Увидев, что Мин Мэй и Хэ Си стали соседками по парте, Хэ Цзяхэ почувствовала, как у неё в груди необъяснимо сжалось сердце.
А вдруг Мин Мэй, как и она сама когда-то, из-за дружбы с Хэ Си окажется в глазах Нин Сяодо объектом намеренной провокации? Вдруг они вместе будут изо дня в день терпеть издевательства и изоляцию, пока в конце концов не придётся объявить о разрыве всех отношений с Хэ Си?
Однако чувство тревоги продлилось лишь мгновение, и Хэ Цзяхэ снова вздохнула с облегчением.
В конце концов, её уже давно ничего не связывает с Хэ Си, так какое ей дело до чужой жизни?
Прощай, моя бунтарская юность, я так любила свободу, но боялась однажды оступиться...
Раздалась уже знакомая песня Широта и долгота неба.
Чжун Но по привычке вытащила телефон. Выслушав то, что говорили на том конце провода, она лишь ответила: — Хорошо, сейчас буду.
Завершив вызов, Чжун Но произнесла: — Цинь Ижань, ты уже закончила подсчитывать размеры формы одноклассников, о чём я просила тебя раньше?
— Подсчитала, остался только один новый ученик.
Тогда Чжун Но спросила: — Мин Мэй, какой у тебя рост и размер обуви?
Мин Мэй слегка растерялась, но всё же послушно ответила: — Рост метр шестьдесят два, обувь тридцать шестой размер.
— Пара ребят, пойдёмте со мной в учебную часть, заберём камуфляжную форму для военной подготовки.
— Я пойду!
Несколько мальчишек в классе с готовностью подняли руки.
Вскоре парни во главе с Чжун Но, гордо и с победным видом, направились в учебную часть.
Военная подготовка в начале учебного года была традицией Первой средней школы Наньчжоу. Чтобы помочь ученикам избавиться от праздности и закалить их волю, за исключением старшеклассников выпускного года, все остальные ученики обязаны были ежегодно проходить недельную военную подготовку.
Хэ Си посмотрела на лежащие перед ней камуфляжную форму и жёлтые кеды, а затем с бесстрастным выражением лица запихнула их в ранец. Повернув голову вбок, она как раз заметила растерянное выражение на лице Мин Мэй. Девушка уже невольно приоткрыла рот, собираясь расспросить обо всём, но увидела, как в класс вошёл инструктор военной подготовки, и тут же замолчала, прекратив разговор.
Инструктора звали Цзянь Чунь, она училась на третьем курсе Наньчжоуской полицейской академии и была всего на пару лет старше учеников класса.
Цзянь Чунь оказалась единственной девушкой среди инструкторов этого призыва. Короткая стрижка, камуфляжная форма, рост средний, осанка исключительно прямая, кожа цвета бронзы, лицо дышит непреклонной решимостью, а от всей фигуры исходит совершенно особый темперамент.
Сначала она объяснила правила военной подготовки, а затем научила всех петь песню Единство — это сила.
Её голос звучал твёрдо, неся в себе вдохновляющую силу.
Не было еще и одиннадцати, когда Цзянь Чунь завершила сегодняшнее задание и покинула класс.
Тогда Чжун Но объявила, что можно приступать к уборке.
Большая группа, в которой состояла Хэ Си, получила участок на баскетбольной площадке.
Вооружившись бамбуковой метлой, Хэ Си изо всех сил выметала мусор с асфальта.
Мин Мэй же — в одной руке совок, в другой щипцы для мусора — порхала между клумбами, словно лёгкая красная бабочка.
Хэ Си лишь на миг задержала на ней взгляд в перерыве между работой, как в голове возникла единственная мысль: даже уборка мусора у неё получается такой изящной, до чего же она красивая.
Однако мгновение спустя эта мысль рассыпалась в прах.
В поле её зрения снова вошли несколько знакомых фигур.
Это были Нин Сяодо с подручными.
В отличие от утреннего бесстрашия, похожего на добровольный шаг на плаху, знакомый страх вновь зародился в глубине души. Хэ Си инстинктивно захотелось убежать, но она огляделась: баскетбольная площадка была пустой, спрятаться было абсолютно негде.
Поэтому ей оставалось лишь стоять на прежнем месте в ожидании прихода демонов.
Нин Сяодо подошла ближе, словно невзначай бросив на неё косой взгляд, затем опустила голову и от нечего делать принялась ковырять ногти. Даже не поднимая глаз, она произнесла: — Есть время? Сходишь со мной на крышу?
— Я... мне еще нужно убирать территорию. — Хэ Си покрепче сжала в руке бамбуковую метлу и испуганно отступила на шаг назад.
Услышав это, Нин Сяодо подняла голову, окинула взглядом окрестности и громко объявила: — Народ, у меня к Хэ Си есть дело, сегодня она не сможет помогать вам с уборкой, вы же не против?
Присутствующие ученики дружно затаили дыхание и закивали, как китайские болванчики.
Тогда Нин Сяодо посмотрела на Хэ Си: — Пошли.
Хэ Си молча сглотнула вязкую слюну: она прекрасно знала, что значит подняться на крышу.
Ноги стали тяжелыми, словно их налили свинцом, и сделать шаг никак не удавалось.
Заметив это издалека, Мин Мэй бросила совок и щипцы, и в два-три шага подбежала ближе.
Она не знала причины, но всё же заметила и стеснение Хэ Си, и недобрые намерения Нин Сяодо и её компании.
Она решила подойти к Хэ Си и с беспокойством спросила: — Хэ Си, что случилось?
Нин Сяодо с ног до головы окинула Мин Мэй взглядом. Заметив, что та не носит школьную форму, она приняла её за такую же хулиганку и перевела взгляд на Хэ Си: — Это ещё кто?
— Мы не близко, она новенькая в нашем классе в этом семестре. — Боясь, что Мин Мэй тоже втянут в неприятности, Хэ Си тут же сделала шаг навстречу Нин Сяодо, слегка отдалившись от Мин Мэй.
— Новенькая —
Нин Сяодо нарочно протянула последний звук. Глядя на Мин Мэй, она на мгновение скривила губы в насмешливой улыбке, но тут же вновь стала холодной и предупреждающим тоном бросила: — Не суй нос куда не просят, понятно?
— Здесь много людей, — поспешно перебила Хэ Си, — пойдёмте поговорим на крышу.
Услышав это, Нин Сяодо расплылась в улыбке, прищурилась, хлопнула в ладоши и отчетливо произнесла по слогам: — Отлично.
Тон был мягким и лёгким, но звучал словно приговор жнеца смерти, заставляя Хэ Си невольно содрогнуться от холода.
Нин Сяодо подошла к Хэ Си и вполне естественно взяла её под руку, весело щебеча: — Какая же ты послушная. Ты даже не представляешь, как мне было скучно без тебя все каникулы, поэтому я так рвалась найти тебя с началом учебного года, разве ты не тронута?
Хэ Си молчала, лишь слегка нахмурив брови.
Боль. Как же больно.
На вид дружелюбно удерживая Хэ Си под руку, Нин Сяодо изо всех сил впивалась ногтями и выкручивала ей кожу на руке.
С тех пор как Нин Сяодо затаила на неё злобу, на теле Хэ Си вечно красовались синяки и ссадины, и не было ни единого дня без боли.
Солнце палило нещадно, раскаляя проржавевшие железные перила на крыше. Нин Сяодо отвесила Хэ Си пощёчину, а затем взмахнула ногой и отбросила её ударом прямо к ограждению. От столкновения с железом раздался глухой стук.
Хэ Си рухнула на землю, ее живот пронзила острая боль от удара носком ботинка, заставив девушку невольно свернуться калачиком.
В следующую секунду в неё полетели сразу несколько пар ног.
Удары градом сыпались на её тело.
В уши тут же полился поток оскорблений.
— Бить тебя — только руки марать!
— На себя посмотри, кто ты такая! Как ты смела позариться на того, на кого положила глаз сестра Нин?
— Бесстыжая!
— Что ты строишь из себя полуживую? На кого работаешь?
Прошло неизвестно сколько времени.
Так долго, что ей показалось, будто она уже умирает. Лишь после этого мучители остановились, тяжело дыша и жалуясь.
— Ох, скажу я вам, та еще физическая нагрузка.
— Чего она не двигается? Неужели сдохла?
Одна из девчонок испуганно протянула руку к её носу, проверяя дыхание, и только после этого с облегчением выдохнула: — Всё в порядке, ещё дышит.
Тогда Нин Сяодо пнула её ещё раз и нахмурилась: — Ишь ты, притворяться мёртвой вздумала?
Другая девушка испугалась убийства и поспешно принялась отговаривать: — Сестра Нин, сегодня солнце такое палящее, не дай бог вы загорите, давайте лучше уйдём?
— И правда, жара невыносимая. — Нин Сяодо помахала рукой перед лицом, разгоняя воздух, прищурившись глянула на солнце в небе, поджала губы и плюнула в сторону лежащей на земле Хэ Си. От этого её настроение чуточку улучшилось.
— Считай, тебе повезло!
Бросив напоследок эти слова, Нин Сяодо вместе со свитой без оглядки покинула крышу.
Хэ Си неподвижно лежала на земле, в гробовой тишине, похожая на мертвеца.
Спустя долгое время она, опираясь на перила, с трудом поднялась на ноги.
Боль. Не было на теле ни одного места, которое бы не болело.
К горлу подкатил соленый привкус крови, Хэ Си с трудом сглотнула слюну, проталкивая её обратно.
Через перила она посмотрела на открывающийся вдалеке пейзаж: ослепительное солнце, переплетение света и тени — от увиденного у неё даже закружилась голова, а в глазах рябило.
Она уже не помнила, как шаг за шагом спускалась с крыши и как шаг за шагом брела домой.
Ночью в городе Наньчжоу снова заморосил мелкий дождь.
Сидя в пижаме за письменным столом и слушая доносящийся из-за окна мерный шум дождя, Хэ Си задумчиво вертела в пальцах прозрачную обёртку от леденца.
Через мгновение она легко улыбнулась, положила фантик в ящик стола, достала из рюкзака предсмертную записку, написанную утром в классе, порвала её в клочья и бросила в стоявшую на столе корзину для бумаг.
На следующий день в шесть двадцать утра прозвенел будильник Хэ Си.
Она открыла глаза, быстро выключила его, а затем с наслаждением потянулась.
Всё тело ныло, но сон выдался на редкость хорошим.
Когда она выходила из жилого комплекса, солнце уже начинало походить на раскаленный шар.
И верно: если у тебя военная подготовка, значит, на улице будет безоблачно.
Не было ещё и половины восьмого, как все ученики уже собрались в классе.
Сидевшая рядом Мин Мэй была одета в камуфляж, а её длинные волосы рассыпались по плечам.
Хэ Си удивилась, почему та не стала их заплетать, как в следующую секунду увидела, как одноклассница достала из сумки маленькое зеркальце и расчёску.
В зеркале отразились её изящные брови и глаза; она собрала волосы и тщательно пригладила их расчёской.
Хэ Си заметила, что у Мин Мэй белая, тонкая и длинная шея, похожая на лебединую, вот только сзади слева выбилась и осталась лежать на плече длинная прядь.
И тогда она совершила самый смелый поступок в своей жизни.
Она протянула руку, подобрала эту прядку, намереваясь вложить её в ладонь Мин Мэй.
В тот самый миг, когда её тёплые кончики пальцев коснулись чужой шеи, на нежной коже Мин Мэй с невероятной быстротой проступил лёгкий румянец — словно весенний ветер подул, заставив распуститься тысячи вишнёвых деревьев.
Хэ Си тут же пожалела о своей дерзости.
Она судорожно отдёрнула руку и тихо проговорила: — Прости, я просто заметила, что у тебя прядь волос не заколота.
— Ах, я и не заметила. — Мин Мэй поправила осанку, искоса глянув в зеркало, и действительно увидела на затылке выбившийся локон. Она закинула его наверх, казалось, ни капли не заботясь о том, что только что произошло.
Вскоре в класс вошла классный руководитель Чжун Но. Она рассказала ребятам о некоторых мерах предосторожности и попросила немного подождать в классе. Как только приблизилось время церемонии открытия военной подготовки, она велела всем взять свои стулья и под палящим солнцем отправиться на спортивную площадку.
После окончания церемонии ученики отнесли стулья обратно в класс и тут же поспешно вернулись на плац.
Под звук свистка Цзянь Чунь повела за собой первый взвод первого отряда на тренировку.
Из-за сильной жары никто в классе не надевал камуфляжные куртки, все были в камуфляжных футболках с коротким рукавом. Исключение составляли лишь двое.
Одна из них — Хэ Си, а вторая — Мин Мэй.
http://bllate.org/book/24549/2879834
Готово:
