыл от боли и разжал пальцы.
Хотя меня уже доводилось величать Бессмертным Наставником и благородной воительницей, «феей» меня назвали впервые, что, конечно, польстило моему самолюбию и заставило взглянуть на юного господина куда благосклоннее.
Уняв переполох и успокоив этого милого юношу, мы наконец смогли усесться и как следует расспросить его о том самом призраке, про который он твердил.
— Вчера я дежурил у гроба, а во второй половине ночи меня одолел такой сон, что я задремал прямо на коленях, и тогда… — Дун Жоци снова передернуло от ужаса, и он умолк, не смея продолжать.
— Ничего страшного, говори смело. Я поставила в комнате Барьер, призрак нас не услышит, — подбодрила я его.
Оглядевшись по сторонам и сглотнув слюну, Дун Жоци продолжил:
— Сквозь сон я услышал какой-то чавкающий звук. Сначала подумал, что это какой-то невоспитанный слуга тайком таскает еду, приоткрыл глаза и глянул… а там… там сидел мертвенно-бледный призрак в белых одеждах… прямо на гробу моего деда и рвал зубами живую курицу. Он… он заметил, что я на него смотрю, повернул голову ко мне… и я…
— Погоди… у этого бледного призрака… часом, не одни белки были в глазах? — перебила я.
— Сестрица-фея, откуда вы знаете?! — изумился он.
Сестрица-фея? Хм, звучит неплохо.
Легко было представить эту картину: полночь, ты стоишь на коленях перед гробом и вдруг видишь мертвенно-белого призрака с одними лишь белками вместо глаз, да к тому же рассевшегося на крышке и уплетающего сырую курицу с мордой, перемазанной кровью. От такого зрелища, пожалуй, не только Дун Жоци, любой взрослый со страху в штаны наложит. Что уж говорить о Сяо Хун — та от страха немедленно обратилась бы в свою истинную форму и улетела на Гору Юньхуа.
— Сестрица-фея, что это за призрак? — любопытство в голосе Дун Жоци уже пересилило ужас.
— Белошерстный призрак, — на ходу сочинила я название.
— Белошерстный призрак? Какой он? Он ест людей? В книгах об этом ничего не сказано! — он вновь погрузился в глубокие раздумья.
— Сегодня ночью я собираюсь взглянуть на этого белошерстного призрака. Осмелишься пойти со мной? — спросила я.
— Я с… — юноша уже протянул к мне руку. Похоже, жажда познания взяла верх над страхом, и он едва не согласился. Однако, перехватив убийственный взгляд А Юаня, он благоразумно передумал и тут же втянул ручонку обратно.
Объяснив всё господину Дуну — разумеется, умолчав о том, что куролесит душа покойного дедушки, — мы с наступлением темноты вместе с А Юанем заступили на дежурство в поминальной зале. По моему требованию господин Дун удалил всех слуг, а в зале оставили живую наседку, запертую в плетеной корзине.
Небо давно заволокло тучами — ни луны, ни единой звезды. Вокруг, не считая оплывающих свечей на алтаре, царил кромешный мрак.
Неизвестно было, когда именно явится дух старика Дуна, и меня мало-помалку стала одолевать дремота.
— Если хочешь спать, отдохни немного, — тихо сказал А Юань.
В поминальной зале не нашлось ни единого стула, и мы с А Юанем устроились прямо на циновках перед гробом.
— И куда ты предлагаешь мне лечь? На землю?
Он протянул руку и мягко опустил мою голову к себе на плечо:
— Просто прислонись ко мне.
Его пальцы, коснувшиеся моей головы, были ледяными. Я отстранила его руку, выпрямилась и строго посмотрела на него:
— Почему ты такой холодный? С тобой всё в порядке?
— И правда, пожалуй, не помешало бы подпитаться Демонической силой, — глядя на меня, произнес он. Даже в этом полумраке я уловила странный блеск в его глазах.
Учитель говорил, что хотя Дух Артефакта тоже наделен душой, он невероятно хрупок при всей своей мощи. Если Духовное оружие будет уничтожено, разрушится и его дух, а если духовные силы иссякнут и долгое время не будут восполняться, такой дух просто рассеется между небом и землей.
С тех событий с демоном-иллюзией я не переставала тревожиться за А Юаня.
Не колеблясь ни секунды, я вытянула из ножен кинжал и полоснула себя по запястью:
— На, бери Демоническую силу.
А Юань нахмурился, перехватил мое предплечье крепкой хваткой, но впитывать силу не стал.
— Учитель говорил, что помимо того способа… тянуть силу напрямую из крови — самый быстрый путь.
А Юань ничего не ответил. Оторвав полоску от собственной одежды, он молча перевязал мне рану:
— Я не обычный Дух Клинка, во мне не так-то просто угаснуть. Тебе не о чем беспокоиться.
Выходит, он догадался, о чем я переживаю.
Не знаю почему, но с тех пор, как мы покинули город Иньян, мне казалось, что он неуловимо изменился, хотя было трудно сказать, в чем именно заключалась эта перемена.
Пока я предавалась раздумьям, в поминальную залу внезапно ворвался странный порыв ветра. Похоронные стяги затрепетали и заплясали в воздухе, а пламя свечей на алтаре заметалось, то вспыхивая, то затухая.
Обернувшись, я обнаружила, что курица исчезла.
http://bllate.org/book/24657/2902288
Готово:
