Трибунал — точка разрешения споров, возникшая в армии сравнительно недавно. В основном там решаются внутренние конфликты и разногласия, но если урегулировать их на месте не удается или ситуация принимает слишком серьезный оборот, дело передают в местный военный суд той инстанции, к которой приписано учреждение.
В большинстве случаев Трибунал предусмотрен при каждом армейском подразделении.
Что уж говорить об Экспедиционном корпусе: при их затяжных космических походах, где флот состоит из множества звездолетов, в каждом корабле непременно имеется свой штатный сотрудник Трибунала.
И сегодня был день открытия Трибунала на третьем боевом корабле Кочевого флота Юго-восточного Экспедиционного корпуса!
Они открыли свой счет первым делом о домашнем насилии.
Да, именно так.
Чань Юань никак не ожидал, что впервые попадет в Трибунал не из-за убийства, поджога, драки или даже не из-за перепалки с военным самцом-особью сопоставимого уровня, а исключительно по причине домашнего насилия.
Виновник торжества сидел рядом с ним, аккуратно орудуя изящной вилочкой с цветочным узором, отламывал крошечный кусочек пирожного и чинно отправлял в рот. Если бы не тот факт, что их обоих символически приковали к стульям, Чань Юань ничуть не удивился бы, окажись они на свидании.
— О-о, — Гун Цзяньлян дернул за свои наручники. — Розовое золото.
Чань Юань: …
Его господин-самец определенно умел расставлять приоритеты иначе.
Однако Чань Юань всё равно недооценил своего господина-самца. Гун Цзяньлян, держа пирожное и прикусив вилку, принялся серьезно сравнивать цвета их наручников:
— А мне нравится твое, цвета звездного серебра.
— Может, попросишь их поменять тебе цвет? — отрезал Чань Юань. — Выглядишь так, будто ты в этом деле мастер.
Гун Цзяньлян отщипнул большой кусок мягкого ароматного пирожного и поднес к губам Чань Юаня:
— Чань Юань, я наелся.
Мусорная корзина Чань Юань оперативно накинул на себя пальто и, прошептав про себя: «Я не буду это есть, я не буду, я гордая самка», — всё же выбрал вариант откусить.
Помилуйте, это же пирожное, которое мой прекрасный господин-самец собственноручно поднес к моему рту!
За всё время, что мы в браке (хоть и прошло всего семь дней), он впервые самолично что-то мне подал (пусть и потому, что не хотел доедать сам).
Чань Юань жевал пирожное, мысленно яростно критикуя себя за слабость перед чужой красотой и давая зарок, что такого больше не повторится, — а затем съел еще кусочек, предложенный господином-самцом.
В этот момент дверь открылась.
Чань Юань столкнулся взглядом с коллегами-военными самцами, вмиг почувствовал укол совести и поспешно отвел глаза.
Последний кусочек, это точно последний! Даже если придется умереть, даже если Гун Цзяньлян прямо сейчас встанет передо мной на колени и будет умолять съесть еще хоть немного — ни за что не соглашусь.
Гун Цзяньлян вонзил вилку в последний крупный кусок, прислонился головой к плечу Чань Юаня и потерся мягкими волосами о его щеку:
— Чань Юань… последний кусочек. — Он приподнял тарелку. Из-за короткой цепи наручников он не мог пододвинуть ее ближе, поэтому нарочно держал тарелку прямо под своим лицом, чтобы каждый вошедший мог видеть их обоих. — Ну, всего один укус. Съешь же.
Чань Юань молча наклонился и, под извращенными взглядами коллег, проглотил пирожное.
Что ж, в этот раз точно последний.
— Чань Юань, — Гун Цзяньлян всё еще лежал на плече самки. — У меня рука болит.
Тим, видевший, как Гун Цзяньлян избивал самку: …
Чань Юань, пострадавшая сторона, за которым Гун Цзяньлян гонялся с ножом: …
Военные самцы из Трибунала, держащие отчет о медицинском освидетельствовании: …
Они перевели взгляд на изящную тарелочку весом меньше фунта, крошечную вилочку и «мягкого, хрупкого, жалкого» господина-самца перед собой. В этой сцене было нечто сюрреалистичное.
У него раздвоение личности?
Пришедший следом военный врач молча выгрузил из базы данных анкету на определение социально-личностных качеств и таблицу оценки психологического здоровья. Заодно он обновил сеть, чтобы проверить, можно ли еще связаться с серверами Ассоциации самцов.
В конце концов, они — военные, часть Министерства обороны.
В брачных документах господина-самца не указывались психические отклонения, а за более детальной и долгосрочной историей наблюдений нужно было обращаться в Ассоциацию самцов по месту регистрации семьи Гун Цзяньляна.
Конечно, сейчас было бы весьма кстати пройти тест.
Чань Юаня и Гун Цзяньляна попросили сесть порознь, и оба они склонились над столами, заполняя психологические тесты.
— Почему я тоже должен это делать?
— У меня стойкое ощущение, что у вас стокгольмский синдром… влюбились в обидчика, что ли? — военный врач с улыбкой посмотрел на обоих. — Если один готов бить, а другой готов принимать удары, мне стоит заранее подумать о своей будущей нагрузке и выписать вам лекарства.
Чань Юаню показалось, что в словах врача скрыт какой-то подтекст, но, возможно, ему просто показалось. Он почесал затылок и начал отвечать на вопросы.
Тем временем военный самец напротив рассказывал им о состоянии Цзи Яна. Как сильный представитель вида Ос, Цзи Ян не получил серьезных повреждений мозга, отделавшись легким сотрясением. Куда опаснее были ножевые ранения, нанесенные Гун Цзяньляном: в область ребер и брюшную полость. К счастью, ни один удар не пришелся в жизненно важные органы — единственным пострадавшим органом оказался аппендикс.
Чань Юань: …
Он внезапно понял, почему Гун Цзяньлян не сдал экзамен на судебно-медицинского эксперта.
И это всё? Вот это вот? И это он называет мастерством владения ножом? Он вообще хоть чему-нибудь учился?
— В медпункте помогли, удалили аппендикс… то есть неделю тренироваться на тренажерах он не сможет, а как раны затянутся, так и с головой всё придет в норму, — закончив отчет, военный самец принялся ворчать об убытках: — Ущерб имуществу довольно значительный. Чань Юань, как планируете возмещать? Трудом или деньгами?
— А? Только я? — Чань Юань, чувствуя себя невиновным, громко запротестовал: — Гун Цзяньлян тоже участвовал!
Гун Цзяньлян:
— Я не брал световой меч.
— Причина-то в тебе была! Ай-ай-ай!
Гун Цзяньлян со злостью наступил Чань Юаню на ногу и принялся с силой ее вдавливать.
Когда военные самцы опустили головы, заглядывая под стол, Гун Цзяньлян быстро убрал ногу, оставив на армейском ботинке лишь след от подошвы.
На столе Чань Юань корчился от боли, а Гун Цзяньлян сидел с невозмутимым видом.
Военные самцы примолкли. Они впервые встречали такого господина-самца. И дело даже не в возрасте; пусть они лично не общались с самцами, но у всех были отцы-самцы, в школах учились братья-самцы. Кто хоть раз слышал, чтобы кто-то вроде Гун Цзяньляна, едва начав спор, тут же переходил к рукопашной?
И красивый, и свирепый.
Впрочем, казалось, что обоих всё устраивает. Вспомнив, как парочка только что ела пирожное в наручниках, военный самец отбросил странные мысли и продолжил:
— В общем, сумма компенсации вышла внушительной. Советую вам покрыть ее преимущественно трудом, ну и внести небольшую доплату.
Чань Юань достал временный коммуникатор и открыл страницу личного счета:
— Сколько? Я оплачу прямо сейчас.
Тратить время на отработку — это всё равно что позволить ему лишний раз подумать о разводе, так что платить выгоднее.
Как главный супруг, при обычном разводе он имел полное право забрать половину семейных активов. Чань Юаню очень нравилось лицо Гун Цзяньляна, но если нужно выбрать два из трех — лицо, деньги или жизнь?
Он выбирал деньги и жизнь.
— Пик — ваш текущий остаток на счету составляет 2 903 718 293… — Выслушав цифру, которую зачитывали целых три минуты, все военные самцы снова погрузились в молчание.
Пожалуй, теперь стало понятно, почему один готов бить, а другой готов терпеть.
— Кхм. Раз травмы не слишком серьезные, а ущерб общественному имуществу компенсирован, в вашу личную жизнь мы вмешиваться не будем, — сказал военный самец. — Однако, военный самец Чань Юань, сейчас мы в экспедиции. У нас нет времени позволять вам утопать в личных переживаниях. Мы увеличиваем скорость, чтобы через месяц достичь границы и выполнить первую боевую задачу.
А именно — вернуть захваченные территории.
Гун Цзяньлян поднял голову и тихо пробормотал:
— Люди будут гибнуть?
— Возможно, — военный самец решил, что Гун Цзяньлян беспокоится за безопасность своего супруга, и, учитывая, что тот, хоть и свиреп, всё еще юный самец, по-доброму пояснил: — Мы приложим все усилия, чтобы обеспечить безопасность каждого солдата, и, разумеется, вашу, Ваше превосходительство.
— Значит, скоро можно будет накопить Военную заслугу? — глаза Гун Цзяньляна заблестели, а голос радостно дрогнул. — Через месяц?
— Э-э… Да, именно так.
Гун Цзяньлян опустил голову и принялся торопливо заканчивать тест.
Отлично.
Господин-самец ликовал. Скоро он сможет убивать… то есть, накапливать Военную заслугу! Стоит только устранить самку, унаследовать его аккаунт с Военными заслугами, и всё пойдет как надо!
— Чань Юань, — Гун Цзяньлян протянул руку, кончиками пальцев легонько танцуя по тыльной стороне ладони Чань Юаня, и склонил голову набок, укладываясь на стол. — Я так тебя люблю.
Люблю тебя, люблю твой аккаунт, люблю твой холодный, застывший труп!
— Угу, — Чань Юань изо всех сил старался, чтобы его голос не звучал слишком восторженно. — Я тоже тебя люблю.
Скорее бы развестись! Давай же! Скорее разводимся!
http://bllate.org/book/24485/2871924
Готово:
