Цзян Циань не успел промокнуть под дождем. Приняв двадцатиминутный душ, он оделся и спустился вниз.
Увидев его, Су Чжэн поставил перед ним чашку с имбирным чаем, который заварил Цзян Гэ, и сказал:
— Циань, выпей, чтобы не простудиться.
Цзян Гэ бросил на своего «мелкого засранца» взгляд и, вытирая руки, проворчал:
— Да пусть простужается, чтобы впредь неповадно было. Вечно он сбегает сразу после новогоднего ужина. Родители только что звонили, спрашивали, куда ты делся, просили перезвонить им позже.
Цзян Циань, не выразив никаких эмоций, коротко отозвался: «Мгм», — и залпом выпил имбирный настой.
— А почему Юйхуай до сих пор не спустился? — спросил Цзян Гэ.
Су Чжэн взглянул на лестницу. Он прикинул: брат Юйхуай ушел купаться уже полчаса назад. Вряд ли он мог так долго принимать ванну; скорее всего, закончив, он сразу завалился спать. Су Чжэн заволновался и уже хотел подняться наверх, чтобы проверить его, но Цзян Циань, поставив пустую чашку, опередил его:
— Брат Су Чжэн, давай я схожу?
Су Чжэн решил, что неважно, кто пойдет, тем более что в последнее время брат Юйхуай охотно общался с Цзян Цианем, поэтому он со спокойной душой кивнул.
Поднявшись наверх, Цзян Циань постучал в комнату брата Юйхуая. Ответа не последовало, как это уже бывало, и Цзян Циань, не дожидаясь приглашения, толкнул дверь и вошел. Кровать была пуста.
— Брат Юйхуай? — позвал он.
Тишина. Только из ванной доносился шум льющейся воды. Цзян Циань подошел ближе, постучал в дверь ванной и снова позвал:
— Брат Юйхуай, Су Юйхуай.
Снова никакой реакции. В голове Цзян Цианя мелькнули заголовки новостей об отравлении газом или углекислым газом. Он сохранял хладнокровие, постучал еще пару раз, но, так и не дождавшись ответа, занервничал. Толкнув дверь, он увидел, что брат Юйхуай, свернувшись калачиком, спит в ванне с закрытыми глазами, а вода уже подбиралась к его подбородку.
Вновь вспомнив жуткие новости, Цзян Циань решил, что тот потерял сознание от отравления. Он бросился к ванне, чтобы закрыть кран, и мельком взглянул на брата Юйхуая. Цзян Циань потер виски: еще никто не представал перед ним в таком беззащитном виде. Не раздумывая, он сунул руки в воду — и тут же понял, что брат Юйхуай совсем не бережет себя: вода уже начала остывать, а он всё не вылезал.
Цзян Циань тут же вытащил его из ванны и завернул в банное полотенце. Брат Юйхуай полусонно приоткрыл глаза и, даже не пытаясь разглядеть, кто перед ним, пробормотал:
— Спать…
После чего уткнулся в плечо Цзян Цианя и снова отключился.
Услышав это, Цзян Циань понял, что все его мысли об отравлении газом были лишь плодом воображения: человек просто смертельно устал и уснул прямо в воде.
Брату Юйхуаю было неудобно в объятиях, поэтому он обвил шею Цзян Цианя руками и еще плотнее прижался к нему.
Цзян Циань с головной болью наблюдал за этим. Как только ледяные ладони коснулись его шеи, он поспешил уложить его в кровать, укрыл одеялом и спустился вниз, чтобы доложить ситуацию Су Чжэну и Цзян Гэ.
Су Чжэн тут же поднялся наверх с новой порцией имбирного чая. Цзян Гэ бросил на Цзян Цианя взгляд и тихо проговорил:
— Разберемся с тобой позже, паршивец. — И пошел следом за Су Чжэном.
Цзян Циань пропустил угрозу мимо ушей и, решив, что всё под контролем, тоже поднялся в комнату.
Су Чжэн, видя состояние брата Юйхуая, понял, что болезни не избежать. Он разбудил его и заставил полусонного выпить чай. Затем Су Чжэн повернулся к Цзян Гэ и Цзян Цианю:
— Идите отдыхайте, уже поздно. Я посижу с Юйхуаем, чтобы, если ночью поднимется жар, кто-то был рядом.
Цзян Гэ взглянул на Цзян Цианя и сказал Су Чжэну:
— Пусть Циань подежурит.
Цзян Циань хотел возразить, но, встретившись с взглядом Цзян Гэ, покорно согласился:
— Брат Су Чжэн, давай я. В конце концов, это я вывел брата Юйхуая на улицу.
— Ты справишься? Ночью очень холодно, — спросил Су Чжэн.
Цзян Циань, опираясь локтями на спинку стула, кивнул.
Цзян Гэ похлопал Су Чжэна по плечу:
— Не переживай, этот балбес вечно по ночам где-то шатается.
Су Чжэн вздохнул, взглянул на брата Юйхуая и сказал Цзян Цианю:
— Ладно. Если что случится, буди меня.
Цзян Циань кивнул в ответ.
Су Чжэн с Цзян Гэ вышли из комнаты. Воцарилась тишина. От скуки Цзян Циань огляделся по сторонам, подошел к кровати и коснулся лба брата Юйхуая — жара не было. Он сел за рабочий стол, достал с полки книгу по философии, и из неё выпала карточка, испещренная странными каракулями. Цзян Циань поднял её, взглянул и усмехнулся: надо же, брат Юйхуай до сих пор рисует как ребенок.
Он вложил карточку обратно — всё-таки чужая вещь.
Как и предвидел Су Чжэн, к трем часам ночи брату Юйхуаю стало хуже, он начал беспокойно ворочаться и стонать. Цзян Циань, который дремал, склонившись над столом, недовольно поморщился от шума, но лишь сменил позу и продолжил спать.
Брат Юйхуай, которому стало жарко, сбросил одеяло на пол и продолжал жалобно стонать. Услышав это, Цзян Циань резко проснулся и оглянулся.
Одеяло валялось на полу. Брат Юйхуай, продрогший от озноба, сжался в комок, а его бледное от болезни лицо пылало алым жаром. Цзян Циань поспешил укрыть его и достал из аптечки термометр.
— 38,8. — Цзян Циань потер переносицу, отложил термометр и стал искать жаропонижающее. Но стоило ему отвернуться, как брат Юйхуай снова сбросил одеяло. Цзян Циань укрыл его, но тот снова его скинул. После трех-четырех таких попыток Цзян Циань не выдержал, плотно замотал брата Юйхуая в одеяло и не давал ему двигаться.
Брат Юйхуай в полубреду почувствовал себя связанным. Ему было жарко и неудобно, он пытался дрыгать ногами, но не мог выбраться и жалобно скулил. От плохого самочувствия из его закрытых глаз потекли слезы.
Вернувшись с готовым лекарством, Цзян Циань увидел это и, решив, что тот мучается от одеяла, поспешил его размотать.
Цзян Циань никогда в жизни ни за кем не ухаживал. Глядя на чашку с лекарством, он не знал, как заставить брата Юйхуая его выпить — ждать, что тот сам встанет, было бессмысленно.
Вздохнув, он сел на край кровати, приподнял брата Юйхуая и прислонил к себе, поднеся чашку к его губам:
— Давай, пей.
Брат Юйхуай лишь недовольно морщился, не открывая рта. Цзян Циань слегка надавил краем чашки на губы, но тот оставался непреклонен.
Поняв, что уговоры не работают, Цзян Циань обнял его, поддерживая одной рукой, а другой размешал лекарство ложкой и поднес ко рту. Брат Юйхуай по-прежнему отказывался открывать рот.
— Хватит капризничать, пей давай, — нетерпеливо произнес Цзян Циань.
Голос прозвучал громче, чем нужно. Брат Юйхуай поморщился и чуть приоткрыл губы. Цзян Циань не упустил момента и влил лекарство.
Горький привкус мгновенно распространился по рту. Брат Юйхуай нахмурился и тихо пробормотал:
— Горько… не хочу…
Цзян Циань про себя подумал: «Сам же виноват, довел себя до такого состояния». Он зачерпнул еще ложку, но на этот раз брат Юйхуай яростно сопротивлялся, и жидкость пролилась на воротник Цзян Цианя.
Тот брезгливо поморщился, но делать было нечего. Пришлось прибегнуть к методам, которыми успокаивают детей:
— Будь паинькой. Выпьешь — дам конфету.
Брат Юйхуай недоверчиво покачал головой. Цзян Циань добавил мягче:
— Не обманываю. Обещаю, выпьешь — сразу дам. Идет?
Казалось, брат Юйхуай услышал его: он медленно открыл рот, и Цзян Циань принялся кормить его ложка за ложкой.
Закончив, Цзян Циань с облегчением вздохнул, поставил чашку, уложил пациента и отправился в гостевую комнату переодеться. Когда он вернулся, то увидел, что брат Юйхуай сидит на кровати с открытыми глазами. Цзян Циань удивился, что лекарство подействовало так быстро, и спросил:
— Проснулся? Где-то еще болит?
Вместо ответа брат Юйхуай прямо посмотрел на него и произнес:
— Лжец.
Цзян Циань: …
С чего вдруг он стал лжецом?
Брат Юйхуай не обращал на него внимания: сказав это, он укрылся одеялом и снова уснул. Видимо, лекарство помогло — вторую половину ночи он вел себя тише, лишь изредка скидывал одеяло. Цзян Циань пару раз его поправлял.
Уставший Цзян Циань посмотрел на свободное место на кровати, решил не мучиться и просто лег рядом, укрывшись одеялом. Он повернулся к брату Юйхуаю лицом и положил руку ему на плечо, чтобы тот не ворочался.
Почувствовав знакомый аромат цитруса, брат Юйхуай успокоился и в полудреме повернулся лицом к Цзян Цианю.
Снаружи снова начался моросящий дождь, и двое в комнате наконец крепко уснули.
На следующее утро брат Юйхуай нехотя открыл глаза и увидел перед собой лицо Цзян Цианя. В голове наступила пустота, шестеренки памяти завертелись с бешеной скоростью, но остановились на моменте в ванной.
Брат Юйхуай никогда ни с кем не спал в одной кровати. От напряжения он в ту же секунду поднял ногу и со всей силы вытолкал Цзян Цианя из кровати.
Цзян Циань с проклятиями проснулся, посмотрел на брата Юйхуая и гаркнул:
— Ты совсем больной?!
Брат Юйхуай ошарашенно смотрел на него и невозмутимо ответил:
— Это моя комната.
Только тут Цзян Циань вспомнил, что уснул в комнате брата Юйхуая.
Су Чжэн пришел проверить, как там Юйхуай, и, открыв дверь, увидел одного человека на кровати, а другого — на полу.
— Юйхуай, что случилось? — спросил он.
Брат Юйхуай взглянул на Су Чжэна, не желая признаваться, что Цзян Циань залез к нему в кровать, и просто покачал головой: «Ничего».
Цзян Циань, кряхтя, поднялся с пола и с улыбкой сказал:
— Спасибо за пинок в первый день Нового года, брат Юйхуай.
Су Чжэн посмотрел на брата Юйхуая, убедился, что тот в порядке, и облегченно вздохнул:
— Вчера ты заболел, Циань всю ночь за тобой ухаживал.
Брат Юйхуай смущенно взглянул на Цзян Цианя. Тот гордо вскинул бровь и вышел из комнаты.
Брат Юйхуай проводил его взглядом, затем посмотрел на Су Чжэна. Тот достал из кармана красный конверт и протянул его брату Юйхуаю:
— От меня. С Новым годом.
Брат Юйхуай взял конверт и тихо поблагодарил.
Су Чжэн улыбнулся:
— Не забудь извиниться перед Цианем, ты ведь сделал ему больно.
Брат Юйхуай кивнул.
За завтраком он все никак не решался посмотреть на Цзян Цианя — тот всю ночь заботился о нем, а он в ответ чуть не сломал ему ребра.
Су Чжэн протянул красный конверт Цзян Цианю. Тот с улыбкой принял его:
— Спасибо, брат Су Чжэн. — Затем он перевел взгляд на брата Юйхуая, его персиковые глаза игриво блеснули: — Брат Юйхуай, с Новым годом! А где мой конверт?
Брат Юйхуай поднял глаза. Ему и так было неловко извиняться, а тут еще это… он поджал губы и произнес:
— Добавь меня в друзья, я переведу.
Цзян Циань, подперев подбородок рукой, усмехнулся:
— Хорошо. — Он достал телефон и отсканировал QR-код брата Юйхуая.
Тот быстро отправил ему новогодний подарок. Цзян Циань улыбнулся уголком губ:
— Спасибо, брат Юйхуай.
Завтрак закончился, а извинения, о которых просил Су Чжэн, так и не прозвучали.
После завтрака Су Чжэн измерил температуру, обнаружил, что жар еще не спал, дал лекарства и отправил брата Юйхуая в кровать. Тот кивнул и у дверей своей комнаты столкнулся с Цзян Цианем, который как раз переоделся и вышел из гостевой.
Вспомнив, что так и не извинился, брат Юйхуай поджал губы и позвал:
— Цзян Циань.
Тот поднял голову:
— Что такое?
Брат Юйхуай закусил губу:
— Прости… утром я не знал, что вчера вечером… поэтому толкнул тебя.
Цзян Циань опустил голову и усмехнулся. Он и так был красив, а с этой улыбкой выглядел еще более притягательно.
— И как же брат Юйхуай собирается меня компенсировать? — весело спросил он.
Брат Юйхуай думал, что обычного извинения хватит, и никак не ожидал такого поворота. Он не знал, что ответить, и просто молчал.
Глядя на него, Цзян Циань вдруг подумал: неужели он действительно старше меня?
Он решил больше не дразнить его:
— Ладно, шучу. Иди отдыхай. — Сказав это, он не удержался и взъерошил волосы брата Юйхуая. Поняв, что именно сделал, он смущенно убрал руку и поспешил вниз.
Брат Юйхуай остался стоять в полном недоумении. Постояв так пару секунд, он зашел в свою комнату.
Цзян Циань спустился вниз и увидел, что Цзян Гэ и Су Чжэн что-то обсуждают. Цзян Гэ обернулся и, увидев раскрасневшееся лицо Цзян Цианя, спросил:
— Что с тобой? Почему лицо такое красное? Ты тоже заболел?
Цзян Циань, вспомнив свой жест в отношении брата Юйхуая, поспешно помотал головой.
— Ну и ладно. Раз всё в порядке, оставайся с Юйхуаем дома. Ему еще нехорошо, а у нас с братом Су Чжэном сегодня деловая встреча, — сказал Цзян Гэ.
— Но я…
— Что такое? — удивленно спросил Цзян Гэ.
Цзян Циань вздохнул. Он-то планировал сбежать погулять, но, поняв, что ничего не выйдет, просто покачал головой.
Цзян Гэ, конечно, догадывался, что племянник рвется из дома, поэтому намеренно оставил его присматривать за братом Юйхуаем, после чего они с Су Чжэном ушли.
http://bllate.org/book/24602/2888434
Готово:
