— Действие лекарства продлится сколько?
Рея посмотрела на Царя богов, который в этот момент лежал на кровати и спал без чувств, и повернулась к Зевсу.
Изначально она думала, что её сердце будет трепетать от волнения, когда она наконец дождётся этого дня, и что она сама расправится с Кроносом, тая обиду на его бездушие. Она перебрала в мыслях бесчисленные варианты развития событий, но когда этот день действительно настал, её душа неожиданно обрела полное спокойствие.
— Примерно сутки.
Хотя на лице Зевса застыло предельно суровое выражение, в глубине души он уже ликовал.
Ура-а-а, сестрицы наконец-то выйдут на свободу!
Он так долго ждал этого момента. Ради него он терпел переменчивый нрав Кроноса и был вынужден изображать польщённого и трепещущего смерда — словами не передать, как сильно его это угнетало!
Брови божества, покоившегося на ложе, были тяжело сдвинуты, словно он претерпевал нестерпимую муку, а копна растрёпанных рыжих волос рассыпалась по белоснежному покрывалу — если не приглядываться, казалось, будто это пятна крови.
— Кхе-м...
Внезапно Кронос тяжело кашлянул и бессознательно широко разинул рот. Из его уст тут же вылетел небольшой зелёный сгусток света, рухнул на пол и стремительно пошёл в рост. Спустя мгновение сияние угасло, и перед ними предстала юная девушка.
— Ох, моё дитя!
Увидев, что Кронос действительно изрыгнул ребёнка прямо во сне, Рея тут же радостно бросилась вперёд и заключила девушку в объятия.
— …М?
Девушка обладала невероятно чистой, утончённой красотой и высокой, манящей фигурой. Её нежная кожа сквозь белизну отливала легким румянцем, а водянистые, мягкие глаза смотрели на двух божеств с растерянным недоумением.
Очевидно, она еще до конца не осознала происходящее.
— …Ты кто?
Девушка заговорила, и её голос звучал так сладко, будто струился с небес, однако в чертах лица читалась прохладная отчуждённость.
— Ты… Деметра? Я твоя Мать-Богиня!
Рея вгляделась в черты лица девушки и по родинке под её левым глазом безошибочно узнала третьего рождённого ею ребенка. В ту же секунду она так перевозбудилась, что едва не потеряла дар речи.
Выслушав эти слова, Деметра посмотрела на женщину перед собой и попыталась совместить её образ с давно расплывшимися тенями в памяти.
— Ты… Мать-Богиня? …Ох, Мать-Богиня, почему вы пришли спасать нас только сейчас? Разве вы не знаете, в каких жутких условиях мы были заперты все это время?..
Спустя мгновение она наконец узнала Рею. Нос защипало, и из глаз неудержимо хлынули слёзы — казалось, будто она хочет выплакать всю боль и страдания, перенесённые за эту почти тысячу лет.
— Дитя моё, это Мать виновата, это Мать проявила слабость и бессилие, позволив вам угодить в ловушку… Но теперь всё позади, наша семья наконец воссоединилась.
Рея протянула руку и вытерла слёзы Деметры. Стоило ей услышать слова дочери, как она сама не смогла сдержать слёз, и её голос раз за разом срывался на плач.
Мать и дочь крепко обнялись, тихонько всхлипывая, и лишь спустя долгое время их эмоции немного улеглись.
— Сестрица, тот, кто спас тебя — это еще и я!
Зевс знал, что при встрече мать и дочь будут вне себя от чувств, поэтому не спешил вмешиваться. Дождавшись, пока их бурный прилив чувств пойдёт на спад, он с довольным видом шагнул вперёд.
— Ты ещё кто?
Деметра с лёгким недоумением посмотрела на красивого юношу.
Она совершенно не помнила, чтобы когда-либо встречала его!
— Сестрица, меня зовут Зевс, я твой младший брат.
Зевс густо покраснел и опустил голову, однако исподтишка жадно разглядывал фигуру стоящей перед ним девушки.
На Деметре было надето платье из ткани, которой было ровно столько, чтобы прикрывать тело на манер короткого сарафана. Это позволяло в полной мере любоваться обнажёнными участками её рук и длинных, безупречно гладких ног. Она была прекрасна, словно произведение искусства.
Это поистине позволило Зевсу усладить взор.
— Прометей и вправду не солгал! Фигура действительно грушевидная!
Осмотрев верхнюю часть тела Деметры, Зевс перевёл взгляд ниже. Заметив её тонкую талию, он мысленно прикинул: её можно было запросто обхватить одной рукой — поистине божественные формы, присущие лишь настоящим красавицам!
— Сестрица, поздравляю с обретением новой жизни!
На лице Зевса запечатлелось выражение человека, плачущего от нахлынувшего счастья. Он с напускным волнением заключил Деметру в объятия, намереваясь под этим предлогом полапать её.
Ах, тело сестрицы и впрямь оказалось таким ароматным и мягким, как он и воображал, кожа — белой и бархатистой, а обнимать её было невероятно приятно!
Зевс не удержался и мягко поткнулся лицом в её шею.
— Зевс…
— …М?
— Эм, ты не мог бы сначала отпустить меня?
Пока Зевс всецело тонул в мечтах непристойного толка, раздался приглушённый голос Деметры.
В её тоне сквозили нотки неловкости и лёгкого раздражения.
— Но сестрица, я ведь никогда прежде не видел тебя, а теперь я так взволнован! Мне просто хочется разом наверстать всю ту нежность, что была утрачена за эти двести лет…
Не обращая внимания на происходящее, Зевс продолжал крепко прижимать её к себе, вырисовывая в мыслях картины далеко не детского содержания. С уголка его рта сорвалась капля слюны и упала прямо на плечо Деметры, окончательно выведя девушку из себя:
— Но я не хочу ничего наверстывать!
Голос Деметры внезапно взлетел, заставив уши Зевса заложит от боли.
Однако он даже не успел опомниться, как раздался звонкий шлепок. Жуткая боль обожгла щеку — от сильнейшего удара его отбросило прямо на стоявшую рядом каменную колонну.
— Ой… Как больно!
Зевс почувствовал, как в рот затекло что-то соленые со вкусом крови. Нащупав нос рукой, он обомлел: чёрт побери, у него пошла носом кровь!
Ууу… Эта сестрица такая свирепая!
Подумаешь, лапнул пару раз!
Обязательно было так поступать?
Зевс повернулся к Рее, и выражение его лица словно говорило: «Посмотри, что вытворяет твоя дочурка! Мне нос разбили до крови! Если я теперь лицом не вышел, кто вообще захочет выйти замуж за твоего сына?!»
Рея перевела взгляд с Зевса на Деметру и, заметив, что гнев дочери ещё не угас, могла лишь сочувственно посмотреть на Зевса со взглядом: «Ничего не попишешь, сам напросился на неприятности».
Ой-ой-ой, стоило сестрицам появиться на свет, как он тут же лишился родительской милости?
Мать-Богиня, да вы же явная поклонница дочерей, ущемляющая сыновей!
— Кхе… кхе-кхе…
В этот самый момент Кронос, который после извержения Деметры долгое время лежал неподвижно, вдруг зашёлся в яростном кашле. Каждый новый звук был громче и резче предыдущего, и этот неистовый приступ заставлял всерьёз опасаться, что он вот-вот так и закашляется до смерти.
— …Тьфу…
Кронос резко распахнул пасть и изверг полный рот алой крови. Следом за ней наружу вылетели новые световые сгустки, на этот раз сразу три — каждый своего цвета.
Хм, эта сестрица такая буйная, я к ней больше ни за что не пойду!
Интересно, а что там с остальными сестрицами?
Только бы они не оказались такими же львицами!
— Мы… наконец-то выбрались.
Вау-вау~ У этой сестрицы просто потрясающая стать, она похожа на горную сосну!
— …Деметра? Слава богам, с тобой всё в порядке…
Ого-го~ А у этой сестрицы просто великолепные пропорции тела!
Зевс торопливо вытер кровь из носа. Красуясь физиономией с отчётливым отпечатком пяти пальцев на щеке, он широко раскинул руки и во весь голос завопил:
— Сестрица-а-а!
— Деметра!
Гестия, наконец выбравшись наружу вместе с Герой и Посейдоном, почувствовала, как давившие на них путы Кроноса исчезли, и слегка расслабилась.
— Ты ещё кто такой? А ну прочь!
Подняв голову и заметив неподалёку Деметру, она тут же радостно бросилась вперёд для объятий, но совершенно не ожидала, что ей преградит путь какое-то божество, из-за чего с размаху оттолкнула мешающегося наглеца с дороги.
— Ай!
Зевс снова врезался в каменную колонну, но и на этот раз не пал духом. Утерев кровь из носа, он обратился к Гере:
— Сестрица-а-а!
— Проваливай!
К сожалению, его снова безжалостно отпихнули в сторону, и он в очередной раз приложился о колонну.
Ууу-у-у… Сестрицы хоть и писаные красавицы, но до чего же свирепые.
Как они могут быть такими жестокими со своим младшим братом!
Я решил: в будущем я непременно стану всеобщим любимцем, чтобы все богини сами падали в мои объятия со всей нежностью!
— Гестия, Гера, Посейдон, вы тоже целыми и невредимыми выбрались на свободу.
Деметра шагнула вперёд и в восторге заключила сестёр в объятия. — Вы помните её? Это наша Мать-Богиня. Посейдон, чего ты застыл столбом, иди сюда!
— М-мать-Богиня!
— Ох, мои дорогие дети…
Зевс молча наблюдал за этой трогательной сценой воссоединения семьи, чувствуя, как его сердце обливается кровью — ему казалось, что здесь он явно лишний.
Мать-Богиня, не забывайте, что есть ещё я!
Зевс мысленно протянул руки в жесте вселенского отчаяния.
— Кхе, кхе-кхе-кхе…
Пока его душу терзало воображаемое стадо диких зверей, Кронос снова зашёлся в надрывном кашле. Извергнув новую порцию багровой крови, он выплюнул из пасти небольшой золотистый сгусток света.
— Неужели осталась ещё одна сестрица?
При виде этого глаза Зевса слегка заблестели, словно в нём вновь разгорелась надежда, и он пристально уставился на светящийся комок.
Когда сияние угасло, предстало еще одно божество, чье тело было прикрыто лишь обрывками ткани на манер юбки. Волна угольно-чёрных мягких волос беспорядочно рассыпалась по «её» плечам, кожа казалась почти прозрачной и белой, а черты лица были почти целиком скрыты завесой прядей, являя миру лишь малую их толику.
Но даже сквозь эту преграду угадывалось лицо невероятной красавицы.
Ого-го, да эта красотка ещё краше трёх предыдущих сестриц!
Зевс тут же стёр остатки крови из носа, поправил слегка помятые одежды и, озарив лицо лучезарной улыбкой, двинулся навстречу:
— Сет…
Сделав первый шаг, он внезапно замер.
Погодите-ка, сколько всего сестер мне обещал Прометей?
— Да к чёрту, плевать! Раз такая красотка, значит, стопроцентно сестрица!
Наученный горьким опытом, на сей раз Зевс решил не раздумывать над последствиями и действовать наверняка!
Тем более что эта сестрица попадала точно в его вкусовые предпочтения!
Зевс стремительно подбежал к ней и с размаху заключил в объятия. Под пальцами ощутилась невероятно гладкая, нежная кожа.
— А у этой сестрицы фигурка просто точеная!
Тело в его объятиях оказалось неожиданно хрупким и безумно гибким. Протянув руку, он откинул упавшие на лицо чёрные пряди, и наконец во всей красе открылись черты её лица — от увиденного он невольно шумно втянул воздух.
— И правда, всё самое лучшее приберегли напоследок.
Придя в себя от изумления, Зевс тут же впился в её губы поцелуем.
Шутки в сторону, если бы эта сестрица вздумала отнестись к нему с такой же дикой жестокостью, как предыдущие, разве стал бы он тогда зря тратить столько сил?
А раз подвернулся момент полапать кого-то, упускать его нельзя ни в коем случае — второй такой возможности может и не представиться.
М-м, ощущения на губах были мягкими, как облачко — он никак не ожидал, что губы сестрицы окажутся настолько нежными!
— А-а-а!!!
В тот самый момент, когда Зевс всем существом погрузился в поцелуй, он вдруг почувствовал, как кто-то со страшной силой врезал ему кулаком ниже пояса. Боль обрушилась лавиной, прорвавшей горные плотины, и он испустил дикий, пронзительный вопль.
— Ублюдок! Сволочь!!
Следом за этим раздался леденящий душу мужской голос, полный такой лютой ненависти, что говоривший жаждал стереть обидчика с лица земли!
Обладателем этого голоса был не кто иной, как Аид.
http://bllate.org/book/24505/2873726
Готово:
