Сюй Бэйцяо никак не ожидал, что шумиха вокруг его персоны будет тянуться с самого утра и до поздней ночи. Желая утешить оставшегося в одиночестве Сюй Бэйцяо, Цици настоятельно затащил Лю Чжэна остаться поужинать, пользуясь случаем, чтобы отравить слухи Сюй Бэйцяо многолетним опытом и уроками ревности. Лю Чжэн держался крайне хладнокровно, то и дело вставляя пару реплик в непрекращающийся монолог Цици, заодно рассказывая о результатах недавнего приёма.
– Ты, случаем, не думаешь, что это отличная возможность получить бесплатную рекламу? – с улыбкой спросил Сюй Бэйцяо.
Лю Чжэн тоже улыбнулся:
– Я ещё не просчитал всё до такой степени, но по крайней мере те, с кем мы вчера общались, станут уделять тебе ещё больше внимания.
Сюй Бэйцяо сделал глоток супа:
– Мои текущие дела почти закончены, нужно побыстрее подтянуть новые заказы.
Кажется, Лю Чжэну очень нравилось, что Сюй Бэйцяо не церемонится с ним и смело поручает дела. Окинув его довольным взглядом, он ответил:
– Слушаюсь!
– Эй! – Цици постучал палочками о пиалу. – Вы что творите? Совсем меня не слушаете! А ведь я говорю чистую правду!
Сюй Бэйцяо и Лю Чжэн переглянулись и дружно рассмеялись. Цици закатил глаза и отложил палочки:
– Я наелся. Тьфу! Как об стенку горох.
Сюй Бэйцяо бросил взгляд на донышко пиалы, где осталась едва ли пара рисовых зёрен, и приподнял бровь: Цици всегда был таким – ел мало, а думал много, возможно, только благодаря этому ему и удавалось сохранять фигуру, от которой у мужчин загорались глаза.
Усевшись на диван, Цици от нечего делать включил телевизор и принялся щелкать каналы. Сюй Бэйцяо и Лю Чжэн как раз обсуждали вопросы дизайна, как вдруг услышали крик Цици:
– Быстро сюда! Фэн И!
Оба поспешили к телевизору. На каком-то развлекательном канале шла вечерняя программа, судя по всему, в прямом эфире: «…Что касается причин столь демонстративного свидания, точного ответа пока нет». Затем камера переключилась со студии на выносную съёмку: фасад ресторана крабьих деликатесов выглядел очень узнаваемо, а репортер возбужденно вещал: «Мы находимся на месте свидания Фэн И и Фэй Мина. Да, они ужинают в этом ресторане, который славится как одно из излюбленных мест для случайных встреч со звёздами. Сегодня около семи часов вечера Фэн И и Фэй Мин прибыли сюда друг за другом, после чего нисколько не таясь начали свидание. Ранее репортерам также удалось запечатлеть, как они непринужденно машут рукой».
Тут же на телеэкране увеличили несколько совместных фотографий. Несоответствие цветовой гаммы выдавало скрытую съемку, создавая у зрителей ощущение двусмысленности. «Говорят, они заказали фирменные блюда этого заведения и увлеченно беседовали за едой». Под комментарии диктора пустили запись тайной съемки из зала. Сначала камера слегка подрагивала, но вскоре зафиксировалась, и в самом центре кадра отчетливо показались Фэн И и Фэй Мин. Репортаж сопровождался самыми разными догадками ведущего.
Цици смотрел на экран с крайним возмущением, широко раскрывши глаза и покусывая губу. Лю Чжэн же сразу перевел взгляд на лицо Сюй Бэйцяо, наблюдая за его реакцией. Сам Сюй Бэйцяо внимательно вглядывался в кадры, но, помимо сосредоточенности, на его лице невозможно было заметить ни единой эмоции.
Сюй Бэйцяо вовсе не вслушивался в то, что вещал телевизор, поймав себя на странном желании наблюдать за этими двумя людьми на экране. Их манера общения была непринужденной и хорошо знакомой; на лице Фэн И отчетливо читались неподдельное любопытство и вопросы, а Фэй Мин держался совершенно естественно. Обменявшись какими-то фразами, оба затихли: Фэй Мин, совершенно не заботясь об имидже, взял клешню краба и с явным наслаждением принялся за еду, а Фэн И непринужденно сбросил пиджак и расстегнул манжеты рубашки.
Вскоре этот сюжет завершился стандартной фразой «Наш канал продолжит следить за развитием событий». На этот раз Цици не стал взрываться громкими воплями, а вместе с Лю Чжэном молча уставился на лицо Сюй Бэйцяо.
Заметив, что передача сменилась, Сюй Бэйцяо посмотрел на обоих:
– Судя по ракурсу той скрытой съемки, снимали за соседним столиком, иначе кадры не были бы такими четкими.
– Да дело же совсем не в этом! – Цици казалось, что у него сейчас закипит голова. – Главное в том, что в такой ситуации Фэн И поехал не домой к тебе, а на ужин с Фэй Мином! И что еще важнее, он даже не предупредил тебя! Брат, утренние новости только-только вышли, а он вечером идет на свидание без единого слова, это же просто…
Сюй Бэйцяо поморщился:
– Не думаю, что в этом есть какая-то проблема. Проблема в том…
Внезапно перехватив пристальный взгляд Лю Чжэна, Сюй Бэйцяо резко умолк.
– Ничего.
На самом деле он хотел сказать, что проблема кроется в том, как эти двое держатся друг с другом – такое поведение явно не подобает чужим, соблюдающим светские приличия людям.
Взглянув на Сюй Бэйцяо, Лю Чжэн вдруг произнес:
– Я тоже считаю, что незачем делать из мухи слона. Все предыдущие фотографии были открытым ответом самого господина Фэна. Будь тут какой-то подвох, они бы не стали вести себя так вызывающе.
– Это называется «чем больше скрываешь, тем больше выдаешь»! – заявил Цици.
– Или же совесть чиста, – возразил Лю Чжэн.
– С чего это ты вдруг заступаешься за Фэн И?
– Я просто говорю правду. Твои беспочвенные подозрения только ставят Бэйцяо в неловкое положение.
– Один – старший сын Корпорации Фэн, другой – новоиспеченный киношный король, и только братец Бэйцяо у нас слабая сторона, да?
– Я – законный супруг Фэн И.
Оба спорщика мгновенно умолкли. Сюй Бэйцяо повторил:
– Я – законный супруг Фэн И. Разве этого статуса недостаточно? О чем вы вообще спорите?
– Братец Бэйцяо… – заметив недовольство в голосе Сюй Бэйцяо, Цици немного сбавил обороты.
Сюй Бэйцяо махнул рукой:
– Ладно, на этом тему закрываем.
Лю Чжэн помолчал немного и предложил:
– Останемся еще ненадолго, составить тебе компанию?
– Не нужно, поздно уже, – Сюй Бэйцяо выдавил из себя слабую улыбку. – Увидимся в другой раз.
Вскоре, несмотря на протесты Цици, который требовал оставить напоследок напутствие о том, что Бэйцяо должен отнестись к ситуации со всей серьезностью, Лю Чжэн увел его. Когда в доме остался лишь он один, Сюй Бэйцяо шумно выдохнул, ощутив какое-то смутное одиночество.
Телевизор Цици выключил, когда настроение Сюй Бэйцяо испортилось. Постояв на месте какое-то время, Сюй Бэйцяо кое-как убрал со стола, вернулся на диван в гостиной и, словно подчиняясь какому-то внутреннему импульсу, снова включил телевизор.
В нынешнее время некоторые телеканалы специализировались исключительно на развлекательном контенте, руководствуясь принципом развлекайся до упаду. Не меняя канал, Сюй Бэйцяо молча смотрел одно за другим шоу; некоторые из них были настолько удачными, что он невольно улыбался – особенно популярный в последнее время проект о хозяйках на выданье. Лишь когда в эфир пустили экстренный выпуск новостей о Фэн И и Фэй Мине, Сюй Бэйцяо вдруг понял, что просидел здесь целый час исключительно из-за прозвучавшего ранее обещания: «наш канал продолжит следить». К счастью, на этот раз телевизионщики не нарушили данное слово.
– Я и не знал, что поход в ресторан – это привлечение избыточного внимания…
– На самом деле это стоит рассматривать как личное дело…
– Я действительно подумываю об инвестициях…
– Я не обязан отчитываться перед всеми за ваши проекты… Я ведь совсем недавно женился…
Фэн И и Фэй Мин вышли из ресторана вместе. Папарацци умудрились дождаться их до столь позднего часа, и Сюй Бэйцяо даже сквозь легкое дрожание камеры уловил возбуждение оператора.
Смотря, как они слаженно вторят друг другу, выдавая безупречные реплики, и с невероятной невозмутимостью держатся перед прессой, он наблюдал, пока камера не проводила их до машины Фэн И и та не скрылась из виду.
Сюй Бэйцяо растерянно смотрел на экран, не понимая, о чем думает. Или, вернее, почему вообще позволяет себе думать обо всем этом. Ужинать с коллегами по цеху для Фэн И совершенно нормально; испытывать симпатию к Фэй Мину, учитывая его тягу к мужчинам, тоже вполне естественно; а то, как он прикрыл тому голову при посадке в машину, лишь доказывает отличное воспитание… Но почему же тогда в груди настойчиво кружатся эти образы, вызывая столь отчетливое неприятное чувство?
Да, ему неприятно. Это выглядело так, будто Фэн И дополнил ту самую сцену измены и предательства Ли Цзина. На секунду Сюй Бэйцяо даже почувствовал облегчение от того, что Ли Цзин не оставил ему шансов раскрыть правду и попытаться всё исправить. Ведь если бы это всё равно не изменило исход, для него это стало бы сокрушительным ударом.
Просидев так неизвестно сколько времени, он услышал звук открывающейся двери. Повернув голову, Сюй Бэйцяо увидел Фэн И – тот был в том же костюме, что и на экране, с фальшивой улыбкой для репортеров на губах – и услышал вопрос:
– Еще не спишь?
Сюй Бэйцяо ошеломленно уставился на него:
– Проводил Фэй Мина до дома в целости и сохранности?
Движения Фэн И замерли, но затем он снова улыбнулся и, словно чувствуя потребность оправдаться, произнес:
– Новость видел? Это была моя стратегия. Чем больше скрываешь и умалчиваешь, тем сильнее возбуждаются папарацци…
– Вы с Фэй Мином так близки? Знакомы давно? Он тебе сильно нравится? Ты женился на мне в фиктивном браке ради него?
Улыбка постепенно исчезла с лица Фэн И, и он молча посмотрел на Сюй Бэйцяо:
– Насколько я помню, мы договаривались не лезть в дела друг друга.
На Сюй Бэйцяо накатила такая волна давления, что он мгновенно пришел в себя. Растерянно приоткрыв рот, он не нашелся с ответом; да он и сам не понимал, с какой стати устроил Фэн И такой допрос, ведь между ними всего лишь фиктивный брак.
Видя нескрываемое уныние на лице Сюй Бэйцяо, Фэн И неожиданно смягчил тон:
– Тебе не нужно забивать голову ерундой и накручивать себя.
В гостиной снова воцарилась тишина. Фэн И только собрался что-то добавить, как увидел, что Сюй Бэйцяо, до этого опустивший голову, закусил губу, поднял на него прямой взгляд, а его голос слегка задрожал:
– Пусть даже это фиктивный брак, но я отношусь к нему искренне и живу по-настоящему. Для меня ты не посторонний человек, поэтому прошу, считайся с моими чувствами. Весь сегодняшний день друзья смотрели на меня как на наивную овечку, ставшую жертвой обмана. Если говорить о личном – ради нашего взаимовыгодного сотрудничества сделай так, чтобы этот год прошел приятно. Если же говорить официально – в контракте черным по белому написано: не совершать поступков, наносящих ущерб репутации друг друга. Всё, что вытворяли эти двое суток, дает окружающим повод ранить меня и выставляет меня, Сюй Бэйцяо, жалкой и трагичной фигурой!
Заметив гتев, вспыхивающий в глазах Сюй Бэйцяо, Фэн И испытал легкое удивление. Он никак не ожидал, что столь кроткий человек способен вот так сорваться, причем даже под натиском кипящего гнева сохраняет изящество и самообладание.
Поразмыслив немного, Фэн И произнес:
– Прости, я не всё продуманно учел. Если потребуется, я готов сопровождать тебя на публичных мероприятиях, в качестве…
– Не нужно, – Сюй Бэйцяо глубоко вздохнул и посмотрел на Фэн И. – Прости, я просто хочу элементарного уважения, даже если этот брак фальшивый.
С этими словами он развернулся, ушел в свою комнату и с грохотом захлопнул дверь.
Фэн И остался стоять на месте, не в силах разобраться в собственном состоянии. Взрыв гнева от всегда покладистого Сюй Бэйцяо стал для него полной неожиданностью. Ужин с Фэй Мином – вещь, затея ради игры на публику, – казался ему самому сущим пустяком, однако слова Сюй Бэйцяо звучали абсолютно разумно и справедливо. Речь шла о чужой репутации и, судя по всему, о чужой душевной боли, к тому же перед ним находился мягкий человек, глубоко травмированный неуважением бывшего возлюбленного.
Бросив пиджак на диван, Фэн И с заложенными за спину руками пару раз прошелся туда-сюда по гостиной, вдруг ощутив, что эта собственная раздражительность кажется ему жутко чужой. Ладно! Разве Фэн Ци не говорил об этом? Брак может быть фиктивным, но супружеская жизнь – самая настоящая. Два прежде чужих человека сошлись вместе, принеся с собой багаж прошлого и личный опыт; в быту неизбежно придется растворяться друг в друге, учиться терпимости и компромиссам. К тому же, если в будущем ему придется иметь дело с таким угловатым человеком, как Фэй Мином… Что ж, пожалуй, стоит начать учиться прямо сейчас.
Помявшись некоторое время у двери Сюй Бэйцяо, Фэн И наконец тихонько постучал:
– Слушай… я не подумал обо всем, и у меня не было и в мыслях проявлять к тебе неуважение. Я непреднамеренно, прости.
Не дождавшись ответа из комнаты, Фэн И почесал в затылке и, нерешительно помедлив, повернулся и ушел в свою спальню.
Сюй Бэйцяо сидел на краешке кровати и отрешенно смотрел на дверь. Руки, еще мгновение назад прижимавшие пылающий лоб, опустились; слегка приподняв голову, он глядел перед собой с выражением растерянности и досады. В выплеске сиюминутных эмоций определенно присутствовал перенос давних обид, и Сюй Бэйцяо понимал, что Фэн И задел его за живое неумышленно, но даже при всем старании он не сумел совладать с внезапной вспышкой гнева и обиды.
Возможно, постоянная властность Фэн И порождала в нем иллюзию, что на этого человека можно положиться. Сюй Бэйцяо беззвучно вздохнул, чувствуя, что такой слабый он вызывает у самого себя еще большее отвращение.
Поднявшись, он приоткрыл дверь, но тут же уперся взглядом в плотно закрытую дверь напротив. Закусив губу, Сюй Бэйцяо тихонько затворил ее обратно.
http://bllate.org/book/24524/2877073
Готово: