Первое знакомство
Ван Ибай не получил желаемого ответа и не заметил ни малейшей тени сомнения на лице Тан Кечжи. Он абсолютно не верил, что Тан Кечжи не ненавидит Ань Су, однако и не ощущал от него ни капли злобы. В конце концов Ван Ибай пришёл к выводу, который ему не слишком нравился: очевидно, глубина скрытности этого парня была далеко не заурядной. Способность вот так безмятежно подавлять подобную ненависть в глубине души, не выдавая ни единого изъяна, — Ван Ибай думал, что даже на его собственном месте такое удалось бы далеко не каждому.
Свадьба Ань Су и Гу Ямань была грандиозной. Даже в эпоху нехватки ресурсов в ней всё ещё угадывалось то, что можно назвать словом «роскошь».
Самая свежая еда и самые великолепные наряды — всё это красноречиво свидетельствовало о силе двух корпораций, которые вскоре должны были слиться воедино.
Впрочем, Тан Кечжи сейчас совершенно не волновало подобное. Он прятался в углу, запихивая в рот еду, и, глядя на то, как Ван Ибай улыбается и беседует с людьми в центре зала, вдруг почувствовал непреодолимый импульс забрать с собой всю здешнюю еду, упаковав её навынос... Впрочем, подумать-то он подумал, но в конце концов со слезами на глазах подавил это желание: сделай он такое на самом деле, Ван Ибай, пожалуй, собственными руками придушил бы его.
Когда новобрачные, приглашенные на свадьбу, прибыли, весь зал пришёл в движение.
Тан Кечжи, всё ещё запихивавший в рот пирожное, надул щеки, поднял голову и бросил взгляд на стоявшую в центре залы невесту в роскошном платье, вновь ощутив беспричинное раздражение.
— Не завидуй. М-м, я считаю, что ты красивее. — Ван Ибай неизвестно когда оказался рядом с Тан Кечжи. Глядя на Тан Кечжи, который раздул щеки точь-в-точь как белка, он не стерпел, протянул руку и ткнул его в щеку.
—... — Тан Кечжи очень хотел бросить фразу вроде: «Какого чёрта ты тыкаешь?», но во рту у него было полно еды, да и говорить было неудобно, поэтому он лишь отвернулся, уворачиваясь от снова протянутой руки Ван Ибая.
— Какие планы? — не добившись второй попытки, Ван Ибай издал сожалеющий вздох. Он бросил взгляд на невесту, которая принимала поздравления в центре зала, и с улыбкой произнёс: — Ань Су тоже забавен: заставляет свою жену красоваться на публике, а сам неизвестно куда запропастился.
Едва он договорил, как по залу вновь прокатилась волна шума. Тан Кечжи и Ван Ибай одновременно посмотрели в ту сторону и увидели Ань Су в строгом чёрном костюме.
Для Тан Кечжи это был первый раз, когда он увидел Ань Су по-настоящему.
Мужчина из воспоминаний Лу Чжияо казался не совсем тем же самым человеком, что стоял перед ним. Тан Кечжи еще с минуту пристально смотрел на Ань Су в центре зала, после чего отвернулся и продолжил набивать рот едой.
Ван Ибай всё это время украдкой наблюдал за реакцией Тан Кечжи. Изначально он думал, что при виде Ань Су Тан Кечжи хоть как-то отреагирует, но никак не ожидал, что этот человек сохранит совершенно бесстрастное выражение лица и даже снова примется за яичные тартанетки. Неужели Ань Су в его сердце действительно больше не имеет ни малейшего значения и смысла существования?
Уголки губ Ван Ибая слегка дрогнули в усмешке — он категорически отказывался верить в этот ответ. Причина была предельно проста: если бы Тан Кечжи и впрямь больше не волновал Ань Су, с какой стати ему тогда тратить силы на покушение?
— До того вкусно? — помолчав немного, Ван Ибай всё же не выдержал и, глядя на то, с каким голодным видом Тан Кечжи уплетает еду, приподнял бровь.
— Вкусно, — невнятно бормонул Тан Кечжи. Он действительно давным-давно не ел ничего столь восхитительного: в прежнем мире об этом и мечтать не стоило, а когда он был Лу Чжияо, ему чаще всего доставались лишь лишённые всякого вкуса сухпайки.
—... — Глядя на столь искреннее выражение лица Тан Кечжи, Ван Ибай на мгновение и сам не нашёлся что сказать, поэтому лишь повернулся и перевёл внимание обратно на Ань Су.
— Эх, ну и сволочь же он, — пожевав ещё немного, Тан Кечжи наконец прекратил движение челюстями. Он вытер рот и, совершенно не заботясь о приличиях, произнёс: — Подумать только, как сильно я его любил.
— Ты любил его? — Взгляд Ван Ибая стал несколько странным.
— Ещё бы. — Тан Кечжи, впитавший воспоминания Лу Чжияо, произнёс это без малейшего психологического давления. Он отчётливо понимал, что Лу Чжияо и впрямь искренне полюбил Ань Су, отвдя ему самое заветное место в своём сердце, но кто бы мог подумать...
— Любовь в этом мире всегда была дешёвкой. — Ван Ибай улыбнулся, не собираясь щадить самолюбие Тан Кечжи ни на йоту. — Ты ведь и сам должен это понимать.
— Прекрасно понимаю. — Раны, оставленные теми людьми на этом теле, казалось, до сих пор едва заметно ныли. Тан Кечжи не обратил внимания на язвительность Ван Ибая: он знал, что хотя эти слова и звучали неприятно, каждое из них было чистой правдой.
Что вообще такое любовь в подобном мире? Любимый человек, о котором дни напролёт грезил в мыслях, стоило лишь разойтись их интересам, мог самыми жестокими методами уничтожить тебя дотла. И любовь, или человеческая природа — всё это казалось чем-то до смешного нелепым.
— Ты готов? — Ван Ибай немного понаблюдал за Ань Су и произнёс: — Эффект продлится всего три минуты.
— Хватит, — подумав, ответил Тан Кечжи. — Смотри не забудь прикрыть меня потом.
— Разумеется, — с лёгкостью согласился Ван Ибай.
Пока Ван Ибай и Тан Кечжи беседовали, они никак не ожидали, что кто-то обратит внимание на них, забившихся в угол.
— Молодой господин Ван, давненько не виделись. Как поживаете? — Голос Ань Су заставил Тан Кечжи почувствовать крайнее раздражение. Не подавая виду, он исподлобья посмотрел на стоявшего перед ним мужчину в чёрном костюме, и, возможно, под влиянием воспоминаний Лу Чжияо его накрыло волной сильнейшего душевного дискомфорта.
— О, молодой господин Ань, мои поздравления! Женить такую красавицу — поистине великое благословение. — Ван Ибай сделал шаг вперёд, загораживая Ань Су обзор, и прямо обратился к нему: — Благодаря удаче молодого господина Аня, Ван в последнее время поживает вполне неплохо.
— Эта дама выглядит весьма незнакомо, — неожиданно произнёс Ань Су.
— О, она моя дальняя кузина, довольно застенчивая и не любит разговаривать, — с невозтимым видом ответил Ван Ибай. — Впрочем, разве пристало молодому господину Аню сегодня, в присутствии невесты, обсуждать других женщин?
— Мм. — Ань Су ещё раз окинул взглядом Тан Кечжи и замолчал.
Ван Ибай снова улыбнулся, но на этот раз в его улыбке промельчало что-то еще. Глядя на стоявшего рядом с ним Ань Су, Ван Ибай не мог не мысленно вздохнуть: судя по всему, сами Небеса решили погубить его семью Ань.
— Время вышло, — неожиданно бросил Ван Ибай и быстро переглянулся с Тан Кечжи.
Ань Су, стоявший перед Ван Ибаем, тоже почуял неладное, но было уже слишком поздно.
Когда погас свет, весь зал утонул в криках ужаса. Тан Кечжи сделал шаг вперёд, крепко ухватил Ань Су за плечи и пустил в ход силу духа.
Золотистая духовная сила стремительно хлынула по плечам Ань Су прямо в его мозг, и, к величайшему удивлению, Тан Кечжи не почувствовал ни малейшего сопротивления — словно у этого человека вовсе не осталось души.
Что-то было не так. Нахмурившись, Тан Кечжи попытался прощупать обстановку глубже, но обнаружил, что освещение уже включилось вновь, и ему поневоле пришлось разомкнуть руки.
Охрана, которая из-за внезапного происшествия переполошилась в ожидании худшего, после включения света обнаружила, что всё вокруг осталось прежним.
— Я пойду, — взглянув на часы, Ань Су не выказал и тени странности. Бросив эту фразу, он развернулся и направился к Гу Ямань, стоявшей в центре залы.
—...Удалось? — тихонько спросил Ван Ибай.
— Удалось-то удалось... Только вот... — Тан Кечжи нахмурился. — Мне кажется, что-то здесь не так.
— Что именно? — Ван Ибай бросил на Тан Кечжи косой взгляд. — Какие-то проблемы?
—...Он... вообще никак не сопротивлялся моему вторжению. — Подумав как следует, Тан Кечжи так и не смог прийти к какому-либо выводу, поэтому лишь вздохнул: — Ладно, будь что будет.
—... — Хотя Ван Ибай и остался недоволен, ему пришлось временно отложить этот вопрос.
Свадьба продолжалась своим чередом, и те несколько минут отключения света казались лишь маленьким досадным недоразумением.
Тан Кечжи стоял рядом с Ван Ибаем и наблюдал, как молодые надевают друг другу кольца, а затем нежно целуются. Его лицо было спокойно, как гладь озера.
Лу Чжияо, человек, которого ты любил больше всего на свете, убил тебя, а затем женился на другой. Тебе ведь наверняка было очень больно? Тан Кечжи протянул руку и прижал ладонь к груди, ощущая доносившиеся оттуда волны острой, нестерпимой боли.
— Тебе нездоровится? — Ван Ибай заметил перемену в состоянии Тан Кечжи.
— Всё в порядке, — покачал головой Тан Кечжи. — Ничего страшного.
— Понятно. — Ван Ибай не стал допытываться дальше.
Больше никаких неожиданностей не происходило. Завершив обязательные речи и уделив внимание гостям, новобрачные удалились в брачные покои. Уходя вместе с Ван Ибаем, Тан Кечжи по какой-то странной прихоти бросил взгляд назад — и этот взгляд чуть было не заставил его покрыться холодным потом.
Ань Су, который по идее должен был продолжать любезности с гостями, в этот момент смотрел на уходящего Тан Кечжи до странного жутко. Его взгляд был донельзя сложным, и Тан Кечжи оказался совершенно не в силах расшифровать его.
Не смея задерживаться, Тан Кечжи поспешно последовал за Ван Ибаем на улицу, и лишь устроившись в машине, утёр выступивший невесть откуда холодный пот на лбу.
— Ань Су... с ним что-то не так. — Поразмыслив немного, Тан Кечжи всё же высказал то, что только что заметил. — Он всё это время смотрел на меня.
— Вот как? — Ван Ибай тоже уловил неладное. — Когда твоя ментальная сила должна подействовать?
— Сегодня в полночь, — сквозь зубы процедил Тан Кечжи.
— Тогда завтра посмотрим по обстоятельствам, — помолчав, произнёс Ван Ибай. — Не переживай, у него нет никаких улик против тебя. Пока я тебя защищаю, он и пальцем не посмеет тебя тронуть.
—...Хорошо. — Оставалось только согласиться. Тан Кечжи подавил поднявшуюся в душе тревогу.
Неужели действительно что-то было не так? Это ощущение походило лишь на коллективный иллюзорный страх Ван Ибая и Тан Кечжи, потому что уже на следующее утро Ван Ибай получил известие от своего агента, внедрённого в дом врага: минувшей ночью, в первую брачную ночь, Ань Су убил свою молодую жену Гу Ямань, после чего застрелился сам.
http://bllate.org/book/24586/2886719
Готово:
